Если ты пожелаешь, заключим контракт.

В эту ночь спала я крепко без снов. Уже близился час ночи, когда я почувствовала, что меня кто-то поднимает на руки и прижимает к себе, но не до конца осознав это, промямлила, - «Леонард иди спать», - и отключилась. Очнулась я от того что мне плеснули ледяной водой в лицо, я сначала широко распахнула глаза, но поняла, что пока не стечет вода с ресниц, я ничего не увижу и закрыла их вновь. Руки болели в плечах и запястьях и почему-то были подняты вверх, по коже бегали мурашки от холода. Проморгавшись, и разлепив веки, я разглядела маленькую комнату без окон, в которой я находилась и тут же поняла, почему болят руки, мои запястья были перевязаны грубой пеньковой веревкой, за которую я была подвешена на крюк к широкой балке, проходившей по середине потолка комнаты. В углу стояла бочка, на ней издавая тусклый свет, стоял керосиновый фонарь. В противоположном углу во мраке стояла чья-то трудно различимая фигура. Я попыталась крутануться на крюке, чтобы посмотреть, что есть позади меня, но моя попытка отозвалась мучительной болью в запястьях и я не стала больше дергаться. Через несколько секунд кто-то вошел в комнату и подошел ко мне со спины, потом обошел меня и предстал предо мной, - «Алоис», - с удивлением выдохнула я и попыталась продолжить, - «Что здесь…». Договорить я не успела, Алоис сильно ударил меня по лицу, разбив мне при этом обе губы с левой стороны. Кровь стала сочиться по губам и капать с подбородка, во рту появился металлический привкус. «Гаденыш!», - подумала я. Тем временем, за моей спиной что-то щелкнуло и мою спину что-то обожгло, потом еще и еще, когда я поняла, что это был кнут, на мою спину уже легло около десяти ударов и белоснежная рубашка, которая была на мне выполняя функцию ночнушки, была изодрана в клочья и лишь прикрывала переднюю часть тела, а по спине из ран сочилась кровь. Алоис вдруг закричал, - «Что в тебе такого, что он к тебе так относится?! Он так смотрит на тебя, как будто кроме тебя никто не существует вокруг, приглашает тебя гулять и постоянно говорит о тебе! Что в тебе такого?! Ты же ведь всего лишь человек, всего лишь ЕДА! К тому же ты связана контрактом с Себастьяном! Почему он так к тебе относится?!», - после этих слов на меня посыпались еще удары и еще сильнее чем раньше, а после пятого удара я уже ничего не чувствовала и потеряла сознание. Когда Алоис закончил издеваться над моим телом, он с отвращением отвернулся и сказал Клоду, который стоял во мраке в глубине комнаты и наблюдал за происходящим, - «Делай с ней что хочешь, хочешь - разорви ее на куски, хочешь – сожри ее, только чтобы к утру ее духу в моем поместье не было и убери отсюда ее мерзкий сладкий запах!». Почти прокричав это, Алоис в спешке вышел из комнаты и отправился к себе. Клод подошел ко мне и поднял руку, чтобы убрать волосы с моего лица, они слепились и сейчас нелепо патлами свисали на мое лицо, он не сделал, что хотел и вышел вон из комнаты. Через несколько минут он вернулся с тряпицей и тазиком, наполненным водой, он намочил тряпицу и уже хотел начать стирать с моей спины кровь, как отдернул от меня руку и бросил тряпицу обратно в таз, потом поспешно подхватил мое бесчувственное тело на руки и пошел на улицу. Распахнув дверь поместья, внизу на крыльце он увидел Себастьяна, глаза которого были налиты кровью. Клод, молча, подошел к нему и протянул ему мое бесчувственное тело. Себастьян снял с себя рубашку и, укутав меня в нее, принял в свои объятья. Клод развернулся и пошел в особняк, - «Что он приказал тебе с ней сделать?», - спросил Себастьян, удаляющегося Клода, ответ его поразил, - «Граф приказал мне делать с ней все, что я захочу», - Клод закрыл за собой дверь. Себастьян поспешил вернуться в поместье Фантомхайв. Уложив меня на мою кровать, он ушел за теплым раствором марганца и тряпицей, чтобы промыть мои раны. В этот момент вернулся Сиель, который также ходил меня искать. Распахнув дверь собственного поместья, Сиель почувствовал сладкий запах, - «Этот сладкий запах крови, откуда он». Сиель, не помня себя, бросился на источник запаха и ворвался в мою комнату, где перед ним открылась душераздирающая картина. На кровати в изодранной в клочья рубашке лежала я на животе, слипшиеся волосы закрывали мое лицо, а спина была изувечена множеством кровавых полос от кнута, из которых все еще сочилась кровь, - «Бэлла!», - выдохнул Сиель, и я очнулась от беспамятства. Тут же на меня нахлынула боль от всех ран, все тело болело, я не могла пошевелиться, одна рука бессильно свесилась с кровати, а голова ужасно гудела. «Господин, Вам лучше уйти», - сказал Леонард, стоя в дверном проеме с чашей, в которой был раствор марганца. «Что произошло?», - ошарашено спросил Сиель. «Ее украли», - глухо отозвался Леонард, - «Кто? Как ты позволил? Кто с ней сотворил такое?! Клод! Убью!», - мгновенно сделал вывод Сиель, - «Нет, граф Транси», - мрачно возразил ему Леонард. «Сиель», - с трудом разлепив ссохшиеся разбитые губы, я протянула к нему руку, точнее сказать качнула ее в его сторону, потому что на полноценное движение была не способна. Сиель взял и немного сжал ее в своей руке, - «Иди спать, я тебе завтра все расскажу, пожалуйста, иди. Я не хочу, чтобы ты меня видел такой», - из последних сил промямлила я. Сиель с трудом сдерживая себя, поднялся и пошел проч. «Я обработаю Ваши раны, потерпите», - ласково сказал Леонард и теплый раствор марганца обжог мою кожу, впившись в нее тысячами игл боли, в глазах снова потемнело и, я больше ничего не слышала и не чувствовала, кроме боли.