А что, если?..

      Первый матч квиддичного сезона по традиции открывали Гриффиндор и Слизерин, и этот год не стал исключением.       Стояла вторая неделя ноября. День выдался пасмурный и тяжелый. К полудню вся школа потянулась на стадион.       Рон, Гермиона и Катерина пожелали удачи Драко, Тео и Блейзу и поспешили занять места на самом верху, чтобы ничто не закрывало обзор. Катерина не могла не отметить — в этом году лицо Гермионы не было таким кислым, как на первом курсе. Она бы даже сказала, что в глазах лучшей подруги горели робкие пока еще огоньки азарта.       Девочка подавила улыбку. Все-таки общество фанатов квиддича не прошло для когтевранки бесследно. Еще бы она решила в сборную колледжа записаться, тогда это была бы полная победа, но увы. А ведь внутри зазнайской оболочки явно спит довольно талантливый игрок, которого слегка разбудили этим летом.       Внезапно трибуны взорвались воплями и аплодисментами — игроки вышли на поле.       Подгоняемые ревом толпы, четырнадцать игроков взмыли в свинцовое небо. Катерина выкинула из головы все лишние мысли и сосредоточилась на игре, тем более что на поле кипели нешуточные страсти.       Загонщики упоенно бомбардировали друг друга бладжерами. Охотники устроили настоящую баталию в попытке забить гол, пока наконец квоффл не оказался в руках Блейза Забини. Гола, впрочем, не получилось — Оливер Вуд, капитан гриффиндорцев, спас свои ворота в каком-то немыслимом прыжке, вызвав полнейший восторг у публики.       Хлынул дождь, закрыв зрителям половину обзора. Катерина вообще перестала понимать, что происходит, пока по стадиону не разнесся усиленный микрофоном голос бессменного комментатора и лучшего друга близнецов Уизли по совместительству — Ли Джордана.       — Шестьдесят : пятьдесят! Ведет Гриффиндор!       Дождь усиливался, даже водоотталкивающее заклинание уже мало спасало, и Катерина, наравне с остальными, желала только одного — чтобы снитч был пойман. Неважно кем. Хотелось в тепло, поближе к камину, а еще…       — Драко Малфой поймал снитч! — разнесся над полем голос комментатора. — Слизерин побеждает со счетом двести двадцать : восемьдесят!       Остальные его слова потонули в восторженном гуле слизеринских болельщиков.       Желание оказаться в гостиной тут же было забыто, и трое друзей, скользя на залитых ливнем ступеньках, побежали вниз, на поле, соединившись по пути с сестрами Блэк и Джинни с Полумной.       — Это было круто, Малфой! — заявила Гермиона, с силой хлопая друга по плечу. — И вы, ребята, молодцы!       Нотт и Забини величественно кивнули и шутливо-страдальческим тоном спросили разрешения на посещение раздевалки.       — Давайте быстрее, — махнул рукой Рон. — Ждем вас в Выручай-комнате.       Слизеринцы закивали и бегом удалились, прикрывая руками и без того мокрые насквозь волосы.

***

      Посиделки на этот раз получились тихими, даже, пожалуй, полусонными — горячий чай, обилие еды, подаренной домовиками, тепло от пледов и камина, особенно эффективные после уличного холода, разморили всех собравшихся, и даже беседа протекала как-то вяло.       — Но кто же все-таки напал на кошку? — сонным голосом спросила Вега, свернувшаяся калачиком около ног старшей сестры.       — Учитывая, что она окаменела, а не умерла, это, скорее всего, обозлившийся на Филча старшекурсник, — зевнул Нотт. — А Филч тоже хорош. Устроил из этого нападения целый спектакль.       С этим было сложно не согласиться — Филч постоянно вертелся вокруг того места, где заколдовали его кошку, словно поджидал виновного. Тщетно пытался стереть надпись на стене при помощи «Универсального волшебного пятновыводителя миссис Чистикс». Прятался в коридорах, кидался на школьников, ища случая учинить над ними расправу за «чересчур громкое дыхание» или «слишком счастливый вид».       — А тут еще эти слова на стене. «ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА», — Джинни поежилась. — Что они значат?       — По-моему, я уже от кого-то слышал про Тайную комнату в Хогвартсе… — протянул Рон, — не то от Билла, не то…       — Я читала об этом в «Истории Хогвартса», — Катерина почесала шрам, припоминая. — Если я правильно помню, то один из основателей школы, Салазар Слизерин, был немного не в ладах с остальными и перед тем, как покинуть школу, создал помещение, чтобы запереть там какой-то Ужас.       — И что это за Ужас? — в глазах почти задремавшего Драко вспыхнули искорки интереса.       — Мне кажется, это очевидно, — подала голос молчавшая до сих пор Полумна. — Герб Слизерина — змея. Слизерин был змееустом. Значит, и то, что называется Ужасом Слизерина — тоже змея. А если быть еще точнее — василиск. Потому что это его привилегия — окаменять взглядом.       Катерина раздраженно фыркнула.       — Ага, конечно. Здоровенная змеюка ползала по школе, а потом повесила кошку на столб вместо того, чтобы сожрать ее, а потом намалевала слова на стене.       — А что, если…       — Хватит, Полумна, — пресекла назревающий спор Гермиона. — Твоя теория очень остроумна, но, как правильно заметила Катерина, совершенно беспочвенна.       Полумна пожала плечами и отвернулась обратно к камину.       — Думаю, нам всем пора идти спать, — вмешался Рон.       Предложение его было единогласно принято.

***

      — Теперь, когда Гриффиндор продул, мы встречаемся с Когтевраном, и победитель встречается со Слизерином.       С момента победы Слизерина прошла неделя, жизнь продолжала течь своим чередом, а у Катерины внезапно появился поклонник.       Колин Криви учился на Гриффиндоре, на одном курсе с Джинни Уизли, и никогда не расставался со своей камерой, щелкая все, что попадется ему на пути.       До недавнего времени пути его с пуффендуйкой не пересекались, но вышло так, что он столкнулся с ней на выходе из больничного крыла и с тех пор не упускал ни единого случая поговорить с ней.       Вот и сейчас — узнав, что девочка направляется на тренировку, он сразу же решил составить ей компанию.       — Я никогда не видел, как играют в квиддич, потому что мой отец — молочник и маггл, и мне иногда жутко неловко перед своими сверстниками, — непрерывно болтал он по дороге на стадион. — А ты какую позицию занимаешь в команде?       — Я загонщик, — у Катерины начало лопаться терпение. — Машу битой, дабы отогнать от себя все ненужное и надоедливое.       Колин, однако, намек не понял.       — Здорово! У тебя, наверное, хорошо поставлен удар. А…       — Слушай, Колин, — девочка сделала глубокий вдох и, сосчитав до трех, медленно повернулась к первокурснику. — Ты навязываешься мне уже несколько дней. Сейчас ты идешь на тренировку. По квиддичу. Ты гриффиндорец. Я пуффендуйка. Откуда я знаю, что тебя не наняли, скажем, когтевранцы, чтобы ты слил им нашу тактику? Да, ты маггл, для тебя весь наш мир — это очень круто, но пожалуйста, избавь меня от своих восторженных излияний. Ты мне надоел!       Мальчик съежился и, кивнув ей на прощание, побрел в обратном направлении. На секунду Катерину посетил укол совести, но девочка только отмахнулась от него и побежала на тренировку, прошедшую в этот раз из рук вон плохо и к тому же не в полном составе — Ханна Аббот, которая пошла было на поправку, снова слегла несколько дней назад, и Флит уже начал на полном серьезе подумывать о том, чтобы искать ей замену.       Однако, как оказалось, неприятные сюрпризы еще не кончились.       — Было еще одно нападение, — мрачно сообщил Рон, садясь рядом с ней за ужином. — Мелкий такой… все хвостом за тобой ходил. — Почерк тот же — живой, но полное окаменение. Я уж даже подумал — может, Полумна была права?       Гермиона, сидящая напротив него, возмущенно фыркнула.       — Командовать василиском, если конечно допустить, что это василиск, может только змееуст и наследник Слизерина. Назови мне хоть одного ученика Хогвартса, который владел бы парселтангом! Я уже даже не говорю о том, чтобы кто-то был в родстве с основателем Хогвартса.       — Значит, кто-то копирует почерк василиска и разводит всю эту панику, — подвела итог Катерина, насаживая картофелину на вилку. — Значит, это кто-то из старших курсов, приверженец чистокровности, — тут она хлопнула себя по лбу. — Как же я забыла! Слушайте…       И она рассказала друзьям о визите Добби.       — Значит… — Рон почесал затылок. — Нам нужно всего-то узнать, чей это домовик?       — А я тебе и так скажу, Уизли, — ленивым тоном отозвался Малфой. — Это домовик Паркинсонов. Они везде таскают его с собой. Выходит, что за этим стоит Панси?       — Ерунда какая-то, — Гермиона начала раздражаться. — Такое заклятье посильно только взрослому волшебнику, а Панси — наша ровесница. Кэт, ты чего такая грустная?       — Я все думаю о том, что не пошли я его к черту, он сейчас был бы жив, — мрачно отозвалась Катерина, отодвигая тарелку в сторону.       — Он и так жив, — напомнила когтевранка, придвигая тарелку обратно к подруге. — Ешь и не драматизируй. Драматизацией ты ничего не добьешься и никому не поможешь. Выше нос, Бладжер. Все будет хорошо.