Хайль Гитлер!

— Паша! Тут немец. Стреляем в него. - к Егору подошли какие-то парни. Но он был слишком слаб чтобы узнать, кто они. — Постой. Надо его сначала к Иванычу показать. Может допросим. - сказал второй голос, более звонкий. — Стойте блять! - по-русски завизжал Соловьев, и вскочил со сена. - Вы что делать собрались, твою мать? Солдаты опешили. — Он еще русский знает? Вот это да. Видимо какой-то очень качественный и знатный шпион, - присвистнул светловолосый. Второй, худощавый и рыжий, держал руку на калаше, который висел за поясом. — Ребята, я... я не немец! - жалобно взмолился Егорушка. Кажется он понял, про какое наказание имела ввиду его учительница. Мальчик вовсе не хотел оказаться в другом теле, да еще и умереть. — Как тебя зовут-то хоть, ублюдок ебаный? - спросил светловолосый и толстый солдат. — Генри Шпрейц, - ляпнул наугад Соловьев. — Идем, тряпка. Пересечем реку, через пару километров доставим тебя Иванычу. Он решит, что с тобой делать. - злобно продолжил светловолосый. — Ребята, вы собственно... кто? Вам бы тоже не помешало представится. - пролепетал Егорушка. — Я Аркадий Петрович. Фамилию не скажу. Мой рыжий друг - Григорий Лесов. Тебе бы не помешало помолчать, Шпрейц. - ухмыльнулся Аркадий злобной улыбкой. Егорушка сглотнул. У него на лбу появился пот. А висок нервно задергался. Сердце бешено забилось, адреналин прилил к телу. — Эм, Петрович, Лесов, скажите, а... как я выгляжу? - промямлил Соловьев. Парни переглянулись, и посмотрели на немца как на последнего придурка. — Тяжелый случай. Но ничего, Иваныч еще не с такими разбирался. - согласился Аркадий с Григорием.

***

— Что за хуйню вы привезли мне? - спросил Иваныч, злобный темноволосый мужик с зелеными глазами как у Егора. — Это не хуйня, генерал... это Генри Шпрейц. Немецкий шпион. Нашли у русского дома на сене. Ничего не помнит, ничего не знает. Разберитесь с ним. - сказали парни, и ушли. — Ну? - басом прохрипел Иваныч. — Эм... - стесняясь, тихо проговорил Егорушка. — Мне не нравится, что твое имя начинается на одну букву с Григорием. А еще оно напоминает говно. — Ааа... эээ? - лишь выдал Соловьев. — Хм, ладно, я сейчас Древеснова позову. Он находит просто отличный общий язык с немцами. — .... Иваныч удалился, скрывшись из кабинета.