DEAR MR. K.

16 января 2001 года

Дорогой мистер К. Диван привезли, и я признаю, сидеть на нем куда удобнее, чем на полу. Мальчишка был прав. И я еще купил подходящее к нему кресло. Знаете, не смог разбить комплект. Мальчишка, похоже, действительно сможет одомашнить меня. Мальчишка учится дистанционно, собирается сдать экзамены, а я все еще делаю пончики. Я не могу поверить, сколько он может съесть за один раз! Взял его с собой на работу в мою прошлую смену, потому что он сказал, что хочет посмотреть, чем я там занимаюсь. На самом деле, он просто хотел съесть столько пончиков, что под конец я стал бояться, что он просто лопнет. Старушка в соседней квартире была счастлива увидеть, что мне привезли диван. Она постоянно меня упрекала по поводу отсутствия мебели. Но у меня же был стол, пара стульев, и, конечно, кровать. Какого хрена надо еще что-то? Вещи – это ерунда, которой всегда можно заняться позже, или то, с чем кто-нибудь будет иметь дело после того, как вы умрете. Как некоторые сволочные долбаные ублюдки и сделали. Я хочу сказать – прыгнуть с ебаного моста? РомантиШный Арлекин… Я подумываю сделать тату. Что вы скажете об этом? Что-нибудь со смыслом. К сожалению, до сих пор не могу придумать ничего, что было бы значимым для меня. Хорошо, что у моего любящего мужа была татуировка, по ней оказалось гораздо легче опознать его тело. Интересно, как много его любовников проливают слезы из-за того, что никогда больше не увидят это маленькое произведение искусства? А у меня есть оно, это тату. Маленькая частичка моего возлюбленного. Правда, он немножко поджаренный, на самом деле – это пепел, конечно, но вы же понимаете. Последняя улыбка и все такое. Вы когда-нибудь задавались вопросом, сколько раз надо соврать, чтобы самому поверить в свою ложь? Лгать так часто, чтобы это стало уже автоматическим? К примеру, как говорить кому-то «я люблю тебя». Сколько раз надо повторить эти три маленьких ничего не значащих слова, прежде чем они обретут реальное значение? Вы когда-нибудь думали об этом? Я думал. Я полагаю, мой возлюбленный именно это имел в виду. В том смысле, что в самом конце он действительно любил меня. Или думал, что любил, прямо перед тем, как спрыгнуть. Только он же был ебнутый на всю голову, и думал, что мне будет лучше, когда он умрет. И знаете что? Он был почти прав. Пока. Д. Джастин машинально нарисовал Итана – голова откинута в муке музыкального экстаза, скрипка прижата под подбородком – прежде, чем сложить письмо и убрать его в уже подписанный конверт. Он поднялся из-за стола и уставился на металлическую урну в углу. - Тупой ублюдок, - пробормотал он и бросил в урну свою ручку, с удовлетворением услышав металлический звон. - Это можно рассматривать, как домашнее насилие, - донесся с дивана голос Хантера. Он смотрел телевизор и ел попкорн. - Ну хуй его, - ответил Джастин. – И прекрати есть на новом диване. - Купи стол, который не будет качаться, тогда буду есть за столом, - сказал Хантер с полным ртом попкорна. - А дальше что? Обеденные тарелочки? – спросил Джастин. – Я ухожу. - Да, да, ты должен отправить письмо. Надень шапку, у тебя такой скрипучий голос, ты, наверное, подхватил простуду. - Да, мамочка, - пошутил Джастин. – Куплю нам чего-нибудь поесть. - Знаешь, мы могли бы сходить в магазин за продуктами. Как все нормальные люди, а не есть всякое дерьмо на вынос, - проворчал Хантер. - Я помню тот момент, когда ты чертовски рад был такому дерьму, - фыркнул Джастин. - Ладно, ладно, салат или фрукты не помешали бы, а то наши зубы выпадут от цинги. - Что ты можешь знать о цинге? - спросил Джастин, надевая пальто. - Я читал про это. Мы должны есть что-то еще, кроме готовой еды. - Ладно, тогда одевайся. Я не собираюсь тащить тяжелые сумки в одиночку. - Вау, мы идем в магазин? – Хантер подскочил, довольный тем, что его ворчание сработало. – Круто. Можем мы еще зайти в мебельный на углу? У них есть классный стол и стулья к нему. Джастин застонал и закатил глаза, но сумел отвернуться, прежде чем Хантер заметил его улыбку.