Долги, не требующие платы

- Александр Францевич, разрешите обратиться, - обращение молодого сержанта не то, чтобы раздражало, но рыкнуть захотелось. Сидеть в кресле было непривычно, но после очередной операции в особо «дружественной» стране, ему нужно было хоть какое-то время не светиться, и ничего умнее, как поработать куратором при невесть откуда вытащенном новоиспеченном агенте внешней разведки ФСБ, начальством не придумалось. В общем-то, проблем статный мужчина под псевдонимом Араб пока не доставлял, на контакт шел, действовал профессионально, общий язык с ним Варяг нашел легко. Единственная просьба коллеги оказалась банальной до неприличия: там, в Санкт-Петербурге, у Григория осталась жена, за которой он очень просил присмотреть. У самого Александра тоже были люди, за которыми он иногда присматривал, поэтому просьбу выполнить согласился, тем более, что обстоятельства, при которых Араб попал к нему под крыло, были крайне занимательными и нисколько не радужными. - Обращайтесь, - хотелось банально буркнуть, но лицо бесчувственного изваяния приходилось держать. - Тут данные пришли по слежке за Натальей Волковой, - сержант старался держаться профессионально отстраненно, но слава Варяга шла в ФСБ впереди него, и парню было неуютно. В конце концов, сейчас он со своими притянутыми за уши подозрениями лез не в свое дело. – Возможно, это покажется Вам паранойей, но складывается впечатление, что она следит кое за кем. Вот фотографии. На стол перед Бурлаком легла стопка отпечатанных фотографий. На каждой из них была жена Араба, но ничего интересного взгляд не выхватывал. Заметив скользящий по снимкам взгляд начальника и буквально затылком ощутив волны раздражения, которые поднимались в запертом в кабинете боевом офицере, сержант поспешил продолжить: - Это не бросается в глаза, но она очень часто попадает в кадр вот с этим ребенком, - сержант указал на конкретное лицо на верхнем снимке, и, нахмурившись, Бурлак понял, что почти на каждом снимке Наталья Волкова попадала в кадр недалеко от ребенка, всегда одного и того же. – Конечно, здесь нет ничего неправомерного, но поведение немного подозрительное. - Личность установили? – двухлетний мальчик на одной из фотографий радостно улыбался, качаясь на качелях. Женщина, катающая его, стояла спиной, узнать её по наполовину скрытому деревом силуэту было невозможно. - Нет, - покачал головой сержант, – агенты в Петербурге в поведении Волковой ничего странного не заметили, подозрения появились у нас при мониторинге записей наружного наблюдения. - Принесите мне все записи, на которых в кадр попал мальчик, - сержант, довольный уже тем, что его не подняли на смех и не отчитали за излишне проявляемую инициативу, скрылся за дверью, а Бурлак принялся внимательнее разглядывать снимки. Интуицию ощутимо царапало. И пусть кто-то там утверждает, что военным пользоваться интуицией не пристало, умные люди умеют к ней прислушиваться, спасая тем самым иногда и свою жизнь, и жизнь коллег по цеху. И вот сейчас интуиция буквально вопила, приподнимая короткие волоски на затылке, а значит что-то в этой Наташе Волковой было не так. Всматриваясь в лицо мальчика, Саша искренне не понимал, какого черта столько денег выделяется на техническое обеспечение групп наружного наблюдения, если и рассмотреть-то толком интересующий объект на фото невозможно. Ни на одном снимке не было четко видно лица ребенка, оставалось поблагодарить ребят за то, что удалось определить хотя бы то, что это мальчик. Лицо сопровождающей его женщины попало в кадр всего раза три, оно даже показалось Бурлаку чем-то знакомым, но вспомнить, кто она такая, он не смог. Впрочем, она была скорее няней, чем матерью, поэтому информации категорически не хватало. Интуиция уже не просто зудела в затылке, она клевала жареным петухом как раз туда, куда меньше всего хотелось, и Саша даже встал из-за стола, расплавил плечи, будто скованные форменным кителем, и уставился в окно. Выяснить причину столь нестандартного поведения собственного шестого чувства удалось только ближе к ночи, когда на одной из видеозаписей удалось рассмотреть мать мальчика. Чертыхнувшись, Бурлак приказал немедленно заказать ему билет на самолет до Петербурга. Выяснять, где именно работает Маргарита Кошкина, больше известная в определенных кругах как Багира, не требовалось.