Шаг в историю

      В жилах стыла кровь только от одной мысли о том, что все, что сейчас произошло, - взаправду. Хотя, в данном случае даже себя обмануть трудно, это, на самом деле, случилось: на ее глазах исчез самый дорогой человек, причем исчез не каким-то обыденным или объяснимым образом, а просто взял и испарился. Есть этому объяснение или нет, сейчас для Монки это совершенно не важно. Единственное, что заполонило девичий разум, это страх, непонимание, отчаяние. "Если бы я не остановилась, я бы успела… Успела хотя бы оттолкнуть его!". Эта затуманенная мысль так и крутилась в ее голове, каждый раз оставляя после себя все более болезненный отголосок и заставляя кошек скребстись по стенкам поникшей души все громче и противнее, так, как они только могут. Девушка упала на колени и, наконец, осознала, что плачет. Ее тело охватила агония. Желание понять, куда пропали Мугивары, медленно, но верно переплеталось с боязнью наихудшего, зарождалась жажда мести. Но в то же время и она мгновенно глушилась пониманием, что если такая участь ждала остальных, то и она…       Как ни странно, Хоши всегда мыслила здраво. Или, может, не она это была, но было что-то трезвое и гораздо более умное, что останавливало ее из раза в раз, когда она пыталась совершить то, что не сойдет ей с рук. Некая потусторонняя защита, так, что ли? Звучит глупо, но чего только не придумаешь ради объяснения того или иного явления, что ввергает тебя в непонимание и чуть ли не шок.       Трясущимися руками девушка сжала в кулаках покрытую смолой траву и подавила вырывающийся крик, отчего вышел своеобразный вой, после которого Монки почувствовала сдавленную в груди боль. Впервые за последние недели девушка пытала заглушить подобные неудобства нерадивой астмы другими неприятными ощущениями, собственноручно пытаясь расцарапать себе колени. Саму ее ничуть не волновал тот факт, что это бессмысленные старания: ей просто нужно было делать хоть что-то, ей нужно было пытаться почувствовать что-то другое, а не эту рвущую скорбь.       - Почему… - чуть ли не истерическим шепотом проговорила девушка, сжимая руки на коленях и в очередной раз пытаясь оставить хотя бы красный след от собственных ногтей. – Почему все так?.. – Прозрачные капли слез упали в вихревой поток, образовавшийся на месте, где царапала девушка.       Есть здравомыслие, нет его, а боль увиденной потери не унять, несмотря на то, что Хоши будет делать. Она склонилась к коленям, сворачиваясь в подобие клубочка; вся сжалась, то ли от того, что задыхается, то ли от совершенно иного; закрыла рот руками, сама не понимая, зачем делает это, ведь в такие моменты ей наоборот нужно больше воздуха. Девушка в сотый раз за последние минуты мысленно взывала к Шанксу и дедушке, надеясь, что каким-то образом ее услышат, но в то же время понимая, что это просто невозможно. Наверное, попросить совета у того, кого рядом нет, глупо, но… черт возьми! Что ей еще делать? Кого спрашивать, у кого искать помощи? Конечно, здесь недалеко Рейли, но, кажется, у него дела поважнее. Чуть дальше, в другой роще, Шакки, но самостоятельно Монки туда просто не доберется: ноги даже не позволят ей встать, а если позволят и, мало того, поведут в нужном направлении, свою роль сыграет здоровье. Тут же, на архипелаге, Ло, но где он именно, и с какого это перепугу парень вообще станет выслушивать крики отчаяния девушки? Он такой же пират, как и ее брат, и едва ли ему не все равно на судьбу Мугивары. Именно поэтому если и надрываться, кричать, то кричать только немым криком в адрес людей, которых рядом нет, но которые, непременно бы, помогли, приласкали, обняли и успокоили.       - Луффи… - опустив одну руку к груди и сжав ткань рубашки, тихо произнесла она и зажмурилась, с силой прикусив губу. – Зоро, пожалуйста!.. – Продолжила она, после чего сделала глубокий вдох, чтобы закричать, но осеклась и закашлялась.       В этот момент Рейли, тщательно обдумывающий дальнейший ход своих действий, невольно вздрогнул и резко поднял взгляд сначала на противников, а потом ошарашенно осмотрелся по сторонам. Остановив его на сидящей поодаль девушке, он несколько раз про себя чертыхнулся, понимая, что если она видела все произошедшее, то это больше, чем плохо. Это ужасно. Судя по тому, что Луффи и его команда успели рассказать ему об этой девушке, в то время пока она сама разговаривала с Шакки, то ей и без этого пришлось несладко, мало того, она, наверняка, ждала этой встречи и новых приключений сильнее, чем кто бы то ни был. Поэтому сейчас, когда она увидела подобное, то наверняка поняла все совсем не так, как это есть на самом деле. Еще раз окинув взглядом Кизару и Куму, который то ли друг, то ли враг – не понятно, Рейли быстро направился в сторону младшей Монки, мысленно прося ее не сорваться на крик и не дать обратить на себя внимание раньше времени.       Пока адмирал пытался отчитывать шичибукая, которого явно волновало совершенно другое, Сильверс уже преодолел некоторое расстояние, но как раз сейчас он и был замечен Кизару. Он в мгновение исчез, превратившись в свет, и, проследив траекторию движения Темного Короля и заметив на ней неопознанную личность, решил проверить свои догадки о том, что бывший старпом короля пиратов отправляется именно к ней. Переместившись прямо к девушке и застав ее врасплох, мужчина сделал наигранный взмах ногой, хотя поначалу бить и не собирался: как и говорилось, лишь проверял свои догадки. На мгновение он задумался о том, что эта особа больно похожа на Мугивару, однако предпринимать ничего из-за этой "игра зрения" он не собирался. Впрочем, что бы он не сделал, его все равно остановил Рейли, взмахом меча разогнав свет мужчины по сторонам. Сильверс за считанные секунды подхватил девушку одной рукой и поспешил уходить подальше от этого места. Почему-то он был уверен, что Борсалино не будет его преследовать. Как бы это назвать? Знание противника поголовно, вот как.       Пробежав неопределенное расстояние, Рейли остановился и опустил девушку у ствола мангрового дерева. Отойдя чуть в сторону и осмотревшись, чтобы убедиться в отсутствии преследования, что было и без убеждения ясно, мужчина посмотрел на девушку сверху вниз.       - Они живы, - внезапно сказал он.       Монки дернулась и резко подняла голову, отчего сощурилась из-за внезапного потока дневного света, ударившего ей в глаза. До этого: когда ее нес Рейли, сейчас, - она не открывала глаз, боялась столкнуться с реальностью, которая казалась слишком жестокой. Однако нет, все оказалось совсем не плохо. Точнее, плохо, но не до такой степени. Пусть в глубине души Хоши чувствовала, что со всеми все хорошо, но, услышав об этом, ей стало еще легче. Необъятная пустота и тяготящая темнота, что уже успели океаном разлиться внутри девушки, не сказать, что внезапно испарились… такое так резко и внезапно не происходит. Сейчас, по крайней мере, казалось, что этот океан начал постепенно высыхать. Медленно, правда, но верно.       - Что там произошло? – Дрогнувшим голосом спросила она, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не разреветься, словно маленькая девочка. Чтобы не разреветься так, как ревела по ночам на корабле дозора в детстве, всякий раз, когда вспоминала брата, дедушку и остальных друзей и знакомых, от которых так внезапно и по своей вине отдалилась.       Кстати, а что на счет нынешнего момента? В этом есть ее вина? Совсем недавно, стоя и смотря на место, где недавно находился ее брат, Монки корила себя за то, что не вовремя остановилась. Сама она не задумается о том, действительно ли виновата в этом, но если рассуждать с точки зрения здравого смысла, тут нет ее вины. Если человека охватило сомнение и непонимание, он обычно с этим ничего не может сделать, а оцепенение, как минимум, это естественная реакция организма. Даже защитная. Это как в случае с той самой потусторонней защитой, которая якобы есть у девушки. Что-то не дает совершить того, чего нельзя будет исправить. А что было бы, если бы Хоши все-таки направилась туда или хотя бы окликнула брата? Скорее всего… да не "скорее всего", а точно! Ему и без того было тяжело, а душу ласкал только тот факт, что рядом не оказалось его младшей сестры, и она, наверняка, в безопасности. Наверное, в тот момент он мысленно просил о том, чтобы нашелся тот, кто сможет ее успокоить, когда она узнает о произошедшем. Но вернемся к тому, что случилось бы: а случилось бы все то же самое, что и остальными Мугиварами. Она понимала это, пусть толком и не разобралась с тем, что на том месте вообще произошло, но это бы непременно повторилось. Куда ей, человеку, который до сих пор не раскрыл потенциал своего фрукта и еще не полностью изучил его, тягаться с адмиралом?       Рейли молчал, всячески отводя взгляд и понимая, что сейчас рассказать Хоши обо всем – не самая лучшая идея, это только беспардонно настучит по ее и без того хлипким нервишкам. Не то чтобы мужчина сомневался в том, что она выдержит, просто, если раскрыть все карты сейчас, ситуация станет малость запутанной для Монки… наверное. А там, кто знает, как все будет. В любом случае, Сильверс все еще не выбрасывает из головы слова Шакки. "У твоей сестры очень сильная душа", говорила она Луффи, после окончания разговора с Хоши, о котором Рейли сам и попросил Шакки. Зачем? Да, интересно, "зачем"… Сейчас он и сам видит, что его мысли по поводу страхов этой милой леди были обманчивы. Если она и боится чего-то, то только не того, о чем он думал. Рейли усмехнулся и посмотрел в эти честные и требующие правды глаза.       - Я советую тебе успокоиться… - на выдохе проговорил мужчина и протянул девушке руку, чтобы та поднялась на ноги. Монки воспользовалась помощью и отряхнулась, однако ничего так и не ответила, лишь отвела вновь поникший взгляд в сторону. – Твой брат и твои накама в порядке, и ближайшие пару дней им вряд ли что-то угрожает. Сейчас в большей опасности находишь ты, нежели кто-то из них, - констатировал факт мужчина, чем, несомненно, обратил на себя внимание Монки. – По крайней мере, если Кизару каким-то образом просек, кто ты. Так что… Эй, куда ты собираешься?! – Внезапно прервался Сильверс, заметив, как девушка постепенно разворачивается и начинает уходить.       - К Ло, - сразу коротко ответила Хоши и остановилась у самого ствола дерева, опасливо выглядывая из-за него. – Трафальгар Ло – капитан пиратов Сердца, которые спасли мне жизнь, когда я была в пути, и которые помогли мне добраться до архипелага, - убедившись в том, что никого подозрительного нет, девушка кивнула самой себе и развернулась к Рейли. – Я заберу свою доску и, наверное, вернусь в бар, а там… а там посмотрим, - проговорила она.       Девушка отдала несколько секунд на то, чтобы собраться с духом, а потом широко улыбнулась, чем удивила Рейли до глубины души. Она что-то сказала про собственную осторожность и, махнув рукой на прощание, побежала вперед, а через некоторое время поднялась в воздух. Сильверсу оставалось лишь гадать, что это такое было. Эта улыбка – это такая "сила души", способ успокоиться или просто глупость? Рейли никогда не любил этого фальша, может потому, что ему попадались только те, кто строят из себя хороших этими улыбками, а на деле просто, так сказать, подлизываются. В основном это были алчные и бессердечные люди, с какого-то перепугу вставшие во главе пиратских команд. Притом накама для таких капитанов были не более чем пешками, насекомыми, от которых в конце придется избавиться. Таких людей вместе с их наигранностью Сильверс видел насквозь. Впрочем, не только таких: большинство тех, кто ему встречались, это люди, которые только лишь думают, что кажутся такими, какими они хотят казаться. И вряд ли кто-то из них задумывался о том, что они попались на глаза человеку, который видит не все эти маски, а только истину. Однако почему-то Рейли не мог сказать такого же про Хоши, которая уже скрылась в дали, кажется, она-то как раз и знала, что мужчина видит ее насквозь, поэтому ему оставалось только предположить: улыбка была для себя, любимой.       Звонко цыкнув, Сильверс вскинул голову к небу. Ничего нового он там не увидел, но поймал себя на мысли, что спустя долгое время он наконец-то приметил зарождение новой путеводной звезды. Он усмехнулся, мысленно пожелав удачи будущему Королю пиратов, и, развернувшись на 180 градусов, отправился в бар к Шакки. С кораблем теперь, наверное, торопиться не стоит, а вот женщине наверняка будет интересно послушать, что произошло.

_______________________________________________________

      Пролетев пару рощ на воздушной доске, девушка опустилась на землю и перешла сначала на бег, потом на шаг, в конце и вовсе остановившись. Она просто замерла на месте, прижав руки к груди и болезненно сощурив глаза. Боль очередного расставания все еще простынею лежала поверх матраса из осознания правды. Внезапно девушке показалось, что не стоило сейчас уходить от Рейли. Нужно было вернуться в бар Шакки, там попроситься побыть одной и хорошенько все обдумать, однако думать об этом поздно. Хотя, на то, что Хоши не предположила для себя такой вариант с самого начала, тоже были свои причины: где-то в глубине души она рассчитывала на то, что сможет выговориться Ло. Когда кто-то знает твою тайну, этот "кто-то" автоматически становится довольно важным звеном твоей жизни, это хочется сравнить с тем, как птенцы начинают считать за мать ту птицу, которую увидели сразу после рождения. Но, как известно, у медали две стороны, а кроме этих сторон есть еще и независимое ребро. Но речь о другой стороне: если, к примеру, птенец счел незнакомую птицу матерью, то разве эта птица обязательно должна принять на себя материнские обязанности? Нет, конечно. Так же и тут: Монки сильно сомневалась, что Хирургу Смерти есть хоть какое-то дело до этой маленькой трагедии своей "мимопроплывавшей" пациентки. Ситуации разные, но в то же время очень похожие друг на друга.       - Чего встала посреди дороги!? – Послышался тяжелый мужской бас, от которого девушка дернулась, а потом чуть ли не повалилась с ног, когда ее нехило пихнули.       Вытерев глаза, на которых успели выступить слезы, Монки подняла голову на проходящего мимо мужчину, который непонятно по какой причине решил так беспардонно сделать такую пакость: вокруг много место, а ему нужно было пройти именно там, где стояла Хоши, притом чуть не сбив ее с ног. А ведь это бы и произошло, не будь она ветром. Сейчас девушка с интересом наблюдала, как постепенно меняется лицо проходимца, который пораженно наблюдает за тем, как правое плечо девушки вихрится потоком стихии. Мысленно усмехнувшись, она развернулась лицом к мужчине и, сложив руки замком внизу перед собой, чуть-чуть поклонилась:       - Приношу свои извинения, - деликатным и тихим голоском проговорила девушка, после чего развернулась и, подпрыгнув на доску, быстрее улетела, чтобы избежать неприятностей.       Пока Монки раскладывала все мысли по полочкам, она не заметила, как уже подлетела к субмарине пиратов Сердца. Забавно вышло: она совсем не следила за дорогой, а только лишь была увлечена своими чувствами, но в итоге все равно добралась туда, куда надо. По привычке осмотревшись по сторонам, Хоши глянула вниз и, поняв, что уже находится над палубой, спрыгнула на деревянную поверхность. Она сразу же обратила внимание на то, зачем изначально приходила, а потом и отметила неожиданную тишину. На самом деле, девушка надеялась, что на корабле окажется хотя бы тот же Шачи. Тогда был бы предлог остаться на корабле для того, чтобы дождаться Ло. Мол, хочет поболтать о том, о сем, но, увы. Хоши озадаченно вздохнула и посмотрела на заходящее солнце. В порозовевшем вечернем небе оно было уже не таким ярким и слепящим, так что глаза спокойно выдерживали этот напор света.       "Ну и почему все так сложилось?" – в сотый раз за последние полчаса Хоши задавала себе этот вопрос. Она до сих пор сдерживалась, чтобы не разреветься. Было противно и обидно на душе от собственной беспомощности, она даже не могла объяснить свое нынешнее состояние. Сейчас, не зная где ее друзья, возлюбленный, брат, она могла только с волнительной дрожью вспоминать слова Рейли. "Ближайшие несколько дней им ничего не угрожает", - вроде так он сказал. Однако, что дальше? Когда эти несколько дней пройдут, может ли случиться что-то плохое? Что-то, из-за чего слезы уже нельзя будет сдержать одной только надеждой и верой… Монки тряхнула головой, опустила ее и сделала шаг назад. Она всего лишь хотела отвернуться от солнца, чьи блики поневоле вызывают странные мысли, но вместо этого только оступилась и удачно приземлилась на пол. Не сказав ни слова и не издав ни звука, Хоши закрыла глаза и раскинула руки в разные стороны. Нельзя думать о плохом, ведь и без того больно и тяжело.       - Хоши-ча~н, - протянул знакомый голос, подойдя к девушке и закрыв собой солнечный свет. Та темнота закрытых глаз, которая была красноватого цвета, внезапно стала черной. Девушка открыла глаза, но увидела лишь мужской силуэт, притом она даже не смогла определить, чей он, ведь, по большому счету, принадлежал двум личностям: Шачи и Пэнгвину. А все из-за их похожих кепок. Впрочем, голос был определенно первого из двух перечисленных. – Плохо выглядишь, - осторожно заметил пират, подойдя к девушке с боку и тем самым снова подпустив к ней солнечные лучи, и присел на корточки. Монки вновь закрыла глаза, но тут же приняла сидячее положение и развернулась спиной к дневному светилу.       Шачи сомнительно покачал головой, укоряя самого себя непонятно за что. Судя по выражению лица девушки, которое мешало в себе все отрицательные эмоции, ее прогулка на разведку к адмиралу и Мугиварам закончилась не так, как ей хотелось бы. Впрочем, ничего другого можно было не ожидать. В конце концов, "хороших новостей" от подобной встречи с адмиралом вряд ли дождешься. Зато парень с облегчением приметил, что все, наверняка, не так плохо, раз уж Монки не ревет в три ручья.       - Просто устала, - после недолгой паузы заключила Хоши и натянуто улыбнулась. Шачи счел ненужным комментировать это. После лишь одного тяжелого вздоха девушки, который, как ей самой показалось, она утаила, парень понял, что вообще задавать вопросы по поводу того, что произошло, не следует. – А Ло… еще не вернулся?       - А? – Удивился пират, явно не понимая, зачем девушке его капитан. – Он у себя в кабинете вместе с Бепо, - пожал плечами Шачи и кивнул в сторону двери.       Монки немного удивленно пару раз моргнула и уже открыла рот, желая что-то сказать, но лишь резко выдохнула и с печалью в глазах посмотрела в сторону двери. Она все еще терзала себя мыслью о том, стоит ли говорить с Ло о произошедшем. И изменится ли что-нибудь, если этот разговор состоится. Станет ли девушке легче после него, или она будет корить себя за то, что выложила человеку совершенно не нужную для него информацию? … Ох, в какой же раз она все это обдумывает? Самой уже осточертели эти мысли и раздумья. Впервые в жизни захотелось просто закрыть глаза и отключиться. Отключиться во всех смыслах, чтобы нельзя было ни докричаться, ни достучаться – ничего. Но нет, так нельзя. Надо встать и что-то сделать: либо пойти к Ло и нажаловаться на свою неудачную жизнь, либо просто уйти… не поблагодарив за его работу и ночные обследования. А вот это уже глупо и не в стиле Хоши.       Пропустив истерический смешок, Монки закрыла глаза руками, а потом с силой растерла виски, при этом сощурившись. После вопросительного выдоха Шачи, девушка открыла глаза и посмотрела на него снизу вверх, после чего поспешила подняться на ноги. Сказав ему о том, что хочет поговорить с Трафальгаром, она сразу же, не дожидаясь ответа пирата, поспешным шагом отправилась в двери.       Проходя по коридору, в котором была уже третий раз, Хоши ловила себя на мысли, что даже не помнит, за какой из дверей врачебный кабинет Ло. Остановившись прямо у входа, Монки почесала затылок и решила направиться прямо, ибо в голове крутилось только то, еще сегодня утром, выходя из того же помещения, она никуда не поворачивала. Медленно пройдя несколько дверей и окинув их сомнительным взглядом, девушка остановилась и прислонилась к стенке, когда услышала голоса Трафальгара и еще какого-то незнакомого человека, судя по тембру, крупного мужчины. Голоса доносились из-за той двери, напротив которой девушка и остановилась. "Память подводит", - усмехнулась она, убрав руки в карманы. Интересно, с чего она начнет разговор, когда войдет в комнату? Сразу поблагодарить, а там продолжить по обстоятельствам? Наверное, это будет выглядеть немного глупо и смешно. Хотя, то, что действительно смешно, это то, что Хоши впервые так тщательно продумывает план разговора с кем либо. В любом случае… стоит спросить, все ли в порядке после сражения с дозорными, не встретились ли они с адмиралом. Или спрашивать последнее ни к чему? С одной стороны, да: произойди эта встреча, вряд ли пираты сейчас были бы на корабле, да еще и вели бы себя так спокойно и безмятежно. В общем, нужно действовать по обстоятельствам, а еще надо узнать о том, что все-таки Ло выяснил сегодня ночью. Как-никак, а это касается саму Монки в первую очередь.       Уверенно вскинув голову и посмотрев на дверь, девушка кивнула самой себе и, преодолев расстояние до нее, осторожно, но громко постучала. После короткого и, казалось бы, мимолетного ответа капитана корабля, который был умело вложен в речь, направленную своему собеседнику, Хоши открыла дверь и немного выглянула из-за нее, заставляя говорившего Трафальгара замолчать, а его собеседника вопросительно перевести взгляд с брюнета на девушку. Причем Ло замолчал не по причине того, что не мог говорить при Монки о том, о чем говорил, а из-за другого.       - В любом случае, - выдохнув куда-то в сторону, продолжил Ло и посмотрел на мужчину, - вряд ли все сложится иначе. Но даже если и сложится, обговорим это позже, - закончил хирург, встав с места, потянулся и кивнул в сторону двери. Мужчина ушел молча, даже не ответив на последние слова Трафальгара. Почему-то у Хоши, будто гора с плеч упала после того, как дверь за ним закрылась. Как и сказал Шачи, она рассчитывала на то, что Ло будет с Бепо, а такая неожиданность ее малость удивила.       - Могла бы просто забрать серф, не заходя, - прокомментировал появление пациентки врач.       Девушка замялась и отвернула голову, перед этим обиженно надув щечки. Она не особо сильно ожидала радушного приветствия: девушка уже прекрасно поняла, что такое не в характере Ло – но услышать подобное было обидно.       - Просто хотела узнать, выяснил ли ты что-то ночью… или нет, - Хоши исподлобья посмотрела на парня.       После таких слов парня все, что девушка хотела сказать сначала, стремительно испарилось. Собственно, именно поэтому оставалось спросить только об этом, раз уж ни о чем другом в подобной ситуации уже не поговоришь. Точнее, может и можно было бы завести другую тему, но внутреннее "я" только и делало, что скулило о том, что "теперь я ничего этому хаму не скажу". Да, именно так, слово в слово. Прокрутив в голове все, за что она уже несколько раз хотела поквитаться с хирургом, Хоши горделиво вскинула голову и чуть нахмурилась, натянув на свое личико уверенную гримасу, которая заставила Ло удивленно вскинуть бровь. На это Монки не обратила совершенно никакого внимания, ее голова была занята укорами в адрес парня. Она то вспоминала, как он бестактно оставил ее сегодня утром одну на чужом корабле, то мысленно отчитывала хирурга за тон его разговора с пиратами Соломенной Шляпы сегодня, который непонятно откуда взялся. Монки уже открыла рот, чтобы начать выражать свое недовольство, она даже позабыла о том, что это будет совсем ни к слову, однако ничего так и не сказала. Она так и замерла с открытым ртом, когда еще раз прокрутила воспоминание о монологе Ло к Мугиварам, который состоялся не больше двух часов назад. Она вспомнила о том, как Луффи, уходя, оставил ей свою шляпу; вспомнила то, как уволокла его за собой из пыла сражения с дозорными. В уголках глаз сверкнули прозрачные капельки слез, когда она прокрутила в голове моменты детской перепалки с братом в баре Шакки, в груди начало слабо щемить, когда вспомнился поцелуй с Зоро, который был даже не поцелуем, а отвлекающим маневром. Глаза пришлось закрыть, а нижнюю губу с силой закусить после того, как в голове эхом пронеслись слова Луффи: "Поторопись, Хоши!". Хоть ей и сказали поторопиться, она опоздала. Было слишком больно осознавать то, что из-за такой маленькой оплошности все пошло насмарку. Наблюдавший за изменениями выражения лица девушки Ло глубоко вздохнул и, наконец, опустился в свое кресло.       - И что мне делать? – шепотом озадачил себя Трафальгар, так тихо, что Хоши его, наверное, даже не услышала. – Что до обследования, то одной ночи было слишком мало, чтобы понять все, - произнес он, сведя брови к переносице и явно не желая смотреть на то, как девушка еле сдерживается, чтобы не заплакать. Такой вывод можно было сделать хотя бы из-за того, как ее тело пробирает мелкая дрожь, видная даже с места хирурга. – Но я не буду настаивать на…       - Если так, могу я остаться на твоем корабле, чтобы узнать все, что со мной происходит? – Внезапно для Трафальгара, но уверенно для самой себя спросила девушка, всхлипнув.       Ло немного удивился, но, в конечном счете, лишь усмехнулся. Отказать он ей никак не мог, но и смотреть на ее состояние тоже. И дело даже не в том, что ему не прельстило возиться с плаксами, ему просто было неприятно смотреть на ее слезы. У него было на уме пару способов, как заставить девушку забыться, но большинство их были слишком садистскими и такими, которые заставят Хоши носиться от "безобидного" врача сломя голову по всему архипелагу, совершенно не вспоминая о своих невзгодах. Действенно, конечно, но было бы хорошо, если бы у девушки, после ее забвения, осталось желание находиться рядом Ло. В плане проведения обследований так гораздо легче.       - Только с одним условием, - шумно выдохнул Ло, поднимаясь с места и направляясь в сторону двери. – Ты приходишь в себя и рассказываешь мне все, что произошло. Предположу, что если ты не выговоришься, то не успокоишься. Если не успокоишься – то дыхательные процессы постоянно будут сбиваться, и об обследовании можно будет забыть, - совершенно серьезно произнес Трафальгар, но, увидев непонимающий взгляд девушки, в котором таилась толика странного и неопознанного восхищения, усмехнулся и продолжил: - Ничего лично, только медицина.