Ты беременна - это временно

Заметки неизвестного. • Месяц четвёртый недели вторая-третья: празднование несколько… затянулось. Свадьба и традиционные пять дней (во время которых по настоянию Макарова и Полюшки были соблюдены все фиорские обычаи) растянулись едва не на полторы недели. Благо, после обряда и первого дня большая часть гостей отсеялась. Так что 300 магов без чрезмерного вреда для окружающих продолжили свадебную кутерьму. Разрушений оказалось на удивление мало: пару исторических памятников (один в Харгеоне, один в Крокусе); в общей сумме пять кварталов во всём Фиоре; разнесено в пух и прах десяток мелких и не очень чёрных гильдии; найдена и обезврежена экстремистская группировка из Боско; поредел на пару сотен монстров Лес чудовищ и совершенно случайно раскрыт заговор против короны. Ничего судьбоносного. Но, наверно, всё же не стоило устраивать променад по памятным местам — уже неделю как протрезвели, а всех потерявшихся ещё не нашли. Кто-то вспомнил, что мы умудрились навестить Арболес (даже боязно представить, что там твориться). Однако, главная проблема остаётся нерешённой: где новобрачные?  — Доброе утро, родная. Утро для Каны действительно было добрым. Впрочем, как и предыдущие шесть. Муж будил её нежными поцелуями, подавал завтрак в постель и вообще вёл себя крайне подозрительно. Целый день они проводили вместе, разлучаясь ненадолго и только по необходимости. Это, конечно, замечательно, но не может не вызывать вопросы. Одно дело, когда нежность проявляется в сиюминутных порывах, и совершено другое — непрерывный поток приторной сладости. — Хорошо, сдаюсь! Поначалу было даже забавно, а теперь и самому противно. Не моё это — быть ласковым и трепетным. Дреяр облегчённо рассмеялась. Говорить мужу, что ей нравится его некоторая грубость и неумение выразить чувства, она не планировала. Безмерно радовало окончание чехарды гормонов. Настроение перестало резко меняться, вкусовые пристрастия перестали пугать, зато появился чрезмерный аппетит. Только силе воли и надсмотру Лексуса удавалось сдерживать его. Всё остальное было просто замечательно, даже к лёгкой раздражительности Кана привыкла. Медовый месяц прошёл на удивление спокойно. Круги четвёртый-девятый. Заметки неизвестного: • Месяц пятый: они вернулись! Дреяры вернулись из отпуска, и трудно не заметить, как увеличился живот. Будущая мамочка расцвела, похорошела — многие радуются за неё. Лексус не сводит с жены влюблённого взгляда и готов сдувать с неё пылинки. Наверное, за это ему и не перепадает колкостей и жалоб от Каны. Она учла опыт предыдущих месяцев и достаёт только окружающих • Месяц шестой: наизусть знаю о том, как сильно болят ноги и спина, как трудно сдерживать себя во сне. Наша гадалка рассеяна настолько, что оставила свои карты недалеко от детской. Нам повезло только в одном — первым об этом узнал её муж. В гильдии опять наводнение подушечек, т.к. ноги беременной быстро устают и им нужен отдых. Везунчик Дреяр отправлен на задание S-класса, так что отдуваться опять нам. • Месяц седьмой: Кана учится вязать. Впервые увидевший это действо Макао бросил пить. В городе пошли слухи о призраке «Хвоста феи» — это экс-Альберона разговаривает со своим ребёнком. По ночам. Оправдывается тем, что Полюшка посоветовала. Вроде как «малыш должен привыкать к голосу матери». Мы-то понимаем, но зачем делать это в гильдии и именно ночью? • Месяц восьмой: вернулся Лексус! Он забрал жену домой вместе с коробками. Жаль, что слухи нельзя забрать тоже. Навестили нашу гадалку: вязаные вещи буквально заполнили дом, хоть на продажу тащи. Кана выглядит неважно, кажется, у неё проблемы со сном. Устала она быстро, и посидеть подольше не удалось. P. S. В Магнолии появилась новая байка о призраке, который скрипит спицами или крючком и поёт колыбельные. • Месяц девятый-десятый: не успели хорошенько соскучиться, как бывшая Альберона вернулась в наши ряды. Активна, бодра и искрит, если не заторможена. Последнее — в прямом смысле. Разряды молний отскакивают от женщины при любой эмоции. Страдают все без исключений, кроме засранца Дреяра. (Вот чего этот гад ходит такой довольный?) Она припрягла Нацу и ещё нескольких неженатых парней пере обустроить одну из комнат в доме под детскую. Боязно даже представить, что там твориться, т. к. заказчица большую часть времени проводит в гильдии. Она то гиперактивна, то наоборот — больших трудов стоит вытащить её из кушетки. А за неделю до родов Кана превратилась в неиссякаемый источник энергии. Неизвестно даже, кто больше всех «обрадовался» схваткам: сама роженица, или окружающие. Маг молний метался перед домом знахарки, не зная как успокоиться. Из распахнутых окон вперемежку со сдавленными стонами доносились ругательства. Вредная старуха никому не позволила заходить в дом, не желая выслушивать какие-либо аргументы. Схватки продолжались ровно тринадцать часов двадцать семь минут — Лексус считал, — а после раздался первый крик младенца. Новоявленный папа не выдержал и сиганул в окно, не задумываясь о последствиях. Маленький пищащий комок на руках Полюшки выбил закалённого в битвах мужчину из равновесия. — Чего припёрся? Замер тут истуканом и зыркает… На, режь пуповину, раз уж явился. В руки пихнули лезвие и выжидающе посмотрели. Дрожащими руками Дреяр выполнил требуемое, после чего ему таки торжественно отдали младенца. — Мальчик, три семьсот. Долго не любоваться, а отдать матери. Проигнорировав колкие слова, маг трепетно прижал к себе младенца. Пух светлых волос на голове и голубые глазки вызвали счастливую улыбку. — Дреяр, дай мне сына, — устало потребовала Кана. Её вымотали схватки, она хотела увидеть того, ради кого она терпела эту чёртову боль. Но стоило получить желаемое, как разгладилась морщинка на лбу. Малыш кривил личико и тянулся в поисках груди. Тепло затопило молодую маму. Она жадно вглядывалась в нечёткие черты маленького личика, уже видя в них схожесть с его отцом. Тот благодарно целовал ей свободную руку и обещал быть образцовым папой. Знахарка украдкой вытерла слезу умиления и вышла, оставив семью наедине.