Смертельная месть

Большие города всегда очень требовательны по отношению к своим жителям, поскольку предъявляют им особые требования, такие как энергичность, быстрота и выносливость. Особенно потребность в подобных качествах чувствуется в перегруженном утреннем и вечернем метро, когда толпа сонных и уставших людей пытается поместиться в относительно небольшом вагоне. Не каждый человек способен вынести подобный образ жизни, поэтому Акияма Шиничи в последние дни задумывался о переезде в небольшой город Дзуси в префектуре Канагава. Единственное, что заставляло психолога медлить с решением о переезде – его вечная союзница Канзаки Нао, которую ему не хотелось оставлять одну. Отец Нао умер год назад, сейчас она жила совершенно одна в своей небольшой квартире на окраине Токио и оканчивала последний курс университета. В следующем году девушка мечтала устроиться на работу учительницей начальных классов и прикладывала неимоверные усилия для того, чтобы успешно закончить университет и с легкостью сдать экзамен на должность учителя. По мнению Акиямы, которое он не преминул озвучить во время последней встречи с союзницей, ее характер идеально подходит для работы с маленькими детьми, но его беспокоит, что даже они порой оказываются хитрее наивной Нао. Услышав подобное, Канзаки несколько расстроилась, чем вызвала легкий укол совести у бывшего мошенника. После финального раунда Игры Лжецов прошло чуть больше недели, и Акияма Шиничи активно пытался найти работу, поскольку от его многомиллиардного выигрыша не осталось ни йены: все пошло на оплату долгов всех пострадавших от игры по настоянию Нао. Впрочем, самому мужчине не нужны были миллиарды, однако приходилось гораздо быстрее искать должность, чтобы не голодать следующие несколько недель. Мало кому нужны были бывшие заключенные, отсидевшие за мошенничество, часто работодатели, узнавшие о том, что соискатель сидел в тюрьме, начинали смотреть на него иным взглядом, показывая всем своим видом, что такого работника они не наймут. Детективное агентство, адвокатская контора, психиатрическая клиника – никто не желал принимать Акияму на работу, не говоря уже о полиции, в которую психолог даже не рискнул лезть со своим прошлым. Из-за всех этих проблем Шиничи шел по улице в направлении своего дома хмурый и уставший. Сегодня ему в очередной раз отказали, что начинало дико раздражать мошенника. «Сам виноват, сам испортил свою репутацию», - корил себя парень, проходя мимо шумного китайского рынка, где компания нетрезвых людей затеяла массовую драку и смела два стола с алкоголем и закусками. Акияма поморщился и поспешил войти в дом, который совершенно не защищал от уличного шума. Устало потерев переносицу и зевнув, психолог поднялся по лестнице на второй этаж и по темному коридору прошел к двери своей квартиры, которую снимал только пару месяцев. Как только глаза привыкли к темноте, он разглядел сидящую на полу молодую девушку, которая слегка задремала и крепко прижимала к себе пакет с чем-то вкусным, судя по аромату, скрутившему Шиничи желудок. Мужчина присел на корточки рядом со спящей и дернул ее за плечо.       -Эй, Нао, проснись. – Проворчал он, заметив, что девица сонно разлепила глаза и непонимающе посмотрела на сидевшего напротив Акияму.       -Акияма-сан? – Сонным голосом уточнила Канзаки и потерла глаза, избавляясь от сна. Шиничи ухмыльнулся и помог девушке встать с пола, прихватив одновременно пакет с едой, который вызывал дикое чувство голода. Мошенник открыл дверь в свою квартиру и пропустил туда Нао, которая неуверенно вошла, все еще шатаясь от дремоты, а затем вошел следом и закрыл дверь. Оставив девицу смущаться у двери, Акияма отнес пакет с едой на кухню, что, впрочем, было не так уж и далеко от входа, если учесть, что у него была всего лишь маленькая квартира-студия, в которой помещалась односпальная кровать, две книжные полки, маленький телевизор и рабочий стол со стулом, а у противоположной стены стояли две кухонные тумбы, электрическая плита, кухонный стол, два стула и маленький холодильник. Несмотря на район и размер квартиры, она была достаточно уютная, что тут же отметила про себя Канзаки Нао и присела на один из стульев на кухне, наблюдая, как ее постоянный спаситель с воодушевлением раскладывает на тарелки ароматный бутадон с рисом и свининой в кисло-сладком соусе. Девушке действительно было приятно, что блюдо, которое она готовила несколько часов по тщательно разобранному рецепту, вызвало у него большой аппетит.       -Ты пришла ко мне, чтобы не дать умереть с голода или что-то случилось? – На последнем слове Акияма слегка напрягся, надеясь на то, что первый вариант окажется единственно верным. Эта девушка и так слишком часто попадала в неприятные ситуации. Нао широко и добродушно улыбнулась в лицо мошеннику, который поставил перед ней тарелку с ее же едой, а затем сел напротив, с аппетитом уминая ужин.       -Я подумала, что хватит тебе есть один магазинный рамен, надо и домашним угостить. – Мило ответила Канзаки, но сама к еде не приступила, предпочитая смотреть на голодного мужчину. – Вкусно? Шиничи утвердительно промычал с набитым ртом, мысленно благодаря ее за подобную мысль. И правда, последние несколько дней он питался либо раменом, либо каким-нибудь полуфабрикатом, купленным в китайском магазине рядом с домом. Еще один минус жизни в подобном районе.       -Спасибо за заботу, конечно, но зря ты так обо мне беспокоишься. – Осуждающим тоном сказал Акияма, отчего девица тут же огорченно опустила глаза в свою тарелку. – Не стоит ходить в этом районе вечером, особенно тебе.       -Ничего страшного, мне не сложно, да и я приехала сюда, когда солнце еще не зашло. – Поспешила оправдаться Нао, за что получила еще более укоряющий взгляд. – К тому же, я испугалась, что с тобой может что-то случиться… Мошенник поперхнулся от последней фразы и принялся долго и громко кашлять, мысленно ругая излишне заботливую девушку. Однако в душе ему было приятно осознавать, что в мире есть кто-то, кто способен о нем побеспокоиться, особенно, если это наивная Нао. Значит, он еще не окончательно потерян для нормального человеческого общества.       -И поэтому ты приехала в один из самых опасных районов Токио и уснула в темном коридоре, где непонятно кто ходит, на пороге моей квартиры? Нао, ты как всегда не думаешь ни о чем. Что могло случиться? – Акияма сделал глоток воды из стакана и воззрился на поникшую союзницу, которая тяжело и быстро дышала. «Ее определенно что-то беспокоит», - решил про себя психолог.       -Ты, наверное, не знаешь… - Медленно и неуверенно начала Канзаки, чувствуя, как сильно бьется сердце в груди, но не от того, что он был рядом с ней, а от страха. – Хироми-сан рассказала мне сегодня, что начали пропадать игроки, участвовавшие в Игре Лжецов. За последние три дня пропали три человека… Цучида-сан, Этоу-сан и даже Фукунага-сан. Я пыталась дозвониться каждому из них, но их телефоны были выключены. – Нао шмыгнула носом и сморгнула слезинки, которые тут же покатились по ее щекам. – И я испугалась за тебя, вдруг это дело рук Секретариата, а ты был бы их главной целью в таком случае… Мошенник слушал исповедь девушки с крайне напряженным видом и прокручивал в голове лица всех пропавших игроков. Цучида, Этоу и Фукунага – трое абсолютно разных людей, которых объединял лишь пол, ничего более. И, конечно же, Игра Лжецов. Без сомнений, Секретариат здесь замешан. Шиничи вздохнул и отложил палочки, ощущая, как пропал аппетит от подобных новостей.       -Три дня назад, говоришь? Я абсолютно уверен в том, что в этом замешаны спонсоры. – Мрачно произнес мужчина и посмотрел на лицо заплаканной Нао, которая еще больше испугалась от этой идеи и подняла полные страха глаза на него. – И в таком случае тебе точно не следует ходить одной вечером, хватит беспокоиться обо мне, хотя бы раз подумай о собственной безопасности.       -Но… - Попыталась было возразить девица, однако он ее уже не слушал и сосредоточился на анализе предоставленной ему информации. – Акияма-сан, не надо так говорить! А что, если они и до тебя бы добрались? Шиничи раздраженно встал из-за стола и уперся руками в стол, смотря серьезным взглядом на возмущающуюся девицу.       -Хватит думать о других, подумай о себе, в сотый раз говорю! Предлагаешь мне опять вытаскивать тебя из неприятностей, которые сама создаешь?! – Совершенно неосознанно мошенник поднял голос на нее. – Нао, ты понимаешь, что постоянно ставишь под угрозу себя? Что было бы, если и тебя похитили бы по дороге сюда? Почему я вечно должен разъяснять тебе такие простые истины?! Канзаки Нао смотрела на своего постоянного спасителя широко раскрытыми глазами, затаив дыхание. Она чувствовала себя провинившимся ребенком, хотя не понимала, чем заслужила подобный взрыв прежде спокойного и холодного мужчины. Даже слезы отказывались появляться, что случалось крайне редко в подобных ситуациях, настолько девица была шокирована тем, что на нее кричат за заботу.       -Я всего лишь хотела убедиться, что все хорошо… - Прошептала Нао, опуская глаза и приподнимаясь со своего стула. – Простите, если принесла вам массу неудобств, Акияма-сан. Девушка перешла на вежливую форму общения и сделала пару шагов в сторону выхода, слабо поклонившись. Однако как только она развернулась к двери, то почувствовала резкий рывок за запястье и негромко вскрикнула от неожиданности, поднимая глаза на виновника: Акияма крепко держал ее за запястье, а в его глазах полыхала ярость, смешанная с беспокойством.       -Ты принесешь мне еще больше неудобств, если в такую тьму отправишься одна домой. – Процедил он практически сквозь зубы, сжимая еще крепче руку девицы. – До твоего дома ехать два часа, одну я тебя не отпущу, а если поеду с тобой, то опоздаю на обратный поезд, поэтому ты остаешься здесь. Канзаки с трудом вырвала запястье из крепкой хватки и подавила наворачивающиеся слезы.       -Нет, Акияма-сан, спасибо. Я не хочу мешать вам, поэтому поеду домой. Не беспокойтесь обо мне. Это того не стоит. – Сказала Нао дрожащим голосом и поспешила выскользнуть в коридор до того, как ее вновь схватят за руку. Девушка быстро бежала по темному коридору к лестнице, слыша быстрые шаги за своей спиной, но не останавливалась и не оборачивалась, торопясь как можно быстрее покинуть этот злосчастный дом. Выйдя из дома, она пустилась вперед по шумному и пьяному рынку, и спустя несколько минут вышла на темную аллею, которую не подсвечивал ни один фонарь и даже луна, которая скрылась за плотными облаками. Аккуратно делая каждый шаг, боясь провалиться или споткнуться, Канзаки направлялась к метро, однако сердце ее сжималось каждый раз, когда она вспоминала, что идти до него пешком порядка получаса. Шаги за спиной не стихали, но девица из принципа и обиды не желала даже оборачиваться, ради того, чтобы увидеть упрекающий взгляд Акиямы Шиничи, которому, как она теперь считала, была обузой на протяжении нескольких лет. «Я-то думала, что мы друзья, а оказывается, я ему только мешала. Что ж, неудивительно, я привыкла ошибаться в людях…» - Мысли одна мрачнее другой проносились в голове Нао, и она наскоро вытерла с лица следы слез, ускорившись. Хотелось лишь одного – как можно скорее попасть домой и лечь спать, чтобы забыть на несколько часов обо всех ошибках, что она натворила за сегодняшний день. Неожиданно, когда девушка почти дошла до конца темной аллеи, сильные руки схватили ее сзади за горло и прижали к себе, предварительно приложив к лицу Канзаки Нао тряпку с чем-то, что по запаху напоминало слабый спирт. От испуга девица глубоко вдохнула и тут же почувствовала, как начала кружиться голова, и как ослабевает ее контроль над телом. С трудом сохраняя сознание, она упала прямо в руки нападающего, понимая, что еще пару секунд, и она впадет в беспробудный сон. «Акияма-сан…» - Успела подумать Нао и закрыла глаза, не в силах больше сопротивляться действию наркотика. Сквозь туман, она услышала, яростный крик, а через несколько секунд поняла, что упала на землю, отчего слегка приоткрыла глаза и тяжело задышала. Все вокруг нее кружилось, поэтому девушка не сразу поверила тому, что видит: ее вечный спаситель с ожесточением противостоял мужчине в черном костюме и с маской на лице, размахивающему вакидзаси. Шок от увиденного позволил продержаться Канзаки чуть дольше в сознании, ровно до тех пор, пока Акияма не вырвал из рук нападающего длинный нож, приставив его к сонной артерии мужчины в костюме. Тот сделал резкий выпад, заставляя мошенника выронить вакидзаси, и бросился наутек, оставляя на темной аллее только запыхавшегося Шиничи и лежащую на земле девушку.       -Нао! – Воскликнул парень, подбегая к ней и приподнимая с земли. Одного взгляда в затуманенные глаза и запаха хлороформа хватило, чтобы тот мгновенно понял, что с ней произошло. – Глупая девчонка, когда же ты будешь меня слушаться?! Она попыталась крепче прижаться к психологу, который поднял ее на руки и, ворча, направился в сторону собственного дома. Руки Акиямы надежно держали ее, поэтому не было необходимости цепляться за него еще сильнее, однако, находясь на грани сознания и его потери, Канзаки мало что понимала.       -Акияма-сан…Шиничи…прости меня. – Нао тяжело дышала, поэтому каждое слово давалось ей с трудом. – Я… всегда мешаю тебе. Мошенник отрицательно покачал головой и коснулся губами лба девушки, мысленно благодаря всех богов, что оказался рядом с ней. Страшно было подумать о том, что с ней могли сделать.       -Ты мне не мешаешь. – Прошептал он ей на ухо, подходя к дому. – Это я должен извиниться перед тобой, я в этом виноват. Однако Нао уже ничего не слышала, она провалилась в глубокий наркотический сон, хотя ее тело продолжало дрожать от испуга и действия хлороформа. Даже когда Шиничи уложил ее на кровать в своей квартире, она продолжала сжиматься и тяжело дышать, что вызвало приступ самоненависти у психолога, который сел рядом с ней на край кровати, касаясь холодными пальцами ее горячего лица. Спустя пару минут, он почувствовал, как по запястью струйкой течет кровь и недоумевающе посмотрел на руку: вакидзаси рассекло предплечье по косой, разрезав тонкую хлопковую белую кофту. Порез был неглубокий, однако остановить кровотечение представлялось сложной задачей, поскольку кровь продолжала хлестать, даже когда Акияма туго перемотал руку бинтом. Поборовшись с собственным организмом в течение часа, ему, наконец, удалось остановить кровь, но к этому времени на кухонном столе покоились четыре бинтовые повязки, пропитанные кровью, и горка ваты, пахнущая спиртом.       -Черт бы вас всех побрал, - выругался мошенник и стукнул кулаком по кухонному столу. Ему не нравилось ощущение собственного бессилия. Наскоро прибрав улики своего ранения, он вновь вернулся к Нао, беспокойно спящей на кровати, и завернул ее в одеяло, после чего нерешительно коснулся пальцами ее шеи, губ и щеки. От прикосновений девица тут же перестала морщиться и приняла более мирный вид.       -Шиничи… - Пробормотала она, заставив Акияму почувствовать очередной укол совести.       -Я здесь, все хорошо. – Ответил мошенник на ее жалобный голос. Канзаки слегка приоткрыла глаза и затуманенным взглядом посмотрела на сидящего рядом с ней мужчину. Его виноватый вид нисколько не облегчал ее состояние, но девушка улыбнулась настолько, насколько позволяла слабость.       -Ты здесь… Мне очень жаль, прости. Психолог прикрыл глаза и поднес к губам руку девушки, которую тут же поцеловал, заставив и без того румяную от температуры девицу раскраснеться еще больше.       -Хватит извиняться уже. Ты ни в чем не виновата. Если бы не мой срыв, ты бы сейчас не лежала в таком состоянии. – Акияма вздохнул и вновь коснулся губами ее руки. Несмотря на еле уловимый запах хлороформа, который успел выветриться за столько времени, Нао пахла очень приятно. – Как ты себя чувствуешь? Канзаки пожала плечами и сжала его руку, чьи пальцы то и дело поглаживали тыльную сторону ее ладони.       -Я очень хочу спать, но не могу, сердце бьется как бешеное, и мне слишком жарко. Что произошло? Я мало что помню. – Она спросила это настолько тихо, что парню пришлось напрячь свой слух. Услышав, что ей жарко, Шиничи поспешил избавить от теплого одеяла, в которое укутал Нао, и принес стакан холодной воды, к которому та с радостью припала и постаралась присесть на кровати под внимательным взглядом психолога. Удалось, однако, для того, чтобы не упасть, приходилось облокачиваться на стену сзади.       -После того, как ты убежала, я отправился искать тебя через минут пять, а когда нашел, то непонятный человек в костюме пытался тебя усыпить и похитить. – Начал объяснение произошедшего Акияма. – Судя по маске, что была на его лице, это и правда был кто-то из Секретариата. Нао… я не имел в виду, что ты доставляешь мне одни неудобства. Девушка потупила взгляд и обиженно надула губы, вспоминая ссору. «А что же еще тогда значили все те слова?», но вслух попыталась утвердительно промычать. Впрочем, ее мычание еще сильнее убедило психолога в том, что недопонимание не исчерпано.       -Я только хотел, чтобы ты начала думать о себе. Помочь тебе я готов всегда, по-моему, за несколько лет это заметно. – Он придвинулся к ней еще ближе и погладил по щеке.       -Я не хочу думать о себе! – Выветрившийся наркотик позволил Нао говорить громче и жарче. – Мне не хочется, чтобы пропал кто-нибудь еще, а особенно ты. Шиничи закатил глаза и встал с кровати, понимая, что спорить с этой девицей бесполезно. Даже под воздействием хлороформа она продолжала гнуть свою линию, несмотря на то, что глаза готовы были вот-вот слипнуться.       -Все, я не собираюсь с тобой спорить, ты права. – Сдался мужчина и устало потер шею. – Просто знай, что ты мне не мешаешь. Если ты такая упрямая, похоже, что думать о тебе придется мне, иначе точно пропадешь в темном переулке. Нао довольно улыбнулась, когда Акияма принял ее сторону, и посмотрела на часы. Почти полночь, ехать домой было определенно поздно, да и ноги ее не удержали бы, поэтому она виновато посмотрела на сонного и утомленного психолога.       -Если хочешь, я могу спать на полу. Это же твоя квартира. – Милым голосом пролепетала девица. Шиничи отрицательно покачал головой и достал из шкафа толстый футон, который тут же расстелил на полу рядом с кроватью.       -Спи на кровати, я здесь лягу. Она все равно для меня слишком мягкая. – На ходу придумал мошенник причину, по которой Канзаки должна будет спать в уютной и теплой кровати, в то время как сам мужчина этой ночью насладится на полу всеми сквозняками. – Я в душ, если не уснешь, можешь посмотреть телевизор. Правда, не знаю, что там за каналы, я его ни разу не включал. Произнеся последние слова, Акияма вручил Нао небольшой пульт от телевизора и направился в маленькую ванную комнату, в которой была только душевая кабина и стоявший глубоко в углу унитаз. Мошенник успел только снять с себя порезанную хлопковую кофту с пятнами крови, которую тут же выбросил в мусорку, как услышал из комнаты крик. Бросив все, он тут же вылетел наружу и с беспокойством посмотрел на испуганную девушку, которая прижимала к себе толстое одеяло, недавно откинутое вниз кровати. Она сидела на коленях и дрожала, смотря широко раскрытыми глазами в экран телевизора.       -В чем дело? – Шиничи встал рядом с Нао и направил свой взгляд туда же, куда и она, пытаясь осознать, что могло вызвать такую реакцию. Ему хватило и одной секунды, чтобы волна страха накатила на него как цунами, когда на экране появились лица знакомых людей, а затем то, что от них осталось. -Около получаса назад на дороге, ведущей из Токио в Хино, были найдены тела двух молодых людей. Согласно поступившей информации из полицейского участка, погибшими являются сорокадвухлетний безработный Цучида Ясуфуми и двадцатипятилетний работник автомастерской Этоу Коичи. Они были убиты с особой жестокостью, судя по ранам на теле, их неоднократно подвергали пыткам. Напомним, что три дня назад началась серия похищений людей, которые, по данным следствия, никак не были связаны друг с другом. – На экране появились кадры тел бывших знакомых, чьи шеи, руки и ноги были неестественно вывернуты, отчего Нао вновь вскрикнула и отвернулась от телевизора. – И в настоящий момент нам сообщили, что найдено еще одно тело, однако уже на окраине Токио возле станции метро Мияномаэ. Женщина тридцати лет была избита и задушена и, как сообщает нам наш корреспондент, полицейские только что огласили имя убитой. Ей является водитель-дальнобойщица Асо Хироми. Согласно последней информации… Акияма выключил телевизор, не дав диктору закончить свою речь, и комната погрузилась в сплошную тишину, которую нарушало лишь всхлипывание Канзаки Нао, сидевшей спиной к проклятому экрану, показавшему ей страшные кадры.       -Мияномаэ – это станция, возле которой живешь ты. – Бесцветным голосом отметил Шиничи, забрасывая пульт как можно дальше. – На ее месте могла быть ты, Нао. Девушка отрицательно покачала головой и закрыла руками уши, не желая слышать ничего о произошедшем, однако мужчина с этим не согласился и силой опустил ее руки вниз, заставляя посмотреть себе в глаза. Он был разъярен, это стало понятно с первой секунды, поэтому Нао даже не рискнула сопротивляться.       -Ты больше не сдвинешься с места без меня, понятно? – Акияма говорил все тем же ледяным тоном, держа девицу за запястья. Канзаки быстро закивала, и только тогда хватка мошенника ослабла, выпуская ее руки. Та смотрела за окно, смаргивая вновь подступившие слезы, и шмыгнула носом, вспоминая старых друзей.       -Этоу-сан…Цучида-сан… - Прерывисто выговаривала девушка, наблюдая краем глаза за ходящим из угла в угол Акиямой. – Почему? За что? Хироми-сан, она же ни в чем не была виновата! Как и все они!       -Это предупреждение. – Вынес свой вердикт Шиничи, вставая рядом с Нао, которая тут же посмотрела на него с вопросом в глазах. – Когда они не смогли похитить тебя, то решили наказать. По телевидению не показывают кадров с откровенным насилием, это запрещено, здесь же их показали. Уверен, что телеканалу заплатили за них, и все с целью, чтобы ты увидела, к чему может привести разрушение их плана. Хироми убили в твоем районе специально, чтобы дать знак тебе, а Цучиду и Этоу, чтобы наказать меня, поскольку их тела так же нашли неподалеку от моего дома. Акияма сел рядом и заключил девушку в свои объятия, однако она лишь неуверенно положила руки на его плечи и уткнулась носом в грудь, пока мужчина мягко поглаживал ее волосы.       -Я узнаю, кто это сделал и отомщу им, не сомневайся. Они решили поиграть со мной вновь? Что ж, их ждет сокрушительное поражение.