Вивиан

      — Знаете, я сам себе завидую, — тянет Вивиан, откидываясь на спинку кресла. — Пускай я и покажусь вам тщеславным, но вряд ли кто-либо другой в такой ситуации смог бы сделать больше.       — Могу поаплодировать тебе стоя, если это потешит твою непомерную омежью гордыню, — в привычной для себя серьёзно-ехидной манере предлагает Мелоди.       Тайтус в ответ только фыркает. Он привык и больше не обращает внимания на выверты характера беты, изредка может себе даже позволить отпустить в его сторону скабрезную шутку, вроде той, что Мелоди не помешало бы выпустить пар, смачно потрахавшись. Бета в такие моменты отчего-то суровеет, пряча взгляд за тёмными стёклами очков, но, бывает, и подденет его в ответ, подметив, что сегодня их главбух пахнет подозрительно породистее обычного. Проще говоря, Тайтус научился находить с замом общий язык, однако... Иногда, всего лишь пару раз, от Фореста тоже знакомо пахло, почти что шалфеем, но более утончённо, с примесью фиалкового аромата. Вивиан, конечно же, не верит в то, что Хэйс трахает своего зама-бету и ещё какую-то омегу, причём одновременно, но и игнорировать подобную странность у него не получается.       — Если кому и аплодировать, то нам всем, — вклинивается в разговор Хэйс, уже привыкший к тому, что между его главбухом и замом отношения вежливо-натянутые. — Мы действительно неплохо поработали в этот год, и нам есть что предъявить на собрании правления, дабы отстоять право филиала на постоянное существование.       — Когда собрание? — уточняет Невский, который сегодня весь день ощущается словно находящийся на грани запуска с максимальным ускорением механизм.       Вивиан снова фыркает: неудивительно, ведь у Тори течка, а альфа, подавая бессмысленный пример, коротает бесценные часы в обществе занудных коллег. Он вроде как в курсе того, как медленно, прямо-таки черепашьими шагами развиваются отношения этих двоих, и даже отчасти завидует этой парочке. Всё у них в лучших традициях благородных домов: с расстановкой, поэтапно, постепенно, без лишней суеты и опрометчивости. Не то что у них с Хэйсом, с которым они сразу же словно с моста в воду сиганули.       — На следующей неделе. В Нью-Йорке.       — А как же Майями? — Мелоди удивлённо приподнимает бровь.       — Как знать, — пожимает плечами Хэйс, намекая на то, что он и сам не в курсе того, отчего же ежегодное собрание правления, которое по традиции проходило в принадлежащем корпорации отеле в Майями, вдруг проводится в непосредственной близости от центрального офиса. — Возможно, потому, что затевается нечто крупное.       Они все, словно болванчики, кивают. Под «нечто крупное» Хэйс имеет в виду тот факт, что кто-то усердно пытается выпихнуть некоторых членов правления «Декстер & Групп» с их годами насиженных кресел и усадить в них лояльных, лоббирующих чьи-то интересы. Вот только чьи именно выяснить им, тем более находясь в Ричестер-Холле, так и не удалось.       — Один поедешь? — вновь спрашивает Невский.       — С Вивианом, — кивает в его сторону Хэйс, и если для двух других мужчин подобное решение оказалось полнейшей неожиданностью, то лично для Тайтуса это далеко не новость. Более того, именно он настоял на том, чтобы поехать в Нью-Йорк вместе с Хэйсом, аргументируя свою позицию тем, что кто, как не главный бухгалтер, сможет дать пояснения и ответы на любые вопросы, связанные с начавшейся в филиале реорганизацией.       — А не слишком ли это рискованно? — не уступает Невский. — Точнее, я не думаю, что ты, Хэйс, не понимаешь, как подставляешься.       — Я не подставлюсь, а провоцирую, — отвечает альфа, и на этом моменте Вивиан навостряет уши. Это определённо что-то новенькое. Похоже, у Хэйса тоже есть какие-то свои планы, о которых он, Вивиан Тайтус, главный бухгалтер и любовник, ни сном ни духом.       — Как знаешь, — недовольно ворчит Невский, а вот Мелоди молчит. Эти двое знают, что задумал Хэйс, а он, один, нет. Обижает ли это Вивиана? Ничуть. В конце концов, он тоже использует альфу для достижения собственных целей.       — Вивиан, — Хэйс прижимается к нему сзади, нагло шаря по его телу руками, — ты не передумал?       — По поводу? — он пытается сбросить с себя ладони альфы, но образумить самца, источающего прямо-таки убийственную волну возбуждения, не так-то просто. Пусть в здании уже ни души, но Тайтусу всё равно неудобно. Если Хэйсу надо сейчас, он тоже не против, хоть на заднем сидении машины, хоть в подворотне, но не в кабинете руководителя. Хоть какие-то табу из тех, что некогда были у Вивиана Тайтуса, стоит сохранять приличия ради.       — По поводу поездки, — отвечает альфа, поворачивая его лицом к себе и, вопреки назидающему сопротивлению, усаживая на конференц-стол. — Это опасно.       — Это не обсуждается, — парирует Вивиан. — По-моему, мы уже не раз говорили о том, что самое безопасное место для меня — это рядом с тобой. Нет?       — Нет. Напротив, — шепчет альфа, покрывая его лицо жадными поцелуями и уже расстёгивая рубашку. — Ты же совершенно ничего не знаешь обо мне…       — Как и ты обо мне, — Вивиан агрессивно вцепляется в запястья альфы, пресекая его безрассудство. — И нас обоих это полностью устраивает. Нет? — Хэйс, как обычно, ничего не отвечает.       Их договорённость о том, что никто ничего друг у друга не спрашивает и не пытается стать друг для друга кем-то большим, чем просто любовником, молчалива. Вивиану казалось, что альфа не имеет ничего против подобного расклада их отношений, однако чем дольше они вместе, тем настойчивее Хэйс пытается стать частью его жизни. Стать ближе, чего Вивиан не позволяет. Не может позволить. Ему осталось перетерпеть всего ничего, — максимум пару месяцев — и он снова уедет в Детройт. Возможно, они с Хэйсом больше никогда и не встретятся, хотя Вивиан сильно сомневается в том, что альфа с лёгкостью откажется от омеги, которую считает своей собственностью. Это тоже инстинкт, но не настолько непреодолимый, что с ним не совладать, а вот чувства... Что делать с грёбаными чувствами, которые омега старательно прячет глубоко в своём сердце, Вивиан Тайтус не знает.       — Поехали к тебе, — Вивиан спрыгивает со стола, застёгивая рубашку. — Нечего разводить непотребство на рабочем месте.       — Ты излишне неприступен, Вивиан, — вздыхает альфа за его спиной, но ожидаемо не сдаётся, привлекая его к себе. — Я настойчив, но не настолько, чтобы навязываться. Подумай над этим.       Вивиан кивает, но считает, что думать тут не над чем. Хэйс прав: каким бы терпеливым, обходительным и понимающим ни был альфа, но любому терпению, как и влечению, приходит конец. Именно на это Тайтус и рассчитывает, хотя, признаться, прилагает не шибко много усилий, чтобы разорвать столь внезапно образовавшуюся между ним и Хэйсом связь. Медлит и затягивает, зная, что после будет ещё больнее, но по-омежьи глупо никак не может избавиться от чувства, что вот оно — его омежье счастье, заполучить которое можно, лишь просто протянув руку и взяв. Проще говоря, перестав быть Вивианом Тайтусом.       — Вивиан?..       — Мм... — тянет омега, в данный момент чувствуя себя не способным ни на что вразумительное. Ему просто хорошо и пиздец как не хочется, чтобы это ощущение лёгкости, правильности и блаженства в принципе развеялось.       — Ты и правда ничего не чувствуешь? — Хэйс поворачивается на бок, подпирая голову рукой. Смотрит на него так пристально, что Вивиан с закрытыми глазами может сказать, что взгляд мужчины устремлён на его приоткрытые губы. — Когда мы в сцепке?       — Отчего же, — мотает головой омега. — Чувствую себя парящим в небесах херувимом, хотя в действительности это ощущение сложно описать словами.       — Ясно, — альфа снова откидывается на постель, а Вивиан, поднявшись, выходит на балкон.       Закрыв двери и прикурив горькую сигарету, омега сползает на пол. Слёзы не текут по его щекам, но глаза на мокром месте. Хэйс не пойдёт за ним. Обижен, уязвлён и, кажется, впервые задумался о том, что он, породистый альфа, ошибся. Не этого ли он добивался все эти месяцы? Не делал ли всё для того, чтобы альфа усомнился в своих чувствах?       Чувствует ли он что-то во время сцепки? Да ни при чём здесь сцепка абсолютно! Вивиан и так чувствует Хэйса, словно тот перед ним на ладони. Это необъяснимое, необъятное, пугающее его чувство, которое омега не может назвать никак иначе, как истинность, взаимно. Вот что хочет услышать из его уст альфа? Признание в любви? Нет, Хэйс неплохо его знает, так что, скорее всего, ждёт момента, когда он разберётся в своих чувствах, примет решение и сдастся, позволив поставить метку. Хэйс даёт ему время, чтобы смириться с тем, что отныне и навсегда он принадлежит альфе, которое, в сущности, Вивиану не нужно.       Одинокая слеза всё-таки скатывается по его щеке, но Вивиан быстро её смахивает, тушит сигарету в переполненной пепельнице и тут же закуривает новую. Может, он просто глуп, раз цепляется за прошлое? Неправильно сравнивать всех альф с тем одним, из-за которого его жизнь едва не рухнула. Вивиан честно пытался убедить себя в этом, однако... Если они с Хэйсом действительно истинные, тогда почему змеиный клубок ненависти, разочарования и боли до сих пор пульсирует в его груди, вместо того чтобы обратиться светочем искренних чувств?       — Ты заказал нам отдельные номера?       — А разве это не очевидно? — вопросом на вопрос отвечает Вивиан, косясь на альфу. — Или ты под всеобщий шумок хотел предать огласке нашу с тобой связь?       — Нет, — хмурится альфа, отворачиваясь, — однако это доставляет определённые неудобства. В плане безопасности.       — Я сам о себе позабочусь, Хэйс, — останавливаясь у двери своего номера, отвечает Тайтус. — А ты займись тем, зачем мы собственно сюда и прилетели.       — Хорошо, — Вивиану кажется, что альфа чем-то озадачен, но он не зацикливается на этом. В конце концов, Хэйс сам не соизволил поделиться с ним своими планами, так что теперь не может требовать от него безвылазного присутствия подле. К тому же Тайтусу и самому не на руку, чтобы альфа всё время был рядом.       Номер Тайтус заказал себе не люксовый, но комфортабельный. Перелёт его утомил. Хотя, скорее, вымотал морально. Ну не любит Вивиан летать, и ничего с этим не поделать, так что сейчас он больше похож на жертву затяжной лихорадки, нежели на породистую омегу. Что, к слову, нужно срочно исправлять, ибо уже после обеда им с Хэйсом предстоит блистать перед очами членов правления «Декстер & Групп» и директоров других филиалов, доказывая, что их ещё рано списывать со счетов.       — Пора сбросить маску примерной омеги, Вивиан, — Тайтус придирчиво рассматривает себя в зеркало и впервые не находит, к чему придраться. Это не Ричестер-Холл, а некоторых директоров и членов правления он знает лично, так что нет необходимости скрывать, каков он на самом деле. Интересно, будет ли удивлён Хэйс? И если так, то сколь сильно. Чисто из омежьей гордыни Вивиану до лукавой усмешки хочется поскорее увидеть выражение лица альфы, когда до него наконец дойдёт, кем был Вивиан Тайтус до того, как его запихнули в дыру под названием Ричестер-Холл.       — Отлично выглядишь, Вивиан, — шепчет ему на ухо Хэйс. В лифте, как по заказу, кроме них никого. Омега косится на альфу, который, пользуясь случаем, едва ли не с головы до ног его обнюхивает. Ну да, приврал Вивиан чуток, когда сказал, что не скрывает свой запах. Он его и не скрывает, просто приглушает слегка, чтобы поменьше звездиться своей породой.       — Спасибо, — сегодня омега готов принимать комплименты, ведь их будет масса. Вивиан приложил для этого все усилия. На нём чёрный костюм, коралловая рубашка и бордовый галстук, лаковые туфли, золотые запонки, дорогие часы и даже фамильное кольцо. Не то чтобы Вивиан выпендривается, просто у него свои мотивы для того, чтобы выглядеть слегка кричаще.       Хотя можно сказать, что одет он строго, если бы не пара мелких деталей. Он завил волосы, специально, хотя, честно сказать, это был чистой воды эксперимент, слегка подвёл глаза, а в мочку левого уха вставил гвоздик. Папочка, увидев его сейчас, точно отрёкся бы от столь беспринципного и безнравственного отпрыска, но главное — эффект. А он превосходит все ожидания Вивиана, судя по тяжёлому дыханию альфы.       — Нет, Вивиан, ты не понимаешь, — бормочет ему на ухо Хэйс, от которого исходит волна урчащей агрессии. Не амильгамме не понять это ощущение, когда хищник притворяется паинькой, даже беззащитно выставляет своё брюхо, дабы после наброситься, прижав к земле и впившись клыками в шею. — Сейчас, такой, даже у меня, альфы традиционных сексуальных предпочтений, ты вызываешь садо-мазохистские желания.       — Я учту это, Хэйс, — повернувшись к альфе, выдыхает ему в губы Вивиан. — И тоже был бы не против посмотреть на тебя настоящего.       Двери лифта распахиваются, и Хэйс галантно подставляет ему локоть, который омега с удовольствием принимает. И пусть уже через секунду от них обоих не веет и толикой сексуальности или же взаимного притяжения, но своим появлением в большом зале, в котором, собственно, и происходит собрание, они вызывают фурор.       Нет, уже пришедшие гости не умолкают, не оборачиваются, словно по щелчку, не начинают обсуждать их шёпотом, однако эмоциональная волна, созданная собравшимися под одной крышей амильгамми, довольно ощутима. Вивиан не тушуется — старые привычки дают о себе знать, — вместо этого чуть вскидывает голову, словно выискивает в толпе кого-то. И он его находит. Мистера Стоуна, лебезящего сразу перед тремя членами правления.       Стоун всего лишь бета, но и беты не лишены инстинктов. Он не увидел и не почувствовал его появления, зато ощутил на себе его взгляд, вздрогнув и обернувшись. Вивиан в знак приветствия кивнул и улыбнулся... той улыбкой, которая не сулит ничего хорошего.       Бета вздрагивает, явно понимая, что ловушка над его головой не захлопнулась только потому, что такова воля омеги. Члены правления, заприметив его потливую бледность, сразу же оживились, наверняка интересуясь состоянием выглядящего и до этого не шибко здоровым мужчины. Стоун вновь расшаркивается перед членами, благодаря за участливость, но Тайтус уже потерял к нему интерес.       — Вивиан, — альфа привлекает его поближе к себе, — тебя словно подменили. Что происходит?       — Ничего, — отфыркивается омега, пытаясь скрыть улыбку. — Просто наконец почувствовал себя в своей же тарелке.       Альфа переводит на него хмурый взгляд. И теперь Хэйс явно не возбуждён, он обеспокоен, сбит с толку и, кажется, сомневается в нём. Были бы в иной обстановке, Тайтус точно расхохотался бы, поведав альфе о том, что это только цветочки. Впрочем, Вивиан не особо обольщается на этот счёт. Просто ему первому выпала возможность блеснуть своей истинной породой, так что омега даже не сомневается, что будет в не меньшем ступоре и на ещё большем взводе, когда и Хэйс прекратит вести себя как цирковая мартышка и таки проявит себя настоящего.       — Вивиан! — Тайтус оборачивается и улыбается, узнав окликнувшего его человека. Жестом приглашает подойти, хотя этот мужчина в особом приглашении и не нуждается, уже направляясь к нему.       — Как всегда обворожителен, Вивиан, — гамма низко склоняет перед ним голову в ожидании. Вивиан выдерживает пару томительных, подобающих по этикету секунд, а после подаёт мужчине руку. Тот принимает её так, словно та пушинка, лишь задевая кончики пальцев, касается его ладони сухими губами и только после этого подымает взгляд.       Вивиан чертыхается: не так уж и много времени прошло с тех пор, как они виделись в последний раз, но он уже успел подзабыть, насколько проницательный и завораживающий взгляд у этого мужчины. Угольные глаза — Вивиан всегда находил в этой черте гаммы нечто мистическое, хотя во всём остальном его старый знакомый — вполне обычный, среднестатистический мужчина ростом чуть выше среднего, широкоплечий, но не массивный, с заострёнными чертами лица и тёмными волосами.       — Благодарю, — Вивиан чуть склоняет голову в знак благосклонности, после чего гамма выпускает его ладонь и выпрямляется.       По большому счёту, только что они отыграли безупречный спектакль для местного бомонда. Стоящего напротив тебя человека можно ненавидеть всеми фибрами своей души, но на людях ты должен относиться к нему с уважением, соответствующе его социальному статусу. Вивиан своего старого знакомого не ненавидит, но стоит намного выше его в иерархии амильгамм, а вот гамма взобрался повыше по карьерной лестнице. Впрочем, он омега, и, будь гамма хоть самим президентом «Декстер & Групп», он обязан приветствовать его, склонив голову и опустив взгляд. Традиции, конечно, устаревшие, но без них никак, иначе как ещё современной, прогнившей и извращённой верхушке сохранить своё человеческое лицо.       — Позвольте представить. Семюэль Хэйс — директор филиала «Декстер & Групп» в Ричестер-Холл, — Вивиан не забывает о сопровождающем его альфе. И это одна из самых сложных задач для благородной омеги: держать под контролем всех самцов, выказывающих заинтересованность в ней. Вот поэтому-то Вивиан и не празднует все эти великосветские рауты, на которые с детства таскал его папочка: манипулировать, когда все правила и приёмы известны заранее, совершенно неинтересно. — Джошуа Картер — главный экономист центрального офиса «Декстер & Групп».       — Очень приятно познакомиться с вами, мистер Хэйс.       — Взаимно.       Мужчины пожимают друг другу руки, и Вивиан едва сдерживается, дабы безнадёжно не вздохнуть, возведя глаза к потолку. Картер — гамма, так что и руку он подаёт первым, и взгляд на собеседника подымает только после того, как ему ответили на рукопожатие, и омегу это до смеха серьёзное расшаркивание малость бесит, учитывая то, что ореолы обоих мужчин мгновенно запульсировали взаимной неприязнью.       Обычно альфы редко когда в лице гамм видят угрозу для собственных лидерских позиций, однако бывают и исключения. Например, Мелоди, в котором чувствуется примесь породы. Или Джошуа, который... Впрочем, не для того Вивиан прибыл в Нью-Йорк, чтобы баловать своё омежье самолюбие.       — Я могу похитить вашего прекрасного спутника на пару минут? — вежливо интересуется гамма, и Вивиан снова тянет улыбку. Он не собственность Хэйса, так что разрешение ему не нужно, но опять-таки чёртовы правила, которые он, ввиду ситуации, должен соблюдать. Поскорее бы закончился этот фарс и началась основная часть спектакля.       — Разве что на пару, — уклончиво отвечает Хэйс. — Прежде чем начнётся собрание, нам с мистером Тайтусом нужно ещё встретиться кое с кем.       — Конечно, понимаю. Это не займёт много времени, — Картер в знак благодарности кивает Хэйсу, который, напустив на себя важный альфий вид, взирает на склонившегося перед ним гамму с толикой угрозы. Джошуа же, словно и не замечая визуального предупреждения, подставляет ему локоть.       — На пару минут, Вивиан.       — Конечно, — омега мягко освобождается из инстинктивно усилившейся хватки альфы и принимает руку гаммы. Они углубляются в зал не спеша, позволяя окружающим наблюдать их променад. Да, со стороны они смотрятся неплохо, однако Тайтус знает, что с Хэйсом они смотрятся куда гармоничней, даже просто стоя рядом. Природа-мать, чтоб её, из-за которой, собственно, их перспективные отношения с Картером так и не сложились.       — А ты почти не изменился, Вивиан, — подмечает гамма, подавая ему бокал с шампанским.       — Чего не могу сказать о тебе, Картер, — Джошуа, как и он, не любит, когда его называют по имени, тем более сокращая его до «Джош». Мол, несолидно звучит, с чем омега полностью согласен. — У тебя в висках видна седина.       — А от тебя пахнет шалфеем, — в отместку, но не со зла, парирует гамма, после чего, ухмыляясь, проводит рукой по волосам. — А это, так сказать, прелести семейной жизни на лицо.       — Как Кетрин? — осведомляется Вивиан приличия ради. Всё-таки, как-никак, они ведут светскую беседу.       — Всё такая же зоркая наседка, — даже не пытается юлить гамма.       — Спутан по рукам и ногам? — хмыкает Вивиан. Даже расставшись, друзьями с Картером они быть не перестали, так что о некоторых тонкостях семейной жизни своего бывшего любовника Тайтус осведомлён неплохо.       — Больше формально, нежели кажется в действительности, однако моей выгоды от этого брака подобное положение вещей не преуменьшает.       — Ты жесток, Картер, — делая аккуратный глоток, подмечает Тайтус. — Оттого, в отличие от меня, и смог вскарабкаться на вершину.       — Не скажи, Вивиан, — качает головой мужчина, свой бокал осушая до половины. — Ты-то тоже немало шороху навёл. В последнее время в центральном офисе только и разговоров, что о сильной команде Ричестер-Холл, которой за год удалось вытянуть свой филиал из дерьма.       — Да ну? — Вивиан, словно не веря, удивлённо приподнимает бровь. Картер выбрал удачное местоположение возле окна, подле кадки с разлапистым растением: они вроде как и на виду, но при этом их разговор не досягаем для любопытных ушей. — Признаться, удивлён. Я, как и Хэйс, всего лишь выполнял свою работу.       — Однако Стоун — мразь, — не считая за необходимость, мужчина перестаёт выбирать выражения. Впрочем, Вивиан и не думал, что Картер подошёл к нему просто так, дабы потрепаться о былом и текущем. — Он крупно тебя подставил, Вивиан. Ты это понимаешь?       — Насколько крупно? — Тайтус всё ещё выдерживает на лице дежурную улыбку, словно они с гаммой и правда говорят о чём-то обыденно-незначащем.       — С Хэйсом, и тобой в том числе, хотят пообщаться лично, — лицо Картера тоже не меняется в своём выражении, оставаясь дружелюбно-участливым, но при этом его взгляд холодеет, становясь опасливо-чёрным. — Ты готов к этому?       — А мне казалось, что ты неплохо знаешь меня, Картер, — хмыкает Вивиан, залпом допивая свой бокал. — Я здесь. Это и есть мой тебе ответ.       — Ты бесподобен, Вивиан Тайтус, — гамма сперва сухо смеётся, а после смотрит на него с прекрасно знакомым Вивиану жарким огоньком в тёмной глубине взгляда. — И по-прежнему господин моего сердца, хотя, — Картер скользящим жестом касается его ладони, — с ним мне не сравниться, не так ли?       Вивиан, проследив за взглядом гаммы, устремлённым на общающегося с членами правления Хэйса, пожимает плечами.       — Это природа, Картер. Тут ничего не поделаешь.       — Нет, Вивиан, — качает головой гамма. — Это твоя очередная игра чёрным офицером на шахматной доске, заполненной белыми фигурами. Твоя игра — твои правила, однако не забывай о короле за твоей спиной, который может оказаться всего лишь крашеной пешкой.       — Я помню, Картер, — Вивиан переводит на гамму острый взгляд, сжимая свой ореол в ершистый неприступный комок. — В том числе и о том, что место пешки на доске, которое и занял настоящий король, мне пока неизвестно.       — Твой знакомый? — с нажимом спрашивает Хэйс, и кажется Тайтусу, что в этом вопросе не столько агрессии или же злости, сколько обиды. Альфе предпочли гамму, так что ни вопрос Хэйса, ни его реакция не застают омегу врасплох.       — Мой бывший любовник, — не собираясь скрывать очевидного, отвечает Вивиан. — Когда я только пришёл в «Детройт — Декстер & Групп», Картер занимал должность начальника планово-экономического отдела, так что со временем наше тесное сотрудничество слегка вышло за рамки делового.       Тайтус осматривает большой зал, подмечая, что все уже в сборе. Не хватает, собственно, только самого большого босса — мистера Декстера, однако, насколько помнит Вивиан, тот уже в солидном возрасте и руководит компанией, так сказать, из кресла-качалки. А вот на подобных мероприятиях очередь за ББ отбывает кто-то из его доверенных людей. Вивиану не терпится узнать, кто же это будет в этот раз.       — И почему же ваши отношения не сложились? — как бы вскользь спрашивает альфа, попутно здороваясь, чуть склонив голову, с директорами других филиалов. — Как мне показалось, вы отлично ладите и смотритесь вместе, — Хэйс переводит на него тёмный, холодный взгляд, в глубине которого плещется обжигающая ярость, — довольно гармонично.       — Картер — гамма, — пожимает плечами Вивиан, ловя на себе пару заинтересованных взглядов, которые явно не по-детски раздражают довольно уравновешенного по жизни Хэйса. — Между нами не было искры.       Это чистой воды сарказм, который Хэйс предпочитает проигнорировать. Будь они в иной обстановке, и мужчина вышел бы из себя — омега это чувствует по вмиг сжавшемуся в плотный комок ореолу альфы, от бессилия пульсирующего праведным раздражением, — но масса пришла в движение, синхронно, словно болванчики, поворачиваясь в сторону сцены. Вивиан и сам подаётся вперёд, подымаясь на носочки. Несмотря на предупреждение Картера, азарт в нём только разгорелся, и Вивиан уже предвкушает окончание сегодняшнего вечера. В такие моменты он в своей лодке, в которой нет места ни для альфы, ни для гаммы, разве что на самом краешке, чисто из его омежьей прихоти.       — Мы ещё вернёмся к этому разговору, Вивиан, — не просто ставит в известность, а скорее выдвигает ультиматум альфа, в ответ на что Тайтус лишь пожимает плечами. Это всё из-за обстановки в Ричестер-Холл, в которой он расклеился, поддался духу провинциализма и просто давно не трахался, а вот сейчас всё хорошо. Всё на своих местах, разве что чувство, что он причинил альфе боль, саднит где-то глубоко внутри. Очень глубоко, почти не мучая его голосом омежьей совести.       Заседание затягивается на несколько муторных часов. Нечто подобное Вивиан и предполагал, учитывая то, что директора всех филиалов отчитывались о проделанной за полугодие работе, после чего члены правления ещё и оглашали вывод по результатом финансово-хозяйственной деятельности по каждому филиалу и в общих чертах.       Вивиану откровенно скучно и неинтересно. От Ричестер-Холл, дело понятное, выступал Хэйс. Хорошо так, гад, выступал, судя по перекошенным лицам не только других директоров, но и некоторых членов правления. Большинство явно не ожидало, что маленький, занюханный и, как считалось, безнадёжный филиал покажет столь внушительные результаты. Он, правда, тоже сказал пару слов, подчеркнув, что менее чем за год им удалось поднять прибыль на сто процентов. Стоун побледнел и жадно глотнул воды. Вивиан же просто присел на своё место, скромно опустив взгляд. Не та ситуация, чтобы выделяться. Кому надо, тот его заметил. Те, что интересовали самого Тайтуса, тоже не обошли его персону вниманием, так что единственное, что ему остаётся, — это ждать. Ну, может, ещё ненавязчиво понаблюдать да порасспрашивать, дабы понять нынешнюю расстановку сил и позиций в рядах членов правления и подведомственных им филиалах.       К слову, интересы мистера Декстера сегодня представляет невысокий, щуплый бета. В поношенном сером костюме, с растрёпанными светло-русыми волосами и очками с толстыми стёклами, он производит жалкое впечатление, хотя и был отрекомендован, как начальник юридического отдела центрального офиса «Декстер & Групп». Всё это было ширмой, судя по тому, что этот самый начальник во время многочасового заседания проронил лишь пару слов, больше кивая и делая какие-то пометки в блокноте, которые, скорее всего, не имели совершенно никакого отношения к обсуждаемым вопросам. Что ж, это прихоть мистера Декстера, до которой Вивиану нет дела. Пока что. Для того чтобы ловить крупную рыбу, сперва нужно поймать для неё живца. А сам живец, собственно, сидел не так уж и далеко от него, усердно потея и раздражённо отмахиваясь от хлопочущей у него под боком супруги.       Стоуна он подловил банально, в туалете. Дождавшись перерыва в заседании, которое обещало затянуться до самого утра, он, ничего не объясняя искоса глянувшему на него Хэйсу, просто встал и вышел. В конце концов, у него могут быть и какие-то свои, чисто омежьи дела, в которые он не обязан посвящать своего начальника.       — Вивиан! — Стоун, распахнув дверь кабинки, едва ли за сердце не хватается, инстинктивно отступая назад. — В смысле, мистер Тайтус, вы меня чертовски напугали.       — Прошу прощения. Пугать вас я себе за цель как раз и не ставил, — он стоит аккурат напротив мужчины, опираясь о раковину, скрестив руки на груди и глядя себе под ноги. Не тушуясь, просто скрывая злорадную улыбку.       — Ну да... — бета пару секунд мнётся в кабинке, но после всё же подходит к раковине, хотя у самого Вивиана складывается такое впечатление, что Стоун и с неподтёртой задницей сбежал бы, только бы побыстрее оказаться подальше от него.       — Мистер Стоун, — бета, с нервным остервенением споласкивающий руки, вздрагивает, — неужто не поздравите своего бывшего подчинённого?       — Поздравляю, конечно, — бормочет Стоун, дёргая бумажные полотенца, которые, словно назло ему, застряли на бобине. — Вам удалось достичь просто невероятных результатов, мистер Тайтус. Признаться, я горд, что человек именно с моими рекомендациями смог исправить положение филиала в Ричестер-Холл. Впрочем, я и не сомневался, что вы, мистер Тайтус...       — Если вы так горды, мистер Стоун, — перебивает он мужчину, поворачиваясь к нему лицом, — так почему бы вам не продемонстрировать свою хвалёную честь и честность, выполнив данное вами же обещание?       — А, вы о том нашем маленьком соглашении, Вивиан, — понятливо тянет Стоун, заметно расслабившись. Видать, сука, чует за собой мазу, против которой омежке вроде как не попереть. Но и Вивиан не просто омежка, он — Тайтус, и даже наполовину Морган, который не любит прибегать к связям своих родственников, но не гнушается намекать на подобную возможность.       — Видите ли, Вивиан, — бета даже плечи распрямляет, пытаясь казаться то ли крупнее, то ли внушительнее, то ли просто надуваясь от самодовольства, — в Ричестер-Холл вы ушли по переводу, более того, даже не по контракту, так что сохранять за вами место в Детройте я не был обязан. И я его и не сохранял, — Стоун мстительно ухмыляется. — То же, что я вам обещал, — это всего лишь слова, которые никто не сможет подтвердить, плюс место зам. главбуха уже занято достойным, полностью устраивающим меня человеком. Уж простите, Вивиан, — мужчина показательно разводит руками, — но в ловушку загнал вас не я, а вы сами, когда оказались совершенно некомпетентны и недальновидны.       — А я и не мечу на место зам. главбуха, — пропустив мимо ушей монолог Стоуна, продолжает напирать Вивиан. Не то чтобы жаль, что перед ним всего лишь бета, на которого своей породой не надавишь, однако было бы куда приятнее сразить альфу или хотя бы гамму. Свергая с пьедестала бету, кайфа почти что не ощущаешь. — Я собираюсь занять место иного заместителя, вашего, — подчёркивает Тайтус, — скажем, по финансовым вопросам.       — У тебя всё с головой в порядке, Тайтус? — прищуриваясь, спрашивает Стоун. — На каком основании ты, шавка, диктуешь мне условия?       — На том, что вы облажались, мистер Стоун, — хмыкает Вивиан, загоняя бету в глухой угол, — и сейчас, что вы прекрасно понимаете, стоите на пороге своего позорного увольнения, с треском, скандалом и, возможно, по статье. Хотя, — Тайтус окидывает побагровевшего мужчину взглядом, — что-то подсказывает мне, что вы слишком много знаете, дабы отделаться лёгким испугом. Как думаете, в федеральной тюрьме штата для вас уже подготовлено койко-место?       — О чём ты, Тайтус? — бета задыхается от страха и негодования. — Что за беспочвенные обвинения?       — Вам ведь дали чёткое указание, мистер Стоун, не так ли? — Вивиан делает шаг вперёд, пристально всматриваясь в омерзительное лицо беты. — Отправить в Ричестер-Холл недалёкую пустышку, которая не помогать Хэйсу станет, а окончательно завалит все дела. Но вы, мистер Стоун... Нет, не так, — Тайтус томительно выдыхает, с неким ликованием наблюдая за тем, как расширяются зрачки глаз беты и как заполошно, словно ища выход, начинает метаться его взгляд.       — Вы настолько хотели избавиться от меня, Моргана, омеги, из-за которого вы не только лишились подельника, но и крупной суммы отмытых денег, что пренебрегли установкой, данной вам свыше, и сплавили в Ричестер-Холл меня. Наверняка рассчитывали, что даже я не потяну. Были убеждены в том, что вы настолько близки к верхушке, что знаете достаточно о её планах, чтобы вертеть их на своё усмотрение. Увы, мистер Стоун, вы даже не пешка. Вы — всего лишь одна из многих ячеек на шахматной доске, которую каждая фигура использует тогда, когда ей это необходимо.       — Чего ты хочешь, Вивиан? — уцепившись в край раковины, бормочет Стоун. — Должность моего зама? Если так, то спешу тебя разочаровать: после вашего с Хэйсом сегодняшнего триумфа хорошо, если я вообще останусь в своём кресле, а вот влиять на текущее положение дел мне точно не позволят.       — Позволят, если филиал в Ричестер-Холл таки обанкротится, — хмыкает Вивиан.       — Ты это можешь? — Стоун вцепляется в его пиджак своими влажными от пота пальцами, как псина, с умоляющим, просящим выражением заглядывая ему в лицо. — Если ты это сделаешь, Вивиан, я... я…       — У меня есть возможность разрушить построенный мною же карточный домик одним движением пальцев, — Вивиан отцепляет от себя руки беты, брезгливо морщась. — Всё зависит от того, что я реально получу взамен. Похлопочите там, Стоун. Ваши предложения я жду до завтрашнего вечера, — и, уходя, добавляет уже через плечо. — Не от вас, мистер Стоун, посредника в десятом колене, от кого-то, кто действительно способен оценить масштаб моего влияния в столь приевшемся им Ричестер-Холл.       Стоун остаётся переваривать услышанное, а у Вивиана есть ещё пара минут для того, чтобы привести в порядок свой ореол, который сейчас пульсирует так рвано, будто всё это время он не с куском дерьма разговаривал, а лежал под опускающейся на него циркулярной пилой. Да, он сучка, сволочь, мразь и так далее по списку, однако это ещё не означает, что омежья его часть, та, что покладистая, совестная, милейшая, безвредная и ласковая, рада такому положению вещей.       Она, задыхаясь, хрипит о предательстве, и Вивиану нечего возразить своей необразованной совести. Да, он предаёт Хэйса не только как руководителя, но и как альфу. И что с того? То, что он спит с Хэйсом, ещё не означает, что он это делает только из прихоти или же от большого желания. По большей части из-за выгоды, и только после уже идут чувства, которые сейчас и душат его, вынуждая опереться рукой о стену и пару раз глубоко вдохнуть.       Понимать, что своими руками рушишь не только нечто материальное, но и будущее двух сотен человек — Вивиан не отрицает, что это тяжко, но терпимо. В конце концов, он более дальновидный, нежели может показаться на первый взгляд. И пусть омежья совесть опять скулит о том, что его планы шатки, а методы слишком жестоки, Вивиан отступать не собирается. Поздно.       — Вивиан! — Тайтус выпрямляется, делая вид, что поднимал запонку, которую теперь тщетно пытается прикрепить обратно на манжет правой руки.       — Где ты ходишь? — обычно спокойный Картер выдирает из его пальцев запонку и сам застёгивает. — Я тебя уж обыскался.       — По поводу? — Вивиан приподнимает бровь, вроде как заинтересованно, но оставаясь совершенно спокойным. Даже его ореол едва осязается, хотя интуиция внутри прямо-таки вопит о том, что что-то сейчас да грянет.       — С тобой хотят поговорить, — Картер берёт его за руку, буквально вынуждая идти за собой. — Хэйс уже там.       — Чего ты так суетишься, Картер, будто тебе прилетело вожжи от самого ББ? — подначивает мужчину Тайтус, но Картер как-то слишком резко останавливается, оборачиваясь, и по взгляду гаммы Вивиан понимает: да, действительно поздно. Партия уже даже не начата — она в самом разгаре. И, похоже, король лично заинтересовался расстановкой своих пешек.