А что, если?..

      Блэки отправлялись в Румынию в полночь, дабы успеть в пункт назначения до рассвета — транспортировка драконов считалась таким же незаконным делом, как и их разведение.       Выезжали на следующий день после возвращения Катерины из Хогвартса, чтобы девочка успела отдохнуть и подготовиться к поездке.       Драконья перевозка, представляющая собой прочный деревянный ящик, обработанный магией, была уже готова, а дракон, успевший неслабо подрасти, с полудня находился внутри нее, выражая свое недовольство громким ворчанием.       — Не забудьте наложить заглушающее заклятье, — ворчала Вальпурга, недовольно осматривая группу путешественников, состоящую из Сириуса и Регулуса с их женами и детьми. — И постарайтесь не влипнуть в историю. Катерина, к тебе это относится особенно.       Катерина закатила глаза и покрепче сжала рукоять своей новой метлы «Нимбус-2001», которую отец подарил ей в честь окончания первого курса.       — Не волнуйся, Вальпурга, — осадил ее Орион. — Она ведь с Сириусом, с ней ничего не случится!       — Именно поэтому я и волнуюсь, что она с Сириусом! Этот идиот…       — Спасибо, матушка.       — Пришлете сову, как доберетесь до места. Сумасшедшие.       Блэки вышли на улицу, где уже царила темнота, разгоняемая только слабым светом фонарей.       Сначала взлетели дети, и только потом уже — обремененные драконом взрослые. Катерина издала радостный вопль, едва оказавшись в воздухе, и, обуреваемая восторгами, пронеслась прямо над головами бабушки с дедушкой и сразу же набрала высоту, с трудом удерживаясь от того, чтобы не начать пританцовывать от радости прямо на метле.       Она летит в Румынию! Она помогает в незаконной транспортировке! Она несколько дней проведет в настоящем драконьем питомнике! Она летит!       — Эй, Олененок, присматривай за детворой! — донесся до нее отцовский голос.       Катерина вынырнула из своих восторгов и обернулась, обнаружив, что случайно забрала чуть левее чем нужно.       Вега, Альфард и Синистра явно решили поиграть в догонялки, однако стоило ей свистнуть, как они тут же подлетели к ней, готовые внимать каждому слову.       — Так, ребята, мы должны показать, что не зря на нас возложили надежды. Давайте лететь ровно и смирно, — Катерина напустила было на себя строгий вид, но быстро сдалась. — По крайней мере, до той поры, пока мы не встретим проводников.       Ровно и смирно лететь не получилось. Точнее, получилось, но не совсем — бурлящая юная кровь то и дело срывала брата и сестер на игру в догонялки, однако чем дольше они летели и чем выше постепенно поднимались, тем быстрее уходили восторги, уступая место сонливости и усталости.       Катерина то и дело протирала глаза, чтобы ненароком не заснуть прямо в полете, а вот Альфард уже перекочевал на материнскую метлу и теперь сидел позади мамы и сладко дремал у нее на плече.       Вега и Синистра оказались самыми непробиваемыми, а может быть, они, как и взрослые, просто не показывали вида, что держатся на последнем издыхании.       На какое-то мгновение Катерине показалось, что они будут лететь вечность, однако ее предположение было опровергнуто почти сразу же — начинало светать, а откуда-то снизу к ним подлетело трое людей в одежде из драконьей кожи. В правом рыжем девочка мгновенно опознала Чарли Уизли и облегченно выдохнула — добрались. Ну, или скоро доберутся.       Чарли что-то прокричал, и их группа постепенно пошла на снижение, медленно, но верно забирая вправо.       За дорогой Катерина почти не следила, действуя на автопилоте, и мысленно благословила всех известных ей богов, когда ее ноги коснулись наконец-то твердой поверхности.       Подбежавшие драконоводы занялись Норбертом (это имя Хагрид подарил своему питомцу перед самым отлетом), а Чарли тем временем проводил своих гостей до выделенных им домиков.       Катерина не обращала внимания ни на что, беспокоясь только о том, как бы ей не упасть прямо на месте, а когда ей наконец показали ее комнату, сразу же упала на кровать и заснула крепким сном.

***

      Она проспала до трех часов дня, после чего поднялась на ноги и подошла к окну, чувствуя себя разбитой. И сразу же забыла об этом, стоило ей выглядеть в окно. За окном виднелись горы, у подножия которых шумела река, а над рекой…       — Дракон!       Катерина выбежала из домика, совершенно забыв привести себя в порядок, и сразу же наткнулась на дядю Регулуса.       — Дядя, дракон!       — Тихо, тихо, тихо, — мужчина с притворной суровостью развернул ее в сторону дома. — Чарли ждет нас на обзорной экскурсии, в шесть часов он зайдет за нами. Поэтому у тебя еще масса времени, чтобы привести себя в порядок и предстать перед драконами в лучшем своем виде. Смекаешь?       Он с лукавой улыбкой подмигнул ей, и девочка, подмигнув ему в ответ, направилась в ванную комнату, на двери которой висела соответствующая табличка.       Ванная комната была небольшой и безо всяких излишеств — небольшая ванная, половик перед дверью, зеркало на стене и тумбочка, на которой хранились все необходимые для душа принадлежности.       Вода регулировалась с трудом, то и дело сбиваясь то в одну, то в другую сторону, но девочку это не смутило.       Она быстро ополоснулась под душем, вымыла из отросших за год волос налипшую в них грязь и пыль, после чего заплела их в две косички и отправилась в комнату, вспомнив, что забыла приготовить себе сменный комплект одежды.       Пока она собиралась, проснулись обе леди Блэк, сразу же отправившиеся покорять ванную, а после этого — на кухню, потому что есть хотелось неимоверно.       Катерина присоединилась к ним почти сразу же, с удовольствием уплетая политую медом овсяную кашу и чувствуя, как предвкушение захлестывает ее с головой.       Постепенно подтянулись и остальные, а ровно в шесть вечера, семейство Блэк в полном составе стояло на условленном месте, откуда должна была начаться обзорная экскурсия по Всемирному Драконьему Заповеднику.       Чарли подошел с небольшим опозданием, потому что пришлось помогать с прочисткой кишечника одному из экземпляров валлийского зеленого.       — Ну что, вы готовы, дети?       — ДА! — хором выкрикнули Сириус и Регулус, в одно мгновение начиная выглядеть гораздо моложе своих лет.       — Вот уж точно — дети… — беззлобно улыбнулся второй по старшинству сын Уизли. — Итак, начнем…       Следующие пару часов прошли для Катерины в восторженном тумане. Она никак не могла решить, какой вид драконов ей нравится больше, а увидев венгерского хвосторога, начала подумывать о том, что возможно ее призвание — быть драконоводом, а не играть в квиддич.       Она закидала Чарли вопросами, а услышав, что молодые драконы относятся к людям наиболее дружелюбно, тут же изъявила желание подружиться.       — Завтра отведу вас к ним, — отозвался Чарли, усиленно скрывая улыбку. — На самом деле с драконом подружиться не сложнее, чем с грифоном и гиппогрифом, но надо понимать, что подпускают они к себе далеко не всех. Но если ты сможешь с ними поладить, я даже разрешу тебе покататься. Это к каждому из вас относится. А сейчас пойдемте к ребятам, пусть драконы отдыхают.       Катерина со взрослыми не пошла — после столь насыщенного эмоциями вечера ей снова захотелось спать, поэтому она забрала с собой младших сестер и брата, тоже изъявивших желание отойти ко сну, и один из сотрудников заповедника проводил их до дома.       Альфард и близняшки, делящие с ним комнату, заснули мгновенно, а вот Катерине, несмотря на усталость, заснуть удалось не сразу — она лежала в своей кровати, изучая взглядом виднеющееся в окне созвездие большой медведицы, прислушивалась к звукам, которые изредка долетали в комнату, и чувствовала себя невероятно счастливой.       Заснула она незаметно для самой себя, причем приснившийся ей сон был невероятно странным.       Ей снилось, что она стоит в заброшенном туалете для девочек, где обосновалась Плакса Миртл — невероятно ранимое школьное привидение — и шипит на раковину. Рядом с ней стояли Рон и Драко, а также какой-то очень красивый мужчина, показавшийся девочке смутно знакомым.       Однако понять суть происходящего Катерина не успела — сон сменился, явив ей образ черного дракона, в котором она узнала молодого самца венгерской хвостороги, так приглянувшегося ей сегодня.       Проснулась она так же внезапно, как и заснула, и, повернув голову влево, с удивлением обнаружила причину своего пробуждения — крошечного змееобразного дракончика, внимательно уставившегося на нее своими желтыми глазами.       Карликовый пелопонесский дракон, поняла девочка и чуть приподнялась на локте.       Карликовые пелопонесские драконы были видом невероятно редким, жили в стаях, были падки на все блестящее и обладали невероятно спонтанным характером — по словам Чарли, никогда не известно, что придет им в голову в следующую секунду. Они обладали острыми зубами, невероятной ловкостью, скоростью и пронырливостью, а также — потрясающим умом и сообразительностью, что делало их невероятно опасными, особенно когда они собирались в стаи.       А теперь этот дракон сидел прямо на ее подушке и внимательно рассматривал с крайне умильным выражением мордочки.       — Привет, малыш, — прошептала Катерина, расплываясь в улыбке.       Дракончик ответил ей что-то на своем языке и склонил голову на бок.       Выглядел он довольно безобидно, и пуффендуйка рискнула погладить его по голове, отметив, что его ярко-зеленая чешуя была шероховатой и теплой на ощупь.       — Меня Катерина зовут, а тебя?       Дракончик приблизился к ней вплотную, а затем внезапно подпрыгнул, сорвал с шеи цепочку с крестиком и стремительно вылетел в открытое окно.       — Эй!       Девочка подбежала было к окну, но воришки к тому времени и след простыл.       — Ну и ладно. Все равно она никогда мне не нравилась, — она погрозила в окно кулаком и вернулась в кровать.       Больше никаких снов ей не снилось, и до утра никакие воришки покой ее более не нарушали.       Чарли поднял их в семь утра, сообщив, что, поскольку, они планируют отправиться домой уже завтра утром, то разлеживаться смысла нет.       Все единогласно согласились с ним и к половине восьмого были готовы к новым приключениям.       Правда, Роксолана и Марлин были не слишком довольны, что их детям придется так рисковать, но согласились, что это было бы нечестно — оградить их от такой радости, и уступили.       В заповеднике было десять подходящих по возрасту драконов, причем самых разных пород, и посему, то, кому какая порода достанется, решали жребием.       Катерине казалось, что все слышат, как колотится ее сердце, особенно когда она запустила руку в мешочек с бумажками и вытянула одну из них.       — Ну, Кэт, разворачивай! — поторопил ее Альфард, который уже вытянул себе опаловоглазого антипода и был крайне доволен этим фактом.       Близняшкам достались валлийские зеленые, женам Сириуса и Регулуса — китайские огненные шары, Регулус вытащил румынского длиннорога, а Сириус — гебридского черного.       Девочка глубоко вдохнула и дрожащими руками развернула бумажку.       — Венгерский хвосторог, — прочитала она, не совсем соображая, почему так побледнели папа Сириус и мама Роксолана.       — Чарли, а может быть, нам поменять…       — Нет, — Катерина не сразу поняла, что это «нет» принадлежит ей. — Я лицом к лицу с Тем сталкивалась, неужели я не имею права на собственный выбор? В конце концов, мы все рискуем.       — Действительно, Сириус, — поддержал ее Чарли. — В конце концов, они будут в намордниках и на цепи и не смогут подняться слишком уж высоко. Так, подняться, сделать небольшой круг и опуститься.       Блэки кивнули, и хотя все еще выглядели встревоженными, спорить больше не стали и позволили сотрудникам заповедника увести себя к своим драконам. Вслед за ними ушли и близняшки с Альфардом, и Чарли, кивнув каким-то своим мыслям, поманил Катерину за собой.       До загона было идти минут пятнадцать, и все это время Катерина то и дело закатывала глаза, слушая наставления Чарли о том, что ей нужно быть предельно осторожной.       Дракон уже ждал ее.       Это был тот самый дракон из ее сна и тот самый, который так впечатлил ее вчера — огромный, мощный самец с блестящей черной чешуей и завораживающими янтарными глазами, чем-то напомнившие Катерине глаза ее пушистой любимицы. На пасти его красовался намордник, а на шее — ошейник, за который крепилась толстая стальная цепь.       Дракону не нравилось ни то, ни это, и он раздраженно бил хвостом по земле, оставляя внушительных размеров ямы там, где у него были шипы, а также яростно мотал головой из стороны в сторону.       — Это Мерлин, — в голосе Чарли послышались нотки нежности. — Красавец, правда?       Катерина завороженно кивнула, чувствуя, как у нее перехватило дыхание от восторга.       — Подходишь к нему медленно, осторожно. Не смотри в глаза — он может принять это за вызов.       — А как понять, понравилась я ему или нет?       — Поверь, это сразу будет ясно. Ну, иди. Удачи тебе.       Он дал сигнал драконоводам, и те отошли на безопасное расстояние, держа палочки наготове.       Катерина сделала шаг вперед. И еще один. И еще.       Мерлин затих, выжидающе уставившись на нее, а затем внезапно резко подался вперед.       Кто-то из драконоводов дернулся было на помощь, но Чарли сделал знак рукой, приказывая не шевелиться — мельтешение могло разъярить зверя, обнюхивающего сейчас непрошенную гостью, и ничего хорошего для Катерины из этого бы не вышло.       Сама Катерина стояла ни жива, ни мертва, боясь шевельнуться лишний раз. Все-таки вблизи дракон выглядел гораздо более пугающим, нежели издалека.       Но тут, судя по всему, Мерлин пришел к каким-то выводам и ткнул ее мордой.       Девочка не устояла на ногах и упала на землю, с ужасом глядя на то, как драконья морда находится в нескольких миллиметрах от ее лица. Время текло ужасно медленно, и хотя прошло всего пол минуты, ей казалось, что пролетело как минимум несколько часов. Дракон снова ткнул ее мордой и издал тихий звук, похожий на рычание.       И тут до нее дошло.       — Ты хочешь, чтобы тебя погладили?       Снова тычок. — Ладно, ладно… только не пугай меня так больше…       Венгерский хвосторог был такой же шероховатый и теплый, как и ее ночной гость, а глаза его, прищуренные от удовольствия, были такие же, как у Дементор.       — Ты просто большая кошка, так? — рассмеялась девочка, поднимаясь на ноги и обнимая морду своего нового друга. По крайней мере, ей очень хотелось верить, что дракон воспринимает ее именно в этой ипостаси. — Мне сказали, что на тебя можно залезть…       Оглядевшись по сторонам, она нашла стремянку, однако, добраться до нее возможности не было — дракон находился на расстоянии пяти метров от нее.       — Чарли! Чарли, как мне на него залезть?       Чарли, находящийся неподалеку, осторожно приблизился, вызвав недовольное рычание дракона, и посадил ее в закрепленное в основании шеи седло.       — Там на наморднике вожжи… — он не договорил.       Мерлин распахнул крылья и взлетел, вызвав у своей наездницы громкий визг. Цепь не дала ему подняться слишком высоко и сильно ограничила в маневрах, что привело дракона в ярость. По крайней мере, другого истолкования того, что он стремительно рванулся куда-то в сторону, дабы сорвать с себя цепь, Катерина не придумала.       Цепь, однако, не сорвалась, но нижний ее карабин, крепящийся к кольцу на чугунном столбе, не выдержал и разогнулся, предоставив дракону полную свободу для маневров.       Снизу раздались испуганные выкрики, но Мерлину до них дела уже не было — поняв, что его больше ничего не ограничивает, он набрал высоту и полетел одному ему известным маршрутом.       — Мерлин, стой! Плохой мальчик! — вопила девочка, изо всех сил натягивая вожжи, понимая умом всю абсурдность своих усилий. Для дракона она — песчинка. Счастье, что он все еще ее не сбросил.       Она попробовала обхватить дракона за шею и пришла к выводу, что это гораздо удобнее, но вожжи от этого мешаться не перестали — теперь они не давали ей удобно прислониться к своему «коню», и девочка решилась на отчаянный шаг, расстегнув находящиеся прямо на уровне ее глаз застежки намордника.       Поняв, что эта странная неудобная штука больше не закреплена, Мерлин мотнул головой, окончательно освобождаясь от творения рук человеческих, а после этого торжествующе заревел и, сложив крылья, стремительно спикировал к поблескивающей внизу водной поверхности. Когда вода оказалась совсем рядом, дракон перешел на бреющий полет и опустил голову в воду.       Катерина, которая до этого момента сидела зажмурившись, решила рискнуть и осторожно приоткрыла глаза.       Испуг прошел, уступив место осознанию происходящего, а когда она увидела в водах реки свое отражение — бледное, испуганное, с растрепанными волосами (резинка, держащая косу, слетела, а ветерок так и вовсе уничтожил всякое подобие прически), прильнувшее к огромному черному ящеру, который на данный момент жадно хлебал воду, задевая когтями и обрывком цепи голубую гладь воды, ее душу охватил такой бешенный восторг, что она рискнула выпрямиться и отпустить руки, расставив их в разные стороны. Эмоции буквально переполняли ее, вырвавшись наружу громким восторженным воплем, оборвавшимся так же резко, когда Мерлин начал стремительно набирать высоту.       Теперь было только наслаждение полетом и открывающимися внизу видами, причем ее восторг только возрос от внезапного осознания того, что Мерлин направляется обратно, которое возникло тогда, когда она увидела внизу фигуры драконоводов, постепенно приближающиеся.       Мерлин сел там же, где и взлетел, и осторожно лег на землю, позволив своей наезднице беспрепятственно соскочить на землю.       Драконоводы тут же бросились в их сторону, но были вынуждены разбежаться от выпущенной в их сторону струи огня.       Не испугались только двое — сам Чарли и невысокая, коротко стриженная девушка, которая, насколько знала Катерина, была драконьим ветеринаром и которую драконы подпускали к себе безо всяких ухищрений, принимая за свою.       — Ах ты проказник, ты зачем девочку напугал?! Кто так себя ведет?       Гигантский дракон виновато опустил голову, пока ветеринар отчитывала его, а Чарли тем временем внимательно изучил воспитанницу семьи Блэк на наличие повреждений.       — Я даже не буду спрашивать, испугалась ты или нет, — проворчал он, выяснив, что с девочкой все в порядке. — По твоим глазам вижу, что нет.       — Вы ведь не скажете моей семье, правда?       Чарли тяжело вздохнул.       — Ладно, не скажу, благо, что все закончилось благополучно. Но Мерлин, Мерлин… он всегда был самым непредсказуемым в своем выводке… Черт…       Мерлин, словно услышав свое имя, просунул между ними голову, и Чарли со смехом погладил его по носу, вызвав удовлетворенное фырканье.       — Значит, драконы не такие свирепые, как о них пишут? — поинтересовалась Катерина, присоединяясь к поглаживанию дракона.       — Зависит от очень многих факторов. Дикие драконы, в большинстве своем, совершенно неуправляемы, да и из здешних далеко не все готовы пойти на близкий контакт с человеком. А кто-то идет, но очень выборочно. Однако это не значит, что того же Мерлина можно счесть ручным. Это было бы самой большой твоей ошибкой. Да, он тебя принял и подпустил близко к себе, но между тобой и свободой он выберет свободу. Хотя это не значит, что драконы не умеют дружить. Просто дружба у них довольно своеобразная, и, конечно же, если ты будешь сажать его на цепь и прочие радости стандартного драконьего разведения, то ты навсегда станешь его заклятым врагом. Он попросту возненавидит и тебя, и вообще людей. Например, я точно могу сказать, что большинство этих ребят он к себе больше не подпустит.       — Хотела бы я иметь дракона…       Мерлин недовольно рыкнул и положил голову ей на плечо.       Чарли расхохотался.