Байки на заказ

      

Саунд: Curtis Harding – Need Your Love

      После недолгого раздумья Хролд решил, что вся его жизнь пошла через задницу, когда Игс появился среди космического моря пиратов и выбился в самые жуткие. Проклятущий эвль (да зажарится он до углей в своем эвлейском аду!) периодически уничтожал корабли флотилии Хролда. А почти перед смертью критично обстрелял флагман и чуть не угробил его капитана. Дальше началась передержка, как у животного, на судне Дарки и мозгомытарства насчет будущего. У Хролда нет его команды, его кораблей и его былого положения в пиратской среде. И всего этого ужасно не хватает. А особенно остро ощущается нехватка Рага, Биглера, Акси и прочих славных товарищей. Хролд предпринимал несколько попыток поискать тех, с кем он пиратствовал, однако каждый раз получал шиш с маслом. В принципе в загашниках, то бишь в камерах хранения, на разных планетах у него есть товары для перепродажи. Есть и приличное количество ЕГВ. Так что вполне реально на деньги от сделок купить корабли, нанять команду и вернуться к привычному ремеслу скупщика краденого. Только это будет не та флотилия и не та команда. Да и Хролд уже не тот. Ему скоро пятьдесят. И пусть он не чувствует себя дряхлым дедом, надвигающийся полтинник давил числом и грядущей старостью.       Но среди этого бесперспективняка был лучик света в надвигающей депрессивной тьме. Ноки. Его неродная, зато горячо любимая дочка. Пушистый мабийский одуванчик. Малявка с коготками, заостренными ушками и глазками с поднятым вверх внутренним уголком. Когда Ноки вырастет, точно станет настоящей красавицей, которой папа будет сильно гордиться. А пока он, подперев кулаком голову, мысленно ныл о своей тяжелой жизни. Все-таки надо найти работу. Однако, покусай его марсианская жужелица, Хролд понятия не имел, в чем он сможет так же хорошо разбираться, как в пиратстве. Можно и не работать, проедая запасы ЕГВ. Но во-первых, они не бесконечные, а во-вторых, Хролд планировал оставить много финансов Ноки в качестве наследства.       В прошлые годы от душевных мук и иных проблем можно было бы излечиться в доме терпимости. Да только времена сейчас другие, и Хролд поменял мировоззрение коренным образом. А пока они с Ноки вторую неделю жили тоже в доме, но отдыха, на Венере. Хвала космосу, не все старые приятели сгинули в битве с Игсом, и Хролд при помощи одного ловкача добыл поддельные документы на себя и Ноки, в которых числился ее биологическим отцом. Он забронировал двухкомнатный номер на месяц, а что делать дальше, не представлял. Точнее, план-то в голове был – где-то поселиться на ПМЖ, отдать Ноки в школу, устроиться на работу… Но вот как это все провернуть при фальшивых документах?.. Это в доме отдыха в лесной глуши не будут проверять личности постояльцев через полицию, а в местах поцивилизованнее – запросто.       Да-а-а, «работать» пиратом было невероятно удобно.       Ноки и так любила читать и рисовать, развиваясь как обычный умный ребенок, однако Хролд отвел ее в группу детей постояльцев, с которыми занимались воспитатели и учителя.       И пока дочка училась, ее папа костерил благополучно сдохшего Игса и свою судьбу, не желавшую вернуть Хролда в прошлое и жить как раньше – на флагмане с командой и Ноки. Судьба, та еще сволочь, отказывалась предоставлять машину времени и заставляла Хролда страдать дальше.       – Пап, а кто такая старая дева? – спросила неожиданно Ноки.       – Ах, блин! – встрепенулся Хролд, едва не сверзившись со стула. – Ты давно вернулась? А я тут…       «Загнался своими мыслями настолько, что не заметил, как ты пришла. Вот мне позор!»       – Только что, – дочка, вскарабкавшись самостоятельно на соседний стул, села напротив и сложила руки на столе, как учили на занятиях.       – Есть хочешь?       – Не, нам давали чай с печеньками, – помотала Ноки пушистой головой. – А кто эта дева? Из сказок? И почему она старая? Девы всегда молодые и красивые.       – А где ты такое слово услыхала? – Хролд мог дать его четкое определение, но рано Ноки знать о подобных вещах, поэтому решил ее отвлечь вопросом. Он хоть и по теме, зато того гляди дочка забудет, с чего начался их разговор.       – Я случайно подслушала, как две учительницы так назвали еще одну.       – Точно случайно? Мы же договаривались, что ты никогда мне не соврешь.       – Да, пап. Я же обещала, – серьезно ответила Ноки. – А кто все-таки такая старая дева?       Хролд мысленно застонал. Придется выкручиваться. Дочка упертая и настойчивая, не даст обвести себя вокруг пальца. Вся в него!       – Это не очень молодая женщина, у которого нет мужа и детей. Словом, она одинокая.       – Как мы?       А этот вопросец покруче предыдущего, отчего Хролд поморщился, как от удара. Только не физического, а морального. Ноки никогда не жаловалась, что ей не хватает матери, но Хролд-то видел, как дочке хорошо с Заминой, Умой и Чанни. Наверно, зря он потащил Ноки в приключение, то бишь путешествие на двоих шрок ведает куда и зачем. Ну и жили бы они дальше на «Плотве» с полуальбиносом Дарки и его сусликами. Ешь, пей, болтай, гуляй, перевози грузы. Сусликам очень все это нравилось. А Хролду нет. Но дочку он, эгоист хренов, не спросил, хочется ли ей долгого приключения?       – У нас есть мы. Я у тебя, а ты у меня, – мягко улыбнувшись, Хролд легонько нажал на кончик носа девочки.       – А у старой девы никого нет, – вздохнула Ноки, и у Хролда сжалось сердце. Какая же она добрая и отзывчивая…       Он не нашелся, что ответить, и дочка в этот раз не стала настаивать. Она достала из тумбочки раскраску, фломастеры и принялась превращать черно-белых птичек в цветные.

***

      – Па-ап, тебя вызывает госпожа Лиллинати, – с порога номера заявила Ноки на следующий день после занятий.       Учительниц Хролд видел мельком, даже не запомнив, кто какой расы и какой внешности и возраста. Фамилия Лиллинати звучала из уст Ноки, когда та рассказывала о том, что дети делали, кого учительницы ругали, а кому ставили хорошие оценки в виде звездочек. Разумеется, Хролд понятия не имел, о ком конкретно идет речь.       – И чего натворила моя маленькая разбойница? – нисколько не рассердившись, спросил Хролд. Наоборот, он обрадовался, что Ноки уже «дома», и они пойдут гулять по весеннему лесу. Торчать в номере Хролду сегодня опротивело особенно остро, а шататься по окрестностям одному глупо. И да, шрок побери, одиноко!       – Я не знаю. Может, она хочет меня похвалить? – лукаво прищурилась Ноки. – А может, я что-то натворила плохого, но не заметила?..       – И когда мне идти на разборки?       – Госпожа Лиллинати сказала, что через час в столовой. Как раз все уже поедят.       Встреча с учительницей приравнивалась к официальной. Что на такие надевают, Хролд представлял, однако отродясь не носил ни смокингов, ни пиджаков, ни подобных деловых шмоток. И уж тем более не имел всего этого среди одежды. А уж теперь ее набор вовсе поуменьшился. И все из-за паскудного Игса, когда при взрыве флагмана сгорела уйма барахла.       – Пап, иди, в чем ты обычно ходишь, – посоветовала Ноки, поняв очередные отцовские страдания.       – Как пират? – хмыкнул Хролд, критически рассматривая свой длинный плащ. Покоцанный, конечно, но вроде сгодится для беседы с учительницей. Эх, снова нахлынула ностальгия по былой жизни…       – Ага!       – И бластер прихватить?       Ноки заливисто рассмеялась.       – И ножик, и плазмомет, и светошумовые гранаты! – хохоча, перечислила она их семейный арсенал, припрятанный в недрах шкафа.       – Вот же хулиганка! – Хролд шутливо пригрозил дочке пальцем, а сам задумался. Если та госпожа Лиллинати вознамерится безосновательно наезжать на Ноки и придираться к ее успеваемости, он не постесняется «познакомить» ее с оружием методом наглядной демонстрации.              Как и подобает старой деве, госпожа Лиллинати находилась в столовой одна. Хролд на несколько мгновений усовестился своих мыслей относительно женщины и следом вернулся к образу пирата.       К учительнице широким шагом двигался плотный мужик в незастегнутом развевающемся плаще, сверкая двумя сережками в правом ухе, когда на них попадал луч солнца из окон. Вид у отца Ноки был наисуровейший, и госпожа Лиллинати ожидаемо округлила глаза и спешно встала из-за стола.       Хролд представлял, что увидит некрасивую хмурую тетку без косметики, в долгополой юбке, вязаной кофте и с нелепой прической. Стереотипы – штука неправильная, но почему-то ей потакаешь. Учительница опровергла клише: среднего роста худенькая венерианка или подобной гуманоидной расы, лет тридцати пяти – сорока, в джинсах, свободном белом свитере и кедах. На голове у госпожи Лиллинати вились русо-рыжеватые кудри, но не такие мелкие, как у Ноки.       Добравшись до стола, Хролд отметил, что у учительницы накрашены ресницы и губы. «Че-то совсем не старая дева», – немного разочаровался он в женщине.       – Здравствуйте! – она протянула руку. – Меня зовут Таф Лиллинати, а вас?       Назвавшись, Хролд сразу поинтересовался, в чем Ноки провинилась или, наоборот, отличилась.       – Скорее, второе. Ваша дочь хорошо рисует, сочиняет истории про героев своих картинок. А еще читает лучше остальных детей, – ответила Таф. – А вы что расскажете о ней?       – В смысле? – удивился Хролд. – Это вы мне должны.       – Ну я и рассказала. Теперь ваша очередь, – тоже с недоумением отозвалась учительница.       – Она умная и добрая. Умеет мыть кружки, застилать кровать… Вам, блин, это все зачем? Если малявка где-то проштрафилась – вещайте без расшаркиваний, – не выдержал Хролд. Что в самом деле за игра «Расскажи друг другу про Ноки»?       – Да нигде, – растерялась Лиллинати от негодования, выказанного отцом девочки. – Она себя ведет соответственно всем детям ее возраста. Но ничего зловредного, поверьте!       Разговор был странный. Вроде двое взрослых хвалили ребенка, однако таким образом, словно не знали, почему они обязаны это делать.       – Так все-таки зачем вы меня вызвали? – напрямик спросил Хролд, ощущая себя обманутым. Карма настигла. Не зря же он столько шутил над Дарки.       – Я?!       – Нет, блин, королева этой страны!       – Но я вас не вызывала. Это Ноки сказала, что вы хотите со мной обсудить ее поведение…       – Ах, вон оно че получается…       Вот же ловкая малявка! Решила поиграть в сваху и свести одинокую старую деву и одинокого отца? Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не сводничеством. Мда-а…       От сходу придуманной приговорки Хролд фыркнул. В хитроумии дочке не откажешь.       Таф тоже улыбалась. Искренне, задорно, тепло. И глаза у нее теплые. Карие. Как у Ноки. И вообще они похожи.       «Поплыл старик», – Хролд отвернулся к окну. Влюблялся он, кажется, очень давно. И взаимно, и нет. И никогда так быстро. За несколько секунд. Наверно, у него глюки от постоянных мыслей о прошлом.       Или не глюки? Может, все это по-настоящему?       …А Ноки ведь очень обрадуется, если у нее появится мама…