15 глава «Последствия шторма»
17 июня 2018 г., 18:48
Примечания:
Да-да-да... Опять я долго не выкладывал новую главу... Я хороший... исправлюсь...
Итак! С наступившим всех летом, желаю вам всем успешно провести каникулы! Некоторые из вас, возможно сдавали и сдают экзамены, поэтому я держу за всех кулаки и посвящаю эту главу именно вам.
И, нет, у Дискорда нет болезни сердечной, не надо скидываться на лечение. Скиньтесь мне лучше на новые книжки)
Приятного прочтения! Тут дофига романтики, заранее извиняюсь за это!
Трудно усидеть на месте. Мандраж. Дыхание спёрло. Мне одновременно хотелось пить и не хотелось.
Прямо за моей спиной идёт экзамен. Экзамен по химии. В кабинет не впустили никого, кроме детей и комиссии. Не дали возможность даже директору присутствовать при сдаче. Чего боятся? Что она им списать может дать, если текст с задачами они привезли с собой?
В коридоре послышались шаги. Засев в телефоне, в мою сторону медленно начал приближаться Док. Увидев моё угрюмое лицо, он рассмеялся так, чтобы не мешать тем, что сейчас страдают в кабинете. Даже убрал в карман свой телефон, чтобы подольше поглумиться надо мной.
– Погодка сегодня серая над школой. А, профессор?
– Сходи в туман и потеряйся там, мелочь…
– Настолько всё плохо? Неужели, не сумели вложить в их головы и грамм знаний?
– За себя отвечай. Я их, вроде, нормально подготовил.
– Тогда почему снег темнее Вашего лица?
– У меня такого никогда не было… А если не сдаст кто-то? Мне конец. Селестия меня убьёт и закопает тело в саду…
– Она не живодёрка. Просто уволит.
– А если у кого-то найдут шпоргалку? Влетит опять же мне! Разве это справедливо?
– Да не стоит так волноваться. Вряд ли Вам прямо так уж достанется, Вы же здесь совсем недавно.
– Не может быть так гладко… Ты почему не на занятиях, ребёнок? – догадался я, что передо мной стоит прогульщик.
– Я уже давно всё сдал заранее. Уже вышел на законные каникулы. Табель показать?
– Потом как-нибудь.
– Ну, я пойду. Меньше хмурьтесь, профессор. Я уверен, что Вы зря трясётесь над своей проблемой.
Может быть, в его словах и есть немного правды. Только быть полностью в этом уверенным у меня не выйдет, пока не увижу заполненный табель класса.
По коридору пронёсся аромат маффина, который только-только полили сверху горячим черничным сиропом. Отвлёкшись от своих бедственных мыслей, я глазами попытался найти источник аромата. Моему взору была представлена очередная дивная картина: директор почти бесшумной походкой приближалась ко мне. Поймав мой взгляд, она остановилась, поняв, что её присутствие было замечено. Робко улыбнувшись, Селестия уже прибавила шаг ко мне. Я поднялся с места, чуть не рухнув от того, что слишком засмотрелся на директора.
– Вы в порядке? – с не сползающей вежливостью прощебетала она.
Нервно сглотнув, я снова посмотрел на дверь всё ещё закрытого кабинета. Одни лишь мысли о людях, сидящих за ней, вызывали волнение. Ответственность за их результаты давила практически сквозь все вежливые взгляды директора, о чём сама, наверняка, даже не подозревала. Мне очень сильно не хотелось подставить её репутацию вместе с репутацией школы, не хотелось видеть разочарование, не хотелось так легко вылететь со школы, в конце концов!
– Ну… могло быть и лучше, – с долей самоиронии ответил я и попытался натянуть хотя бы наигранную улыбку, чтобы немного прикрыть свою трусость.
Как оказалось, Селестию трудно обмануть, учитывая мою понурость до этого.
– Я и не знала, что Вы так сильно будете переживать по этому поводу. Может, Вам стоит пойти немного отдохнуть?
– Что Вы, вовсе нет! Я и с места не сдвинусь, пока они не выйдут.
– Вы очень блещете самоотверженностью, профессор Сэдлер, одобрительно кивнула директор.
– Стараюсь перенимать всё от Вас, директор!
– Что же, приму за профессиональный комплимент!.. Если Вам будет нужна помощь, то Вы всегда можете обратиться ко мне. Удачи!
– Спасибо, она не повредит.
Вновь остаться со своими мыслями наедине было не так уж и приятно. Я надеялся, что Селестия хотя бы составит мне компанию и поможет избавиться от самоедства. Как же сильно я ошибся… Зачем ей это делать? У неё хватает «директорской» работы. Да и позвала к себе она только из вежливости, не более… Надо меньше мечтать, пока не пропустил нормальную живую перспективу!..
Спустя час, я понял, что засыпаю. Филейная часть оквадратилась до того, что я перестал её чувствовать, поэтому решил сам прогуляться по коридору.
Погода начала частично портиться, словно небо оплакивало мою судьбу вместе со мной. Мне так страшно ощущать себя во всём этом. Не слишком ли я быстро привык к этой жизни? В том мире меня уже не ожидало нечто новое, что заставит строить всё новые и новые планы на будущее, что вообще заинтересовало бы меня смотреть вперёд. Поняший мирок, да и измерение Хаоса тем более, у меня не вызывают чувства жжения в груди. Лишь в людском мире я почувствовал огонь внутри себя, понял, что могу быть частью чего-то большего. Только магии мне всё-таки иногда очень не хватает. Мне хотелось бы превратиться в паука и подслушать экзамен, но, увы, чудо-зеркало не учитывает интересы пролетающего сквозь него.
Школа оказалась не такой уж и маленькой. Настолько, что я умудрился заблудиться. Теперь мне был открыт доступ в крыло, где учились лишь первогодки. Они сегодня тоже добивались продолжения обучения на контрольной работе. В отличие от кабинетов моего крыла, здесь были двери со встроенными стёклами, поэтому можно в любой момент подглядеть, кто чем занимается. Этим я, в принципе, и занимался: любовался испуганными лицами первогодок. Какая прелесть. У меня у самого не лучше.
Во мне просто гибнет поэт! Я бы взорвал это место красотой своего слога, если бы умел толково писать, ведь почерком моим можно спокойно заполнять военные документы и карты; всё равно чёрт ногу сломит, пока прочтёт мои письмена.
А ведь я могу написать мемуары о всём том, что со мной было. Но проблема одна: кому интересно всё это будет читать? Побасёнки старого поехавшего холостяка, не больше. Дальше первой страницы никто не уйдёт. От критиков гордо я спрячусь под лавкой, прикрыв рукой трусливый хвост.
Я мог описать бы всю эту школу, какой сам её вижу, какой вижу быструю жизнь, её людей: приходящих и уходящих, влюблённых и обиженных, открытых и болезненных. Моё сердце наполнено этим миром и этой жизнью. Я просто должен поведать её другим. И пусть не верят! Я-то знаю, как всё было на деле.
Моё романтичное настроение дало свои плоды: наконец-то, я отвлёкся от мыслей об экзамене и просто наслаждался прогулкой по школе. И что с того, если вдруг не сдадут? Кончится на этом наша жизнь? На вряд ли. Только если сейчас со скоростью света не несётся к нам огромный астероид из далёкой Вселенной, чтобы здесь оставить солидный блин.
В одном из кабинетов послышалась вибрация. Подойдя ближе, я расслышал более чёткий ритм: играла музыка. Сразу стало понятно, что это «Рэйбумс» репетируют перед выпускным. Мелодия была гармоничной и подбадривающей, как раз в их духе. Делать мне было нечего, поэтому я сел на пол, опиравшись о дверь, и стал вслушиваться в бесплатный, организованный «специально для меня» концерт. Закрыв глаза, начал видеть перед собой разного рода картинки, порождённые их песней. Фантазия цвета сочной зелени…
***
Селестия закрыла за собой дверь кабинета и, тяжело выдохнув, с грустью прошагала за свой стол. В её лице явно читалось недовольство собой, в связи с той неразберихой в душе, которая гложет её уже которую неделю. Взяв в руки бумаги со стола и быстро пробежав по ним взглядом, она со злостью бросила их в мусорное ведро, вызвав сильный грохот, разнёсшийся, казалось, по всей школе. Через некоторое время, в кабинет вошла младшая сестра: – С тобой всё в порядке? – спросила она, стоя на пороге. – Нет, не в порядке. Заходи… Луна сразу же приметила изменения в своей сестре в последнее время. Та явно была чем-то обеспокоена, поэтому младшая сразу стала наблюдать за Селестией, чтобы, наконец, понять, в чём дело. Выводы были неутешительны. Тия стала чаще вздыхать не в тему, волноваться на педагогических советах, а иногда её попросту мучила бессонница. Любой бросит панику, если с единственным близким человеком происходит подобна околесица. – Я это заметила, Тия, – спокойно произнесла заместитель и села на диван, пригласив рукой сесть рядом и сестру, на что та ответила робким взглядом и повиновением. – Не поделишься со мной, что с тобой происходит? – Я и сама не до конца понимаю, что это. Но всё связано с одним человеком… – О ком идёт речь? – взволнованно спросила младшая, пытаясь самостоятельно угадать имя. – О Дискорде Сэдлере. – Вот как… Не о профессоре, а именно Дискорде Сэдлере? – Так и есть, Луна. – Ну, и чем же он выделился, что не получается выкинуть из головы мысли о нём? – Мне, наверное, не дано понять этого. Постоянно думаю о нём. Но далеко не в профессиональном плане… – Ты что, в него влюбилась? – с долей негодования спросила Луна. В ответ поступило лишь молчание. А стоит ли отвечать на такой вопрос, если ответ и так очевиден? – Тия, но ты же взрослая женщина… – И что, мне надеть венец безбрачия от этого? – зло посмотрела на сестру старшая. – Дело твоё, но ты подумай лучше. Не стоит бросаться на первого встречного мужчину, если он выглядит весёлым. Ты не можешь знать наверняка, какой он на самом деле. Да и, тем более… он старше. Сильно. Разве тебя это не останавливает? – Я уже перебрала все возможные и невозможные варианты. Мне надоело понимать то, что большинство моих учеников быстрее найдут своё счастье быстрее их директора. Я разве не заслужила другой судьбы. А если моя судьба – это он? Да, не стоит бросаться с головой, но и ты меня пойми… – Не беспокойся, я прекрасно вижу всё. Просто сестринская ревность, наверное, заиграла… Но ты всё равно подумай об этом хорошенько. Не хочу вновь видеть тебя разбитой. – Не напоминай лучше… – Как скажешь… Что с экзаменом? – Пока тишина. Кажется, ещё час точно будет идти. – Раз так, тогда, давай, лучше пойдём перекусим, – поднялась с места Луна, но была остановлена за руку Селестией. – Что? – Ты же поддержишь меня в любом случае? – Само собой разумеется, – улыбнулась сестре младшая.***
Почувствовав боль в затылке, от удара я сразу пришёл в чувство. Вот чёрт, уснул! А разбудила меня никто иная, как Рэйнбоу Дэш, которая решила поиграть в будильник с помощью выхода из кабинета. Сейчас же она шокированным взглядом смотрела на меня. – Неплохо играете! – вывел её из транса я своей очередной оптимистичной подачей. – Спасибо. А почему Вы на полу валялись? – Отвлекать не хотелось, а лавочек, как видишь сама, нет. В этот момент выскочила и Сансет. – О, добрый день, профессор! Какими судьбами? – Проходил мимо и увлёкся прослушиванием музыки. Денег за это, надеюсь, не сдерёте? – Возможно, если оставите после этого хорошую рецензию! – после этой шутки, она повернулась к подругам, – Ладно, увидимся на выходных, девочки! Я и не заметил, как настало время обеда. Очень вовремя Дэш меня стукнула. Бодрой походкой мы с Сансет отправились перекусить в столовую. – Забыл совсем спросить, почему ты меня при всех называешь профессором? – Ну, есть много причин. Одна из них: слухи. Все, как увидели, что мы живём вместе забеспокоились, думали, что ты извращенец, который приударил за мной. Потом я объяснила, что ты мой отец, который нашёл дочь, после смерти бывшей жены, и решил снова взяться за моё воспитание. – Как же сильно ты не любишь свою мифическую мать. – Ну, а что такого? Зато история вышла более плаксивой и правдоподобной. Они считают тебя академиком, который много лет работал в различных университетах! Держись за статус! – Отлично! – усмехнулся я, но вдруг вспомнил о ещё одном незаконченном деле, – Слушай, давай-ка мы в столовую через мой кабинет пойдём, есть какое-то предчувствие. – Да ты у нас экстрасенс? Хозяин-барин, ты же платишь за обед! – Держи карман шире! Я ещё стекло не оплатит. – Сам виноват!.. Чутьё меня не подвело. Всех ребят выпустили, а комиссия уже отчитывалась перед директором. Та плохо скрывала эмоции, поэтому я ещё издалека приметил, что всё закончилось, в итоге, хорошо. Команда детективов стояла в своей куче и хвасталась табелями перед Доком, который хоть и младше их, но смотрелся со стороны мудрым наставником. В первую очередь, к ним я и подошёл. – Ну, что? Можно всех поздравить со счастливым концом? – Ага! – весело прозвенел голос Бон-бон. – Почти, хах! – интригующе произнесла Лира и с усмешкой посмотрела в сторону Зекоры, которая подходила к нам. – Ну, а у Вас что, юная ЛЕДИ? Пятёрка, как и ожидалось? – в ответ на это она лишь понуро фыркнула. – Да она едва тройку получила, профессор, вот, и не хочет признавать неправоту, – выдала тайну Октавия. – Да кому вообще нужны уроки? – злобно посмотрела на меня несостоявшаяся шаманка, – Я всю ночь работала над расследованием. Гордо вскинув голову вверх, она развернулась к нам спиной и отправилась по своим делам. Мне стало даже как-то жаль её, хоть Зекора и получила по заслугам. Если бы она вела себя не как уверовавшая единоличница, то всё могло кончиться лучше и для неё тоже. Рано или поздно, но ей придётся признать превосходство другой позиции, а не своей собственной. Отпраздновали сдачу мы уже в клубе за поеданием бутербродов с сыром и колбасой. В Эквестрии нет колбасы, поэтому для меня поначалу было дикостью есть это, но со временем мне-таки удалось к ней привыкнуть, да и вообще к людской еде, потому что останки, которые мне подарила чудо-стекляшка, требуют затрачивать больше энергии. Одними ромашками тут явно не обойтись, да и тебя примут здесь за психа, если ты начнёшь при ком-либо есть цветы… Я бы и сам не согласился. Отвык уже от всей этой зелени. Вечерело, поэтому клуб начал постепенно расходиться по своим комнатам. – Дискорд, ты идёшь? – спросила Сансет, когда она с Дерпи и Доком уже собирались уходить. – Вы идите. Я ещё здесь побуду. Мне надо проверить, что выпускники нарешали. – Хорошо, я тогда оставлю Вам ключи, – подошёл ко мне Док и отдал связку, – Не забудьте потом вернуть. Удачи Вам! – И тебе не болеть от весёлой шумной ночки. Я остался наедине с собой и с кипой заданий с решением. Скучное, конечно, занятие, но, зато можно трезво оценить масштаб прошедшей трагедии. После проверки нужно будет отчитаться перед Селестией за проделанную работу. Сомнительная процедура, да и я побаиваюсь к ней идти. В последнее время мне становится не по себе при каждой новой встрече с ней. Одни только появления её во снах чего стоят. Свалилась же она вообще мне на голову. Из-за неё лишь неприятные воспоминания с неудачами стали резать меня изнутри. Я на такое уж точно не соглашался, когда устраивался сюда на работу… Я всё ещё помню беззаботную принцессу, которая гуляла со мной по саду возле моего старого замка. Я помню, как она любила это место, как любила учиться у меня магическому искусству, как покорно принимала воспитание от Старсвирла и как любила меня… Тогда, на церемонии она поклялась мне в любви. Я не мог ей отказать и поверил в её любовь. Нападение изменило всё в нашей жизни. Клятвы забылись, а Селестия снюхалась с стражником. Даже после этой боли, я нашёл в себе силы помочь и приобрёл нечто большее; у меня появилась дочь, о которой даже мечтать-то не мог. А что же сейчас я вижу? Неиспорченная Селестия, которая гораздо чище и честнее своей альтернативы в другом мире. Но смогу ли я взять себя в руки и снова дать шанс своим чувствам – загадка. Моему счастью не было бы предела, если бы это оказалось явью. Я устал проверять работы, мою спину ужасно ломило, поэтому решил взять тайм-аут, чтобы налить себе очередную кружку чая. Голова машинально повернулась в сторону сада, где, как оказалось, сидела Селестия. Сердце забилось чаще. Я сам себя мучаю по большей части; чувствую себя тяжело рядом с ней, но в то же время не могу оторваться от блеска её волос при свете заходящего Солнца. «Желаете сами произвести закат, а, принцесса?» – мысленно про себя произнёс и продолжил наблюдать за ней. Она так же, как и я, пила чай и наблюдала за светом, пробивающимся сквозь листья деревьев, попадая на школу. Судя по всему, настроение её отдавало меланхолией. Почему – мне непонятно. Все всё сдали вроде бы хорошо, а она всё грустит… Не выдержав самого себя, я взял кружку и вышел из кабинета, направившись к ней. Пусть это будет и неправильный выбор, но он будет мой. Погода развеялась, поэтому стало понятно, почему она не стала сидеть и пить чай в холодном кабинете. Вопрос в другом: что она вообще до сих пор делает в школе, а не отдыхает дома? – Это Вы, профессор! – повернулась она ко мне и вновь одарила своей улыбкой, как в сказках и даже чуточку лучше. – Что Вы тут делаете? – Тот же вопрос и к Вам, директор. Я остался проверить сегодняшние работы и слегка увлёкся. – А… понимаю… Присаживайтесь! Я охотно присел рядом, но понял, что совершил ошибку; сердце начало предательски болеть и скулить. Она была в лёгкой одежде, поэтому талия была отлично подчёркнута. У человека и привычки с повадками человеческие. Это единственное объяснение, почему Селестия меня так притягивает к себе, я надеюсь. – Вы не рассказали о своей причине, – робко произнёс я, чем смутил директора. – Я? Просто захотелось подольше побыть здесь… Повисло неловкое молчание. Больше всего с моей стороны, ведь я, как дурак, боялся поднять любую тему для разговора. А в кабинете был гораздо смелее… – Как обстоят дела в клубе? – неожиданно порвала тишину сама Селестия. – А откуда Вы узнали? – Я видела, как Вы подружились с ребятами оттуда. Неужели, она что-то знает о нас? Или Зекора со злости слила всю информацию?.. – Дела идут неплохо. Ребята увлечены и им очень нравится так проводить время. – Ваша дочь тоже выглядит сияющей. Она очень похожа на Вас характером, – лукаво посмотрела на меня Селестия; обо всём уже в курсе… Это приводит меня в панику. – Влюблённость, да и ещё и взаимная, заставляет любого человека сиять от счастья! – Вы правы… Мистер Сэдлер? – Можно просто Дискорд. Чувствую себя старым, когда у меня на «Вы» хотят выяснить личный вопрос. – Получается, я могу его задать? – Конечно, мне нечего скрывать. – Хорошо… Почему Вы разошлись с Вашей женой? Удар ножом был бы и то приятнее, чем этот вопрос. Получается, все рассказы дошли до неё полностью. Если ей важен настолько личный факт обо мне, то она его и получит, главное, чтобы не разочаровалась потом, что затронула одну из самых больных для меня тем. – Она предала меня. Нарушила, какие только не давала, обещания. Забыла о том, что мы любили друг друга. – Простите… Мне жаль. – Это не Ваша вина, а наша с ней. Не думаю, что Вы должны переживать об этом. – Как бы то ни было, жизнь на этом не кончается, так ведь? Мир широк и в нём есть много возможностей и путей для выбора своей судьбы… Просто я Вас прекрасно понимаю. Её слова приятным теплом отозвались внутри. Ранее мало кому было интересно, что со мной происходит… Стоп! Я начинаю забываться. Селестия явно что-то знает, раз так открыто говорит о детективном клубе со мной. Неужели, после долгого времени нам снова улыбается удача? Но, вот, почему она хочет поделиться этим именно со мной, а не с Доком?.. – Время позднее. Думаю, уже пора домой, – весело пропела директор, допив свой чай. – Я буду настоящим эгоистом, если не провожу Вас! На последнюю фразу она повернулась и просверлила меня осуждающим взглядом. Я и сам понял, что сморозил глупость, которую Селестия приняла за грубость… Проводив директора до дома, мне пришлось со всех ног бежать в сторону своего общежития. На мою удачу, Сансет ещё не спала и никуда не ушла: – Кажется, у нас наклёвывается отличный свидетель либо соучастник! – с хитрым прищуром выдал я ещё с порога.
