Дыхание наших душ

Добро и зло шагают рядышком беспечно… К чему стремиться – выбирать всегда тебе… Не потеряй своё лицо в погоне вечной И душ родных не растеряй в своей судьбе… Ирина Самарина - Лабиринт Гарри опять снился кошмар, будто он снова оказался в большом зале Министерства магии. Рядом друг против друга сражались два величайших волшебника столетия: Волдеморт и Альбус Дамблдор. Темный Лорд поднял руку с зажатой в кулаке волшебной палочкой, и на безымянном пальце мага Гарри отчетливо разглядел красивое старинное кольцо с мерцающим темным камнем. И вдруг Волдеморт растворился в воздухе, превращаясь в едкий туман, и этот туман окутал Гарри с ног до головы. Гарри хотел закричать, но не мог: что-то забиралось в его тело и порабощало волю и разум, мешая ему сконцентрироваться и вытолкнуть чужака из себя. Он услышал женский крик, краем сознания понимая, что это голос его матери, и леденящий душу смех, за которым последовала вспышка зеленого света. Он увидел себя на кладбище и мертвого Седрика Диггори рядом. В следующий миг картина изменилась, и теперь Гарри был в Отделе тайн, где Сириуса засасывало в арку, а затем он услышал голос: «Это твоя вина, все они умерли из-за тебя, их кровь на твоих руках, и тебе не отмыться от нее никогда…» Боль и отчаяние накрыли его с головой, погружая в омут страшного сожаления и понимания тщетности собственных усилий. И снова тот же голос: «Ты жалок, жалок и ничтожен. Ты обречен». Но вдруг другой голос, такой знакомый, позвал его: «Гарри, Гарри, Волдеморт внутри тебя, борись с ним, вспомни все то, что отличает тебя от него… Любовь, Гарри…» И он вспомнил о своих друзьях, которые в тот момент сражались с Пожирателями Смерти в других залах Министерства. Он нужен им, они любят его и принимают таким, какой он есть. И ради них он должен бороться и победить Темного Лорда в себе самом. Вдруг появились силы, которых, казалось, у него раньше не было, и с криком: – Мне жаль тебя, ведь ты никогда не знал любви и настоящей дружбы! – Гарри сумел вытолкнуть инородное существо из своего сознания и, опустошенный, упал на пол. – Гарри, Гарри, Гарри… – чей-то очень родной голос звал его. Он открыл глаза и… – Гарри, – Гермиона трясла его за руку, – Гарри, просыпайся, нас ждет Джинни. Быстрее, а то мы опоздаем к Рону в больницу. Гарри неловко поднялся с кровати, с удивлением оглядывая себя. Оказывается, он спал в одежде. Голова буквально раскалывалась. Неудивительно. Не стоило вчера пить с близнецами столько сливочного пива: пять тостов "за его вчерашний приезд в Нору" и восемь "за завтрашний отъезд из Норы", а остальное Гарри уже почти и не помнил. Интересно, кто же после такого обильного возлияния отлевитировал его на кровать? Сам он точно до неё ни за что не добрался бы. Остается слабая надежда на то, что это не Джинни и не Гермиона. Невеселые раздумья Гарри были прерваны появлением Фреда и Джорджа Уизли. Понимающие ухмылки близнецов и их дружное: – Привет, Гарри! Как тебе спалось в одежде? – дали ему более четкую информацию о завершении вчерашнего вечера. – Ребята, что было в пиве? – с трудом ворочая языком, спросил он. – Пиве? Каком пиве? Нет, дружок, то был наш фирменный коктейль: огневиски, водка и мартини. Называется «Крышеснос». – Хочешь узнать подробности твоих вчерашних похождений? – перебивая друг друга, весело закричали близнецы. – Да… м-м-м... Я плохо помню вчерашний вечер после восьмого тоста "за отъезд", – честно признался Гарри. – До того, как ты пытался поцеловать Живоглота, или после странного танца, который ты называл ламбадой, исполненного тобой под собственное завывание на столе? – участливо поинтересовался Фред. Гарри перевел взгляд на Гермиону, которая осуждающе смотрела на близнецов, а Джордж тем временем добавил: – Правильно смотришь, Гарри. Гермиона и Джинни принимали участие в увлекательной игре в прятки уже под конец твоего представления. Они вместе с нами носились за тобой по всему саду. И наконец нашли в сарае для метел, где и удалось тебя связать. При этом Джинни пыталась привести тебя в чувство словами: «Смотри мне в глаза, Гарри!», а ты перед тем, как отрубиться, громко икнул и крикнул: «Вау! Какие у тебя большие глаза, Джинни!» И все бы ничего, но смотрел ты при этом намного ниже ее глаз… Ну а бесчувственного тебя отлевитировать домой, в кровать, было парой пустяков. В общем, Гарри, спасибо тебе! Отличный вечер ты нам устроил. Я думаю, девочки этого долго не забудут. Гарри смутился, покраснел и промямлил что-то, отдаленно похожее на извинения. – Да ты особо не старайся, Гарри, нам Гермиона и Джинни уже целую лекцию прочли, – дружно заулыбались близнецы. – И, видимо, наша пламенная речь никакого следа не оставила в ваших чудесных рыже-золотых головах, – резюмировала Гермиона. – Вечно вы развлекаетесь за чужой счет. Я еще подумаю, что стрясти с вас за мое молчание о вчерашнем инциденте, – добавила Джинни. – О чем ты, детка? – недоуменно переспросил Джордж. Весьма красноречивый взгляд зеленых глаз рыжеволосой красавицы и кивок в сторону спальни родителей был ему ответом. – О нет, только не это! – простонал Фред. – Ты же не собираешься заложить нас маме? – Именно об этом я и подумываю, и мое молчание еще надо заслужить. – Джинни лукаво улыбнулась. – И это говорит наша родная сестра, которую я сам учил летать на метле! Чего же ты хочешь, маленькая шантажистка? – усмехнулся Фред, а Джордж буркнул себе под нос: – Жаль, что ты, Фред, ее тогда «случайно» не уронил с метлы. Сейчас у нас было бы намного меньше проблем. – О, спасибо, Джордж, я тоже тебя люблю и только поэтому сделаю вид, что не услышала твоей последней реплики. Нам нужно поспешить к Рону, родители уже там, – прошипела Джинни, гневно сверкнув глазами. Близнецы мгновенно замолчали, решив лишний раз не нарываться, а то ведь Молли и в самом деле могла узнать подробности вчерашней истории, слегка приукрашенной богатым воображением сестрёнки.