Танцы с демонами

       — Уже уходишь? — удивлённо и слегка расстроенно спрашивает Мира, прекратив натирать стакан.        — Да, — устало прикрыв глаза, отвечает Люси, направляясь к выходу из гильдии.        — Но почему? Ты ведь только вернулась! — вскакивает с места недовольный и почему-то обиженный Нацу.        Держательница вытаскивает из кармана тёплой жилетки конверт, который ранее вручил ей Макаров и находит в себе силы улыбнуться. Пусть это делать ей совсем не хочется, но иначе они будут волноваться, что-то да заподозрят, и так просто её не отпустят.        — Мастер поручил мне кое-какое задание, я должна выспаться, а то завтра утром вставать.        Её команду эта новость, видимо, не просто шокировала, а и вызвала волну возмущения. Они направились в сторону ключницы с осуждающими взглядами, нахмурившись и сложив руки на груди.        — Так давай и мы с тобой поедем. Мы ведь команда, — улыбнувшись, как и всегда, высунул своё предложение Нацу. Люси уже была готова устало потереть виски, но вовремя остепенилась, начиная махать руками перед собой.        — Нет-нет, не нужно, это ненадолго, мастер просил меня лично его выполнить.        Их лица удивлённо вытягиваются, выражая искренне непонимание. Хвост Феи только сейчас замечает, что с их Люси что-то не так. Она вернулась к ним другая. И как только у неё получалось ранее скрывать от них перемены?        Когда они начинают это понимать, девушки рядом не оказывается. Она буквально испаряется, оставив после себя только тихо скрипнувшую дверь и лёгкий прохладный ветерок.        Магнолия опустилась в царину ночи. Заметно похолодало, но мягкий снег всё так же сунул с неба, кружась одинокими снежинками в тёмном небе. Пусть только семь часов вечера, но на небе уже показалась луна, отливающая алым цветом, прямо как волосы Эрзы. Если приглядеться — можно заметить вечернюю звезду в получистом небе.        — И снова ты уходишь, не попрощавшись, и ничего нам не сказав, — слышен звонкий мужской голос откуда-то со стороны, сопровождаемый тихими гитарными аккордами. Музыка льётся тихо, одиноко звуча на освежаемой фонарями улице.        Люси вдруг останавливается и прекращает идти следом за Баэлем. Поворачивает голову, наблюдая за тем, как кто-то, сидя на выступе одного из магазинов, тихо поёт, перебирая аккорды на гитаре. Рядом стоит ещё одна особь, скорее всего — девушка, и подпевает, скользя руками по бар чаймсе. Люди, проходящие мимо, останавливаются и слушают, чему-то тепло улыбаясь и прижимаясь друг к другу.        — Нам будет грустно, одиноко и тускло, тебе ведь всё равно, я прав? Ты тихо ускользнёшь от наших глаз, и путь твой скроет алая луна, тебе ведь тоже плохо, страшно, но к нам ты больше не привязана…        Не получается шелохнуться, развернуться и уйти домой. Баэль остановился следом, проследив за тем, как Люси стоит и слушает игру уличных музыкантов. Её глаза широко раскрыты, а на лице грустная улыбка.        Хвост Феи когда-то был для неё вторым домом на протяжении долгого времени, и покидать его, если уж честно, совсем не хотелось. Только вот она понимала, что после того, что ей пришлось пережить, нормально шагать вперёд вместе с ними у неё бы уже не получилось.        А что бы на это сказал Нацу? «Стойкий дух». Но даже он сейчас не мог помочь справиться с это травмой. «Зато у тебя доброе, большое сердце» — сказал бы Грей, на что Люси с печальной усмешкой ответила бы:        — Это всего лишь слишком хорошо замаскированное тщеславие и надменность, что свойственно всем аристократам.        «Несокрушимая воля» — добавила бы Эрза, улыбнувшись. Но ведь Люси знала, что это всего лишь страх перед смертью. Страх умереть, увидеть сожаление в глазах друзей.        Но так же страшно и покидать их. Потому что вместе с ними её сердце покидает какая-то частичка её самой. Та самая, что отвечала за улыбку, блеск в глазах, безопасность целостности её души и нормальное состояние.        К тому же, она понятия не имела, что у неё в животе. Если она, в конце концов, умрёт из-за этого, то пусть уж лучше Хвост Феи думает, что она просто ушла от них. Ей не очень хотелось наблюдать с того света за тем, как они плачутся у неё над могилкой.        — Что-то случилось? — отвлекает её от раздумий Баэль, легонько дёргая её за рукав.        Люси быстро приходит в себя, и с удивлением отмечает, что плачет. Давненько она не плакала, держала всё в себе, не обращая внимания на боль, частично парализовавшую её тело. Слёзы — такие горячие и солёные — просто текли из глаз, а она стояла тихо, даже и не всхлипывая. Просто… чувства.        — Нет, — быстро вытерев их рукавом кофты, отвечает девушка, после чего быстро мотает в стороны головой. — Ничего…        Люси засыпает, как только её голова касается мягкой подушки. В доме всё так же тепло, и её удивляет то, что Нацу, как и раньше, не взобрался к ней в квартиру. Ей было очень холодно, кружилась голова и сильно трясло. Спасало только наличие тёплого покрывала, пледа и всё ещё не до конца потухшего камина. Завтра её ждёт тяжёлый день… как и тяжёлые времена.