Хотя бы еще чуть-чуть

      Весь урок думаю об Акаши. А о чем же мне еще думать? Не об уроке японского же, который сейчас идет. Смотрю на спину Хирано, она пишет тест, уткнувшись в тетрадь. Смотрю на одноклассников, которые были сегодня на баскетболе, наверное, тоже устали, как и Ан, но, в отличие от меня, они все еще могут сосредоточится на учебе. Смотрю в свою тетрадь, пытаясь вникнуть в задание. Пора бы уже начать решать тест. Интересно, а как пишется его имя? Так? Или так? Рисую на полях иероглифы, а затем тут же стираю их ластиком. Решать тест, я должна решать тест. На всякий случай смотрю на учителя, он читает книгу, сидя за своим столом. Решать тест. Наконец-то принимаюсь за следующее задание, хотя я не уверена, что предыдущее сделала правильно. Интересно, а как хорошо учится Акаши? Так, ну всё! Надо выкинуть его из головы. Хм, а ведь я могу расспросить Ана, наверняка он что-то о нем знает, они все-таки одноклассники. Решать тест, решать тест. Хотя я о своих одноклассниках ничего не знаю. Решать тест. Кажется, это задание было слишком легким, или я чего-то не понимаю? Наверняка Ан знает об Акаши больше, ведь он знал, что тот был капитаном Поколения Чудес. Вроде все правильно, берусь за следующее задание.       После звонка все по очереди подходят к учительскому столу и сдают работы. Я успела ответить на все вопросы, но совсем не уверена, что хотя бы половина из них правильна. Вижу спину Хирано прямо передо мной, это хороший шанс. — Хирано-сан! Подожди, — говорю я, и Хирано тут же оборачивается. — Фуцурэ-сан? Ты что-то хотела? — Ну… эм… — Мнусь, как будто передо мной Акаши стоит, а не одноклассница. О чем мне с ней вообще разговаривать? — Если хочешь, то можешь звать меня по имени. — Ладно, Хороми-сан, так? Тогда ты можешь звать меня Хака-чан, если хочешь. — Хирано пожимает плечами, а я судорожно думаю, о чем бы мне с ней еще поговорить. — Ты состоишь в каком-нибудь клубе, Хака-чан? — Да, это садоводческий клуб, я хожу туда на каждой перемене. — Не знала, что у нас такой есть, — удивляюсь я. Хотя чему тут удивляться, я же никогда не интересовалась клубами. — Что в нем можно делать каждую перемену? — Да ничего. Мы просто ухаживаем за цветами, а когда уже все сделали, отдыхаем. Хочешь пойти со мной? — спрашивает Хирано, а я думаю, стоит ли с ней идти. Чего тут думать, вот он, мой шанс наконец завести подругу, а то и не одну! — Пошли! — командую я, и мы направляемся в этот клуб, который оказывается этажом выше. Садоводческий клуб находится в подсобном помещении кабинета биологии. Здесь просторно, светло и тихо, а еще много цветов. С восхищением осматриваю полки с горшками и ящиками, в которых высажены целые клумбы. — У нас еще есть грядки на улице, мы ухаживаем за ними после уроков, — говорит мне Сато Мегуми, глава клуба, с которой меня только что познакомила Хирано. И тут я понимаю, что мне совершенно не интересно все то, чем они здесь занимаются. Копаться в земле вместо того, чтобы идти домой. Кажется, именно поэтому я никогда не вступала в клубы. Люблю сидеть дома, читать мангу, смотреть аниме, рисовать в свободное время. Хм, похоже, я становлюсь похожей на хикикомори, осталось только забросить школу и не выходить из дома вообще. — Хоро-чан, тебе ведь не интересен наш клуб? — спрашивает Хирано, а я думаю, ответить правду или соврать. — Я люблю цветы, многие из них такие красивые и пахнут вкусно, но ухаживать за ними или выращивать — это не мое, — говорю я. Не вижу смысла заводить дружбу, которая основана на лжи. Хирано, кажется, реагирует абсолютно спокойно. — А мне это нравится. А еще я рисовать люблю, — вдруг говорит она. — Правда? Покажи рисунки! — Эм… ну, может когда-нибудь, … — смущенно смеется Хирано.       Наступает время обеда, и только сейчас я вспоминаю про Ана. Мы должны встретиться с ним на нашем месте, но Хирано зовет меня обедать в комнате клуба. Хочет представить мне остальных членов садоводческого кружка. Я отказываюсь, потому что не хочу проводить время в клубе, в который не собираюсь вступать, да и брату наверняка будет скучно обедать без меня. А ведь я так и не узнала, взяли ли его во второй состав.       На нашем месте Ана нет, я начинаю обедать без него. Может, его задержал учитель, и он придет позже. Но и позже мой брат здесь не появляется. Что за дурак! Предупредил бы, а я бы сейчас обедала с Хирано среди цветов. Обед мне не приносит никакого удовольствия, потому что я злюсь. Вскоре злость сменяет чувство тревоги, ведь раньше такого не было, и я решаю пойти поискать его где-то еще. Первым делом иду в столовую, потому что это единственное место, которое приходит мне в голову, но Ана там нет. Зато ко мне подходит Таро, который познакомился со мной на утренней тренировке. Надо поскорей убираться из столовой, пока опять не пристал. — Фуцурэ-сан! — Кричит он мне. Я не успела. — Брата ищешь? — Ты что, что-то с ним сделал? — спрашиваю я угрожающим тоном, а сама немного боюсь этого типа. — С чего бы это? Если кого-то и надо наказать, так это тебя, — говорит Таро таким мерзким тоном, что я хочу поскорей сбежать. — Ладно-ладно, я шучу. Меня бы все-равно не взяли во второй состав. Фуцурэ-кун сейчас на собрании баскетбольного клуба. Акаши сказал собраться там всем, кто прошел. — Так брат прошел во второй состав? — переспрашиваю я, потому что при упоминании об Акаши ненадолго потеряла способность улавливать суть его слов. — Да-да, прошел, — отвечает мне без особого энтузиазма Таро. Я бегу в сторону спортивного зала, где утром была игра, однако вскоре понимаю, что никакого собрания там быть не может. Заглянув внутрь, я вижу тренировку семпаев. Кроме того, я сразу замечаю, что Акаши здесь нет. На меня смотрит один очень высокий парень с длинными черными волосами, который стоит ближе всех остальных. — Привет, ты наш новый менеджер? — спрашивает он. — Нет, я просто искала своего брата, но, похоже, его здесь нет, — отвечаю я и собираюсь уйти. — Подожди! Он, наверное, на собрании второго состава, это в другом зале. Если хочешь, я тебя провожу туда, — предлагает он, а я киваю в ответ. — Меня зовут Рео Мибучи. — Фуцурэ Хороми, — представляюсь я. — Акаши говорил, что хочет привлечь еще одного менеджера. Это из-за утренних тренировок. Нашим не всегда получается там ему помогать, — говорит Рео, а у меня в голове эхом проносится имя Акаши. — Вот я и подумал, что это ты. Мы подходим ко второму залу. Я вижу, как оттуда выходят ученики, значит, собрание уже закончилось. К нам навстречу идет брат. — Откуда ты знаешь Рео-саму? — удивляется Ан, а я вижу, как из-за его спины появляется Акаши. — Мибучи, почему ты ушел с тренировки? — спрашивает Акаши моего спутника. — Я договорился о том, чтобы первый состав освободили после обеда не для того, чтобы вы сейчас отдыхали. — Прости, Сей-чан, я проводил Фуцурэ-чан к ее брату. — Тут же оправдывается Рео. — Привет, Хороми-сан. — Обращается ко мне Акаши, будто бы только что меня заметил, и моим щекам снова становится жарко. — Получается, что ты уже дважды сегодня отвлекла мою команду от тренировок. Может, остановишься на этом? — говорит он, а я не понимаю, что я слышу. Что. Он. Только что. Сказал мне. — Да брось ты, Сей-чан, только посмотри какая Хороми-чан милашка. Хороми-чан, у тебя есть парень? — спрашивает меня Рео Мибучи, пытаясь посмотреть мне в глаза, а я, стесняясь, отвожу взгляд в сторону. По-прежнему пытаюсь осмыслить то, что сказал Акаши. — Мибучи, немедленно отправляйся в зал, — строго командует Акаши. — У нее уже есть парень. И они оставляют нас с братом, уходя в сторону первого зала. После этого я даже как-то и забыла, что злюсь на Ана из-за обеда. Зато Ан, кажется, не забыл. — Зачем было меня искать? — говорит он недовольным тоном, пока я все еще провожаю спину Акаши взглядом. — А почему ты не сказал, что идешь на собрание?! Мне пришлось обедать одной, хотя я могла бы поесть с кем-то еще, — парирую я. Спасибо, что напомнил, братец, что я тоже на тебя злюсь. Хотя почему «тоже»? Он что, злится на меня? — Тебе, судя по всему, это не особо интересно. С утра, после тренировки и сейчас только и думаешь, что об Акаши Сейджуро! Ходишь из-за этого за мной повсюду и позоришь меня! — говорит брат на одном дыхание. — Мы опаздываем на урок, Хороми, — добавляет он, тяжело вздохнув, и идет вперед.       Из-за возмущения, нахлынувшего на меня после его слов, я молчу всю дорогу пока мы шли. Обычно, если я начинаю ссориться с братом, то мы еще долго не можем успокоиться, пока не разберём все наши претензии по полочкам. А иногда мы просто игнорируем друг друга, пока оба не забудем, из-за чего поссорились. В этот раз все происходит немного по-другому. Ох и много же я хочу тебе высказать, но просто молчу и злюсь, потому, что знаю, что я права. По-моему, если человек прав, он не будет оправдываться. Вот и я не буду. Позорю, значит тебя, да? Тогда забудь о моем существовании, придурок!       После уроков прохожу мимо брата, ждущего меня в коридоре. То, что я в плохом настроении, сейчас не заметит лишь слепой, но Ан просто молча идет рядом. Молчим, пока переодеваем обувь на первом этаже. Я уже решила, что зайду сегодня в баскетбольный клуб и поговорю с тренером. — Мне нужно на тренировку, поэтому иди домой без меня, — говорит Ан, когда мы выходим на улицу. Я делаю вид, что просто иду домой, но задерживаюсь у ворот и, убедившись, что Ан уже ушел, иду в сторону основного зала, где занимается сейчас первый состав.       Я все еще сомневаюсь, стоит ли вступать в клуб. С одной стороны, Ан останется при своем мнении, что из-за Акаши я начинаю сходить с ума, повсюду преследуя его, Ана, который теперь состоит в баскетбольном клубе. С другой стороны, меня совершенно не волнует мнение Ана по этому поводу. Я хочу помочь Акаши, раз он ищет менеджера. Конечно, мною движет желание больше времени провести с тем, кто так сильно запал мне в душу, узнать его лучше, ну или хотя бы посмотреть на него подольше (ох, ну что я несу?). А еще я уже не могу отрицать, что мой интерес к нему — нечто большее, чем простое любопытство. Тем не менее, я твердо решила, что вступив в клуб, я буду самозабвенно выполнять все обязанности менеджера, что на меня возложат.       Захожу в зал, тренировка уже началась, хотя если вспомнить, что говорил Акаши, она и не заканчивалась с обеда. Впервые вижу, как Акаши тренируется, сейчас он играет с кем-то из первого состава один на один, но я пересиливаю свое желание за ним наблюдать и иду в сторону тренера. — Широгане-сенсей, — обращаюсь я к тренеру. На самом деле, Широгане-сенсей не только тренирует наш баскетбольный клуб, но еще и преподает Мировую Историю у нас в школе. Я была на его уроках, интересно, он меня помнит? — Это же Фуцурэ Хороми, которой скучно слушать историю, — отвечает мне тренер, к сожалению, он меня помнит. — Что же привело тебя в баскетбольный клуб? — Я слышала, что вам нужен еще один менеджер. Могу я им стать? — Отвечаю я слегка дрожащим голосом, потому что начинаю волноваться. — Да, нам требуется еще один помощник, однако, кажется, Акаши-кун уже нашел кого-то. Давай лучше спросим у него. Широгане дает свисток и подзывает к себе Акаши, после чего командует всем продолжить тренировку. — Что случилось, тренер? — спрашивает Акаши, совершенно не обращая на меня внимание. — Фуцурэ Хороми хочет стать менеджером нашего клуба, ты сегодня говорил мне о ком-то, кого уже присмотрел на это место. — Да, я как раз говорил о Хороми, — спокойно отвечает Акаши. Кажется, он решил, что я стану менеджером раньше, чем я сама об этом подумала. — Замечательно, значит, вопрос решен. Введешь ее в курс дела? — Да, конечно. После этого тренер оставляет нас наедине. — Хороми, я так ни разу тебе и не представился, — вдруг начинает Акаши. Действительно, все, что я о нем знаю, я знаю благодаря Ану. — Меня зовут Акаши Сейджуро, со вчерашнего дня я капитан команды и по совместительству помощник тренера первого состава, а так же тренер второго состава. Если меня нет, по всем вопросам можешь обращаться к Рео Мибучи, сейчас он вице-капитан, или к тренеру. Кроме тебя, у нас есть еще трое менеджеров-первогодок, но сейчас они находятся в другом зале, вместе со вторым и третьим составом. Так же у нас есть менеджер с третьего курса, но он сейчас находится вне школы. Позже я познакомлю тебя с ними, — рассказывает Акаши, одновременно показывая мне прилегающие к спортзалу комнаты. — Акаши-сама… как ты понял, что я захочу стать менеджером? — спрашиваю я, как только выдаётся удачный момент. — Сегодня утром я предположил, что ты сможешь стать отличным менеджером для нашей команды, — отвечает мне Акаши. Его голос как всегда уверенный и спокойный.       Мы стоим в помещении, куда складывают весь инвентарь после занятий. Здесь плохое освещение, но я могу разглядеть достаточно хорошо каждую вещь. Сетки, мячи, обручи, … я пытаюсь смотреть на что угодно, но не туда, куда хочу. Что-то изменилось. Еще вчера и сегодня утром я ловила взглядом каждое мгновение его присутствия рядом со мной, но сейчас мне тяжело. Мне тяжело находится с ним так близко, быть наедине, но еще сложнее просто посмотреть на него. Нет, я боюсь не смотреть на него, я боюсь снова посмотреть в его глаза, как это было в тот раз, когда я подумала, что влюбилась. — П… почему ты решил, что я стану хорошим менеджером? — продолжаю спрашивать я. — Хороми, ты смотрела на меня почти постоянно во время той игры, лишь иногда наблюдая за братом, — говорит Акаши, а меня бросает в жар еще сильнее. Он заметил это, несмотря на то, что судил игру. Все его внимание от начала и до конца было направлено на игроков, но так же ясно, как и их, он видел тогда меня. Насквозь. Понимает ли Акаши сейчас, какие чувства он во мне вызывает? Если да, то к чему все эти разговоры про отличного менеджера? Какой из меня менеджер, если я даже не знаю правил игры! — Но ты заметила нарушение, — добавляет он. — Это было совсем нетрудно, и прости, я плохо помогла тебе, — извиняюсь я. Все, не могу, хочу снова на него посмотреть. Даже вопреки тому, что он только что сказал, я поднимаю на него глаза и встречаюсь с ним взглядом. Желтый и малиново-алый, как его волосы. Как же это красиво. — Этого было достаточно. К тому же, других фолов за всю игру не было, поэтому я могу сказать, что ты заметила все. Так же, как и я. — Акаши говорит тем же тоном, что и всегда. Я снова отвожу взгляд, потому что смотреть друг на друга вот так слишком смущает. Давно чувствую, что щекам стало жарко, сейчас они просто горят. — Ты не остановил игру, потому что ждал этого от меня? — Удивляюсь я. — Да, это так. — Но я ведь могла этого и не сделать! — Нет, ты бы это сделала, — спокойно и абсолютно уверенно, как всегда, отвечает Акаши. — У меня не так много времени на разговоры, Хороми. Мне еще нужно познакомить тебя с куратором нашего клуба.       Мы уходим из главного спортзала и идем по улице во второй. Я знаю, что здесь занимается мой брат. Не думала, что так скоро с ним увижусь в качестве нового менеджера. Не знаю, хватит ли ему мозгов не реагировать бурно на мое появление. Все-таки, это не его дело. Пока идем, иногда смотрю на Акаши. Солнце уже стало заходить, и алые блики заката несколько раз коснулись его макушки. Я пытаюсь запретить себе любоваться Акаши, ведь понимаю, что он прекрасно все это замечает. Видит меня насквозь.       Заходим в зал, и первое, что я вижу — это очень много игроков, бегающих по кругу. У каждого в руках есть мяч, который они ведут во время бега. Из-за этого в зале стоит ужасный шум бьющихся об пол мячей, который еще к тому же усиливается эхом. Чувствую я, что мне придётся к этому привыкнуть. Замечаю брата, только он слишком сосредоточен на ведении мяча, чтобы заметить меня. Мы подходим к человеку, который стоит в стороне. Это наш учитель математики, Оно-сенсей, невысокий, седой и полненький. — Оно-сенсей, — обращается к нему Акаши. — Это Фуцурэ Хороми, она станет новым менеджером нашей команды. Хороми-сан, Оно-сенсей — куратор нашего клуба, он следит за тренировками второго и третьего составов, когда я или тренер Широгане-сенсей не можем это делать. Например, как сейчас, когда нам нужно готовится к началу отборочных на Межшкольный Турнир. Пока Акаши говорит, я встречаюсь взглядом с Аном, он выглядит удивленным и рассерженным, но продолжает тренировку. — Да, но Акаши-кун по-прежнему занимается утром со вторым составом, — широко улыбаясь, говорит Оно-сенсей. — Это потому, что эти тренировки тоже важны. — Хм… Акаши-кун, не думал, что ты возьмешь девушку в качестве нового менеджера, — удивленно произносит учитель, уставившись на меня. И тут я вспоминаю, что где-то здесь сейчас должны находиться еще три менеджера. Оглядываюсь по сторонам, но никого, кроме нас и других игроков, здесь не вижу. — Это не имеет значения, — отвечает ему Акаши. — Мне пора на тренировку. Оно-сенсей, познакомьте Хороми-сан с остальными менеджерами, как закончите, пусть они ей все объяснят.       Я в очередной раз провожаю Акаши взглядом. Когда дверь за ним закрывается, учитель объясняет мне, что остальные менеджеры-первогодки являются членами третьего состава. Сейчас они тренируются вместе со всеми, но когда тренировка закончится, они останутся, чтобы прибрать этот зал и основной. В мои же обязанности входит помогать им, а так же выполнять их работу, когда они сами заняты на тренировках. Еще один менеджер является третьегодкой, о его обязанностях Оно-сенсею мало что известно, но он обычно проводит время вместе с первым составом и очень часто отсутствует.       Когда тренировка оканчивается, почти все уходят в раздевалку. Мой брат, проходя мимо, делает вид, как будто мы не знакомы.       Оно-сенсей знакомит меня с тремя менеджерами, и я помогаю им убирать мячи. — Как освободимся, сразу идем в душ, а затем домой, — мечтательно произносит Окава, один из менеджеров, невысокий парень с короткими светлыми волосами и вздернутым носом. Я стою рядом, иногда подавая ему мячи. — Да, сегодня тренировка была зверская, хотя я слышал, что первый состав тренировался с обеда, — отвечает ему менеджер Такагаки. Он высокий, с вьющимися темными волосами, которые почти закрывают его уши. Я помню его с утренней тренировки. — Я тоже слышал. Но в голове не укладывается, что они могут столько тренироваться, — вздыхает Наката. Он тоже менеджер и точно так же, как и Такагаки, играл сегодня утром за место во втором составе. Этот парень ниже их всех, и, на мой взгляд, явно не дотягивает до баскетбольного игрока. — Наверное, поэтому, мы с вами в третьем составе, — смеется Окава, закидывая мячи в специальную большую корзину для хранения. — Совсем забыл, нам же еще основной зал убирать! — Пугается Окава, выронив один из мячей. — Никак не могу к этому привыкнуть, — грустно добавляет он, поднимая мячик. — Кстати, Фуцурэ-сан, тебя, наверное, нужно проводить? — спрашивает Наката, одновременно доставая ведра для мытья пола, потому что с уборкой мячей мы уже закончили. — На улице совсем темно! — кричит со склада Окава, пытаясь достать швабры, но, кажется, они за что-то зацепились. Слышится грохот. — Тебя обязательно надо проводить! — добавляет он. Судя по голосу, Окава отчаянно что-то собирает. — Наката, только не говори, что снова уронил ящик с теннисными мячами! — возмущается Такагаки, но спешит ему на помощь. — Я здесь совсем близко живу, так что не надо, — отказываюсь я, а сама думаю, останется ли Ан меня ждать. Все-таки одной идти не очень хочется.       Из раздевалки начинают выходить первые игроки с еще мокрыми волосами. Я иногда высматриваю среди них брата, но продолжаю помогать ребятам. Мне становится их жаль. Это как же сильно надо любить баскетбол, чтобы оставаться в клубе и помогать команде, когда ты сам даже не можешь сидеть на скамейке запасных во время игры, не говоря о том, чтоб играть. Вскоре менеджеры сообщают мне, что все уже ушли, и мы можем пойти убираться в раздевалке и в душе. Меня они просят остаться в зале, аргументируя это тем, что и душ и раздевалка мужские. Ну что за глупости? Если бы я помогла, мы бы закончили быстрее, а так мне придется их ждать, а потом еще прибираться в основном зале. Вздыхаю, Ан наверное уже ушел домой, а я его не заметила. И почему он мне ничего не сказал? Вообще-то, это я собиралась на него обижаться и молчать.       Когда парни заканчивают с уборкой в раздевалке, мы идем в первый зал. Оказывается, что с тренировкой там закончили не все. Тренера Широгане уже не было, но несколько игроков еще кидали мячи. Среди них был Акаши. Еще я узнала Рео Мибучи, а вместе с ним тренировался парень с короткими светло-рыжими волосами. Я невольно засмотрелась на его движения. Было в них что-то необычное. — В следующий раз предупреждайте меня заранее, что у вас закончилась тренировка, — говорит Акаши, когда мы к нему подходим. — Нам нужно успеть собраться до вашего прихода. — Сей-чан, на сегодня все? — спрашивает Рео, приближаясь к нам. – А, Хороми-чан, ты все-таки наш новый менеджер, а говорила, что не станешь им. — Тогда я тоже об этом не знала, — отвечаю я, пожимая плечами, а сама снова смотрю на Акаши. Думаю, что меня слегка пугает его проницательность. — Начинайте убирать зал, — говорит Акаши, в то время как все остальные уже ушли в раздевалку. — Ну ладно, куда же мы денемся, — тяжело вздыхает Окава, а Такагаки дает ему подзатыльник. Акаши, не обращая на нас больше никакого внимания, уходит.       Мы остаемся в зале и повторяем все то, что уже делали раньше: убираем мячи, прибираемся в кладовке, моем пол. Еще до того, как мы закончили, все игроки первого состава, что задержались сегодня, уходят домой, кроме Акаши. Он стоит в стороне и наблюдает, как мы работаем. Меня это слегка удивляет, но ведь понятно, что на то должны быть причины. Парни-менеджеры снова оставляют меня в зале одну, но на этот раз говорят, чтобы я шла домой, ведь ждать их сейчас уже не имеет смысла. Они благодарят меня за помощь и уходят в раздевалку, откуда я еще слышу их веселую болтовню. Мне не хочется уходить сразу, Акаши все еще здесь, но я уже иду к выходу. Меня снова бросает в жар, потому что я чувствую на себе его взгляд. — Акаши-сама, я ушла, — говорю я, подходя к двери, но к моему удивлению, Акаши идет за мной. — Хороми, почему я не вижу Андзэн-куна? — спрашивает Акаши, поравнявшись со мной. — Ну… его тренировка давно закончилась. Наверное, он уже дома, — отвечаю я. Мы стоим в дверях, пока я не выхожу на улицу. Акаши следует за мной.       Тут мы оба видим Ана который ждал снаружи, привалившись к стене спортивного корпуса. — Значит, все-таки не дома, — улыбается Акаши, а я рада, что посмотрела в этот момент на него и смогла уловить эту улыбку.       Теперь смотрю на брата. Свет от уличного фонаря, что висит над входом, освещает только нижнюю часть его лица. Но мне и этого достаточно, чтобы понять, что он не в духе. Мы с Акаши подходим к нему, но он молча уходит вперед. До самых ворот идем в тишине. — Андзэн-кун, если ты устал ждать Хороми, то тебе не обязательно делать это каждый раз, — прерывает молчание Акаши. Мне, признаться, было не по себе, пока мы шли. Вижу шикарную дорогую машину недалеко от школьных ворот, сразу понимаю, что эта машина ждет Акаши, потому что из нее выходит водитель и открывает заднюю дверь. — Я могу подвезти, — предлагает Акаши, становясь рядом с открытой дверью. — Спасибо, Акаши-сан, — говорит мой брат своим обычным, но слегка хриплым голосом. — Нам до дома совсем близко. — Хм…, а я бы не отказалась, — говорю я, но уже после того, как Акаши сел в машину и уехал. — И как тебе работа менеджером? — спрашивает меня брат. Ан идет впереди меня, даже не оборачиваясь. Я смотрю на его слегка сутулую спину. — Трудно, устала, — вздыхаю я. — Обычно к этому времени я сижу дома, и у меня сделаны все уроки. — Размышляю вслух, а затем вспоминаю, что я собиралась не разговаривать с братом. Позорю, значит, да? — Ну и зачем же ты тогда это сделала? — говорит Ан, вдруг резко останавливаясь и разворачиваясь ко мне. — Ну, а зачем ты вступил в клуб? Я же вижу, как ты устал! Нравится? Доволен? — спрашиваю в ответ и чувствую, как во мне снова закипает злость. Вспоминаю, как провела обед в одиночестве, и как утром он собирался уйти без меня, а еще эти слова по поводу того, что я везде за ним таскаюсь. — Чего молчишь? — Акаши сказал мне, что год или два тренировок, и я смогу войти в первый состав. В основной, если буду стараться больше, чем другие. В стартовый, если на моем пути не встанут более талантливые и усердные новички. А вот что ты делаешь в баскетбольном клубе, Хороми? Что тебе в итоге это даст? — Андзэн смотрит на меня сверху вниз, потому что он на голову выше. — Кроме потраченных усилий и времени, — добавляет он все тем же, слегка хриплым голосом. — Странно слышать это от человека, который много лет не интересовался спортом, — парирую я. — Я же тебе говорил… — Да, что дело в Акаши. Он лучший, так? Поэтому ты захотел играть, — перебиваю я, а сама думаю о том, что такая же, как и он. Я хочу стать ближе к этому свету, а брат хочет стоять рядом с ним на равных. Но этого, кажется, никогда не будет. Да, я смотрю на вещи реально. Это все равно, что пытаться дотянуться руками до солнца, стоя на земле, брат. — Ты… ты не можешь знать, лучший ли он, ты никогда не видела его игру, — со злостью отвечает Ан, разворачиваясь и снова уходя вперед. Я догоняю и теперь иду рядом. — Но мне это видно, — со вздохом произношу я.       Люблю ли я Акаши? Глупо, но, скорее всего, это так. Обожаю ли его? Да, определенно. Восхищаюсь ли? Конечно, ведь предметом обожания восхищаются. И что мне теперь делать со всем этим набором чувств?       Смотрю на брата. Он так устал и измотан. На что еще он готов пойти ради того, чего хочет добиться? Если Акаши сказал, что он сможет стать хорошим игроком и играть за нашу команду, то наверно, это так. А что бы сказал Акаши по поводу меня? «Больше старайся и возможно, через пару лет, мы будем вместе»? Ха-ха-ха, что за чушь? Но в этом есть доля здравого смысла. Человек, который усердно посвящает себя любимому делу, не может не заслуживать уважения. От уважения к восхищению, а от восхищения, возможно, к любви. Проблема в том, что баскетбол не является моим любимым делом. Мои интересы совсем другие: рисование, аниме, манга, чтение книг, а еще к ним недавно прибавился Акаши. Значит ли это, что я должна посвятить себя ему как любимому делу? Хм… делу? Почему я не думаю о нем, как о любимом человеке?       Мы заходим в дом, Ан включает свет, и я замечаю, что родители все еще не вернулись, в прихожей нет их обуви. Им приходится много работать, чтобы мы с братом могли учиться в такой школе, как Ракузан. — Мамы с папой все еще нет, — говорит Ан, будто бы проследив мой взгляд. — Я читала, что люди умирают, если работают слишком много. — Не хочу этого слышать, Хороми, — говорит брат, проходя на кухню.       Мы не разговариваем больше весь вечер. Кажется, между нами еще осталось какое-то напряжение. Я знаю, что у него завтра с утра тренировка, а значит, и я там буду. Но мы это не обсуждаем, как будто все сказанное будет слишком очевидным.