Город Тюремного Режима

      Вы когда-нибудь ходили по улицам прогнившего города? Ощущали запах гниющий плоти? Видели, как на одной стороне города разделывают человека, а на другой спокойно вгоняют себе под кожу иглы с новой дозой? Нет. Вы скажете, что такое нереально. Вы ведь просто сидите в своих теплых, вылизанных квартирках и спокойно играете в добропорядочных граждан.       «Кто, как не правительство должно решать такие вещи и улаживать все проблемы», – скажете вы. Вы скинули все на власть имущих, а они приняли все в свои крепкие объятья. В итоге ваши собственные дети, которые еще толком не узнали жизнь, приговариваются к ссылке в ГТР. Говоря понятным для вас языком, вы сами отправляете своих детей насмерть.       Янкил Дрэйк был одним из попавших в ГТР подростков. Его приговорили к пожизненной высылке, сославшись на неуравновешенную психику и признав опасным для жизни граждан. Ян знал о ГТР многое, но попав сюда просто знаний недостаточно.       В первый же день Яну сломали ребра, пробили череп и даже хотели отобрать деньги, но Ян был сильнее пресловутых наркоманов. Отбиться было несомненно трудно. С первой четверкой он справился быстро, но кто же знал, что эти сволочи такие продуманные. Подсаженные иногда оставляют страховку на случай столкновения с Потрошителями. Ведь некоторым представителям Потрошителей приходило в голову, нарушать правила ГТР о сосуществовании на одной территории. И тогда на подсаженных нападали, разделывали и продавали, получая за это немалые деньги. Вот для таких случаев и нужна была страховка. Страховка сработала мгновенно и неожиданно. В итоге Ян, конечно же, уделал и ее, но и ему досталось.       «Нехило так», – хмыкнул он. На третий день пребывания в ГТР Ян осознал для себя простую истину этого города: «каждый сам за себя, но без «стада» не выжить». И Ян выбрал свое «стадо», примкнув к касте подсаженных. Конечно же, Ян обдумал свой выбор и сделал его осознанно. Здесь важна причина.       Когда Яну было пять лет, его отец скончался, причины смерти Ян не знал, а может просто не помнил. У Яна осталась лишь мама, которую он, несомненно, любил. Но видимо, любви Яна к его матери было недостаточно и спустя год после смерти мужа она снова вышла замуж. После свадьбы мама перестала уделять Яну внимания. Она не приходила домой по нескольку дней, оставляя шестилетнего Яна одного. Ему было страшно. Он не хотел, чтобы мама уходила, но женщине было все равно. Она считала Яна обузой и спустя время просто избавилась от надоедливого ребенка. Правда, по наставлению своего нового супруга, она отдала Яна не в детский дом, а в элитную школу-интернат. Почему бы и нет... Если содержать Яна и оплачивать все расходы на обучения ее новый муж, предложил сам.       Ян учился хорошо, старался доставлять своей маме как можно меньше проблем и радовать ее хорошими оценками. Ян был ребенком и он, как все дети, был слишком наивен. Когда же Яну исполнилось пятнадцать, он впервые влюбился. Тогда он не мог даже предположить, чем для него закончится эта влюбленность. Да и разве он думал об этом. Ян видел лишь его.       Да, Ян полюбил парня и непросто парня, а самого красивого в школе. То что Ян был влюблен в человека своего пола, его никак не волновало. К чему все эти предрассудки, когда ты испытываешь такие светлые чувства? Парня, которого полюбил Ян, звали Кристиан Милес, он был на два года младше Яна, но был развит не по годам. Кристиан мало того, что был красив, еще и начитан, умен, высокомерен, самолюбив и холоден. Отец Кристиана, был одним из самых богатых людей города и за него по счастливой случайности вышла замуж мама Яна. Фамилия Милес имела немалый вес в высшем обществе, но когда Яну предложили сменить фамилию, он вежливо отказался. Яну нравилась его фамилия, так зачем что-то менять?       И вот наступил день, когда Ян все же решился признаться Кристиану в своих чувствах. В этот день весь мир Яна перевернулся. Нет, ему не отказали, Кристиан принял его чувства, но с этого момента все изменилось... Кристиан пользовался Яном издевался и высмеивал его. И это было куда ужаснее отказа. Кристиан не подпускал к себе Яна, открыто показывал всю неприязнь, что испытывал к нему.       Однажды Кристиан сказал Яну то, что тот запомнил на всю жизнь: «Твоя мамаша каждую ночь так страстно стонет под моим отцом. Я уверен, если бы на месте папочки ее трахнул я, она бы раздвинула ноги еще шире, а стонала еще слаще. Ты такой же, говоришь, что любишь меня, а сам наверняка раздвинул бы ноги перед каждым. Хм… А это должно быть интересно, проверим!».       И Кристиан не стал затягивать с проверкой. Это невыносимо, когда ты целуешь другого на глазах того, кого любишь. Но Кристиану нравилось видеть, как Ян ломает себя ради него. Как Ян касается себя, как он тает от любого жеста Кристиана, направленного в его сторону.       Да, Ян любил до безумия. Кристиану же хотелось доказать, что любви просто нет и Ян – очередная игрушка для коротанья времени. «Раз любишь меня, то терпи», – говорил Кристиан. Ян терпел, потому что... Любил эту бездушную куклу.       Бесконечные издевательства Кристиана Ян смог терпеть лишь месяц. И этот месяц был самым тяжелым для него. Все его принципы, надежды, мечты были растоптаны и унижены, но хуже всего... Яну далось осознание того, что он по-прежнему любит Кристиана и чем больше проходило времени, тем сильнее становилось это чувство. Но Ян понимал, что так продолжаться не может, ведь за маской высокомерия Кристиана он определенно видел скрывающееся глубоко внутри одиночество. Ян хотел, чтобы и Кристиан понял это. Но просчитался.       Кристиану стала надоедать его игрушка, вернее, он просто стал к ней что-то чувствовать и это напугало его до чертиков. Кристиан попросту сбежал, сыграв на чувствах Яна... И ему этого хватило, чтобы окончательно потерять себя. Ян изменился. Некогда послушный и примерный подросток, уважающий правила общества, стал идти против него. Бесконечные драки, нарушения правил, алкоголь, секс.       Спустя год из-за такого поведения Яна отчислили. Так Ян попал на улицы. Здесь, естественно, Яна приняли «за своего». Он вступил в банду, которую впоследствии возглавил. Но у него, как и у всех были свои тараканы, а тараканами Яна были чувства, которые он по-прежнему испытывал к Кристиану. И это его бесило. Как он мог влюбиться в такое дерьмо? Как?! Когда Ян думал о Кристиане и чувствах к нему, что так не хотели уходить, ему просто срывало крышу. В такие моменты он мог убить, покалечить всех, кто находился в поле его зрения, будь то друг, враг или просто прохожий. Такое поведение Яна, конечно же, не осталось не замеченным правительством. Так, семнадцатилетний подросток попал в ГТР.       Сейчас Яну предстояло сделать выбор, возможно, этот выбор будет последним, но так или иначе, долго думать он и не собирался. Стоило лишь вспомнить лицо этого урода, как рука сама потянулась к «М5» и через секунду Ян почувствовал эйфорию от первой дозы. Он сам не понимал, зачем так поступает, зачем губит себя этим наркотиком, но отступать уже было некуда. Так Ян стал писать новую главу своей жизни под названием «побег», но убежать не удалось даже в наркотическом бреду, он видел лишь его.       Спустя год по ГТР разлетелись слухи о психе, который убивает, уродует и развешивает кишки жителей ГТР по их любимому городу. Мало того, что псих без разбора мог убить любого, будь то Потрошитель, Бешеный Пес или полудохлый наркоман, так еще и выставлял сделанное на всеобщее обозрения. Яну было все равно, кого расчленить сегодня, ведь он делал это в наркотическом бреду, а затем забывал все, как страшный сон.       Первое время он и правда думал, что все, что он делает, всего лишь плод его больной фантазии, подпитанной «М5». На месте каждой из жертв он видел Кристиана. Ян хотел придумать для Кристиана достойную смерть и каждый раз стремился сделать ее как можно омерзительнее. Но спустя время он осознал, что непросто убивает людей наяву, так еще и сходит с ума.       Сегодня, как обычно, Ян принял дозу «М5». Он ощутил, как наркотик бежит по его венам и притупляет ощущения реальности. Все вокруг начинало принимать привычный размытый образ и наконец он увидел его. Кристиан такой милый, желанный, такой сексуальный. Он хотел Кристиана в эту самую секунду и в этом сладком наркотическом опьянении. Руки сами потянулись к нему, но вместо объятий и поцелуев Ян услышал привычный хруст ломающегося позвоночника.       Ян снова убил Кристиана, свернув тому шею, но на этом он останавливаться не собирался. Он аккуратно взял на руки тело уже мертвого парня и положил на холодную гладь стола, что так удобно стоял в маленькой обшарпанной комнатушки. Ян достал из кармана охотничий нож, который всегда носил с собой и стал наносить им удары по неживому телу юноши, что бездыханно лежал на столе. Из тела Кристиана струями стекала кровь, что невообразимо заводило Яна и он захотел увидеть большее. Он аккуратно провел полосу от груди до паха, разрезая плоть Кристиана и любуясь его внутренними органами. А дальше все шло как обычно. Ян с улыбкой маньяка и странным блеском в глазах не оставлял живого места на теле Кристиана, выворачивая его буквально наизнанку.       На этот раз Ян был слишком увлечен своим странным «видением». Пленен собственным безумием. Он не заметил как его собственное, обмякшее тело перенесли двое незнакомых людей. Из его дома в другое, холодное и пропитанное запахом крови место. Он не слышал крики о помощи когда эти же люди, убивали, расчленяли первых встречных подвернувшихся им под руку. Ян не знал и не понимал, что в своем безумии сегодня он был не одинок.       Когда Ян пришел в себя от наркотического опьянения, он ужаснулся. Нет, он и раньше просыпался в комнате с трупами, которые сам же и расчленял, но сегодня он превзошел самого себя. Он сидел на полу, судя по всему, какого-то бара, в окружении окровавленных трупов. Ян сбился со счета на двадцатом, но и это внушало ему немалое отвращения от самого себя.       «Это же нереально, не мог же я убить их всех. Но судя по тому, как именно они были убиты... Мог...», – пронеслось в его все еще затуманенном дозой мозге. На руках, волосах, одежде была кровь, ему казалось, что все вокруг него было пропитано кровью. На барной стойке через кровавую пелену и все еще не пришедший в себя рассудок, Ян смог разглядеть окровавленный труп блондинки в неестественной позе. Руки девушки были сломаны, кости торчали наружу, ноги привязаны к горлу за спиной. Перед Яном лежал другой труп, видимо, подростка, такого же, как и сам он. Его стеклянные глаза с застывшим на них ужасом смотрели в упор на него и парень вздрогнул. До него впервые за все то время истязания над людьми начал доходить смысл его действий. Вернее, Ян вообще не видел смысла в своих поступках.       «А какого смысла ты ждал от себя? Ты же подсаженный, в их поступках нет смысла», – и только сейчас Ян начал понимать до чего довел сам себя. Он вдохнул в легкие побольше кислорода и поднялся на ноги. «Так дальше продолжаться не может, посмотри на себя, ты же монстр». И он принял решение, что лучше сдохнуть от ломки, чем продолжать творить такое.       В этот день Ян видел Кристиана в последний раз. В этот день он вышел из того проклятого бара и улицы ГТР перестали сотрясаться от слухов, о психе, расчленяющем людей. – Ну же, Ян, хватит дуться! – причитала Мел, смотря на своего друга и не зная, чего от него ожидать. Пунш как-то предложил Мел развеселить Яна, ссылаясь на то, что он слишком серьезен в последнее время. Хотя когда это Ян не был серьезным? Но Мел понравилась сама идея этого предложения.       Мел попросила Деми приготовить раствор, который произвел бы на Яна неизгладимое впечатления. Кто же знал, что Деми поймет фразу «неизгладимое впечатления» по-своему. Хотя, Мел подозревала... Уж кого, а придурков в ее команде полно.       Так вот... Какую-то фигню синего цвета Мел слила в ведро и закрепила над дверью Яна. Когда ничего не подозревающий Ян открыл дверь, то его окатило с ног до головы синей жидкостью. Сказать, что Ян был зол... Да он был в бешенстве! Зато все остальные ржали до коликов в животе. Мало того, что синяя фигня имела специфический запах, так еще, как показала практика, она впитывалась в кожу и не смывалась. Деми сказал, что со временем смоется, сойдет или слезет вместе с кожей. Ведь он сам не ожидал от своего творения такой вот реакции. Но окатило парня два дня назад, а фигня все так же не смывалась. Ян уже был просто готов разорвать любого, кто еще хоть один раз пошутит над его синей проблемой. – Кто же знал, что наш любимый ученый так постарается. Но зато посмотри на себя. Ты же голубее любого голубого, ты должен гордиться этим! – гордо воскликнула Мел, за что ее одарили взглядом «еще раз пошутишь, по этому поводу оторву руку».       Ян сидел в своем любимом кресле и пялился в окно, стараясь не замечать глупых подколов со стороны капитана их команды. Мел, да и все кому не лень, подшучивали по поводу синей рожи и всего тела парня вот уже третий день, самоубийцы! Слава богу, Деми сказал, что какие-то там частицы завтра потеряют свою активность. Как Ян понял, завтра он проснется человеком.       «И как только я не убил этих сволочей?», – думал парень. Надо же было до такого додуматься, да еще кто! Ян считал Мел самым адекватным человеком в их команде, капитан как-никак. Но кажется, он поспешил с выводами. Но злится-то он злился, но сделать ничего не мог. Эти сволочи были для него семьей.       Он попал в команду два года назад. Тогда Ян был наркоманом и как он выжил и избавился от зависимости, он хотел бы никогда не вспоминать. Его передернуло, то время он помнил смутно, но все же иногда ему снились сны, передавая «привет» из прошлого. Но сейчас Яну его жизнь нравилась, пусть он все еще в ГТР, но зато в ней появились люди, которых Ян уважал и ценил и они отвечали ему тем же.       «Но…», – Ян вздохнул, – «если не считать некоторых моментов. В этой команде кладезь фриков. Один Пунш чего стоит! Этот идиот один раз прикатил к временному месту пребывания команды танк! Нет, вы представляете?»       Где в ГТР он отрыл танк, Ян не знал. Но своими глазами видел, как он вылез из него и гордо заявил Мел, что это теперь «его личное средство передвижения». За что вскоре получил большого леща и через минуту танк исчез в том же направлении, в котором появился. Пунш вернулся пешком и получил свою новую порцию пытки. Мел заставила его отжаться сто раз с Яки на спине! Парень гордо держался во время своеобразного наказания, но Яки... Эта маленькая зараза елозила на нем, прыгала, в общем, измывалась не хуже Мел и парень готов был на все, лишь бы это закончилось, но она была неумолима. – Эй, полторашка, не видел 04-ого, – Ян, оторвавшись от созерцания гниющих останков и полуразваленных строений, перевел взгляд на Яки, которая неизменно сидела на своем излюбленном месте с ноутом в руках. – Нет. А должен был? – Вообще-то, 04-ого уже неделю как нет, я волнуюсь! – заявила девочка, бросив на Яна сердитый взгляд. – Они с Деми опять поцапались, вот Пунш и свалил. Как обычно остынет, вернется, – пожал плечами Ян. Пунш и Деми часто ссорились. Ян, конечно, знал причину, да и Яки тоже, но в личные отношения друг друга никто старался не лезть. – Так 03-ий и 04-ый поругались? Сильно? – Яки и вправду переживала за Пунша. Да, причина переживать была.       Недавно какие-то психи ворвались в один из питомников, так называлось место, где держали Песиков их Бешеные хозяева и освободили всех Псов. К тому же непросто освободили, а отправили в ближайший внешний город под чужими именами, естественно. Как это они умудрились провернуть, никто не знал, зато прекрасно знали, кто это сделал.       Мел и ее команда давно прославилась в ГТР такими вот финтами. Бешеные прозвали их Психами, так и поползли слухи по ГТР о команде Психов. Мол творят все, что хотят и с правилами ГТР не считаются. Ну а они, в свою очередь, подтверждали свое имя и творили все на что были способны. А способны были они на многое, ведь у них были свои во внешних городах, а значит, в любой момент они и сами могли свалить из ГТР, но для них это было невыгодно. У них были совершенно другие планы. Так Мел и ее команда стали мозолить глаза Верхам ГТР на что те, в свою очередь, объявили награду за голову каждого из них. И надо было Пуншу пропасть именно сейчас, хотя Ян знал, что с ним все в порядке, ведь Пунш вырос в ГТР и знал этот город лучше каждого из них. – Сильно, – подтвердил Ян, – но не волнуйся, ты же знаешь Пунша. – Знаю, но от этого переживаю не меньше, – вздохнула девочка и снова принялась стучать пальчиками по клавиатуре ноутбука.       Ян смотрел на Яки, эту маленькую тринадцатилетнюю девочку, и не понимал, кем был тот изверг, который продал Яки Бешеным. Она была самым младшим членом их команды во всех смыслах. Тогда Психи, как обычно, чисто случайно прогуливались по территории Бешеных Псов. Когда они увидели среди Псов на рынке маленькую девочку, на которой был одет ошейник, чуть было не разнесли все в пух и прах. Но нельзя было и так привлекли к себе слишком много внимания, но девочку забрали.       Яки сначала боялась и сторонилась всех, кроме Мел, скорее всего, девушкам просто доверяла больше. Но со временем поняла, что находится среди своих. Теперь Яки была неотъемлемым членом команды, ведь девочка оказалась индиго и никаким-то там, а с «особым геномом» – вынес свой вердикт Деми.       Яки очень любила компьютеры и все, что с ними связано. Через некоторое время Яки сама собрала свой первый компьютер, как и из чего Ян не знал, но был в шоке! Хотя, индиго все такие, странные. Деми, например, поражал Яна не меньше, он мог нахимичить такое... Один раз, он создал какую-то хрень и заставил Пунша протестировать ее.       Бедный Пунш, Ян не знал, как удалось уговорить его быть подопытным, но на третий день у Пунша выпали все волосы. Пунш тогда был в глубокой депрессии, но на пятый день волосы у него начали расти с удвоенной силой. Правда, с рождения волосы Пунша были русыми, а после препарата стали расти черные. Деми тогда просто светился от счастья, может, именно такого эффекта и ожидал от препарата. Когда Пунш скромно поинтересовался: «Че за нах?», Деми также скромно ответил: «М-м-м… Просто мне так больше нравится». Пунш покраснел и смирился, лишь пообещал себе, что больше никогда не будет стричься.       Ян оглядел комнату, сколько воспоминаний связано с этим местом и этой командой. Предаваться воспоминаниям Яну не дали. Дверь, ведущая на улицу, скрипнула, открываясь, а затем ее резко захлопнули и в комнату ворвался растрепанный Пунш. Ян тут же почувствовал что-то неладное. – Где Деми? – прохрипел Пунш, тяжело дыша. – В лаборатории, наверно… – но Пунша уже и след простыл, а затем Ян увидел, как тот тащит Деми за руку. – …не понимаешь! – донесся обрывок фразы до Яна, прежде чем дверь захлопнулась. «И что это было?», – пронеслось в голове у Яна... Видимо, не только у него. – Эм… Что это только что было? – спросила Яки, у вошедшей в комнату Мел. – Сказал, что позже все объяснит и утащил нашего доктора-химика в неизвестном направлении. – Что-то случилось, – пробормотал Ян скорее для себя, но его все-таки услышали. – Наверняка… – выдохнула Мел и начала массировать виски указательными пальцами. – …Я с вами с ума сойду. Если опять выкинут какой-нибудь фокус, надо придумать самую извращенную пытку! – и лицо Мел озарила не самая добрая улыбка. – Я помогу! – Яки тут же повеселела, отложила ноут в сторону и захлопала в ладоши. – Давай как в прошлый раз по сто отжиманий! Хотя нет, скучно. Может, тогда… – Даже слушать не хочу этот бред, – пробубнил Ян, вставая с кресла и выходя из комнаты. Он прошел коридор, отделявший прихожую и гостевую комнату, в которой обычно собирались все. И стал подниматься по лестнице на второй этаж. Как до ушей Яна донеслось следующее: – Кажется, голубой дракон пришел в ярость! И теперь он собирается склеить свои синие ласты, но его время еще не пришло! Поэтому он пошел в свою, святая святых обитель, искать клей! Как скоро ль ты, о, голубой дракончик, снова почтишь нас своим присутствием? – гордо пропела Мел. – Че ты там пролепетала, а?! – как же Яна достали эти шутки про его синюю рожу! Он был готов стянуть с себя кожу, лишь бы это прекратилось! Ян повернулся на 180 градусов и пошел прямо навстречу раздражающей его особе. – Лучше тебе увернуться, ты меня достала!       Мел легко увернулась от кулака Яна, летевшего ей прямо в челюсть, на спасения Мел подоспела Яки, повиснув у Яна на шее. Мел в это время обошла Яна со спины и начала мучить его, оружием придуманным демонами под названием «щекотка». Ян злился, извивался, пытался вырваться, но Мел и Яки даже не думали отступать. В итоге подурачились они два часа, бегая друг за другом по всему дому, кидаясь подушками и мучая друг друга щекоткой, затем все просто выдохлись и свалились на пол, все в той же гостиной. – Надо уже разобраться с ним, – тяжело дыша, пробубнила Мел. – Да, он нам однозначно мешает, – поддержала ее Яки. – Из-за него я не могу войти в Систему Мира. – Он знает наши лица, добраться до него невозможно, во всяком случаи, нам, – подвел итог Ян, но Мел, кажется, сдаваться не собиралась. – Ну, это мы еще посмотрим. У тебя может появиться желания нас предать, например. – Почему у меня? – А ты предлагаешь это сделать мне? – пропела Яки, вставая с пола и как ни в чем не бывало, потупила взгляд на экран ноутбука, забегав пальчиками по клавиатуре. – Я накопала на него кучу инфы, но она уже неактуальна. Надо взломать Сеть Мира, но пока у него есть тот Пес–хакер, мне одной не справится. К тому же он тоже индиго, я это чувствую. – Даже если я предам вас и даже если меня подпустят к нему, я не смогу попасть в его комнату. Для этого мне надо быть как минимум в его вкусе, а теперь посмотрите на меня и на его Псов. – Ну да! – захихикала Мел. – Ты далеко не хрупкая блондинка, даже если Деми и придумает, как сделать из тебя блондинку, то миленькой ты явно не станешь. – Нет уж! Хватит с меня ваших с Деми пыток, – прошипел Ян голосом, от которого многие на месте Мел вжались бы в стену и больше не проронили и слова. Но Мел это вовсе не задело. – Мы обязательно должны что-нибудь придумать… – прошептала Яки, – …все вместе.       Наступила тишина. Мел с серьезным видом что-то явно обдумывала. Яки стучала по клавиатуре, то и дело, хмуря брови. Ян по-прежнему развалился на полу и не думая, ни о чем, просто рассматривал местами потрескавшийся потолок. Яна клонило в сон ведь была уже глубокая ночь и он, было, собирался уже идти спать, как у Мел завибрировал телефон, оповещая хозяйку, что с ней кто-то яро хочет пообщаться. Мел посмотрела на имя звонившего, нахмурила брови, поправила выбившуюся из прически прядку волос и ответила на звонок. – Только не говори, что вас съел мангуст и мне придется вас из него вырезать… Да… Привозите… Нет, не вздумай. Хорошо… И Пунш, не натворите глупостей, – на этом разговор был окончен. Ян, естественно, суть разговора не уловил, но ему в принципе это делать было незачем. Если что-то срочное, то Мел покрыла бы Пунша трехэтажным матом. А так, видимо, ничего интересного. – Пойдёмте спать. Завтра к нам прибудут гости и не спрашивайте кто, сама не знаю.       Спрашивать Мел никто и не собирался. Завтра все равно узнают. Ян поднялся с пола и сонно побрел в свою комнату, лишь коснувшись головой подушки и поудобнее укутавшись в одеяло он отключился.       Проснулся Ян на рассвете, принял душ и «О, Чудо!»... Ян разве что не отбивал чечетку. Вся синяя хрень сошла, как и говорил Деми. «Человек. Я снова человек», – пропел Ян.       После небольшой утреней пробежки, зарядки и чашки кофе Ян вышел на улицу и закурил сигарету, эта пусть и вредная, но привычка не покидала его. Как ни странно, но кажется, Мел еще не проснулась, а Яки так вообще могла проспать до обеда. Ян уже выкурил добрую половину сигареты, как услышал шум двигателя, приближающейся к их дому машины. Через минуту машина остановилась.       Ян, не обращая внимания на приехавших, спокойно достал из пачки еще одну сигарету и втянув в легкие едкий белый дым, наслаждался моментом. Ян даже не удивился, увидев подошедших к дому Деми и Пунша, которые увлеченно о чем-то спорили. Но Ян буквально охренел, когда перед его носом возник какой-то блондин.       «И как только он…», – додумать фразу Яну не удалось, блондин впился ему в губы страстным поцелуем. Деми и Пунш охренели не меньше Яна, даже забыв о своем споре. Смотря на целующуюся парочку.       Ян, кажется, не сразу понял, что происходит. Но когда до него дошло, что его сейчас нагло целует какой-то блондин, при этом хозяйничая своим языком у него во рту, Ян пришел в бешенство... Хотел было оторвать от себя наглого таракана и надавать тому по роже, но застыл.       Ян не верил сам себе и своим ощущениям, он притянул блондина ближе к себе за талию и принялся отвечать на поцелуй. «Это он! Не может быть! Этого просто не может быть! Но тогда почему… Этот запах! Кристиан…» Ян не верил, но Ян знал. Он мог забыть тысячу вещей, связанных с его прошлым, но человека, стоящего сейчас перед ним, он забыть не мог. И пусть внешне он изменился, но запах его тела Ян не спутает ни с чем. «Кристиан...» – пронеслось в голове Яна, подтверждая его догадки. Он с силой оттолкнул блондина от себя. Тот упал и непонимающе уставился на Яна. – Еще раз увижу тебя убью, – проговаривая каждое слово, ядовито выплюнул Ян.