Чудак по соседству

POV Шишио. Вопреки моим ожиданиям Самеджима-сан на удивление легко успокоилась, приняв мою помощь без лишних причитаний и требований отпустить её немедленно. По-видимому, ей хватило здравомыслия оценить масштаб катастрофы, чтобы с честью перенести выпавшее на её долю испытание и смириться с участью пострадавшей, которой не помешает посторонняя помощь. Наугад пройдя вперёд с притихшей на руках женщиной, я, как и думал, оказался в маленькой гостиной. Квартиры у нас, в общем-то, были идентичной планировки. - Прошу прощения, у меня здесь немного не прибрано,- вдруг отозвалась моя ноша, чуть заметно хмуря носик. Я сдержался, чтобы не усмехнуться. Не стоило ещё больше её смущать. Я и так позволил себе лишнего: - Не страшно,- махнул я головой.- Куда Вас примостить? Она озабоченно окинула комнату взглядом. В общем-то, вариантов было немного. Либо небольшой диван у правой стены, либо кресло недалеко от двери на балкон, рядом с книжным шкафом. Кстати, здесь же в стеллаже я обнаружил тот самый чёрный квадрат телевизора. Заметный слой пыли на экране говорил о том, что включали его давно. Да и вообще в этой комнате, кажется, не так часто бывали. - Давайте, на ковёр у дивана. Я всё-таки промокла,- обречённо выдохнула шатенка, ещё более озабоченно скосившись на мой свитер, к которому она была непосредственно прижата.- Извините. - Пустяки,- улыбнулся я.- У Вас есть аптечка?- я осторожно опустил её в указанное место. - Крайний ящик в стеллаже,- указала она в нужном направлении, нашарив одновременно новое полотенце, лежавшее на диване. По-видимому, она заранее приготовила его, чтобы отнести в ванну на замену постиранному, но оно пригодилось куда раньше, чем рассчитывалось. Я без труда нашел заветную коробку и вернулся к дивану. Чуть отодвинул журнальный столик и примостился на полу между ним и пострадавшей, скрестив ножки. К тому времени она уже успела обмотать пораненную ногу полотенцем, чтобы не запачкать кровью светлый ворс ковра. Впрочем, ей всё равно теперь пришлось бы если не простирнуть ковёр, то точно высушить. То, с какой гибкостью женщина закинула больную ногу на бедро здоровой, хмуро изучая глубокий порез на ступне, натолкнуло на мысль, что если она не занимается йогой, то когда-то точно занималась гимнастикой. Самеджима-сан, по-видимому, догадалась, что меня так удивило: - В институте я занималась карате,- как бы между прочим, уточнила она. На лице её уже блуждала привычная отстранённость и полное спокойствие. Сложно понять, о чём она думает. Подтянув ногу повыше, чуть болезненно сощурившись от того, что приходится тревожить рану, она взяла аптечку и принялась её потрошить. - Карате? Здорово!- кивнул я, внимательно следя за тем, как она смачивает антисептиком вату и приводит ею по порезу, при этом практически не меняясь в лице. "А ведь ей должно быть ужасно больно. Из-за меня так крепится?" - А Вы?- вдруг вновь подала она голос. - М? - Вы чем занимались в студенческие годы, Шишио-сан? На меня она не смотрела, полностью сосредоточенная на своём занятии. Либо пыталась специально спрятать глаза, наполненными слезами. Мне было не по себе, но… - А, да так. Дурака валял, да бездельничал!- почесал я затылок и засмеялся. Надо было разрядить обстановку. Ей явно хотелось бы остаться одной. Может, пореветь от души, проклясть в голос сломанную стиральную машинку, затопившую квартиру, что она и делала пять минут назад, но… «При посторонних это недопустимо, да, Самеджима-сан? Вы так думаете? Вы не позволяете себе подобного в присутствии чужих?» - Ну, безделье - это тоже в чём-то неплохо,- кивнула она, и влажные тёмно каштановые пряди спали на её склонившееся вниз лицо, почти скрыв его профиль. Это почему-то раздражало. Хотел бы я видеть её выражение лица. Не то, что встречает меня каждый раз, стоит нам случайно столкнуться. Её настоящее лицо, не для тех, кому она не доверяет; не то, что надевает для коллег. Скорее то выражение, что обычно блуждает по её лицу, когда она одна, когда видит то, что ей нравится, что ей дорого; когда смотрит в зеркало; когда говорит с родным человеком. Ох, и о чём я вообще? - Да, я тоже так думаю,- добродушно кивнул я, стараясь не смотреть на свою соседку. Взгляд мой наткнулся на коридор, пол в которой успел покрыться ровной белёсой плёнкой мыльной воды. - Слушайте, Самеджима-сан, может, пока Вы тут занимаетесь своей конечностью, я уберу эту воду, а? Вы не против? А то так и соседей снизу затопить недолго. - Эм,- она подняла озабоченный взгляд на пол коридора, покосилась на меня, взглянула на свою ногу, потом опять на коридор – на меня. Спустя минуту, наконец, она сдалась: - Вы не обязаны, я и сама могу,- она дала мне последний шанс отказаться, уже определённо готовая сдаться, если я настою на своём. Я усмехнулся: - Я сам предложил, верно? Разрешите, чтобы мне вновь не пришлось наглеть. Женщина недоверчиво покосилась на мою наглую рожу и, обречённо выдохнув, капитулировала. По-видимому, она достаточно трезво оценивала пределы моей наглости, что удивительно, как ни крути. - Тряпки в ванной. Я присоединюсь к Вам, как только закончу,- сообщила она твёрдо, так что не возразить. Что ж, эта женщина была явно не из тех, кто с лёгкостью мог бы принять чужую помощь, и тем более злоупотребить ею. Хотя я был бы не против, что на собственное удивление осознавал, направляясь в сторону ванной. - Осторожно, на полу осколки,- услышал я, уже поравнявшись с местом преступления, где недавно испустила дух злосчастная представительница бытовой техники. Действительно, небольшое зеркало, висевшее над раковиной, было вдребезги разбито, половина его рассыпалась по полу в виде разномастных осколков. - И как умудрилась только?- тихо, скорее у самого себя, спросил я, закатывая рукава повыше и переступая порог ванной. Она меня не услышала. Вода больше не прибывала, по-видимому, перед тем, как открыть мне дверь моя соседка перекрыла ей доступ. Поэтому, когда эта хромающая леди появилась в поле зрения, в коридоре воды уже не оставалось, а в ванной я вовсю звенел осколками стекла и плескался в мыльной воде, успев до костей пропахнуть стиральным порошком. - Как всё-таки Вас так угораздило?- поинтересовался я, когда Самеджима появилась в дверном проёме. - Эм,- она задумалась,- в машинке вдруг что-то будто взорвалось. Я испугалась, прибежала сюда, поскользнулась. Пока падала, из рук вылетела скалка и попала в зеркало. Зеркало разбилось. Пока я приходила в себя, в дверь позвонили. Я попыталась подняться, напоролась на осколок, и ну, в общем,- она пожала плечами, как бы заканчивая своё лаконичное повествование. Пожалуй, это был первый столь длинный её монолог за всё наше знакомство. «Да уж, слышал я, как Вы приходили в себя, Самеджима-сан. Уж никак не ожидал, что Вам известны такие слова! Но так, значит, это из-за меня Вы ногу повредили?» - Что-то не так?- она пристально смотрела в моё лицо. Я взглянул на неё. Растрёпанная, всклокоченная голова, равнодушное выражение лица, чёрные, спортивные брюки с закатанными до середины голени штанинами и обычная однотонная футболка цвета лайма. Она уже успела переодеться в сухое. Невысокая и худая. Слабая и беззащитная девушка, пострадавшая по моей вине, пусть и ненамеренно. А ведь я помочь хотел, так ведь? - М? В смысле?- не понял я, сообразив, что со мной разговаривают, а я тут сижу, плескаюсь в луже и пялюсь на неё. - У Вас лицо сейчас такое…- она запнулась,- виноватое что ли? У неё самой при этом было такое лицо, что грех было не рассмеяться. Уж никак не ожидал увидеть такой наивной, детской озабоченности и задумчивости на этом личике. Казалось, чем дольше я рядом с ней, тем меньше она становится похожа на себя обычную, ту, с которой я иногда сталкиваюсь у наших дверей. Я смеялся, а она непонимающе пялилась в моё перекошенное лицо. Только теперь я сообразил, что уж никак не рассчитывал провести свой день, водя половой тряпкой по полу чужой ванны и собирая осколки зеркала, разбитого, подождите, скалкой? - Скалка?- только теперь сообразил я.- Что-то я её не видел. - Наверно под ванну закатилась, я сама достану. Да и вообще, тут не так много осталось, я и сама справлюсь. Оставьте. - Вы что-то готовили?- пропустил я её слова мимо ушей, следуя своим мыслям. - М? Ну, да. Печенье. - П-печенье? Я ошарашено уставился в лицо своей соседки. Уж что-что, а такого я никак не ожидал. Хоть убейте, а то, что эта женщина умеет готовить, да ещё и выпекать. Не знаю отчего, но почему-то образ Самеджимы-сан никак не вязался с образом домохозяйки. Преуспевающая леди, редактор знаменитого журнала, да. Занятая дама, приходящая домой затемно, порой допоздна засиживавшаяся на работе – да. Возможно даже карьеристка. Но домохозяйка, правда что ли? - И что Вас так удивляет?- вдруг недовольно осведомилась эта леди. Я неловко покачнулся, сообразив, что откровенно ошалело уставился в её лицо. Кажется, для неё не впервой сталкиваться с подобной реакцией. - Эм, простите. Ничего. - Вообще-то, я хорошо готовлю,- слегка обижено уточнила женщина, словно я только что откровенно в этом усомнился. Впрочем, так и было. Я собрался было возразить, сказать, что даже не сомневался в этом, но… - В общем-то не важно. Бросайте тряпки и приводите себя в порядок,- распорядилась хозяйка квартиры и непосредственно ванны, в которой я вовсю хозяйничал похлеще домового.- Приходите на кухню. Напечь я ничего не успела, но чаем Вас напою. Не против? Я удивлённо моргнул. Развернувшись в сторону той самой кухни, она выжидающе повернулась, покосившись на меня. Я сообразил, что от меня ждут ответа и подскочил на ноги. Не знаю с чего, но чувствовал я себя растерявшимся, и чуть смущённым. Точно мальчишка, ей Богу! - Да, сейчас,- кивнул я. Женщина чуть помедлила, задержав на мне взгляд, тоже кивнула и направилась прочь. Я остался один, пытаясь понять, показалось ли мне, или Самеджима-сан вдруг смутилась? На следующее утро, стоя перед зеркалом и рассеянно водя расческой по волосам, пытаясь привести их в порядок - всё-таки на работу идти - я всё никак не мог взять в толк - мне это приснилось, или вчера я, действительно, до вечера просидел в соседней квартире? Вроде бы я отчётливо помнил и свою мокрую соседку, и её худобу, ощущаемую мной, когда она была у меня на руках. Помнил непривычность её поведения, и её попытки казаться сильной и волевой; тот факт, что в студенческие годы она занималась карате; что в квартире её царит лёгкий, творческий беспорядок, прям как обычно на её голове. Я отчётливо помнил, что в её ванной белый, новый кафель, что кухня у неё небольшая, но уютная. Неожиданно уютнее, чем остальная, полупустая квартира. На подоконнике стояла цветущая фиалка. А на тумбе была рассыпана мука, лежало замешанное тесто. Когда я вошел в кухню, на голове владелицы квартиры мило примостилась забавная белая косынка, вобравшая под себя все растрёпанные пряди, с которыми их хозяйка обычно не справлялась. Очень по-хозяйски, я бы сказал. На столе уже стоял ароматный, горячий чай, а в вазочке примостилось сахарное, таящее во рту печенье. Покупное, но очень вкусное. Когда я показался, косынка с головы моей соседки исчезла. Она, по-видимому, не сразу сообразила, что в квартире посторонний. Неожиданная рассеянность. Или это было рефлексом: при готовке вот так собирать мешавшие волосы, но показываться так на людях – возможно ли, что она стеснялась? Во время чаепития мы не вели особо бурной беседы, но всё же. Я не нашел ничего лучше, чем вновь поднять тему её студенческих лет и тему её работы. Самеджима послушно отвечала на все мои редкие вопросы, коротко и лаконично, а порой, как бы неосознанно спрашивала обо мне. Что-то неожиданное, к примеру, всегда ли я веду себя как подросток вне рабочего времени? Пожалуй, каждый второй вопрос выбивал меня из колеи. Неужели эта женщина так много замечает, и это притом, что мы практически незнакомы? Чем дальше, тем больше казалось, что она думает обо мне куда чаще, чем раньше я мог предположить. Это взаимный интерес, или мне кажется? Как бы то ни было, всё остальное время она практически не менялась в лице, и если бы не её встречные вопросы, можно было бы решить, что общество моё ей в тягость и совершенно нежеланно. Впрочем, меня редко подобное останавливало, если уж мне интересно. На пороге своей квартиры Самеджима поклонилась мне и поблагодарила за помощь, сказав, что я её очень выручил. Я извинился за свою наглость, на что получил уведомление, что всё в порядке - это пришлось как раз кстати. Вот уж не подумал бы, вспоминая, как ей пришлось сдерживать слёзы при мне. Или она намеренно не желала давать себе возможность быть слабой? С чего бы? Пока я затягивал галстук, в голове всё никак не укладывалось: всё произошедшее – это реальность или сон? Возможно, я бы ещё добрых полдня забавлялся этой дилеммой, если бы не звонок в дверь. «И кто ж это с утра пораньше?» Пригладив ещё раз не желавшие успокаиваться космы, я повернул замок и открыл дверь перед ранним гостем. На пороге стояла моя соседка. Всё так же чуть сонная и с виду рассеянная Самеджима-сан. - Доброе утро,- отозвалась показавшаяся мне галлюцинацией особа. - Д-доброе. Женщина вдруг неуверенно повела взглядом по сторонам, неожиданно пристально окинула им меня с ног до головы, вновь отвела взгляд: - Вы вновь в своём рабочем образе,- вдруг отметила она. - Эм, ну да,- сам не зная почему, растерянно взъерошил я волосы. «Не пойму, ей нравится или нет?»- но уточнить я не решился: - У Вас всё хорошо?- всё же нашелся я, когда спустя две минуты она так и не огласила причину своего прихода. Я не решался приглашать её войти - мне уже пора было отправляться на работу. Да и она, судя по одежде, уже была собрана, не хватало только пальто. - Эм, да, спасибо. Всё нормально. - Как Ваша нога? Может, стоило взять отгул?- поинтересовался я. - Нет, всё не так страшно. На работе сейчас завал, как обычно перед выходом нового выпуска,- шатенка покачала головой, при этом выглядела она ужасно уставшей. Действительно, в последнее время она приходила домой позже обычного. Мы почти не сталкивались после работы, как это бывало в начале месяца. - Да, в общем-то, я не просто так пришла,- вдруг вспомнила Самеджима, и только тогда я заметил в её руках характерной квадратной формы свёрток, протягиваемый мне. - М?- я ошарашено уставился в её лицо. - Это бенто, Вы всё правильно поняли,- совершенно спокойно кивнула она.- Это за вчерашнюю помощь. Я Вам очень благодарна, Шишио-сан. Большое спасибо! Свёрток был почти силой всучен мне в руки. Я и сказать ничего не успел. При этом делалось это с таким равнодушным лицом, что я не знал, как и реагировать. Какая необычная благодарность! Даже улыбки ноль. Пока я находился в трансе, Самеджима-сан чуть поклонилась и, слегка прихрамывая, направилась в сторону своей квартиры, учтиво пожелав мне хорошего рабочего дня. Но сделав пару шагов, вдруг остановилась и обернулась. - Мне бы хотелось потом узнать, понравилось ли Вам, Шишио-сан. Я, правда, хорошо готовлю, но вдруг… - А, да, конечно,- выглядывая в дверной проём, кивнул я.- Спасибо. Самеджима вновь чуть склонила голову, и, возможно мне и привиделось, но всего на секунду мне показалось, что уголки её губ дрогнули, изобразив подобие лёгкой, тёплой улыбки. Но видение исчезло так же внезапно. Моя соседка скрылась в своей квартире, оставив меня переваривать лёгкий шок. А придя в себя, я не смог не рассмеяться собственной несдержанности. Где ж это видано, чтоб меня кто-то так ошарашивал! К тому же на какой-то момент мне показалось, что эта «благодарность» была сделана не без умысла. «Неужели я так сильно затронул её гордость, когда засомневался в её умении готовить? Она таким образом решила отомстить?» В голове не укладывалось, но мысль эта почему-то казалось очень правдоподобной. Я довольно усмехнулся и закрыл за собой дверь, направившись вглубь квартиры за сумкой. Поскорее бы обед.