Fortuitous Serendipity

- Что за недовольства? Убери это сварливое выражение с лица! – Бормотал Джинён, пока стоял в ванной перед зеркалом и сушил волосы полотенцем. Марк все еще продолжал краснеть, хоть и прошел уже час после признания. Оба парня были в ванной комнате, чтобы переодеться в запасную одежду, которая по счастливой случайности оказалась в машине Пака и Югёма. - И зачем только мелкий взял с собой запасную одежду? – Причитал Туан, а Джинён усмехался над Марком. Он понимал, что старший бубнит только для того, чтобы скрыть свое смущение. Не то, чтобы Пак уже сам отошел от признания, нет, парень тоже был смущен, его сердце все так же быстро колотилось, просто нужно же было хоть кому-то оставаться адекватным. – Она такая огромная. Джинён тяжело вздыхал и смотрел на Марка, который пыхтел и застегивал рубашку Югёма. Сам же Пак уже переоделся в клетчатую рубашку и темно-синие джинсы. - Хочешь знать, что еще ОГРОМНОЕ? - Клянусь, если этот вопрос имеет извращенный характер – я тебя убью. – Сказал Туан, а младший просто рассмеялся. Рыжик, наконец, закончил с переодеванием и повернулся к Джинёну. – Я нормально выгляжу? Пак еле-еле отвел взгляд от мокрых волос, капельки с которых скатывались по щекам старшего, пробегали по шее и терялись в вороте большой рубашки Кима. - Выглядишь, как единственная оставшаяся картошка в огромном мешке, хотя это должно быть сексуально. – Джинён рассмеялся с растерянной реакции Марка. – Я пошутил, ты готов? - Д-да…- Пробормотал Туан, оглядывая себя в последний раз в отражении зеркала. Парни пошли обратно в зал. - Мы пропустили большую часть танцулек. – Сказал Пак, осматриваясь по сторонам. – Большое спасибо Господин Давай-Уйдем-В-Дождь-И-Поцелуемся. - Я не заставлял тебя идти за мной. – Спокойно сказал Марк. – И ты первым меня поцеловал. – И хотя в душе рыжик был рад, что Джинён последовал за ним, вслух он этого сказать не осмелился. - Ты моя пара. – Стал защищаться Пак. – Конечно, я буду следовать за тобой. – Младший схватил Марка за талию и повел к толпе пляшущего народа. Из колонок раздалась до боли знакомая песня, от чего Джинён усмехнулся и переплел свои пальцы с пальцами Туана. – Ты мне просто обязан подарить этот танец. – Весь зал погрузился в тишину и единственное, что слышали оба парня – была песня. Пак подвел Марка ближе к колонкам и с застенчивой улыбкой посмотрел на рыжика, который тут же опустил голову вниз. «Интересно, а в каких мы отношениях?» - Подумал Джинён. Парень уже было собрался спросить об этом Туана, но старший его перебил. - Не хочу танцевать, мы сильно выделяемся. Успокойся. Обними меня. Прижми меня. - Тише. – Марк покраснел, чувствуя дыхание Джинёна на своем ухе. Младший крепче сжал талию Туана, в результате чего парни стали еще ближе друг к другу. – Не разрушай эту атмосферу. Ляг со мной. Держи меня на руках. Марк знал, что Джинён чувствует грудью его бешено колотящееся сердце. Этого он добивался? Этой близости? Туан не мог смотреть на Пака, он пытался в голове представить образ того парня, которого еще год назад люто ненавидел, но все старания были тщетны. Единственное, за что Марк ненавидел Джинёна, так это за то, что тот слишком много делает для рыжика. Пусть Пак часто прикалывается, нервирует, бесит, но это все перекрывается счастливыми и веселыми моментами из их жизни. Твое сердце на моей груди. Твои губы прижаты к моей шее. Марк только сейчас заметил, что Джинён немного выше него. Туан отвел взгляд в сторону, когда осознал, что все это время бессовестно пялился на младшего. Пак выпустил легкий смешок, и они продолжили танцевать. Я падаю в твоих глазах? Согласись, ты еще плохо меня знаешь. Старший позволил себе опустить голову на плечо Джинёна. Хоть он и не видел, но почувствовал, как Пак улыбнулся в этот момент. Этого было недостаточно. До сих пор чего-то не хватало. Марк всегда мечтал о тех клише танцах, как в фильмах, но он не думал, что его партнером будет Джинён. Забудь про это чувство. В любви мне признайся. «Потому что, каждый раз, когда я смотрю на тебя, мне хочется задать всего один вопрос – согласен ли ты провести со мной вечность?!» - Марк вспомнил недавно сказанные слова Пака. Парень понял, что его мысли отличаются от мыслей младшего. Он хочет задать этот вопрос не тогда, когда видит Джинёна, а тогда, когда он находиться рядом с ним. Поцелуй меня так, как ты хочешь, чтобы тебя любили. Ты же хочешь быть любимым, хочешь быть любимым? Чувствуешь, как мы падаем в эту бездну? Это называется – потонуть в любви, мы утопаем в чувствах. *** - Я думал, они уже ушли. – Сказал БэмБэм, обнимая Джексона за плечи. Оба парня медленно танцевали, смотря в сторону Джинёна и Марка. Вернее, смотрел на них Кунпимук, Ван же украдкой смотрел на малыша. – Держу пари, Пак хотел смыться, а Марк его остановил и наорал. - Думаю, если кто-то из нас с тобой захочет уйти – нужно дать сигнал. – Сказал Джексон. БэмБэм кивнул, отводя взгляд в сторону. Парень понял, что они впервые с Ваном так близко находятся друг к другу за последние несколько месяцев. – Как насчет волчьего воя? Мук хихикнул и дернул Джексона за предплечье, когда тот уже решил продемонстрировать сигнал. - Ты говоришь, как идиот, прекрати. Джексон мило улыбался, наблюдая за реакциями БэмБэма. Ван не хочет сейчас говорить о Джинёне или о ком-то из окружения малыша. Парень просто хочет провести эту ночь так, как будто не было никаких ссор, измен, они с Бэмом не расстались. Просто быть вместе. Эти мысли заставили старшего сжать сильнее талию БэмБэма и прижать еще ближе к себе. Я делал все, чтобы сохранить тепло твоего тела. Но оно такое же холодное, как зимний ветер. Почему ты не позволяешь мне держать тебя в своих руках? Нехотя, БэмБэм позволил прижать себя к накаченной груди Вана. Парень даже не стал скрывать своей застенчивой улыбки. Именно в этот момент малыш вспомнил те моменты, когда все еще было хорошо. Он вернулся в то время, когда Джексон впервые ему признался. Это было тогда, когда Ван выиграл баскетбольный чемпионат, тогда, когда они оба тайком ночью распивали алкоголь. Вспоминались такие моменты, например, как они остались вместе ночью, чтобы подготовиться к тестам, или, как они вместе сбежали на каникулы в дом Джексона, где провели все время только наедине друг другом. БэмБэм вспомнил прошлогодний зимний бал, когда Джексон под эту же песню наклонился к нему и прошептал «Я люблю тебя», а затем поцеловал. Парень ожидал, что и в этом году Ван сделает то же самое, но ничего не произошло. БэмБэм был немного разочарован и подавлен. Нет, хватит об этом думать. Так нельзя. Зачем портить себе настроение? Мук усмехнулся, отгоняя все депрессивные мысли в сторону и взял ситуацию под свой контроль, наклоняясь вперед и чмокая старшего в губы. Джексон опешил. Да, я тоже чувствую это. От ненависти до любви, от любви к страсти. От страсти к истине, да, это все про нас, согласись. Я никогда тебя не отпущу, я дам тебе это тепло сам. *** Стоит ли говорить, что Джексон не выспался этой ночью? Ван понял, что уснуть ему не удастся именно в тот момент, когда БэмБэм вдруг поцеловал его, а потом резко отодвинулся, как будто был пойман за чем-то ужасным. Уже было три часа ночи, зимний бал закончился и школьники начали разбредаться кто в общежитие, кто домой, а некоторые вообще пошли снимать номера в гостинице. В случае Джексона, парень был один в своей общажной комнате. - Черт возьми, Бэми…- Ван встал, до конца понимая, что сна ему не видать. Почему Мук внезапно его поцеловал? К парню снова вернулись неприятные воспоминания о тех временах, когда он внезапно поцеловал Марка, а там дальше все пошло по наклонной и прям до этого момента, когда он сидит и мучается так же, только от поцелуя с БэмБэмом. Марк же напротив не был подавлен и расстроен. Парень проснулся посреди ночи рядом с Джинёном и был просто счастлив. Весь бал после их исповеди прошел, словно в тумане. Парни очень много думали о произошедшем ранее, поэтому они не особо замечали, что происходило вокруг. Когда они вернулись в общежитие, то просто повалились на одну кровать и быстро уснули. Марк посмотрел направо, где лежал Джинён и зажимал рыжика между собой и стеной. Парень начал задаваться вопросом, кто для него Пак, друг или кто-то более близкий? Почему они сразу все это не выяснили? Туан мотнул головой и подумал, что ему следует прекратить так часто залипать на младшего. И Марк думает не только об этом. После той исповеди на его лице постоянно растягивается глупая улыбка, ведь ПАК ДЖИНЁН ЕГО ЛЮБИТ! Это же дофига круто. Туан услышал легкий стон младшего и решил, что не стоит больше беспокоить сон Джинёна. Парень тихонько вылез из кровати и направился к двери. Через щель под дверью Марк уловил мелькнувшую тень и усмехнулся, значит, не одного его одолела бессонница этой ночью. Марк взял куртку и вышел из комнаты, стараясь бесшумно закрыть дверь. Нужен свежий воздух, слишком много в голове мыслей о Джинёне. Обычно мысли о Паке только немного трогали сознание Туана, но не заполняли его полностью. - Марк? – Парень растерянно поднял голову, когда услышал знакомый голос. Туан увидел Джексона, который делал себе чай. - Д-Джексон, что ты здесь делаешь? Уже поздно…- От неожиданности на английском языке спросил рыжик. - Ах, не смог уснуть. – Сказал Ван, помешивая чай и садясь на диванчик. – Я так понимаю, тебе тоже не спиться? Хочешь? Марк покачал головой, после чего наступила тягуче долгая тишина. - Так ты…принимаешь стипендию? – Спросил рыжик, присаживаясь на край дивана. - Да. – Спокойно сказал Джексон и поставил чашку на журнальный столик. - Тебя вообще ничего тут не держит? – Пробормотал Марк. Джексон снова вспомнил о поцелуе с БэмБэмом и о поцелуе с Марком. Вроде они такие одинаковые, но в тоже время такие разные. Разное время. Разные обстоятельства. Разные причины. - Марк…- Начал Ван. – Ты же знаешь, что я, действительно, сожалею обо всем? Ну, я о том, что между нами произошло… Рыжик просто кивнул, не желая говорить на эту тему. - Я знаю. – Улыбнулся Туан. – Перестань беспокоиться об этом. Мы двигаемся дальше, забыл? Если все люди двигаются дальше, то, сможет ли Джексон когда-нибудь забыть о Муке? Есть ли предел любви? Есть ли предел того, насколько ты можешь любить кого-то? Джексон поджал губы и кивнул. - Он тебя любит. – Хихикнул Марк. – Когда Бэми только влюбился в тебя, то постоянно говорил «Джексон то, Джексон это». Он говорил о тебе так много, что мне хотелось его ударить, лишь бы он помолчал хотя бы пару минут. Ван усмехнулся. - Почему ты говоришь мне об этом сейчас? - Просто…- Пробормотал Марк. – ЁнДжэ сказал, что ты принял стипендию из-за слов Мука. Ну, и я частично чувствую себя виноватым. – Туан немного подвинулся к Джексону. – А Джинён оказался прав. Да, пусть это звучит ужасно, но я хотел, чтобы ты уехал. Возможно, ты и сам этого хочешь, но БэмБэм, этот глупый ребенок, сначала говорит, а потом думает. - Я знаю, что он не хочет этого. – Сказал Ван. – Именно поэтому и уезжаю. Таким образом, он сможет спокойно отдалиться от меня. - Но он не должен отдаляться от тебя! – Прервал Джексона Марк. – Вы не должны убегать от любви. Вы должны вместе убежать от произошедшего между нами. Ван поднял бровь и посмотрел на Туана. Это был их самый долгий разговор после всего произошедшего. Марк стал говорить так легко о тех временах, Джексону даже как-то завидно стало. - Я знаю, что разницы как таковой нет. – Продолжал говорить Туан. – Но ничего непоправимого нет. Джекс, мы молоды, это нормально – делать ошибки, у нас будет куча времени их исправить, но если ты уйдешь… Младший кивнул. - Мы же будем снова друзьями? Марк слегка улыбнулся. - Когда-нибудь, да. И этого было достаточно на данный момент. *** Через час Марк вернулся в комнату и увидел, как Джинён развалился на кровати в позе звезды. Оставленного места не хватит, чтобы Туан смог лечь, поэтому парень подошел к шкафу и взял полотенце, намереваясь принять душ и проснуться окончательно. Сезон дождей продолжался и в это мрачное утро. Солнце едва проглядывало через черные тучи, когда Джинён открыл глаза, просыпаясь. Парень нахмурился, замечая, что ванная комната уже используется. Примерно минут через десять дверь открылась, и в комнату вышел Марк, снова направляясь к шкафу, только теперь за одеждой. - Придурок, почему не разбудил меня, когда сам проснулся? – Пак сел на кровати, сразу наезжая на старшего. - О, ты уже проснулся… - Нет, ну, тебе было сложно меня разбудить? Что, поматросил и бросил, да? – Продолжал свое негодование Джинён, а Марк стоял с открытым ртом и краснел. Он не ослышался? Из-за одного признания Туан должен был будить Пака? Пф, мог бы попросить об этом. - Но я проснулся посреди ночи. Если бы я тебя разбудил, ты бы послал меня и завалился дрыхнуть дальше! – Марк поджал губы, замечая, как Джинён перестает хмуриться и опускает глаза вниз. На губах Пака появляется усмешка. Марк даже и не заметил, что пока он говорил, полотенце, обернутое вокруг его бедер, размоталось и упало на пол. - Ты, чертов извращенец! – Крикнул Туан, быстро выпуская из рук рубашку, поднимая полотенце с пола и заматывая его обратно вокруг бедер. – Фу таким быть! - Ну, я не смотрел на НЕГО. – Джинён усмехнулся. Парень встал с кровати и начал медленно приближаться к Марку. Пак остановился только тогда, когда между ними осталось сантиметров пятнадцать. – Ладно, я извращенец, но ты любишь меня. – Джинён скользнул ладонью по талии Марка и притянул того ближе к себе. - Т-Ты первый мне признался. – Сказал Туан, стараясь сохранить между ними хотя бы мизерную дистанцию. - Первым. У тебя было такое тупой лицо после этого. – Джинён как обычно начал дразнить. – Признайся, ты же любишь меня больше. Марк вспомнил, как Югём и Ерин спорили, кто любит больше. Этот придурок Пак Джинён сейчас должен утверждать, что он любит рыжика больше всего на свете, а не наоборот! Что, черт возьми, с ним не так? - Эй, это ты любишь меня больше. Я просто плохо чувствовал себя после твоей речи, поэтому и молчал. – Марк начал заикаться, когда Джинён прижал его к себе со своей этой противной ухмылочкой. Пак использовал вторую руку, чтобы поднять голову Марка за подбородок и легонько, совсем невесомо, поцеловать в губы. Старший усмехнулся и сам прильнул к губам Джинёна, углубляя поцелуй. Черноволосый парень опустил руку с талии Туана вниз, срывая такое ненужное сейчас полотенце. Глубоко вздохнув, Марк обвил руками шею Пака и притянул того ближе к себе, давая сигнал согласия на продолжение. Сейчас Марк еще больше счастлив, чем раньше.