Незаконченная история

Настоящее время. - Это правда бесподобно! – попробовав ароматный чай, обещанные «Слёзы дракона», староста расплылся в блаженной улыбке. - Господин Сагар, вы мастер творить чудеса. - Ах, откройте нам правду, вы волшебник? – девушки, собравшиеся в ресторане, дружно захлопали в ладоши, наперебой тормоша Кэра, естественно расположившегося на подушках, в почётном центре всеобщего внимания. Перед приглашёнными на праздник стояли столики, полные закусок и всяческой снеди. Весёлые напитки будоражили кровь. В зале играла музыка, и расторопные слуги неслышными тенями скользили, обслуживая гостей. Для того чтобы выкупить здание в центре посёлка и перестроить его под ресторан, Кэру понадобился всего лишь месяц. Он уже послал приглашение наместнику, планируя устроить торжественный праздник официального открытия. А пока, пробная репетиция включала в себя обед в честь старосты и некоторых почётных гостей, чьи связи открывают вход во многие двери. Кэр развлекался, проявляя поистине гениальную изобретательность, забавную в том отношении, что происходящее вокруг отныне не занимало его ум. Он добился результата, дальнейшее виделось скучным, нудным и неинтересным. Пожелай Кэр осёдлости, они могли бы обосноваться в долине, превратившись в зажиточный класс богатеев, купающихся в немыслимой роскоши. У Кэра открылся талант делать деньги только что не из воздуха. У него вообще оказалось множество человеческих талантов, стоило только пожелать чем-то заняться. У него не было способностей, созидательная сторона отсутствовала - слишком чуждая демонической натуре, но нечеловеческое терпение демона и желание добиваться своего - создавали чудеса неподвластные пониманию. Демоны не могли создавать. Кэр Дриваль опроверг это правило собственной волей. Неумолимой, безжалостной, не признающей противодействия. И вот, первый этаж превратился в роскошную, увитую плющом террасу, плавно переходящую в обеденный зал. На втором расположилась чайная зала, с балкона которой можно было любоваться происходящим на улице. А несколько комнат для особых гостей поражали воображение диковинным великолепием. На кухне трудились нанятые повара, создавая блюда по рецептам столицы. Откуда пришелец добывал ингредиенты, оставалось загадкой до момента, пока в посёлок не прибыл первый почтовый караван. После этого, репутация господина Сагара взлетела до немыслимой высоты, а загадочность, окружающая таинственного пришельца, только прибавляла ему популярности. Его личность обрастала легендами, каждый стремился непременно засвидетельствовать пришельцу собственное почтение. Кэр лишь снисходительно улыбался, смеясь над свойствами человеческой натуры, и подсчитывал возможную прибыль. По его расчётом, не так много времени требовалось, чтобы вложения окупили себя и это станет завершающим штрихом, обозначающим начало нового странствия. Тенит кривил губы. Он не понимал для чего всё это? Зачем? Но хуже всего оказалось знание, что скоро и это исчезнет. Спокойная нормальная жизнь, к которой он привыкал, станет очередной страницей истории. Рано или поздно, Кэр отправится в странствие, которое как и все предыдущие, закончится ничем. - Так уж и ничем? – ласково усмехался Кэр, отдавая распоряжения появившимся в ресторанчике слугам. – Уверен ли ты в этом, Тенит? Тениту нечем было крыть. Со дня их встречи он уже ни в чём не мог быть уверен. Демон представлялся непостижимой загадкой, не имеющей ни одного логического решения. Считать его безумцем оказалось единственно правильным мнением. Большая территория требовала найма слуг. Но Кэр легко справлялся с любыми головоломками, представляя их увлекательной игрой, исключительно ради самого процесса. До официального открытия оставалось несколько дней. В посёлке Кэра боготворили, только что не молились. Его обожали подчинённые, а местные жители, судача между собой, дружно кивали, в один голос соглашаясь, что молодой хозяин «Зелёного дракона» – уважаемый человек, чья блестящая репутация не подвергается сомнению. Видно, что он далеко пойдёт. Такие способности просто не имели права пропасть впустую. И никому не приходило в голову вспомнить, что он чужак, возникший из ниоткуда меньше пары месяцев назад. Кэр развлекался и врал напропалую. Демону было весело, он отдыхал. А трава плакун расцветала буйным цветом, обвивая пороги домов и ворота храма. И непрерывно звонили бронзовые колокола, вселяя в сердца людей страх и твердя о грозящей опасности. Местный колдун не раз гостил в проклятом доме. Один раз Тенит увидел, как пользуясь отсутствием хозяина, колдун бормочет и совершает непонятные пассы, пытаясь нащупать запретную магию. Он рассмешил книжника и, увидев в дверях фыркнувшего мальчика, колдун поторопился уйти, косясь на него с неодобрительным видом. Этот лысый, увешанный амулетами старикашка, в дурацкой шляпе и одеждах, расшитых магическими символами, оказался лишён малейшего намёка на истинный дар. А те слабые зачатки искры, которые Тениту удавалось прощупать в его ауре, ни в какое сравнение не шли со способностями посредственных магов прошлого столетия. И этого человека уважают и боятся? В прежние времена он бы заслужил одно право: выступать ярмарочным шутом на базаре. Некоторые его поступки и нелепые телодвижения, которые он совершал, нагоняя тумана и солидности на невежественных местных, заставляли Тенита кривиться лицом, сдерживая порыв расхохотаться. - Ты, оказывается, у меня ворчун, – Кэр неуловимо улыбался и тёрся об него носом, плотнее закутывая в меховую шубу, чтобы перенести ближе к жаровне. - Мой маленький Тенит, ты стал похож на старых самодовольных индюков. Ах, как здорово было в прежние времена. Не то что теперь, молодежь пошла бестолковая. Кэр дразнился, тормоша нахохленного Тенита, который тихо бурчал, что «это немыслимо! Старик совсем спятил, выжив из ума. Демон сидит у него под носом, а он не видит. Ни в какие ворота не лезет». А Кэр искренне хохотал. Развалившись на циновках, он напоминал довольного сытого кота, сцапавшего аппетитную мышку. Ворчание Тенита его невероятно забавляло, и если бы у Тенита не случился очередной приступ, заставляющий книжника подыхать от стылого, вымораживающего изнутри холода, он бы, пожалуй, врезал демону посильнее. А сейчас его лихорадило, скручивало ознобом и начинающей неумолимо раздирать болью. И состояние могло не быть настолько паршивым, если бы он не знал, чем это закончится. - Тенит. Бедный ты мой Тенит, - Кэр баюкал книжника в объятьях, широко расставив ноги, обхватив плотный кокон шубы коленями и глаза его мерцали мрачным гибельным золотом. Здесь, за запертыми ставнями и закрытыми дверями, пламя жаровни взлетало до потолка. Воздух плавило раскалённым маревом и любой человек, попав в подобное пекло, моментально бы задохнулся и истёк потом от жара, а Тенит дрожал и не мог согреться. - Проклятая печать! – демон ругался сквозь зубы. – Не могу смотреть, когда ты так мучаешься. - Ннно если мы её ссснимем, тттогда нннас нннайдддут. - Тенит, ты знаешь, что я сделаю сейчас. - Нет! – глаза Тенита наполнились таким ужасом, что он даже перестал стучать зубами, рванулся прочь, в глупом и бесполезном порыве тела. – Я пппотттерплю, пправда. Он забился, понимая, что всё что было сказано после слов Кэра - бесполезное трепыхание воздуха. Кэр не менял решений. Если Кэр говорил, всегда было так. Иногда он шутил, а со смертными и вовсе откровенно врал, являясь мастером речей, обмана и яда, но с Тенитом вёл себя иначе. Возможно, рядом с книжником, демон позволял себе быть собой. Но что такое Кэр, среди множества своих личин? - Хватит! Быстрее начнём, быстрее закончим. Кэр решительно принялся высвобождать его из кокона. Тенит скулил и цеплялся руками за одежду. Он бы разревелся позорно, но только его слезы никогда не действовали на Кэра даже в прежние времена, чего уж говорить теперь. Для того, чтобы заставить его лежать и не двигаться Кэру пришлось использовать истинный облик. Алые нити обвили тело Тенита со всех сторон, намертво пришпилив к полу и прекрасное лицо, склонившееся над ним, не стало утешением. - Больно! – Тенит выгибался и отчаянно извивался всем телом, ёрзая ногами в попытке отстранить неизбежное. – Больно, Кэр! - провыл он и дико заорал, когда Кэр пальцем подцепил наложенную в районе солнечного сплетения печать. Печать пульсировала незримой жизнью, уходила корнями в плоть и ощущения Тенита были примерно таковы, как если бы кто-то ножом подцепил корку с живой окровавленной раны. Он завизжал, когда демон, наклонившись, припал губами к его животу, пытаясь добраться до заблокированного источника и выпить часть пожирающей изнутри силы. Одна рука вытянулась вперёд, зажимая пленнику рот, вторая удерживала невидимую печать, действо оказалось полностью магическим, а вот боль - настоящей. И сейчас демону стало невообразимо хорошо, в то время как Тенит корчился в нестерпимых муках, облегчить которые Кэр Дриваль не мог, несмотря на то, что делал всё возможное. Он не тратил времени на глупые и ненужные слова, не уговаривал потерпеть. Сделал всё быстро, словно хирург операцию. Закончил процесс и вернув печать на место, молча привлёк книжника к себе, преодолевая сопротивление. Они оба знали правду. Происходящее стало неизбежной необходимостью, но, как Тенит оказался не в состоянии противиться наслаждению, так и демон не мог преодолеть наркотической тяги к источнику. Было непонятным только одно, почему он сдерживается и выжидает до последнего, имея возможность безнаказанно пытать его каждый день зная, что Тенит не умрёт, а сила его не иссякнет. Ломка начиналась обоюдно. Тенита убивал источник, Кэра отсутствие возможности прикасаться к нему. Он облегчал это через физическую близость. Даже это между ними оказалось необходимостью для обоих. Для Тенита - возможность отдать кроху силы безболезненно, для демона - возможность получить часть его силы, поддерживая собственную жизнь. Испытывал ли Кэр Дриваль боль, медленно умирая без магии? Он никогда не показывал этого. Только в последние дни набрасывался на него совершенно неистово, занимаясь любовью часами, выдаивая так, что Тенит не то что ходить, двигаться нормально не мог. Но никогда не открывал печать, пока необходимость этой меры не становилась совершенно очевидной, но даже тогда не позволял себе увлекаться. Какой же чудовищной волей он обладал, чтобы подыхая от голода, уметь контролировать себя и не набрасываться на собственную еду. Если бы всё обстояло иначе. На одну крошечку судьбы иначе. Возможно, Тенит смог бы это принять, выдержать, даже пережить и вытерпеть, понимая, на что Кэр Дриваль идёт ради него. На какую жертву себя он пошёл… Но судьба обладает мрачным чувством юмора. Тенит не выдержал и разревелся. От боли и обиды. Кора Альтин оказалась права, сообщив Тениту, что для демонов его сила самое лакомое и желанное блюдо. И Кэр лжёт, изображая, что его чёрное сердце могут тронуть страдания книжника. Единственное, к чему стремился демон - к получению удовольствия. Он говорил о сочувствии, но в эти секунды напоминал дрожащего от вожделения паука, только что не облизывающегося от предвкушения, радующегося возможности, банально пожрать и восстановить энергию. Плевать он хотел на чужие муки. Не убивай Тенита сила печати, Кэр Дриваль выдумал бы другой способ сделать своё чёрное дело, не изобретая причин. Тенит понимал, что он несправедлив, абсолютно несправедлив. Для того, чтобы взять его, демону не требовались причины. Но он ничего не мог с собой поделать и уж тем более испытывать благодарность за то, что Кэр делал и за то, чего не делал. - Всё, Тенит. Успокойся, – Демон уговаривал, целуя мокрые ресницы. Гладил скользкое от пота тело, пытался убаюкать и утешить причину того, что сам же и вызвал. Взмахнул рукой гася пламя жаровни, заставляя распахнуться ставни, а температуру в комнате упасть до нормальной. - Нненавииижу тттебббя. – Ты знаешь правду. - Нет. - Хорошо, обвиняй меня, раз тебе так проще. Но ты сам сделал этот выбор, Тенит. Его пальцы словно невзначай коснулись шеи книжника, пересечённой ниточкой уродливого белого шрама, погладили нежно. Тенит беззвучно выл, пытаясь оттолкнуть. Боль прошла и стало легче, гораздо легче, чем тогда на перевале, когда пользуясь тем, что он без сознания Кэр выпил его изнутри, а потом долго терзал безжизненное тело, пытаясь вдохнуть в него жизнь. Возможно в этот раз, до следующего приступа в его распоряжении появится несколько месяцев, прежде чем Тенит начнёт мёрзнуть по ночам, и может пройти почти год прежде, чем придёт настоящая боль. В это хотелось верить. И Кэр, виновато шепчущий слова сожаления, каждый раз оказывал ему неоценимую услугу. С того дня, как Тенит открыл источник, магия начала убивать его медленно и неотвратимо. И страшно представить, что могло произойти, если бы Кэр Дриваль отдал Тенита владыке как хотел изначально. Тенит боялся думать об этом. Смерть - не самое страшное, что может случиться с небожителем. Кора Альтин не соврала. Однажды Кэр проговорился, сообщив, что нет вкуснее блюда, чем человеческая плоть, а уж что касается небесных, здесь демоны становились настоящими гурманами. Небожители умирали очень медленно. Пытка растягивалась на десятки лет, сначала умирал источник, выпитый досуха, затем и сам небожитель, чья плоть обладала священной силой, дающей бессмертие. Иногда, от тела несчастного оставалась лишь груда мяса, а он оставался жив. Когда Кэр рассказал об этом, Тенита стошнило. Демон оказался бессмертным. Но насколько знал Тенит, демоны не рождались бессмертными как небожители. Но они могли ими стать, заполучив силу. Скольких он убил, чтобы приобрести подобную мощь? После этого Кэр не рассказывал историй из быта и уклада демонов, да и Тенит не стремился к подобным расспросам, но тогда, в начале времён, Кэр ещё не научился быть человеком и не понимал множества вещей. Этим вещам должен был научить его Тайра - Тайра Тенит, чья магия заставила сердце демона ожить.