Дыхание наших душ

Не потеряй своё лицо в погоне вечной – За чем-то призрачным, обманным и пустым… Не забывай, всё в жизни нашей быстротечно. И очень часто сущность чью-то прячет грим… Ирина Самарина - Лабиринт Ребята подошли к камину и по очереди вошли в него, предварительно бросив туда Летучий порох и назвав адрес: «Больница святого Мунго». К сожалению, в этой больнице им уже пришлось побывать прошлой зимой, когда Нагайна напала на Артура Уизли в Министерстве магии, поэтому дорогу в волшебное лечебное учреждение они хорошо знали. Едва войдя в вестибюль, Гермиона и Джинни бросились к окну справочной, чтобы узнать, где лежит Рон. – Пятый этаж, отделение для серьезных малоизученных травм и магических проклятий, палата номер семь, спецблок, – меланхолично ответила дежурная ведьма. Они поднялись на указанный этаж и остановились перед палатой номер семь, за дверью которой были слышны голоса. Высокий и немного визгливый принадлежал миссис Молли Уизли, а хриплый и слегка надломленный – отцу рыжего семейства. Но были и еще два голоса: один спокойный, очень уверенный и надменный, а другой тихий и даже немного заискивающий. Гермиона толкнула дверь в палату, и у всех вошедших одновременно вырвался вопль возмущения: – Что вы здесь делаете?! – Пытаюсь спасти жизнь и здоровье вашему брату и другу, – чуть насмешливо протянул Люциус Малфой. – Мистер Малфой здесь по моей просьбе, чтобы помочь Рональду, – встрял в разговор пухленький низкорослый человечек в желтом колдомедицинском халате, указывающим на его профессию. По раскрасневшимся лицам Артура и Молли Уизли было заметно, что они только что весьма оживленно спорили и жестикулировали. А предмет их споров и хлопот с абсолютно пустыми глазами лежал тут же, на больничной койке, и, блаженно улыбаясь, смотрел в потолок. Рональд Уизли, похоже, был единственным человеком в комнате, которому не было абсолютно никакого дела до новых посетителей. Впрочем, ему уже несколько недель вообще ни до кого не было дела. Ни отчаянные старания мистера и миссис Уизли, ни посильная помощь Ордена Феникса по поиску лекарств и зелий, способных исцелить Рона и вернуть ему прежний разум, до сих пор не увенчались успехом. Колдомедики очень долго отказывали в посещении родным и друзьям, и только родителям было разрешено навещать пациента один раз в неделю. Но шли дни, недели, а лечение не помогало, было неизвестно, что сможет помочь Рону выйти из состояния редкого вида магической комы, и мистер Уизли, все еще надеясь на чудо, добился, чтобы запрет на посещения был снят. И вот теперь пришедшие замерли в дверях, не зная, как себя вести в такой щекотливой ситуации. Первым, как ни странно, нашёл что сказать Гарри. – И в чем же заключается ваша помощь? – враждебно глядя на Люциуса Малфоя, спросил он. – У мистера Малфоя есть сеть волшебных аптек, по всему миру! Он спонсирует новые исследования в области колдомедицины, и последние разработки позволяют с большой долей вероятности предположить, что лекарство, способное исцелить вашего друга, вот-вот будет изобретено в одной из его лабораторий… – зачастил целитель, раболепно улыбаясь Малфою. – Не далее как через полгода одной моей берлинской лабораторией действительно будет запатентовано средство, способное вернуть к жизни волшебника с такими симптомами заболевания, как у мистера Рональда Уизли, – неспешно произнес аристократ, не сводя глаз с Гарри Поттера. – Конечно, я могу посодействовать переправке лекарства в больницу святого Мунго до официального признания этого средства в научных кругах, но здесь есть определенный риск, который всегда бывает при введении в использование нового, еще не до конца изученного препарата. Правда, по сравнению с теперешним состоянием мистера Уизли, я не думаю, что побочные действия от лекарства имеют основополагающее значение, – мягко продолжил он под горестные вздохи миссис Уизли. – Иными словами, вы решили сделать из Рона подопытного кролика для ваших исследований! – Гермиона уже долго сдерживалась, но больше не смогла молчать, видя, как Пожиратель Смерти запросто решает судьбу ее друга. – Миссис Уизли, – обратилась она к маме Рона, – неужели вы допустите подобное обращение с вашим сыном? Пока средство не прошло необходимых испытаний и не получило патент, нельзя применять его на пациентах! – Гермиона, – негромко произнёс Артур Уизли, – я понимаю твое волнение за судьбу нашего дорогого мальчика. Однако может пройти почти год, прежде чем это средство будет официально разрешено к использованию в колдомедицине в Англии, а мы с Молли не хотим, чтобы Рон еще целый год оставался в таком состоянии, и ведь целители говорят, что если не использовать средство в ближайшие недели, то возможно ухудшение состояния нашего сына. И тогда кома будет уже необратимой. При этих словах Молли зарыдала в голос, повиснув на плече мужа. Мистер Малфой брезгливо поморщился, но тут же взял себя в руки и благожелательно улыбнулся супругам Уизли. Только Гермиона заметила его мимолетную гримасу, а все остальные смотрели в тот момент на Рона. Сделала шаг вперед и, вцепившись в локоть Люциуса, она прошептала: – Мистер Малфой, признавайтесь, что вы задумали? Зачем вам спасать того, кого вы чуть не погубили этим летом в Министерстве? Малфой гневно сверкнул глазами и рывком скинул со своего локтя руку девушки. – Я не понимаю, о чем здесь говорит эта… юная леди. Я полностью оправдан, с меня сняты все беспочвенные обвинения, и я не потерплю, чтобы на меня клеветала школьница. Ну, мистер и миссис Уизли, решайтесь. Мое время очень дорого, я уже и так потратил на вас и ваши проблемы полдня, и меня ещё под конец разговора оскорбляет какая-то малолетка. Я требую, чтобы она, – тут он указал тростью на Гермиону, – извинилась передо мной за свои клеветнические высказывания. Иначе я не стану вам помогать с покупкой и доставкой необходимого лекарства. Рональд не поправится. И это, юная мисс, будет целиком на вашей совести. Гермиона покраснела как помидор, ей было страшно неприятно видеть шесть пар устремленных на нее умоляющих глаз, и она понимала, что ей придется извиниться за свои абсолютно справедливые слова. – Вы… Малфой, – гневно начал Гарри, но Джинни положила ему руку на плечо, прося не вмешиваться сейчас. – Ну, я жду, мисс Грейнджер! – слегка растягивая слова, пропел Люциус Малфой, причем в слове «Грейнджер» он подозрительно долго тянул первые две буквы, как будто хотел произнести совсем другое слово. – Мистер Малфой… я прошу у вас прощения за мои необдуманные слова, – проклиная его и всю абсурдную ситуацию в целом, прошептала Гермиона. – Я, наверное, стал плохо слышать в последнее время, будьте так любезны повторить громко, четко и правильно, за что вы просите у меня прощения, – вкрадчиво промурлыкал Люциус. – Мистер Малфой, я прошу у вас прощения за клевету в ваш адрес, – в наступившей в палате гробовой тишине громко произнесла Гермиона. – Прибавьте к этому, что вы больше никогда не будете клеветать на меня и мою семью, – отчеканил Малфой. – Я больше не буду говорить гадости про вас и вашу семью… Гермионе казалось, что все это происходит не с ней, что это просто кошмарный сон и ей надо поскорее проснуться. Она даже ущипнула себя за палец для того, чтобы убедиться в реальности происходящего. К сожалению, все было наяву. – Отлично, мисс Грейнджер. Вы прощены… на этот раз. А теперь будьте так любезны покинуть палату. Все, кроме меня, мистера и миссис Уизли и лечащего врача, – зловеще резюмировал Люциус. Не сговариваясь, Гарри, Гермиона, Джинни и близнецы одновременно устремились к выходу. Проносясь мимо Гермионы, Джордж случайно толкнул её. Она неловко упала, так что юбка задралась выше колен, и все присутствующие смогли увидеть её трусики и капроновые гольфы телесного цвета. – Ой, Гермиона, а ножки-то у тебя что надо, – усмехнулся Фред, но Джинни зашикала на него и вытолкала его и Джорджа из комнаты. Гарри помог Гермионе подняться, но она успела заметить странное выражение, промелькнувшее на лице Малфоя. Решив, что на сегодня с нее достаточно стрессов и унижений, и мысленно посылая Малфоя к черту, Гермиона взяла Гарри под руку и вместе с ним вышла вслед за Джинни и близнецами. У неё подкашивались ноги, и она рухнула на первый же диванчик в коридоре пятого этажа. – Не расстраивайся, Гермиона, ты была абсолютно права насчет Малфоя и его странного великодушия. Я тоже ему не доверяю, но выбора у нас действительно нет. Только в его власти сейчас спасти нашего друга, и если лекарство не будет доставлено как можно скорее, то Рон на всю жизнь может остаться таким, как теперь. И виноват во всем я, из-за меня погиб Сириус, а Рон оказался в таком состоянии… И если есть хоть мизерный шанс спасти Рона, я готов на все, даже принять помощь от Малфоя, – грустно констатировал Гарри. – Да, Гермиона, не переживай, пожалуйста, ведь самое главное для нас, чтобы Рон поправился, правда? – кокетливо улыбнувшись Гарри, ласково сказала Джинни. – Пойдемте, нам надо еще зайти на Косую аллею, докупить недостающие книги и пообедать у Фортескью, потому что маме сейчас не до готовки, а потом собрать вещи, ведь Хогвартс-экспресс отходит завтра ровно в одиннадцать утра. Боюсь, что на этот раз родители не смогут проводить нас на вокзал. Спустившись в холл, они неожиданно для себя увидели там Альбуса Дамблдора, мило беседовавшего с каким-то пожилым целителем.