История Джигоку 2: Восстание грешников

Ичиго позволили перебраться в чёрную цитадель под неусыпным взором Времени, который был уверен, что Непрощённые прознали про то, что у демонов есть одно слабое место, если можно было так сказать — лидер. И если убить Короля Ада, то в Джигоку снова воцарятся былая анархия и хаос, которая уничтожит хрупкий баланс миров, которого с трудом удалось достичь. Поэтому Куросаки с самым мрачным выражением на лице, на которое только были способны мимические мышцы, ехал на заботливо подставленной ладони Стража Ада, который довольно гудел, напоминая сытого кота, которого заботливый хозяин почесал за ушком. Воля громыхала при передвижении не только топотом ног, но и латами на руках, но это мало кого волновало: точно не Время, настороженно замершему подле Эммы, который сидел на корточках, пытаясь понять, из чего же сделана громадина. Придя к выводу, что это обычные спрессованные духовные частицы, невидимые для обычных людей, он встал, довольно улыбнувшись, заметив возвышающиеся шпили на горном хребте. Уже на подходе к замку на широкую ладонь, способную уместить двадцать человек, запрыгнула Лесть. Страж не обратил внимания, глядя вдаль круглыми светящимися глазами. Девушка выглядела одновременно и радостной, и озабоченной. Третий Король Ада слова не успел вставить, прежде чем она выпалила: — Смерть очнулась и находится в цитадели вместе со всеми поправившимися от нападений Непрощённых. — он на миг замер, после чего облегчённо выдохнул, расслабившись. Ичиго сильно переживал за девушку, попавшую в эпицентр восстания и сильно пострадавшую только из-за того, кем она являлась и кого поддерживала. Но вот демонесса, принёсшая радостную весть, не выглядела счастливой, поэтому Время незаметно кивнул в знак того, что она может продолжать. — Но есть новая проблема, — заметив вопросительный взгляд Повелителя, подруга Обмана выдохнула: — К замку приближаются сотни грешников. Они хотят добить ослабевших демонов, а потом приняться за вас. Куросаки замер, но не сказал ни слова. Лишь резкий излом бровей показал, как он зол, да сжавшиеся в плотную полоску губы, побелевшие от напряжения. А когда Вайзард заговорил, вздрогнул даже Время: — Готовьтесь к битве, — он сорвал с руки браслет, меняя вафуку на стандартную форму шинигами, в котором все белые элементы стали красными. Бывший временный шинигами коротко осмотрелся и пришёл к выводу, что изменившаяся одежда кстати: не будет видно ни собственной крови, ни крови противников, которую он собирается пролить неисчислимым потоком. *** Юмино решила разделить армию Непрощённых, которая была в расположении, на два лагеря, как и планировала раньше: один направила штурмовать замок Эммы Дай-О, который они недавно нашли, а второй, поменьше, возглавила сама, намереваясь уничтожить новоиспечённых демонов Голода и Войны. И пока она бежала наравне с шайкой выбранных головорезов навстречу очередной бойне, девушка погрузилась в воспоминания. Знания важнее силы — непреложная истина. Поэтому грешница всеми доступными способами искала любую информацию о Джигоку. И однажды, когда она бродила в одиночестве, ноги сами принесли грешницу в место, полное скал и разнообразных пещер. Зайдя в одну, Юмино с трудом подавила в желание сесть на землю от удивления: не зная как, она нашла единственную библиотеку, кладезь истории и убийственных техник. Серо-карие глаза удовлетворённо вспыхнули, ведь обладательница нашла то место, где наверняка описан способ, как разрубить цепи и сбежать из Ада. Конкретного «рецепта» Юмино не нашла, а вот рассказы о тех, кто помимо грешников и Воли населяет Джигоку – да. Демоны и тот, кому они подчиняются — Великий Царь Эмма. И Непрощённая поняла, что вот он — шанс, выход из дерьмово сложившейся ситуации. Если убить сильнейших демонов, то это ослабит Верховного Судью, а после можно свергнуть Царя, свалив в Генсей или куда ещё приглянется, ведь после убийства Короля цепи наверняка спадут! Из древних фолиантов она узнала много, слишком много: и об устройстве измерения с кровавым небом, и о том, какие есть заклинания и оружие, способное умертвить и демонов, и даже правителя. Пару клинков заинтересовало Юмино: Коса Смерти, которая принадлежала Старшему Жнецу и была вне зоны досягаемости, и Медиатеро, ранее запечатанный, но по недавно возникшей информации, принадлежащий Убийству. Они были мощными, но принадлежали врагам. И когда Юмино отчаялась, очередная перевёрнутая страница преподнесла приятный сюрприз: был ещё один меч, выкованный «красным» демоном (имя не указывалось). Ханкаге. Он был закалён кровью создателя, что дало невероятные способности к гипнозу и подчинению, особенно к последнему, как у Медиатеро, но куда более толковые и сильные: жертва не подозревала о том, что находится в чьей-то власти и не помнила, что совершала во имя подчинившего. Каково же было ликование, когда Кокуто достал тот самый меч. Найти достойную жертву оказалось проблематично, но возможно. Заарканив двух демонов — если быть точным, то Старение, которого они нашли в библиотеке, и Власть, который по неизвестной Непрощённым причине находился рядом — они двинулись на Смерть. Юмино учла все ошибки, которые были при нападении на трёх предыдущих демонов, поэтому поступила коварно, устроив засаду в измерении, принадлежащем Старшему Жнецу. Местность сыграла с хозяйкой злую шутку, скрыв поначалу источник сверхъестественных сил грешников под водой. Но опыт не пропьёшь, как говорится, и не прокуришь. Смерть, попав под действие сильнейшей печати, способной навсегда лишить возможности использовать и манипулировать реатсу, ослабевая с каждым новым биением сердца, заметила зомби-Старение и зомби-Власть, которые не знали, что способствуют кровавому бою. И когда Юмино склонилась над демонессой, не сдерживая упоения от осознания того, что силы не подвели и цель близка, высказав всё, что думает о демонах, Смерть ответила, тихо прохрипев пять слов: «Меня ты не обманешь, Юмино». Это заставило испугаться не на шутку и отпрянуть в ужасе. Словно почуяв мимолётный страх, на поле боя появилась новая неожиданная фигура: странный человекоподобный Пустой, крушащий кости Непрощённых направо и налево. А когда заявился пугающий спутник, с лёгкостью разрубающий противников надвое, грешница наплевала на гордость и скрылась, не заботясь об остальных. Из-за этого она жаждала мести, и желание не угасло ни на йоту. Голубоволосый зверообразный грешник поплатится. А следом она пустит в расход и того странноватого напарника первого с татуировками-полосами на щеках. Девушка довольно оскалилась, не подозревая, насколько близка к цели. И когда лихая гоп-компания внезапно выскочила из-за очередной крутой скалы на относительно ровную и большую площадку, следуя за чужой духовной энергией, Юмино еле сдержалась от того, чтобы истерично не расхохотаться, потому что новыми демонами, которых они рьяно искали, оказались именно те, кого она жаждала убить. Сейчас там находилась черноволосая девушка, но та была одета так, как будто недавно вернулась с бала или концерта. Поэтому Непрощённая нагло проигнорировала Чуму, полностью сконцентрировавшись на двух парнях, с удивлением на лице разглядывающих новую действующую персону. — Вы здесь, — Юмино расплылась в улыбке, обнажив длинный вакидзаси[1]; грешники сделали то же самое, напряжённо поглядывая на двух недо-«минусов», источающих ауру властности и истинной силы, зависшей в воздухе подобно желе, но она нагло проигнорировала всё, продолжив: — О большем и мечтать не нужно. Вы оказались теми самыми демонами, которых мы хотим уничтожить. — А это отличный шанс проверить ваши новые способности в боевой обстановке, — подала голос незнакомая девушка в милом платьице. — Их слишком мало, — отозвался демон с голубыми глазами, но потянулся за катаной. Реатсу внезапно стала больше, несильно приложив слабейших грешников в шайке. — Они слабаки, я один с ними разделаюсь! — Подожди, — прервал второй парень, внимательно осмотрев единственную женщину среди будущих противников. — Я видел тебя раньше, женщина, — обратился он, словно не заметив, что Юмино готова к нападению. — Ты напала на Смерть тогда. Видимо, ты лидер этого сопротивления. Тебя нужно уничтожить первой, — парень скинул плащ, оставшись в одной рубашке; напарник повторил действие, хищно оскалившись подобно жаждущему крови зверю — и грешница была уверена, что на собственном лице он видит отражение ухмылки. — Гриммджоу, ты займёшься остальными, — заметив недовольство новоиспечённого Войны, он холодно глянул и безапелляционно добавил: — Это не обсуждается. — Почему всегда решаешь ты? — Гриммджоу фыркнул, задав риторический вопрос, но перечить бывшему Четвёртому Мечу не стал, зная, как тот может отреагировать на такое неповиновение. Да и остальных Непрощённых было около тридцати, и они находились на уровне фракции Эспада, что было неплохим показателем. — Хотя, быть может, я смогу повеселиться и без этой штучки, — он кинул снисходительный взгляд на девушку, а потом неторопливым шагом направился к грешникам, занявшим оборонительные позиции. — Поехали! — рыкнул он, исчезнув из поля зрения неказистых и потрёпанных Джигоку мужчин в Сонидо. Резко остановившись перед одним, Джаггерджак положил одну ладонь на лоб первого противника, а вторую — на грудь следующего и любовно «пропел»: — Бала. Короткие красные всполохи сверкнули в руках, пробив дымящиеся дыры в плоти врагов, тела которых мгновенно превратились в нечто лавообразное и утекли сквозь трещины на самые низы Ада, чтобы переродиться спустя время, которое будет больше, чем обычно, ведь Непрощённые, сражённые демонами либо сразу и навсегда погибают, либо мучительно долго восстанавливаются.  — Минус два, сучки, — хмыкнула Чума, сидя сверху скалы, откуда открывался чудесный вид на разворачивающееся двойное сражение. Отсюда она также видела, что четыре души скрылись за выступом и читали заклинание. Обрывки ветра донесли слова, заставившие удивлённо присвистнуть: это был ритуал отдачи всех сил и возможностей взамен на жизнь жертвующих. Кинув любопытствующий взгляд на девушку с вакидзаси, которая кинулась в атаку на Голод, который с лёгкостью отбивался от клинка левой рукой, не вытянув из ножен меч и полностью полагаясь на Иерро, демонесса поняла, кому будет адресована реатсу. И как Непрощённая могла использовать на собратьях «Раскалённый Ураган», оставшись дееспособной? Заклинание было одним из самых сложных на памяти Чумы и описывалось лишь в библиотеке Ада! Серые глаза прищурились, когда догадка осветила разум: или грешница нашла Сутабарун, или Старение — предатель. Или всё вместе. Об этом следовало немедленно поведать Эмме Дай-О, но она несла ответственность за двух бывших арранкаров, сейчас сражающихся. Девушка не была уверена, что они полностью освоились с сущностью демонов, так что вполне спокойно могли проиграть. Она должна была остаться здесь, чтобы добить Непрощённых в случае, если Война и Голод проиграют. Ведь здесь и сейчас Чума знала, где находится та, кто напала и чуть не уничтожила Смерть. Старший Жнец не отличалась любезностью, но всегда умела поддержать любого и дать дельный совет. Самообладание не было идеальным, как у брата, не было тщеславия второго родственника, но она знала, что важнее всего во всех мирах и о чём следует помнить. Не о балансе, нет, хотя и он важен. Чувства – то, что делало демонов теми, кто они есть и кем останутся, не обращая внимания ни на какие потери.