Bonfires

Чонгук не спит почти третьи сутки, мозги его похожи на кисель. Шевелить конечностями непередаваемо сложно, а говорить что-то — задача вообще непосильная. В двенадцатом часу ночи у моря холодно и ветрено. Он сидит в одних шортах и футболке и ёжится, пока все остальные выглядят счастливыми и тёплыми в своих ветровках и толстых кофтах. Чонгук смотрит на Сокджина с укором — тот знал, что одеваться нужно теплее, но промолчал. Сокджин виновато улыбается и прячет руки в рукава толстовки. Чонгук разглядывает свои босые посиневшие ноги в шлёпанцах и вздыхает, поджимая закоченевшие пальцы. Пока два неизвестных Чонгуку до сегодняшнего дня парня — Юнги с Тэхёном — травят забавные байки, сидя рядом на краю пирса, он думает, как здорово было бы упасть на сырое дерево моста и проспать здесь пару дней. Юнги просит у Тэхёна сигареты. Тот долго шарится по карманам своей безразмерной мешковатой ветровки и суёт ему в руки помятую полупустую пачку. — Прикури мне, — кидает Юнги, — ты все зажигалки у нас попиздил. Тэхён вздыхает, ворчит себе что-то под нос и тянет руку с зажигалкой ближе к лицу Юнги. Затягиваясь крепкими сигаретами с отвратительным запахом, Юнги выглядит ещё более счастливым, чем прежде. Чонгук смотрит на него и старается не показывать того, что зевает и готов от этого пасть порвать. Он просто молчит и залипает на тихий и ласковый шум волн. — Ну-ка посвети ему на лицо, — голос Юнги звучит резко, Чонгук не сразу понимает, в чём дело. Тэхён чиркает зажигалкой прямо перед его носом и чуть не опаляет ему ресницы. Юнги склоняется к лицу Чонгука, щурится, разглядывает пару секунд и выносит вердикт: — Нормально. Чонгук сверлит их с Тэхёном взглядом и медленно сжимает кулаки, потому что за такие выходки как минимум бьют в челюсть. Но ему страшно хочется спать, его голова с каждой секундой становится всё тяжелее, а Юнги вдруг кажется даже каким-то добродушным. — Тебя как зовут-то? — он обращается к Чонгуку и выдыхает густое облако дыма прямо в его лицо. Тот не может понять, бесит это всё его или нет. — Чонгук. — Понятно. Ты может тоже курить хочешь? — Я не курю, — отзывается Чонгук и отворачивается в сторону. Юнги ёрзает рядом с ним и случайно касается его колена рукой, матерится, а потом лапает ноги Чонгука уже в открытую. — Хера ты замёрз. — До пиздеца, — честно признаётся Чонгук. Юнги зажимает в зубах сигарету, стаскивает с себя старую огроменную куртку и заботливо накрывает ею чонгуковы плечи. Чонгука эта внимательность и учтивость выбивает из колеи, он Юнги знает-то всего час от силы. Юнги зачем-то накидывает ему на голову ещё и капюшон и оборачивается, вглядываясь вглубь леса за их спинами. — Сейчас должно быть ништяк, — декламирует он и щёлкает пальцами. — А ты? — тупо спрашивает Чонгук. — А мне не надо. Тэхён отбирает из рук Юнги остаток сигареты и докуривает его сам, рассказывает Чонгуку пару тупых историй об их приключениях у моря и зовёт всех к костру на берегу. — Там Намджун развёл уже, наверное. Чонгук согласен на что угодно, если это поможет ему согреться. В чужой куртке жить, безусловно, веселее, но пальцы ног настолько онемели от холода, что Чонгук совсем перестал их чувствовать. Сокджин смотрит на него и по-доброму улыбается. — Предатель, — бормочет Чонгук, уходя с пирса вслед за смеющимся от дебильных тэхёновских шуток Юнги. Сокджин обнимает его за плечи и идёт рядом. У костра Чонгук надеется сесть скраю и рядом с Сокджином, чтобы можно было поматериться ему на ухо, пожаловаться на жизнь и просто чувствовать себя спокойнее в абсолютно незнакомом обществе. Сокджин — единственный, кого Чонгук знает из всего этого сборища. В итоге скраю садится Сокджин. Чонгук в очередной раз отмечает, что он предатель. С другой стороны от Чонгука садится Юнги. Покрывало на земле не очень длинное, приходится потесниться, чтобы все влезли. Чонгук старается не обращать внимания на то, что Юнги прижимается к нему вплотную, и просто вытягивает ноги к огню, чтобы пальцы на них от холода не атрофировались совсем. У огня людей становится больше. Чонгук знакомится с Намджуном и Хосоком, пытающимся спать на дереве позади. Намджун тоже рассказывает истории, но у него они хотя бы смешные. Ноги Чонгука не хотят согреваться даже спустя полчаса. Юнги зачем-то трогает их каждые минут пять и постоянно спрашивает: «Ну что, ещё не согрелся что ли?» Чонгук стабильно мотает головой и ёжится. В определённый момент терпение у Юнги кончается и он командует подкинуть в костёр ещё брёвен. Чонгук почти ничего не соображает, но от всей души мысленно благодарит его. — Что с тобой? — спрашивает Сокджин, когда замечает, что Чонгук окончательно начинает тормозить и перестаёт понимать, что вообще вокруг происходит. — Спать хочу, сейчас подохну, — шёпотом отвечает Чонгук, а чёртов Юнги оказывается обладателем слишком хорошего слуха. Он поворачивает голову к Чонгуку и хлопает по своему плечу. — Ложись и спи. Чонгук пытается подумать пару секунд, но шлёт всё нахер, кладёт голову на чужое плечо и отрубается практически сразу же. Юнги вполголоса просит народ: — Базарьте потише, человека разбудите, — и просит Тэхёна прикурить ему ещё одну сигарету. Чонгук слышит всё это сквозь сон и машинально улыбается.