Как стать иллюзионистом

- Четыре евро пятьдесят центов, если не хватает денег – ничего не купишь, - грубо сказал продавец мороженого и повернулся к следующим покупателям – молодой матери с мальчиком лет семи. Ио недовольно зыркнула на полноватого мужчину за прилавком и посмотрела на свою ладонь. Четыре евро сорок центов. Всего-то десяти центов не хватает! Вот жлоб, мог бы не скупиться за такую мелочь. Девушка ещё раз окинула взглядом ценники на разные виды мороженого и злобно фыркнула себе под нос: она хотела именно его, пломбир в вафельном рожке с кусочками фруктов, и никакое другое! И всего-то десяти центов недостаёт, чтобы насладиться вожделенным лакомством… Мать с сыном наконец-то выбрали мороженое и, расплатившись за две порции, ушли, а к продавцу обратился следующий покупатель – молодой парень, явно собиравшийся угостить свою девушку. Та громко хихикала, прильнув к своему кавалеру, и довольно высоким голосом, едва не переходящим в восторженный визг (первое свидание, что ли?) рассуждала вслух, что она хочет: рожок или стаканчик, шоколад или ваниль. Её спутник, по-видимому, давно определился с выбором и терпеливо ждал решения девушки. Ио, которую оттеснили в сторону и даже не заметили, продолжала щуриться, глядя на сладкую парочку. «Меня бы кто угостил!» - с завистью подумала она. Она ещё раз глянула на монеты в руке, как будто надеялась, что недостающая монетка появится сама собой. Но этого, разумеется, не случилось. «Это же не будет считаться воровством. – Ио словно оправдывалась перед кем-то. – Конечно, меня всегда учили честности, и ложь меня ещё ни разу не довела до добра, но… но я хочу мороженое! Именно это! Я уже достаточно времени вела себя хорошо!» Она чуть отошла от прилавка, посмотрела по сторонам и, удостоверившись, что за ней никто не наблюдает, сжала руку в кулак. Глубоко вздохнув, Ио задействовала свою силу. Рука едва заметно засветилась, а миг спустя мягкое сияние исчезло. Девушка раскрыла кулак и с внутренним удовлетворением оглядела внезапно возникшую монетку в десять центов поверх остальных денег. Затем встала в очередь, смиренно дождалась, пока покупатели перед ней не разойдутся, и с широкой улыбкой снова предстала перед продавцом. - Представляете, ровно четыре евро пятьдесят! В кошельке монетка застряла, потому и сразу не нашла. - Ну-ну, - буркнул мужчина, забирая деньги и выдавая ей требуемое. Он был недоволен: мало того что эта девица отвлекала его по пустякам, так ещё сейчас болтать стала, отнимая ещё больше времени. Мысленно показывая неприятному мужчине язык, Ио забрала рожок и направилась прочь, первым делом отъедая от мороженого кусочки фруктов. Во рту разлилась прохлада и ни с чем не сравнимый вкус. Ио зажмурилась от удовольствия и замедлила шаг, чтобы как следует насладиться приятно холодным по такой жаре лакомством. Стоило ей исчезнуть из поля зрения продавца мороженого, который уже забыл о странной девчонке в цветастом платье, как одна монетка в кассе сверкнула нежно-синим блеском и пропала. Лишь много позже, подсчитывая выручку за этот день, мужчина обнаружил, что чего-то не хватает. А Ио брела куда глаза глядят. Торопиться ей было некуда, да и идти, в общем-то, тоже. С улыбкой слизывая белое подтаявшее на солнце мороженое, она чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Она погуляла по большой красивой площади с фонтаном в центре, окаймлённой цветочными магазинчиками, дошла до моста через канал и, дразня опасность, прошлась по самому краю широких перил. Затем, решив немного отдохнуть, Ио нашла уединённую скамеечку в небольшом парке поблизости под сенью раскидистого дерева и с удобством уселась на ней. Вскоре мороженое полностью исчезло, и Ио с невольным разочарованием выкинула салфетку. Стоял полдень, и казалось, что воздух становится не только горячим, но и густым. Двигаться не хотелось, и девушка пришла к выводу, что стоит остаться здесь, в тени, ещё на время, чтобы не спечься. Итальянское солнце всё-таки. Расслабившись, Ио откинулась на спинку скамьи и прикрыла глаза. Но долго наслаждаться покоем ей не дали. Чья-то рука легла ей на плечо, и девушка, вздрогнув от неожиданности, выпрямилась и неторопливо, будто давая неизвестному время подумать и уйти, обернулась. - Вот где ты пропадаешь, - с доброй улыбкой сказал ей шатен в строгом чёрном костюме. Узнав его, Ио перестала быть такой напряжённой. - А, это вы, сеньор Цунаёши. Наверное, странно и, может быть, даже неприлично называть его сеньором и в то же время по имени, а не по фамилии. Но когда-то молодой человек, босс могущественной мафиозной семьи, сам настоял на том, чтобы она не заморачивалась на обращении к нему и называла как ей угодно. Так и повелось. Сколько бы ни бранил её по этому поводу Гокудера Хаято, «правая рука» Цунаёши, Ио меняться не собиралась. Девушка встала и неловко поклонилась боссу, пытаясь подражать традициям его родной страны – Японии. Савада рассмеялся. - Брось, Ио. Это не так уж важно. Ио из вежливости тоже засмеялась. Она безоговорочно доверяла Цунаёши и, с одной стороны, всегда чувствовала себя спокойной в его обществе, но с другой ощущала, будто ходит по краю пропасти: один неверный шаг – и она упадёт, то есть разочарует его. Впрочем, находясь в компании его и его Хранителей, она забывала об этом своём страхе. Без сомнений, она очень уважала этого человека. К тому же, хотя босс Вонголы был всего на несколько лет старше неё, Ио не могла не чувствовать себя каким-то маленьким несмышлёным ребёнком в его присутствии. И нельзя забывать, что в своё время он сильно ей помог, приняв в семью чисто по доброте душевной, потому что ей было некуда идти, даже несмотря на их весьма… экстравагантное знакомство. Гокудера до сих пор любит стыдить её за это, и, в принципе, она иногда с ним соглашается, но чаще протестует, говоря, что не была виновата. Парень сделал неопределённый жест рукой, будто приглашая её куда-то, и первым зашагал вперёд. Ио немедленно последовала за ним. За время их знакомства у неё ни разу не возникло мысли не подчиниться даже такой просьбе. То есть мысли, конечно, бывали, но, скорее, в шутку. - Как прошли переговоры? – спросила Ио. «Интересно, он специально меня искал? Мне казалось, дела должны занять больше времени, потому-то я и рискнула покинуть особняк и побродить по городу!» - Неплохо. Заключили новый альянс. – Цунаёши отчего-то вздохнул. – Но на самом деле это выматывает. - Ну уж я думаю, - позволила себе фыркнуть Ио. – Это вам не дружный пикник с Хранителями, пусть даже и в стиле Вонголы… По сути, она знала, о чём говорит: ей пару раз довелось поучаствовать в подобных мероприятиях, проводимых, как правило, с лёгкой руки Реборна, репетитора Савады. В ответ на слова девушки парень усмехнулся. - Действительно. Хотя ты знаешь… порой и они могут выкинуть что-то такое, отчего можно только за голову хвататься. Вспомнив ежедневные перепалки между некоторыми Хранителями, Ио не удержалась от смешка. - Иногда мне кажется, что я совсем их не знаю, - продолжая смеяться, сказала девушка. – При всём уважении к вам, Дечимо, Десятое поколение по-настоящему… безбашенное. - Что-что?! – вдруг возмущённо выкрикнули рядом. – По-моему, самая безбашенная здесь - это ты! Не считая бейсбольного придурка… Ио удивлённо уставилась на не пойми откуда взявшегося Хаято. Цунаёши попытался угомонить вышедшего из себя друга: - Успокойся, она ничего такого не имела в виду! Если бы Ио была хоть немного другой по характеру, она бы устыдилась своих слов и испугалась бы взбешённого Хранителя Урагана, который и в уравновешенным состоянии бывает не самым приятным собеседником. Но она с давних пор приучилась не бояться тех, кто подчиняется Дечимо, ведь она в какой-то степени находится под его опекой, и, следовательно, ей не могут сильно навредить. Поддавшись уговорам Цунаёши, Гокудера напоследок только кинул в сторону девчонки злобный взгляд и раскрыл перед боссом дверцу автомобиля. Ио мысленно сделала фейспалм в свой адрес: как можно было не заметить машину, в которой обыкновенно разъезжает Вонгола Дечимо? Как только девушка села и закрыла за собой дверцу, Хаято вернулся на место водителя и завёл двигатель. Ио привычно прилипла к стеклу: она любила наблюдать, как сменяется пейзаж, когда они проезжают по городу. Она даже не расстраивалась по поводу того, что её самовольную вылазку из особняка прервали таким образом. Но кое-кто её самодеятельности так просто забыть не мог. - Ну и зачем ты это сделала? – недовольно стал допрашивать её Гокудера. – Боже, и почему тебе дома спокойно не сидится?! Даже не буду спрашивать, как ты выбралась наружу при всей нашей системе безопасности… Отвечать на последний вопрос Ио и не стала, нацепив выражение оскорблённой невинности. - По-твоему, сидеть в четырёх стенах двадцать четыре часа семь дней в неделю - это нормально? – возмутилась она в ответ. – Я подросток, чёрт побери, мне нужна свобода! Среброволосый парень бросил на «подростка» через зеркало заднего вида взгляд, полный отвращения. - Каждый раз одно и то же… - пробормотал он. – Тебе почти шестнадцать, надо уже быть взрослее! Упоминать, что в свои шестнадцать его непревзойдённый Джудайме был ненамного лучше неё, Ио не стала. Иначе Ураган разозлится ещё больше. А ей куда больше нравится слушать его спокойный голос, нежели крики. - Ладно, забудем о всяких там психологических и возрастных составляющих и прочее, подумай, в какое положение ты ставишь Джудайме! - Что-что? – очнулся от размышлений Цунаёши, явно не понимая, к чему приплели его. Хотя Гокудера мог назвать его имя в связи с чем угодно в отношении семьи. - В тебе хоть капля благодарности есть? – продолжал Хаято. – Он, а затем и мы приняли тебя в Вонголу, когда выяснилось, что тебе некуда идти, приняли почти как настоящего члена семьи, оберегаем тебя, потому что ты не боец, а ты чем нам платишь?! Ио надулась. - Ты опять делаешь из меня мировое зло в домашних масштабах. Мне скучно, ты понимаешь? Мне скучно! По буквам перечислить? Мне даже чуть-чуть пройтись по городу нельзя, даже мороженого покушать… - Чем тебе наш парк не нравится? Вспомни, сколько в нём квадратных километров! А насчёт мороженого – ну, к поварам бы обратилась. Не понимаю, чего тут сложного. Слыша, что его «правая рука» перешёл на негромкий тон, Цунаёши успокоился. С самого начала Ио и Гокудера не поладили: Хаято вечно упрекал её в нахлебничестве, хотя наравне с остальными заботился о ней, а Ио в ответ огрызалась. Однако, в конце концов, из девчонки выйдет толк – семья неразлучна и неразделима, и Ио найдётся место среди них, и ей придётся самой защищать свою жизнь… Савада нахмурился. Если бы у него была сказочная возможность изменить прошлое, он всё равно поступил бы так же. Сколько бы Реборн ни упрекал его в мягкотелости и добросердечии, несвойственных истинному боссу, он не мог тогда бросить Ио в одиночестве. Конечно, можно было бы ей помочь как-то по-другому, а не принимать в семью, но… в общем, иного выбора он в тот раз не видел. Ну а потом как-то она прижилась в поместье Вонголы, да и Цуна принимал как принцип небезызвестную цитату Сент-Экзюпери: «Мы в ответе за тех, кого приручили». Парень значительно устал после переговоров, к тому же, когда они вернулись в особняк – раньше, чем планировали, - они обнаружили, что Ио ушла, и бросились на поиски. Поэтому он почти дремал, не вслушиваясь в перепалку девушки и Гокудеры. Только один раз встрепенулся, когда эти двое снова перешли на повышенные тона – Ио случайно проболталась, что ей не хватило своих сбережений и пришлось сделать иллюзорную монетку. Конечно, она защищалась как могла, но Хаято был непреклонен. - Джудайме! – окликнул он босса. – Ну вот опять! Сколько раз ни повторяй, она всё равно за своё! Хоть отдавай под ответственность Хром учиться. – А затем снова обратился к Ио, - А для тебя что, честность ничего не значит? - Мы в мафии, какая ещё честность? – парировала девушка, чувствуя, что тут-то она права. - Ну… э… - Гокудеру действительно подловили, но сдаваться он не стал. – Мы – да, а ты – просто подопечная, и к мафии никакого отношения не имеешь. - Это только пока! Не придумав достойного ответного выпада, Хранитель обратился к боссу, не забывая следить за дорогой. - Послушайте, Джудайме, а может, её действительно Хром в ученицы отдать? Хоть какая-нибудь польза! И неповадно будет ещё раз сбежать. В принципе, Цунаёши не винил Ио в том, что ей захотелось порезвиться вне поместья. До сих пор в его памяти были свежи далёкие годы, когда он сам ещё не привык к своей роли и тоже старался как можно меньше проводить времени в особняке Вонголы. Но и в словах Гокудеры была своя правда. А что касается его фразы об ученичестве… Фокус с несуществующей монеткой был, что называется, цветочками. Мощными иллюзиями Ио не могла похвастаться, но, тем не менее, её арсенал был и без того богат. Когда-то давно она проворачивала похожую аферу не с частью суммы, а с полной, получая какой-нибудь батон хлеба или яблоки задаром. Попросту заставляя бедных продавцов верить, что в её ладошке – настоящие деньги, которые не позже чем через пятнадцать минут таяли. А вот в пределах дома её иллюзии были безобидными шутками. Например, она любила создавать в пустых вазах благоухающие цветы. Или «наколдовывала» целые представления – тогда под потолком комнаты разворачивались какие-нибудь баталии или исторические случаи, о которых Ио читала в книгах. В основном девчонка использовала иллюзии во время трапезы. Изредка она над кем-нибудь подшучивала, но чаще обходилась просто полётом птички над столом. Птичка имела обыкновение подозрительно походить на Хибёрда. Эти фокусы были безобидными, и члены семьи обычно не утруждали себя распознаванием иллюзии. Только хвалили иногда, потому что для юного дарования важно поощрение. Время от времени Хром давала Ио советы, как лучше построить иллюзии, и та совершенствовала свои навыки, ни разу не употребив их на что-то серьёзное. Кроме, пожалуй, сегодняшнего побега на прогулку, когда Ио, по всей вероятности, прикрыла себя невидимостью во избежание охраны. Вспомнив об иллюзионистке, шатен покачал головой. - Хром на задании и вернётся нескоро, ты же знаешь. - Ах, да… Простите, Джудайме, я забыл, - смутился парень. – Тогда надо придумать, чем эту непоседу ещё занять, чтобы ей не взбредало в голову невесть что. Ну всё-таки подумать только – сбежать из особняка, из безопасного места, где ей все рады, чёрт знает куда. - «Чёрт знает куда» - это всего лишь ближайший городок, - снова встряла Ио. – Что могло со мной случиться? Ей не ответили, но всё было ясно без слов, и на самом деле Ио, конечно, было немного стыдно – она их всех поволноваться заставила. Поэтому она не стала развивать эту тему. - Но, по-моему, идея неплохая, - внезапно произнёс Цунаёши. Остальные, грубо говоря, вытаращили глаза. Хаято быстро просветлел лицом. - Что? Но сеньор Цунаёши… - пробормотала Ио, ошарашенная таким поворотом событий. Ей – учиться иллюзиям? У Хром? Нет, Хром ей, безусловно, нравится, она талантливая и добрая, но эта мысль что-то слишком поздно пришла Дечимо в голову. Тем более, КАК учиться? - Тебе разве не хочется стать мастером? Думаю, я мог бы подобрать для тебя кольцо и даже подходящую коробочку, но… Понимая, что её разводят как ребёнка и что Дечимо что-то перенял у своего репетитора – первоклассного манипулятора, - Ио предчувствовала, что не только не отвертится, но и не откажется. Грех отрицать, что ей безразличны кольца и коробочки. Она всегда хотела заиметь свои, но никогда не собирала достаточно смелости, чтобы спросить об этом Вонголу… - Даже не пытайтесь меня уговорить, - не сумела не пошутить напоследок Ио, видя, как оба парня открывают рот, чтобы переубедить. – Потому что я не против. На мгновение в салоне воцарилось молчание, а потом все трое рассмеялись. - Вот и хорошо, - улыбнулся Цунаёши. - Но кто будет её учить? – опомнился Гокудера. – Раз Хром долго не будет… Савада в задумчивости почесал подбородок. - Джудайме… вы же не хотите сказать, что… - Что? – вопросительно подняла брови Ио, не понимая, почему оба парня нахмурились. - Только не говорите мне, что… - Что – что? – не унималась Ио: Хаято недоговаривал, и это разжигало в ней любопытство. - Боюсь, только так, Гокудера-кун, только он, - со вздохом признал Цунаёши, хотя и ему эта мысль не нравилась. – Рокудо Мукуро. Хаято тоже вздохнул, как на похоронах. Трагичность ситуации разрушил наивный вопрос Ио: - А это кто?