Я же говорил, что вернусь

      Мейбл добежала до школьного двора. По дороге она прошла мимо играющих в мяч детей. Они казались черно-белыми и были совершенно неподвижны. Означало ли, что это был лишь сон? Но чей?       Впереди она увидела черную высокую фигуру Морока и поспешно спряталась в кустах. У нее тревожно застучало сердце, когда она поняла, что Билла нигде нет. Где он? Что с ним сделал этот черный урод? Девочка затаила дыхание, притаившись среди листьев, и стала ждать. 16-15-1 3-16-13-15-21-6-20-19-33 9-1 15-6-19-15-16-19-15-16-4-16 5-16-18-10-20-16?       Морок бродил по полю, внимательно смотря по сторонам. Форма волка сменилась высокой человеческой фигурой, темной и зловещей. Он уже собрал все плохие эмоции, витавшие в воздухе, и теперь был готов расправиться со своим противником окончательно.       — И где ты снова прячешься? — рявкнул он, остановившись. — Думаешь, что есть такое место, где я не смогу найти тебя? Трус.       Резкое движение позади него. Молниеносно развернувшись, он перехватил трость в тот момент, когда Билл почти ударил его.       — Разве джентльмены могут нападать так подло? — как у провинившегося ребенка спросил он, крепко держа желтую трость, которую пытался вырвать Билл. — Ну да, совсем забыл, что ты никакой не джентльмен. — Он резко подтянул трость к себе и Билла вместе с ней. Наклонившись к нему, он прошипел, прожигая насквозь его своими алыми глазами: — Ты всего-навсего глупый упрямый мальчишка, который никогда не повзрослеет.       Он с удовольствием почувствовал обиду — на вкус она была как перец чили, а ароматом напоминала сыр мюнстер. Билл съежился под его взглядом, не отпуская трость. Да, в образе человека очень хорошо была видна его настоящая сущность — подросток лет пятнадцати, высокий, худой, с детскими веснушками на щеках. Может поэтому он всегда предпочитал нейтральную форму треугольника — тогда его возраст определить было практически невозможно.       Морок оттолкнул его вместе с тростью от себя и взмахнул правой рукой. Из воздуха материализовалась его собственная трость — черная, с крепким круглым набалдашником.       — Если тебе так хочется помахать этой палкой, то хотя бы делай это правильно! — сердито буркнул он Биллу, словно наставляя сына. Он пару раз крутанул своей тростью, а затем картинно оперся об нее и снисходительно поинтересовался: — Надеюсь, хотя бы на тростях ты умеешь фехтовать? Не может же все быть так безнадежно.       Билл, стараясь спрятать всю злость, обиду и страх как можно глубже в себя, угрюмо кивнул, перекинул трость в правую руку, а левую завел за спину. Противники встали на расстоянии восьми футов друг от друга, слегка выставив перед собой оружие.       Опустив церемонные приветствия и фигуры, Билл сразу ринулся на Морока. Он делал резкие, сильные выпады, вращая тростью, словно мечом, но черный демон, словно змей, уклонялся невероятно быстро и ловко, нагибаясь и отклоняясь под немыслимыми углами. Крутанувшись на одном месте, он со всей силы нанес режущий удар по Биллу, едва не сбив его с ног. Его черная трость, коснувшись его, вспыхнула алым цветом. Морок шумно втянул в себя воздух, почуяв сладковатый аромат боли. Сайфер резко повернулся к нему, отразил атаку и, нанося удар, слегка задел противника по ноге. Его трость слабо мигнула голубым. Бой продолжался.       Мейбл наблюдала за поединком, боясь выходить из своего ненадежного убежища. Она мысленно заклинала Диппера и Джордана вернуться как можно быстрее. Вместе с этим она была поражена, увидев Билла как человека. Кто бы мог подумать, что он выглядит именно так! И неужели все это время — в Грэвити Фоллс, а теперь и здесь — он на самом деле был именно таким?       Несмотря на его ловкость и скорость реакции проигрывал в этом фехтовании явно он. Морок наносил очень сильные режущие удары, его трость не уставала вспыхивать алым светом. Мейбл не была уверена, но ей казалось, что именно из-за этого Билл терял силы.       Еще она видела, как Билл что-то говорил своему противнику. Не исключено, что и Морок говорил с ним, но черная накидка полностью скрывала его фигуру. А под ней — Мейбл была уверена, что под ней он был таким же, как и в ее кошмаре: неясная, меняющаяся форма, состоящая из черных чувств. Легко перетекающая с места на место, быстрая и неуловимая. Билл никогда не сможет победить его. Возможно ли вообще было победить его? Казалось, что нет. Это он сам убьет их всех. Как в ее сне.       Это было слишком ужасно, чтобы быть правдой. 18-6-1-13-30-15-16-19-20-30 3-19-6-4-5-1 16-12-1-9-29-3-1-6-20-19-33 19-20-18-1-26-15-6-6 19-1-14-29-23 21-8-1-19-15-29-23 12-16-26-14-1-18-16-3       — Неудачник.       Слово было холодным и тяжелым, как кусок льда. Морок подтвердил сказанное ложным выпадом, на которое Билл тут же ответил и получил удар в бок.       — Слабак.       Морок парировал удар в голову, выставив трость, взяв ее двумя руками. Его лица не было видно, только две алые щелки глаз, без зрачков и ничего не выражающие.       — Глупец.       Режущий удар по руке. Отражение атаки. Выпад вперед, уклонение противника и получение неожиданного колющего удара в бок. Морок слегка сузил глаза.       — Хочешь играть не по правилам?       — Я даже живу не по правилам, старикашка.       Быстрый и резкий удар концом трости в грудь. Палка Сайфера прошла насквозь демона, точно сквозь пелену дыма. От неожиданности Морок на некоторое время замер, лицезря самодовольную ухмылку мальчишки. Пустоту в груди тут же заполнили самые ужасные чувства, из которых состоял Морок, и вот он уже снова цел и невредим. Но его глаза превратились в две узкие злые линии. Он бросился в атаку с новым порывом ярости. Но и Билл воспрял после этой небольшой победы. Он один за другим отражал удары, не переставая довольно улыбаться.       — Неплохо, — заметил он, получив удар по плечу. — Для старика!       Его довольный смех взбесил Морока намного больше, чем он ожидал. Нельзя показать, что Сайфер нащупал его болезненную тему, ни в коем случае!       Черный демон слегка отступил, немного отведя руку в сторону и открыв грудь. Злорадно улыбаясь, Билл резко подскочил к нему, намереваясь вновь пронзить своего врага насквозь.       Наивный дурак!       Резкий выпад в сторону и быстрое «завязывание». Стук трости об асфальт.       Билл в некоторой растерянности обернулся к выбитой из руки палке, но Морок не дал ему возможности поднять ее и продолжить бой. Его собственная трость бесследно исчезла, а сам демон резко схватил Сайфера за ворот рубашки, немного приподняв его над землей. Билл зарычал от злости, крепко сцепив пальцы на держащей его руке. Морок почувствовал очень сильный холод от голубого огня, вырвавшегося из рук Билла, но не придал этому большое значение. Чувства, составляющие его руку, постепенно растворялись, но у него должно хватить времени разделаться с Сайфером.       Он пробормотал начало заклинания и приставил свободную ладонь к груди Билла — там, где у людей есть сердце, но у него, конечно же, ничего не было. Мальчишка дернулся как от боли, но и не подумал ослаблять хватку.       — Я убью тебя, как простую муху, Сайфер! Я вытяну из тебя все твои плохие эмоции, и они сыграют мне хорошую роль.       — Ты ничего от меня… не получишь! — прохрипел в ответ он, пытаясь вырваться.       — Ты думал, что это — очередная игра? — Морок надавил на его грудь сильнее. — Если бы у тебя только хватило ума сразу уступить мне книгу, то, возможно, ты остался бы жив на еще какое-то неопределенное время. А теперь ты потеряешь все. И твое неожиданное благородство ради этих жалких людишек — лишь приблизит твой конец.       — Ты просто мастер… устаревших выражений, — усмехнулся Билл, с сиплым свистом произнося слова. — Хотя… чему удивляться… ты же старик.       Он вскрикнул, когда Морок с силой надавил на его грудь. Глаза черного демона слегка расширились. Он почувствовал его — удар! Всего один, но он совершенно точно ощутил его под своей ладонью. Вслед за этим по телу Билла медленно начало расползаться тепло. Настоящее живое человеческое тепло. Только бы Джордан успел с дневником… И тогда он бы совершил полное обращение.       — Что толку, что ты молод, — прошипел Морок, — если ты непроходимый тупица? Тупица, пожертвовавший собой ради людей! Более идиотского поступка и не представить!       Он прикрыл глаза, вытягивая из своей жертвы все силы. Он сломает его демоническую сущность, сделает простым смертным, а потом медленно, смакуя каждое мгновение, убьет его. Так, как пьют хорошее дорогое вино. Неторопливо и со смыслом.       Хватка на его руке стала постепенно слабеть. Внутренняя пульсация его противника тоже начала замедляться. Жаль, что это было не его сердце. Жаль, что у него сейчас вообще не было сердца. Но это временно. Скоро Морок подарит ему этот жизненно важный для людей аппарат, а потом сам же его и сломает. Пока он мог только лишить его силы, чтобы Билл не смог помешать ему взять дневник и найти там этот недостающий кусочек заклинания превращения. И после этого он убьет его. Окончательно убьет.       Неожиданно отдельные кусочки его черных чувств доложили ему о весьма интересном букете чувств, который прятался совсем неподалеку. Морок окинул взглядом своего ослабевшего противника, раздумывая над тем, оставить его как есть или нанести дополнительный удар, а заодно и забрать его эмоции? Ответ очевиден.       — А знаешь, — Морок с удовольствием немного потянул время, предчувствуя, какие негативные чувства проснутся в его жертве. — Твоя девчонка-звездочка сейчас здесь. — Он слегка прикрыл глаза, в то время как единственный глаз Билла расширился. — Да, она здесь, глупышка, отстала от своего брата. И ее эмоции сейчас очень даже приятные. Сладковатый запах сливы у страха. Нежный аромат, похожий на кофе-латте, у волнения. И… да, есть еще горьковатое сожаление. А знаешь о чем? — он подтянул своего противника еще ближе к себе, ощущая, как его эмоции и чувства вот-вот прорвутся наружу. — О том, что ты умрешь на ее глазах, а ведь она только-только начала верить тебе.       Морок почувствовал движение позади себя. Глаз Билла стал еще больше — он в ужасе смотрел за спину Морока. Ледяной вкус… почему-то напоминающий замороженный пломбир.       Вот глупая девчонка. Несколько черных чувств отделились от Морока и устремились к Мейбл, сбив ее с ног. Билл дернулся вперед, его глаз полыхнул голубым цветом, но тут же загорелся ярко-красным. Он с рычанием сцепил пальцы на руке Морока с такой силой и злостью, что его огонь вырвал половину руки демона.       Морок глухо взвыл, невольно оторвав ладонь от груди Сайфера, и схватился за культю, над которой закружились чувства, пытаясь восстановить ее. Он почувствовал, как в нем самом поднимается слабость и боль, но огромным усилием воли прогнал эти чувства. Нельзя им поддаваться! Он зло глянул на Сайфера и процедил, сверля его алыми щелками глаз:       — Иди, попрощайся с ней, щенок! Через пару минут вы оба будете мертвы!       Билл медленно начал обходить его, не поворачиваясь спиной. Его слегка качало от слабости, внутренний свет померк, а глаз казался очень тусклым. Он невольно потирал грудь, морщась от боли, но не спускал с Морока внимательного взгляда. Отойдя от него, он взмахнул рукой, из последних сил сооружая тонкий голубой щит между ними. И только после этого развернулся и побежал к лежавшей девочке.       Морок оглянулся, злобно посмотрев на него. Что-то повисло внутри него, что-то тяжелое, неприятное и давящее. Может тоска? Сожаление? Зависть? Почему Билл передумал и решил отдать дневник? Что для него значат эти дети? И почему ему, Мороку, так нужно ухватиться за это чувство. Попробовать на вкус. Ощутить аромат. За всю свою долгую жизнь он никогда не знал ничего подобного. И это огорчало его. Еще одно малознакомое чувство. «15-1 19-1-14-16-14 5-6-13-6 33 14-15-16-4-16-4-16 6-27-7 15-6 9-15-1-32»