Байки на заказ

      Заказ: "Все волшебники, живущие среди людей, должны отчитываться перед сотрудниками Небесной канцелярии, то бишь ангелами. Иначе магов причисляют к демонам и начинают изживать. Небезызвестный волшебник Людвиг («Убийцы убийц») плевать хотел на формальности, чем крепко насолил Николасу (товарищ из цикла «Ангелы»). Возмущенный ангел отправляется в наш грешный мир вразумить «отступника» и... Если коротко: Николас явился с проверкой к Людвигу. Дальше на твоё усмотрение))" _____________________________       У Брунгильды кончились все слова, матерные – в последнюю очередь. Лифтерше безумно хотелось взять стальной трос и выпороть одного паршивца, который с довольным видом разглядывал себя в старом зеркале с облупившейся местами амальгамой. Сюртук, сшитый на заказ, Людвигу, несомненно, шел, и Брунгильда чуть было не умилилась на племянника, разодетого по-старинному, однако лифтерша пнула ногой ящик с инструментами, привлекая внимание.       – Что? – соизволил отвлечься парень, вчера отметивший и окончание школы, и восемнадцатилетие, на которое получил новую одежду от мамы. Ее второй муж отличился более экстравагантным подарком – вручил Людвигу черный футляр с громадным мясницким топором, изготовленным два века назад. Именно впечатляющих размеров оружие выбесило Брунгильду до глубины дыши.       – Отдай его обратно, прошу.       – Нет. Мне нравится, – Людвиг с любовью погладил крышку футляра, который притащил в лифтерскую похвалиться.       – Но на кой леший он тебе?! Не убивать же… – непритворно испугалась Брунгильда. Она переживала за племянника больше родной матери.       – Рубить, – бесстрастно отозвался Людвиг. И прежде чем Брунгильда сообразила, что он шутит, лифтерша испытала сильнейший шок.       Однако Людвиг не шутил, ибо действительно собрался заниматься разделкой мяса, поступив на технолога пищевой промышленности. Брунгильда никак не могла понять это странное желание, но вместо того, чтобы пытаться переубедить парня, вдруг кое-что вспомнила.       – Слышь, чудо мое разноглазое, тебе ж восемнадцать стукнуло – пора начинать строчить отчеты.       – Это обязательно? – уточнил Людвиг, хотя прекрасно знал положительный ответ.       – Такие правила, – кивнула лифтерша.       Издавна повелось, что волшебники отчитывались перед ангелами за свои магические дела. Иначе крылатые причислили бы их к порождениям тьмы, то бишь к демонам, которым гуманистические законы неведомы. А колдовство, по мнению ангелов, есть проявление темной сущности. Но все-таки человек с волшебными силами – это вам не коварный искуситель, поэтому волшебников обременили написанием отчетов. С течением времени требования к ним смягчились и упростились, опять же исходя из людской природы волшебников. Однако, к великому сожалению Людвига, не исчезли вовсе.       – Когда напишешь, кинешь в пасть каменному льву у зоопарка, – проинструктировала Брунгильда в сотый раз.       – Да помню я, – вяло отозвался Людвиг.

***

      Отчет вот уже полгода никак не мог попасть ко льву, потому что с момента разговора с тетей первокурсник не соизволил нацарапать ни строчки. Не из-за лени – Людвиг был старательным в учебе. Им двигал интерес: что случится, если ангелы не получат нужную бумагу?       Ясным декабрьским днем, когда яркое солнце боролось с крепчающим морозом, Людвиг по причине выходного находился дома, в квартиру позвонили. Гость был ожидаем, даже очень. Утром из-за младшей шестилетней сестренки Лёки, еще не умевшей толком контролировать свои голосовые возможности, разбилось стекло в большой комнате. Наведя порядок, семья решила, что лучше девочке отвлечься (ибо та расплакалась от учиненного безобразия), и мама с Лёкиным отцом повела ее на прогулку в парк.       На пороге стоял уж точно не стекольщик, если, конечно, они не ходят вставлять стекла в деловом костюме, идеально причесанные и с крайне серьезным видом.       – Здравствуйте. Вы к кому? – обратился Людвиг к молодому голубоглазому красавцу-блондину.       – К вам, – ответил он. – Меня зовут Николас, и я архангел.       Спустя несколько лет Людвиг диву давался своей юношеской дерзости, но тогда, абсолютно не думая, что творит, он быстро захлопнул дверь и прижался к ней спиной, словно крылатый готовился выбить ее тараном.       Столь радикальный поступок архангел не совершил и материализовался посреди прихожей.       – Простите, что вторгся в вашу квартиру, однако я не могу поступить по-другому, – вежливо извинился Николас. – Или вы пишете отчет, или...       – Что же? – прищурил правый глаз Людвиг.       Гипнозу архангел не подвергся, поэтому не исчез сию же секунду.       – ...Или я приму меры, – невозмутимо закончил блондин.       – Какие? Пожалуетесь моей маме или тете?       Не тратя больше слов на уговоры, Николас вынул из ниоткуда сверкающий меч – оружие воина света.       – Вы же понимаете, что я применю меч лишь в критической ситуации полного противления соглашению между крылатыми и волшебниками?       – Похоже, эта ситуация настала.       Хорошо, что футляр был тут же, на полу под вешалкой, и вскоре Николасу продемонстрировали большой старинный топор.       – Я пришел не для сражения, – сообщил архангел, – а для вразумления одной души.       – Зачем меня вразумлять? Я и так каждое воскресенье хожу в костел.       Терпение Николаса лопнуло. Он не хотел нанести вред Людвигу, тем не менее для устрашения взмахнул мечом. А вот парень распознал маневр архангела по-другому и приготовился отразить удар, что очень не понравилось крылатому. Если бессовестный волшебник жаждет убить архангела, значит, он приравнивается к нечисти.       И тут Людвиг испугался: ведь меч может легко его располовинить, как-никак карающее оружие высшего существа! Но не уклонился – умирать, так хотя бы не сдаваясь.       От соприкосновения лезвий создался мощнейший резонанс, и опешивших от непонятной ответной реакции противников отшвырнуло к стенам.

***

      – Откуда он у тебя? – спросил Николас, когда оппоненты пришли к единому выводу – не сражаться, а пообщаться мирно.       – Отчим подарил, – Людвиг с болезненной гримасой осторожно повел лопатками: вроде кости целы, но ощущение такое, будто парень ошибался.       Предусмотрительно не дотрагиваясь до топора, архангел снова глянул на старинное оружие. Ничего опасного: гравировка – просто узор, без колдовства. Так почему же обычный топор сумел остановить занесенный светоносный меч?.. Об этом предстояло сообщить Учителю, а пока Николас попросил Людвига быть разборчивее в выборе противника. Ну, и, разумеется, напомнил об отчете.       – Не я установил это правило, не мне его и отменять. Посему придется тебе смириться. Не сейчас, так со временем.       – Хорошо, напишу, – вздохнул Людвиг.       – Я верю, что твое упорство будет направлено в правильное русло. И так же смело ты отразишь нападение любого врага, как не устрашился сразиться с архангелом, – на прощание сказал блондин.