Незаконченная история

- Я хотела отложить этот разговор, до времени. - По измученному лицу скользнула болезненная гримаса. Двинув ладонью, Альтин заставила пламя в жаровнях взлететь вверх. Температура в зале поднялась разом на несколько градусов, заставляя мальчика расслабить плечи. - Садись! – велела женщина. – Раз всё сложилось так, может это и к лучшему. Я объясню тебе, что ты здесь делаешь, бездарный ты наш. На секунду, голос просочился ехидством, но потом она стала серьёзной и печальной. Этот разговор не принесёт облегчения никому из них. Альтин понимала, а этот ребёнок нет. И непонятным представлялось, как до него донести. Перед смертью не надышишься и ожидание смерти гораздо хуже самой смерти. Но имело ли смысл скрывать дальше? Лишить его возможности подвести собственный итог? Сделать за него выбор, в уверенности, что она со своим опытом и знаниями понимает, что для него окажется лучше. Она? Наставница едва не расхохоталась снова. Сама идея казалась кощунством. - Мне тяжело решиться. – Она замолчала ненадолго, затем встряхнулась. – Ты хочешь понять. Ты станешь сожалеть о том, что узнал. Она кивнула в ответ на отразившееся сомнение. - Всё, что происходит в ордене, имеет одну цель – уберечь тебя… Я сказала, садись. Но возможно, тебе сейчас лучше повернуться и уйти. Тенит, мы отложим разговор на несколько месяцев. Тенит отрицательно качнул головой. - Что это изменит? Вы сами сказали, что можете запереть меня… Но вы этого не сделали. Продолжаете говорить со мной. Наставница только вздохнула. – По-твоему, я могу иначе поступить? Тенит, я знаю о тебе всё. - Последнюю часть фразы даже голосом выделять не пришлось, Тенит испуганно уставился на Альтин, словно кролик на удава. – Абсолютно всё, – подтвердила наставница. – Но я закрываю глаза на твои отлучки из ордена. Позволяю тебе общаться с господином Эйргетом, – Она потёрла переносицу. - Этот человек работает на меня. От этого известия Тенит чуть со стула не свалился. – Не в моих интересах, чтобы правда всплыла на поверхность. Поэтому и считаю, что твои претензии, мягко говоря, необоснованны. Тайра Тенит. – Магистр вперила в мальчишку яростный взгляд. – Ты хоть раз задумывался о последствиях, Тенит? Нет. Зачем тебе это. Тенит опустил голову пристыженный. – Эти вещи... Они не связаны между собой. - Разве? - Альтин подалась вперёд, затем откинулась назад. – По-моему, связь очевидна. Тенит снова возразил, заговорив с горечью. – Я не ощущаю собственного источника силы. Я родился в ордене, но мы с вами оба знаем, окажись я соискателем, не прошёл бы и первый тур. Маг без источника силы - не маг - исключений нет. - Или это маг, которого запечатали, – подхватила Альтин. – Как тебе такое исключение? На то были веские причины, – быстро проговорила женщина, заметив потрясённую реакцию мальчика. Обиженную, испуганную, начинающую переходить в ярость. Любой другой на его месте бушевал бы гораздо сильнее. Только что, небрежным тоном, магистр сообщила Тениту, что из него сделали инвалида. На что она надеялась после этого? На понимание? - Тенит, у нас не было выбора. Придёт время, ты узнаешь все ответы. Клянусь тебе, я ничего не стану скрывать. - Мольба и искренность, звучавшая в тоне наставницы, говорили о том, что она не лжёт. Но… - Не было выбора? - Тенит ощутил, что его охватывает гнев. - Но что мешало мне рассказать раньше? Объяснить. Да боги, наврать, что угодно. Я бы вам поверил… - Он всплеснул руками с отчаянием, пытаясь донести эту мысль, эмоцию, собственную боль. - Все эти годы унижений, понимания, что я ничто и никто, все мои усилия и попытки прыгать выше головы для того, чтобы однажды смириться и жить с клеймом собственной никчемности, их могло бы не быть. Если бы вы решили поговорить со мной раньше. Но вы не решили поговорить. А знаете, почему? Потому что вам плевать на меня и на мои чувства. Вам и сейчас плевать. Вы о себе заботитесь. Предлагаете мне уйти, после того, как сообщили, что всё это время вы мне лгали. А сейчас предлагаете поверить… Во что я должен верить? Почему я должен вам верить? Неужели у вас не было для меня десяти минут все те разы, когда я приходил и умолял вас дать мне ответ. Почему тогда вы не решили мне сказать. Да, Тенит, у тебя есть дар. Поверь в себя. Нет. Вы говорили, что я виноват в том, что мой дар не проявляется, что я недостаточно хорош, не способен приложить усилия, постоянно подчёркивали что я слабак… Знаете, госпожа Альтин, я глубоко вас уважаю, и ценю всё, что вы сделали для меня, но сейчас, во имя всех богов я вас прошу, не скрывайте правду. Может я буду страдать, но вряд ли это хуже, чем пятнадцать лет прожить уродом без причин, ненавидя собственное существование, а сейчас… Сейчас у меня только одно желание - ненавидеть людей, которые это со мной сделали. Кора Альтин прикрыла глаза. Все дальнейшие препирательства больше не имели смысла, а в следующий момент она вздрогнула услышав то, что сказал Тенит. - Но если причина, окажется недостаточной в моём понимании… - Тенит сглотнул и впервые его бледное, ничего не выражающее лицо окрасилось эмоциями. Это было жутко и странно видеть белые глаза, похожие на озёра боли и отчаяния. Глаза нечеловеческого существа, ранимого, безумно раненного. – Не предлагайте мне уйти, госпожа Альтин. Если я покину этот кабинет не получив ответов, значит вы правы, вам лучше запереть меня под замок, но не найдётся замка, который сможет меня удержать. Они поёжились одновременно, испытывая леденящий жуткий холод. Жарче вспыхнули бронзовые жаровни, поднимая пламя до потолка. Альтин постоянно мёрзла. Это качество роднило её с Тенитом, не способным согреться даже в самый жаркий день, сидя вплотную к огню. - Я слышал, что маги мёрзнут, – однажды сказал Пир, подобравшись к нему под одеяло и обнимая за плечи. Тенит стучал зубами так, что грозился перебудить всю спальню. - Ттты не мёрзнешь, – они разговаривали шёпотом. Им исполнилось по четырнадцать лет. Три года они жили бок о бок, но Пир так и не перестал дразнить его. - Истинные маги. - Им приходилось шептаться, чтобы не раздражать Льдышку. Молчаливый Хасер мог запросто облить источник шума водой, а потом подморозить, исключительно из вредности характера. Все считали, что самым беспокойным нравом обладает Саламандра, а на самом деле Саламандра был, в сущности, не злым парнем. Вот даже сейчас сообразив, подлез к Тениту и тело его нагрелось, словно большая тёплая печь. Это было таким блаженством, что Тенит моментально простил ему всё, даже постоянные насмешки. - Я слышал, что только маги, обладающие истинным даром, те в чьих жилах течёт кровь из небесной чаши, мёрзнут в жаркий день. Это расплата за силу. Магия высасывает их жизненную силу, а взамен они обретают могущество, - Теплые губы слегка щекотали ухо, обжигая дыханием. Подняв температуру тела, Саламандра переборщил, но это было сущей мелочью. Тенит расслабился, успокаиваясь и переставая дрожать, ощущая как отпускает скрученные судорогой мышцы и наступает блаженная сонная дрёма. - Неувязочка выходит. Я не могу колдовать, – пробормотал Тенит. Дорвавшись до тепла он, очевидно, совсем ошалел, потому что подлез к Саламандре, вплотную завернувшись в его конечности как в одеяло, заставив обнять себя руками и ногами, обнимая сам. Уткнулся носом в плечо. Саламандра скрипнул зубами, это не казалось ему смешным или забавным, Тенит оказался абсолютно ледяным. Этот холод ощущался таким жутким, что обжигал до костей. - Может быть в этом и есть причина. Старуха, должно быть, совсем рехнулась, раз ничего не замечает, - прошипел он. Бедняга, Тенит. Саламандра, поддавшись порыву жалости, погладил книжника по щеке. – Несладко тебе, приятель. Сверху на них обрушился поток воды. - Заткнитесь, идиоты! Дайте поспать! – рявкнул Хасер и вморозил ледяным заклятием. Через минуту в спальне началась драка, после которой все трое были жестоко наказаны. Потому что когда дерутся мальчишки - это позволительно, но когда дерутся маги - это безумие. Саламандра и Льдышка сожгли, выморозили и залили спальню водой от пола до потолка. Взбешенная Альтин влетела, когда маги перешли к более решительным заклятиям и готовились принять боевую форму, а здание ходило ходуном от пола до потолка. Тенит, ставший причиной ссоры, тщетно пытался выползти за дверь, но решив, что это окончательное свинство, Хасер и Пир объединились и впечатали книжника в стену, вморозив и приковав одновременно. В общем, у Альтер был веский повод для наказания. И вот сейчас, рассматривая наставницу завернувшуюся в плащ, Тенит думал о том, что они оба мёрзнут и вспоминал слова Пира, сопоставляя с тем, что было открыто ему несколько минут назад и поэтому не сразу понял, что Альтин говорит. А когда понял, кровь застыла у него в жилах. - Ты слышал про кровавую жатву в Алькашер - Кенбад?