Кровь и любовь - глупая рифма

      И вновь спёртый воздух и высокие стены давили на неё. В закрытых помещениях, насквозь провонявших человечиной, у Веланны начинался приступ клаустрофобии. Она поспешила покинуть Башню Бдения, как вдруг чья-то рука остановила её. Рука была одета в перчатку, тонкую, гладкую на ощупь. Людская, орлесианская работа, эльфы таких не шьют. Эту руку она бы узнала из тысячи подобных рук. — Дэниел, — хрипло проговорила она, не оборачиваясь. — Куда ты? — спросил мужчина. Веланна вздохнула: — Пусти. Мне нужно подышать свежим воздухом. Это место угнетает меня.       Мужчина ничего не ответил, но ослабил хватку. Веланна незамедлительно выпорхнула из рук Стража-Командора и скрылась за воротами.       Снаружи воздух был ничуть не чище: из кузницы Вэйда воняло свежими кожами и палёнными отходными материалами; во внутреннем дворе, где упражнялись солдаты, повсюду витал ядрёный запах пота и грязных тел; из лаборатории Дворкина тянуло серой, порохом и селитрой. Веланна вздрогнула и помотала головой. — Отвратительно.       На ладони оставалось ощущение мягкой бархатной перчатки. Страж-Командор, маг, человек… Дэниел не выходил у неё из головы. Все сердечные заверения о том, что она влюбилась в человеческого мужчину, Веланна резко отвергала. Но в присутствии Стража-Командора эльфийка могла только грубить, либо неловко молчать, отчего голос разума подсказывал ей, что сердце лгать не может. Эта мысль гневила её и, вновь заверив себя в хладнокровном отношении к Серому Стражу, она запустила небольшим зарядом молнии в стену крепости. Молния мгновенно рассыпалась при соприкосновении с препятствием. Своим чутким эльфийским слухом Веланна услышала приближающиеся шаги со стороны входа в крепость. Бежать? Нет, она не привыкла бежать. Если им нужно поговорить – они поговорят. Веланна собрала в кулак всю свою волю… — Добрый день, миледи. — Тьфу ты, Натаниэль! — задёргалась эльфийка, увидев на пороге младшего Хоу. — Вечно ты со своей «миледи».       Разбойник улыбнулся. — Кого-то ждёте? — Нет, — Веланна приняла естественную позу. — С чего ты взял? — У вас вид, довольно… озабоченный.       Эльфийка фыркнула. Натаниэль откланялся и пошёл прочь, добавив вслед: — Командор в своём кабинете, разгребает бумаги. — Угу, хорошо, — хмыкнула Веланна в задумчивости. — Стой… Что? Какая мне разница, где он? Эй! А ну вернись!       Натаниэль не обернулся, но даже по его спине она видела, как лицо разбойника растянулось в довольной ухмылке. Зарычав в голос, она выпустила в стену огненный шар, который, взорвавшись, оставил широкое чёрное обугленное пятно. — Эй, остроухая! Не буянь! Сама потом будешь крепость перестраивать! — крикнул Волдрик Главонак. Веланна, пробурчав себе под нос несколько эльфийских ругательств, закрепила за спиной посох и отправилась в лес Вендинг. — Будьте осторожны, госпожа Веланна, — с беспокойством произнёс лучник, — в лесу нынче небезопасно бродить одной.       Уходя, зазывно виляя бёдрами, эльфийка выставила напоказ сжатую в кулак ладонь с изящно отставленным средним пальцем. Этот жест был тем немногим, что Веланна позаимствовала у людского племени. И хотя она слабо понимала его значение, она прекрасно освоила сферу его употребления. Чтоб ЕЁ предупреждали об опасностях в лесу. Вздор! Если кто забыл, она сама совсем недавно была главной опасностью Тропы пилигримов. С ней были её руки, её голова, её язык и её незыблемая связь с природой. Никакого осязаемого оружия ей и не было нужно: оружие мага всегда находилось при нём.       С ловкостью лесной кошки она передвигалась по лесу. Она запрыгнула на заваленное дерево и с лёгкостью, присущей маленькой хрупкой эльфийке, пробежалась по стволу. Запахи диких трав и цветущих растений, заполняли её лёгкие, заполняли её всю. Она вдыхала эти чистейшие, не тронутые отвратительным людским смрадом ароматы, и душа её очищалась. Ей вдруг захотелось сбросить с себя смертную оболочку и взвиться птицей к небесам. Она вспомнила, что Дэниел владел искусством превращения в животных. Может, он сможет научить её принимать облик птицы…       Веланна тряхнула головой: она снова думала об этом человеческом маге. Невообразимо! Она отбросила глупые мысли и продолжила свой катартический путь.       В ветках деревьев шумно перекрикивались птицы. Одни из них заливались неритмичным пением, другие противно скрипели. Всё вместе это создавало особую музыку природы, песню тишины и умиротворения. Веланна села на землю, скрестив ноги. Муравьи и прочие отважные букашки тут же принялись штурмовать тёплое тело эльфийки. Она не обращала внимания. Всё это было настолько естественно, настолько близко к ней, к долийцам, к матери-земле, что она была готова лично кормить кровью каждого кусавшего её комара.       Шум городов, вечная возня, толпы народа и бешеный темп – это люди считают жизнью? Нет, Веланна знала, что такое жизнь. Жизнь – это то, что сейчас происходило вокруг неё. Песня ветра в зелёной листве; Шумной речки немое спокойствие; Тихий стрекот в высокой траве… Что там дальше? Веланна напряглась, вспоминая последнюю строчку строфы из эльфийского стихотворения «Sa'vunin». Тщетно. Она помнила лишь эти три строчки, четвёртая точно не существовала. Так и незаконченным стихотворение она одним из первых записала в свою зелёную тетрадку с изображением дерева на кожаном переплёте, которую ей подарил… Веланна скривилась от одного осознания того, что каждая её мысль непременно приводит к Дэниелу! Глубоко вдохнув, эльфийка с шумом выпустила воздух из лёгких и продолжила свою путь-дорогу.       Чем дальше она отходила от людских селений, тем меньше ей хотелось возвращаться в крепость. Но обязательства перед Серыми Стражами и собственной сестрой не позволяли ей навсегда покинуть Башню Бдения. Поклясться служить Стражам взамен на их способность чуять порождений тьмы… Тогда ей это казалось хорошей идеей. Впрочем, уже поздно думать о содеянном. Она сделала это добровольно и никого, кроме себя, ей винить было некого. Веланна проскользнула в укрытую кронами ив чащу. Подивившись, почему она раньше не замечала этой поляны, эльфийка пошла по зелёной тропинке. Это было чудесное место, сокрытое от глаз и в то же время такое живое, цветущее и благоухающее! Как бы ей хотелось остаться здесь, если не навсегда, то хотя бы на недельку или месяц. Но больше всего её удивило великолепное разнообразие растительности в этом маленьком уголочке леса. Многие из растений она знала прекрасно: это были и привычные одуванчики, и эльфийские корни. Другие она припоминала с трудом. Отдельные же растения и вовсе видела впервые. Веланна нагнулась, чтобы разглядеть интересного представителя флоры. Она тронула листья, покрытые белым пушком, те отозвались ей мягким, приятным прикосновением. — Это же стахис, — произнесла она в задумчивости. – Как странно… Я думала, он растёт исключительно в горах.       Она ещё раз прошлась по растению ладонью. Листья были такие приятные, бархатные… бархатные, точно орлесианская перчатка… Интересно, почему он всегда носит только одну перчатку?..       Веланна скрежетнула зубами. Словно призрак Дэниел преследовал её повсюду: в облаках голубеющего небосвода, в таинственном шёпоте трав, на каменистом дне реки Хафтер . Везде, куда бы ни посмотрела девушка, она видела взгляд его маленьких глаз, слышала его глупый смех, которым он, порой, разражался во время боя или чувствовала притягательное тепло его слишком крепкого для мага тела. Это сводило её с ума. Веланна откровенно не любила весь людской род и так глупо, по-детски влюбилась в человека. Верно, у Творцов отменное чувство юмора.       К чёрту! Так и быть, здесь, в этом укромном углу, где её никто не найдёт, она уступит своим желаниям, не будет отгонять от себя мысли о Дэниеле, предастся грёзам и сладостным мечтам. Веланна отбросила посох, забралась поглубже в траву и, приняв наиболее удобное положение, улеглась. С лёгкой ироничной улыбкой она произнесла «Что же ты делаешь?», обращаясь ни то к себе, ни то к своему объекту обожания, и закрыла глаза.       Место было выбрано как нельзя удачно. Чтобы уснуть, Веланне понадобилась всего пара-тройка минут.       Тень. Место, куда во время сна попадают души всех живых существ, кроме гномов. Любимый объект исследования у магов. Никто не властен над Тенью, но каждый способен изменить её по своему усмотрению. Прогуливаясь вдоль реки, шурша опавшими листьями, Веланна наблюдала середину осени. Она хотела, чтобы была осень. Днём ещё было достаточно тепло, но под вечер уже холодало. Она хотела, чтобы был полдень. Неподалёку прогуливался дух в сверкающих латных доспехах. Нет, этого она не хотела. Но она не могла запретить духам бродить в Тени, это был их мир. Но они так же были не способны видеть мир, созданный ею. И в этом прелесть Тени: мир, тот идеальный мир, что она могла построить в своём воображении, оставался только её миром. Это не могло не баловать самолюбие эльфийки. И она продолжила. Полуденное солнце находилось ровно над её головой. Она остановилась, с улыбкой наблюдая за утками, плавающими в воде. По её велению в руке оказался ломтик хлеба. Она раскрошила его и бросила птицам. Утки с удовольствием проглотили брошенное им лакомство. Тень… Веланна была уверена, что хотя бы здесь призрак человеческого мага не будет её преследовать. Она ошиблась.       На её плечи мягко опустились мужские руки. Веланна, вздрогнув от неожиданности, медленно развернулась. — Что? Дэниел? Тебя не должно здесь быть. Я не…       Мужчина улыбнулся и заправил ей за ухо локон. Веланна ощутила, как начинает расплываться в его объятиях. — Кто ты? Дух? Или плод моего воображения?..       Она ощутила слабость в коленях. Хотелось лишь одного, чтобы он держал её крепче, не отпуская. Она погладила его по щеке. — Такие странные ощущения… Если бы ты только мог испытать подобное…       Маг прижал к себе эльфийку ещё крепче. Да, она хотела этого. Желала, искренне, всем сердцем. Веланна чувствовала, как растворяется в нём, становится его частью… ей нравилось. — Хорошо, что ты не можешь разговаривать, — почти что беззвучно прошептала она. — Я разучиваюсь говорить рядом с тобой… Хорошо, что ты не знаешь об этом… Как хорошо…       Ей всё труднее было думать, всё хуже она осознавала грань между сном и реальностью. Ей хотелось, чтобы сон длился вечно. Она хотела этого…        «Веланна? Веланна!» — услышала она отчётливо в своей голове голос Дэниела. — М-м-м? — прохрипела эльфийка, с трудом отрывая физиономию от груди мужчины. — Ты… Ты что-то сказал?       Лицо воображаемого Дэниела было, как всегда, недвижно, лишь слегка подёргивались губы в улыбке.        «Очнись же, Веланна!» — Что за ерунда? — простонала она, пытаясь отстраниться. Но мужчина не разжал руки. — Эй, пусти. Я приказываю!        Маленькие глазки Дэниела вспыхнули ярко-жёлтым огнём. — Останься, Веланна. Ты же этого хотела. Ты же этого желала, — произнёс мужчина голосом Дэниела, состоящим из тысячи других голосов, эхом переплетавшихся друг с другом. — Что? Нет, я не… Я не хочу! — эльфийка попыталась вырваться, но сил почти не осталось. Она взглянула на своего пленителя, но перед ней стоял уже не Дэниел. Это была высокая обнажённая женщина со стройным соблазнительным телом. Её кожа была нежно-пурпурного оттенка. Голову венчали два длинных, завинченных рога. — Демон Желания, — обречённо-шокировано произнесла эльфийка. — Отдайся своим желаниям, — произнесла демонесса, — я дам тебе всё, что ты захочешь. Ты будешь счастлива. О, как ты будешь счастлива!       Она разразилась громким, леденящим душу смехом и прикоснулась к щеке побледневшей эльфийки. Только сейчас Веланна ощутила, насколько холодным было это прикосновение. Она слышала вдалеке голос Дэниела, отчаянно звавший её, но больше не могла сопротивляться: демонесса вытянула из неё почти все силы. — Дэниел, — прошептала она одними губами и безвольно рухнула в объятия демона. Последнее, что ей удалось услышать, был довольный, леденящий душу смех, состоящий из тысячи различных голосов, эхом переплётшихся друг с другом.