просто друг?

- Не беспокойся, Эва, - успокаивал меня голос Тома из трубки, - Шерри не глупая, ты сама говорила. От Шерри не было вестей уже два дня. Она толком не собрала вещи, покидала, что первое под руку попадётся в свою маленькую сумку, и выскочила из квартиры, предварительно сильно хлопнув дверью. Больше я её не видела. - Не знаю, видел бы ты её. Она была сама не своя. Никогда не подумала бы, что она дойдет до того, чтобы принять наркотики. - Не беспокойся за неё, она уже большая девочка. Я горько усмехнулась про себя. Шерри, может, уже и большая, но она ещё оставалась такой же безрассудной и эксцентричной. - Ладно, - я поскорее перевела тему, чтобы не сойти с ума, - как там Эмма? Что случилось? На том конце провода послышался усталый вздох. - Не то, чтобы хорошо. Она попала в аварию. - Боже, - вырвалось у меня, - она в порядке? - Сейчас – да, но приди скорая чуть позже, боюсь, она бы не выжила, – возникло молчание. Я ясно представила, как он сейчас зажмурился и помотал головой, отгоняя ужасающую картину мертвой сестры. – Она уже очнулась, правда, у неё сломана нога, и большая потеря крови. Сейчас её состояние стабильное. - Рада за неё. Передай ей привет, хорошо? - попросила я. С его младшей сестрой Эммой у нас сложились тёплые отношения. Она пару раз приезжала к Тому в гости, в штаты, и за то время, что она провела у него, мы хорошо сдружились. В отличие от Тома, она была безрассудной, как летящий ураган. Но оставалась такой же чистой и наивной, как её брат. - Обязательно, - в трубке вновь возникло молчание. Хоть я его не видела сейчас, я всё равно покраснела. Те рамки, что были между нами, рухнули, но мы так мало времени провели вместе, что просто не знали, как теперь вести себя друг с другом. Он оставался моим другом, но сейчас между нами было что-то большее, что стало связывать нас ещё сильнее, отчего нам хоть и было радостно, но всё-таки смущало. - Том, - окликнула я, когда пауза слишком затянулась. - Да, я здесь, - не слишком убедительно ответил он, будто его мысли витали где-то далеко. - Не переживай, она поправится. - Да я не из-за этого. Значит, он думал о том же, о чём и я. Внутри разлилось тепло. - Что тебя гложет? - Понимаешь, - он вновь на секунду умолк, - я скучаю. Как хорошо, что он не видел меня в эту секунду. Я покраснела, как рак, и просто не знала куда деть взгляд. Казалось, на том конце провода мой собеседник сам не знает, что делать, от смущения. Иногда я ловлю себя на мысли, что только со мной он такой естественный. В смысле, простой, не актер, а именно парнишка из Лондона, который, хоть и отрицает, но очень болезненно пережил развод родителей. Который никем не притворяется. Хорошо иметь лучшего друга. Но сейчас я стала задумываться, могут ли лучшие друзья стать чем-то большим друг для друга? На этот вопрос я пока не знала ответа. Может, дело как раз в этом. Мы не относимся друг к другу, как к потенциальным партнёрам. Может, наши отношения уже заранее обречены на провал? Может, поэтому нам сейчас так трудно? Эти сомнения в один момент заполнили пространство моего разума. Но я совсем забыла, что он ждал моего ответа. - Да, - мой голос был хриплым, и я откашлялась, - я тоже скучаю, Том. - Знаешь, - по голосу я поняла, что он улыбается, - мне было бы намного легче, если бы ты была здесь. Все сомнения прочь! Он скучает! И я скучаю! Он нуждается в своём друге! Нет, не в друге. В лучшем друге. Точнее в своей девушке! Я вновь замерла. Означает ли один поцелуй, что мы пара? Может, он скучает по другу, а не по девушке. Могла бы я сказать Шерри, что я по ней скучаю? Могла, конечно. «Эй, Шерри, я скучаю, приезжай!» - эта фраза вовсе не означает, что я хочу её. Конечно, в нынешней ситуации пример не самый подходящий, но она была моей единственной лучшей подругой. А теперь я сомневаюсь в обоих друзьях. Но это не имело значения, если мой друг во мне нуждался. - Знаю, – вздохнула я, пытаясь скрыть волнение. – Ты хочешь, чтобы я приехала? Он помялся. - Не то, чтобы хочу. Ох, нет, - он попытался оправдаться, - хочу, конечно, но мне бы не хотелось тебя отрывать от дел. У тебя, наверняка, куча работы. Так что лучше… нет, забудь. - Том, если ты хочешь, чтобы я приехала, я приеду! - Эва, у тебя и так куча дел. Может, лучше сначала разобраться с Шерри? Я вздохнула. Он прав. Я не могла вот так порвать все связи с подругой и укатить в Лондон. Нужно разобраться с проблемами прежде, чем искать новые. - Да, ты прав, - в ответ я не услышала ничего. Он расстроился, что давало мне надежду. - Знаешь, есть ещё кое-что. Замерев, я с силой вцепилась в трубку, предчувствуя что-то плохое. - Я встретился тут с одним режиссёром. Он предложил мне роль. Я думаю согласиться. Та-да-да-дааа… Вот оно, свершилось. Том любил Англию и всегда находил повод остаться там подольше. А сейчас будто целый оркестр у меня в голове играл похоронный марш. Он будет там. А я тут. Когда он в последний раз так надолго уезжал, я чуть не умерла от одиночества, так как Шерри, как обычно, торчала у своих парней. Если так подумать, то её никогда не бывало дома. Фактически, дома были лишь её вещи. Но Шерри уже нет здесь как таковой, даже её вещи скорее всего скоро переедут. Она придёт, когда меня дома не будет, и заберёт всё. Когда я вернусь домой, её комната будет пуста, словно её тут и не было. А Том? Он будет в Лондоне, гулять, сниматься, работать, отдыхать. А я? Обречена на одиночество. Только я начала думать, что сейчас начнётся нечто новое. А тут. Но что-то ещё не давало мне покоя в его голосе, но я никак не могла ухватиться за эту ниточку, которая ускользала из моих пальцев. - Эва? Ты тут? – я отчетливо слышала беспокойство в его голосе. - Да, я тут, - четко, без эмоций. Кажется, я до сих пор в шоке. - Я бы не просил у тебя совета. Но ты единственный человек, с которым я могу поговорить об этом. Знаю, мне придётся остаться тут, возможно, надолго, но… - он коротко выдохнул. Слова вылетали с такой скоростью, будто он заранее подготовил речь и репетировал её перед зеркалом. Ах, да. Он же актер. Вполне возможно, что именно так он и сделал. - Эва, - продолжил он, успокоившись, - я ещё не дал ответ. А это что-то новенькое. - Почему? - Я должен был сначала сказать тебе. Надеялся, что ты мне посоветуешь, как поступить. Это эгоистично! Всё вновь взвалено на мои плечи! Почему я должна решать? Реши сам, скажи: «Нет, ни за что, я хочу вернуться к своей девушке!» и бери обратный билет в штаты. Покончи с левосторонним движением, зеленым чаем с молоком и чопорными женщинами! Но всё равно, как ни старайся, опять всё возложено на меня. Я должна решить, оставаться ему в Лондоне и продолжать свою карьеру или бросить всё и начать новую жизнь со мной. Это эгоистично… - Том, - вздохнула я, - если ты хочешь сниматься, ты должен остаться там. - Но ты… как я могу оставить тебя там одну? - Послушай, это ведь хороший шанс. Фильм, наверняка, будет хорош, если там будешь ты. Не отказывайся. - Но ты… Я прервала его. - К тому же твоя мать будет рада, если ты будешь поближе к дому, и твои сёстры. С таким аргументом он бы не поспорил. И правда, когда я сказала ему о семье, он умолк. Он не мог оставить мать, слишком он её любил, чтобы расставаться вновь. Он бы захотел провести с ней больше времени, конечно же. - Это удар под дых, - выдохнул он, сдаваясь. - Знаю, а куда деваться, - выдавив вымученную улыбку, сказала я. Разговор был окончен. И никто из нас так и не решился обсудить тот поцелуй. То ли он просто мне приснился, то ли всё это случилось под воздействием вина. Того гадкого вина… На работу не хотелось идти. Я взяла заслуженный выходной, чем навлекла на себя гнев могущественного Джерри, но он не мог мне запретить. Было утро. Хоть и раннее, но мне уже не хотелось спать. И готовить было не для кого. Так я готовила для Шерри и Тома. Но теперь никого из них не было рядом, а готовить для себя не хотелось совершенно. Едва заставила себя приготовить какао, нахлынули воспоминания. Том любил пить какао со мной поздно вечером, подъедая остатки ужина из холодильника. Я знала это, поэтому специально готовила больше. Мы любили дурачиться как угодно, так что битва мукой на кухне казалась глупой детской забавой. Под воздействием настроения мы могли прыгать на кровати, пускать мыльные пузыри с балкона на недоумевающих прохожих или просто беситься, бегать по улицам и драться с водяными пистолетами. При том, что Тому уже тридцать. Это стало сложнее, когда его начали узнавать на улицах. Приходилось спасаться от толпищ фанаток. А тут, знаете ли, водяные пистолеты мало чем помогают. Не пытаясь скрыть улыбки, я сидела на кухне, пила какао и пыталась воссоздать образ Тома. Вот он, совсем рядом. Как обычно распластался в кресле, ноги на всю кухню, некуда деть свои. Улыбается, хихикает, подшучивает над простоватой манерой Шерри. И мы вместе сидим и смеёмся над ней, глядя, как она закипает от злости, но потом сдаётся и смеется вместе с нами. Куда делись эти дни? Тогда всё было так просто. Но иллюзия растворилась в воздухе, и я вернулась в реальность, когда услышала щелчки дверного замка. Поспешив в коридор, я увидела её. На её плече висели пустые сумки. Пришла за вещами. Она замерла, увидев меня в халате. - Ты дома? – голос тихий, хриплый. Но такой незнакомый, надменный, холодный. Я откашлялась. Совсем потеряла рассудок и растерялась. Главное, чтобы она не выбежала из квартиры с воплями. Нам нужно было всё обсудить. Проснувшись утром, я не была готова к такому испытанию. - Пришла за вещами? – попыталась начать я, невзначай. - Как видишь, - её голос оставался холодным, как сталь. Это будет сложнее, чем я думала. Она выжидающе на меня смотрела. Сглотнув ком в горле, я начала: - Мне очень жаль. Молодец! Начало неплохое! Мне ведь действительно жаль. Она не отрывала от меня взгляда её холодных колючих глаз. - Прости. Мне жаль, что так получилось. - Тебе жаль? – вспыхнула она. – Ей жаль! Посмотрите на неё, сама невинность! - Шерри! Она попыталась открыть дверь и выйти из квартиры, но я наспех её захлопнула. - Нет, не уходи, нам надо поговорить, - взмолилась я. - Нам не о чем говорить! Я понимаю, ты всегда мне завидовала! - Я не… - Да! Ещё как. Всегда! Из-за одежды, из-за парней, меня все любят! И ты решила это исправить, молодец! - Ах, брось, Шерри! – взорвалась я. - Как это банально! Ты хоть любила его? - Я не обязана отвечать тебе! – прошипела она, отступая от двери, подальше от меня. – Лучше признайся, ты завидовала. Конечно, впервые за долгие годы Том обратил внимание на меня, а не на тебя. Конечно, это тебя задело. - Но ты ведь знала, что он мне нравится. - Ты это отрицала! Моё слабое место. Девушки всегда отрицают свои истинные чувства. - Да, но я просто не хотела признаваться в этом. Но ты всё равно это знала. Молчание. Конечно, знала! Она ведь не глупая. Она остановилась, переводя дух, и села в кресло, закрыв лицо руками. Неужели она плачет? Но нет, она просто сидела, пытаясь восстановить дыхание. - Да, - наконец сказала она хриплым голосом, - знала, но пыталась не видеть этого. Я подумала, что он тебе не нужен. Но он был таким печальным, одиноким. Я почувствовала, что мы похожи. И решила, что, возможно, это моя судьба. Она нервно передернула плечами, а я мысленно радовалась, что наш разговор впервые не идёт на повышенных тонах. - Но, Шерри, Том не переходящий приз. Я люблю его. Она уставилась на меня огромными выпученными глазами. Да что там, будь рядом зеркало, я бы сама на себя уставилась. Слова вылетели так неожиданно, легко. Я даже не пыталась их контролировать. - Любишь? – переспросила она. Люблю?! - Ээ, вроде… - неуверенно сказала я. Она покачала головой. - Не помню, когда в последний раз ты такое говорила. Да что там, я сама такого не помню. Хотя нет, помню. Это было ещё в школе. - Ну, а ты? Почему ты с ним? – спросила я у Шерри. Она передернула плечами, не глядя в мою сторону. - Тот день был для меня тяжелым. Джек послал меня к черту, Стьюи тоже, когда я отказалась выполнять его похотливые задания. Меня уволили. День – дерьмо. А тут он, вроде бы такой же неудачник в любви, - она горько усмехнулась, - а ты ведь так и не решилась. Я и подумала, что ты не сможешь. - Так ты знала, что я люблю его? Она кивнула. Она знала это ещё раньше, чем я сама. - Шерри, прости меня. Я не хотела, чтобы тебе было больно. Я никогда тебе не завидовала. Она прищурилась, глядя мне в глаза. - Ладно, - сдалась я, - может, чуть-чуть, только тому, как легко тебе удавалось строить отношения. - Ну, - она рассмеялась, - этого у меня не отнять. - Шерри, но зачем ты приняла героин? – этот вопрос мучил меня. - Да просто ни у кого не было выпивки, - созналась она, - а мне было плевать, лишь бы забыться. Кстати, что это был за парень, который нёс меня на руках? Мы вместе рассмеялись. Но Шерри тут же посерьёзнела. - Эва, прости меня. - Не стоит, ты не хотела… - Хотела, - перебила она, и моё лицо вытянулось, - я обвиняла тебя, но сейчас понимаю, что я сама виновата во всём. Я завидовала тебе. - Что? – такого я не ожидала. - Правда, мне нравилось, как парни смотрят на тебя. Не как на шлюху, которая не откажет никому. Как на девушку. - На меня никто не смотрит… - Ты просто этого не замечаешь. Никогда не замечала. Я пыталась осознать её слова. Груз был скинут, но плечи ныли. - Пойми, я хотела стать тобой. Вести себя как ты, заполучить парня, который нравился тебе. Тебе это было не нужно, а мне так хотелось начать всё заново. - Шерри, - я не знала, что сказать. - Знаю, - прервала она, - я была неправа. Прости меня. Я смотрела на тебя, как ты загибаешь в этих стенах, ненавидишь свою работу, а твоя подруга встречается с твоим любимым. Я злорадствовала. Но мне стыдно. - Я… я… - было трудно дышать. Воздух! Мне нужен свежий воздух! Но Шерри продолжала. - Эва! Послушай меня! Знаю, это трудно, но пойми, если ты не научишься ловить момент, он будет ускользать от тебя, всегда. Наш разговор был окончен. Мы обе это поняли. Я все ещё задыхалась. Но Шерри неожиданно подскочила ко мне и заключила в свои объятия. Это был тот самый глоток воздуха. Я вдруг поняла, что больше не могу терпеть, и разрыдалась. Я так скучала по ней, моя лучшая подруга. Знаю, она во многом провинилась, и я перед ней тоже, но я забыла обо всём. Мы просто стояли так, плакали, каждый о своем. Когда все слёзы были выплаканы, мы ещё долго сидели и говорили. Она рассказала о том, как на работе её домогался Стьюи, а Джек подманивал на наркоту. Но она, несмотря на это, смогла выдержать. Было ясно, в её жизни наступила чёрная полоса, но Шерри не собиралась на ней задерживаться. Она сказала, что устроится на новую работу, будет более тщательно выбирать парней, но для начала позвонит Стиву. Кажется, он приглянулся ей, несмотря на то, в каком состоянии она была при их первом знакомстве. Я простила её безоговорочно, а она извинилась за то, что причинила мне много боли. Конечно, не так просто всё забыть, но я могла бы. День был тяжелым. Но мысли не давали мне покоя. Её слова, точнее. Уже не в первый раз я слышу нечто подобное. «Если ты не научишься ловить момент, он будет ускользать от тебя, всегда!» и слова Винсента немногим ранее: «Ты талантлива, и то, что тебе не повезло, ещё не значит, что ты не должна продолжать действовать!» Они говорили одно и то же. А значит, они правы. Действуй! Взяв телефон, я, не обращая на внимательный взгляд Шерри, набрала номер Джерри и, прежде чем он что-то сказал, выпалила: - Я увольняюсь! – конечно, он разозлился, сказал, что я не имею права, что я должна подыскать себе замену, проработать ещё две недели для выходного пособия, но мне было плевать. Я сказала, что просто не приду на работу. Никогда. На его чертовы отзывы было плевать. После этого мы позволили себе с Шерри напиться. Опустошив наполовину бутылку виски, мы воодушевленно стали обсуждать будущее, как я открою свой ресторан, а Шерри будет там официанткой. Нас обеих устраивал такой расклад. Утром я проснулась от головной боли. Виски давало о себе знать. В квартире было тихо, значит, подруги не было дома. Иногда я удивляюсь, у неё вообще не бывает похмелья? Я всё ещё валялась в постели, когда услышала, как скрипнула входная дверь, и топот подруги к моей комнате. - Эва! Ты должна это увидеть, - она бросилась к моей кровати. Я заныла, отворачиваясь от неё, но она меня перевернула обратно. Мне вдруг захотелось ей врезать. Странно, раньше не хотелось. - Прости, но это важно. Она сунула мне в лицо газету. Я минут пять пыталась понять, что же её так взволновало, но когда мои глаза сфокусировались на огромном снимке на первой странице, я протрезвела. Это был он. На всю страницу. В обнимку с какой-то девушкой. И всё бы ничего, если бы снизу не прилагалось фото, где она и Том целуются. Они целовались. Фото было такое, будто их нечаянно застали выходящими из кафе. А потом они смутились и стали позировать. Я не ощущала ничего. Лишь боль. Страшную боль, которая стала сильнее и быстрее разрастаться внутри. На глаза набежали слёзы, а голову пронзил спазм. - Что это? – выдохнула я, но голос был похож на писк. – Не может быть. Нет, нет, Господи… - Эва, прости. Мне жаль. Я с ужасом увидела в её глазах слёзы. Нет, этого не может быть. Кто угодно. Шерри так редко плакала. Но раз сейчас она плачет, значит, дела, действительно, плохи.