просто друг?

Я впала в состояние транса. Где-то пару дней я игнорировала звонки Тома, не слушала Шерри. Наверно, я зря поторопилась уйти с работы. Былая уверенность улетучилась. Нужно искать новую работу или убедить Джерри, что я несла полную чушь и была пьяна. Думаю, после долгих уговоров и слезной мольбы он таки сжалится и возьмет меня обратно. Шерри беспокоилась за меня. Она никуда не ходила и пеклась обо мне так, будто я была душевнобольной. Просила меня поесть, походить, отвлечься, всё обсудить. Но у меня не было желания. Никакого. Она тоже игнорировала звонки Тома, но когда он, в конце концов, её взбесил, она взяла трубку и наорала на него. Было даже смешно. Я просто не могла поверить, что после того разговора, его признаний о том, что он скучает, я увижу огромные заголовки и ИХ пестреющие фотографии в каждой газете. Через пару дней моё состояние дошло до сумасшествия, но внешне я сохраняла спокойствие. Я позвонила Винсенту, и тот объяснил, что после моего ухода всё пошло вверх дном. Конечно, Джерри в ярости, но, не желая терпеть этот хаос, он поймет и возьмет меня обратно. Проснувшись рано утром, я собралась, почистила зубы, выпила стакан свежевыжатого сока и уже направилась к выходу, когда меня окликнула Шерри. - Эва? Ты куда? Я обернулась. - На работу, куда же ещё? - Но ты уволилась, - напомнила она. - Ничего, я постараюсь, чтобы меня взяли обратно, - я передёрнула плечами. Не в первый раз унижаться. Она покачала головой. - Эва, ты не должна. Не надо. То, что ты делаешь, называется отрицание. - Я ничего не отрицаю! - А сейчас что ты делаешь? Послушай, давай сядем и всё спокойно обсудим. - Я опаздываю на работу, - я попыталась выйти из квартиры, но Шерри захлопнула дверь у меня перед носом и оттащила меня на кухню. Я как могла сопротивлялась, но она силой усадила меня в кресло за стол, а сама уселась напротив. - Так больше продолжаться не может! Что ты с собой сделала? - Я не понимаю, о чём ты, - процедила я, но она лишь раздражённо провела рукой по своим волосам. - Прекрати! Я всё прекрасно понимаю, но это же бред! Я в это не верю, - она вытащила из ящика стола ту самую газету и ткнула пальцем в фотографию. Сердце больно кольнуло. – Я не верю в то, что Том мог так поступить. Это явно фотошоп! А ты, вместо того чтобы тут нюни разводить, попыталась бы разобраться. Ты даже не объяснила Тому, в чём он провинился. Бедняга звонит каждые полчаса. - Ах, ты его жалеешь? – спросила я, не скрывая в голосе желчи. – Эти фотографии показывают всё сами. Он не хотел, чтобы я приезжала, и теперь ясно почему. - Но ты ведь в этом не уверена! Прислушайся к себе, разве Том смог бы так поступить? В глубине души я понимала, что она права. Конечно, Том любил меня. Даже если не как девушку, то как друга, и никогда не поступил бы так со мной. Но перед глазами стояла эта сцена: они обнимаются и целуются. На носу у него темные очки, а на голове кепка. И девушка была красива: волнистые локоны карамельного цвета и женственная фигура. Разве я могла убедить свои глаза, что это не есть правда, когда всё это выглядело так натурально. - Я… я не знаю, - наконец, ответила я. – У меня нет сил это выяснять. Мне нужно на работу. - Ты просто мазохистка! Специально мучаешь и доводишь себя до такого состояния, что просто потом тебя узнать невозможно! – она выдохнула, успокаиваясь, и продолжила. – Послушай, если в тебе ещё сохранились частички разума, ты должна взять себя в руки и сосредоточиться. Мы только вчера говорили о том, что ты не должна просто так сдаваться. Но вот первая преграда, и ты сдаешься! - Не всё так просто, Шерри! – воскликнула я. - А ты попыталась разобраться? Поговорить с ним? Узнать, что это? Может, это фотография со съемок? Я не думала об этом, я даже не удосужилась прочитать статью. Я потянулась к газете, Шерри резко её отобрала. Я нахмурилась, но тут же всё поняла. - Ты ведь читала? Она не ответила, но я и без слов всё поняла. - И что там написано? - Это неважно. Я в это не верю и тебе не советую. Полная чушь. - Шерри! – я посуровела, хотя со стороны я, наверняка, выглядела как разгневанный кролик – жалко. – Что там написано? Она помялась, не желая врать мне. Но потом сказала, тщательно подбирая слова. - Ну, там нет интервью. Лишь предположение журналиста, что это его новая пассия, - она как можно беззаботнее улыбнулась, будто только что пересказала прогноз погоды. Я вздохнула. - Ты думаешь, мне надо с ним поговорить? - А ты как думаешь? Я стояла и смотрела на неё. Весь мир для меня на мгновение замер. Что делать? Я игнорировала его звонки, но я даже не стала разбираться в ситуации и слепо поверила снимкам на первой странице, даже не удосужившись обсудить это с лучшим другом. Конечно, у него, наверняка, есть объяснение этому недоразумению. Но сейчас мне нужно было кое-что большее. Мне очень хотелось увидеть его. Своими глазами. Прикоснуться, обнять. Так сильно, чтобы он понял, как я скучаю. План возник неожиданно. Я никогда не была непредсказуемой, но то, что я сейчас решила, даже меня удивило. Я, полностью решившись, заявила Шерри. - Мы летим в Лондон.

***

- Не понимаю, как ты на это решилась? – Шерри присвистнула и откинулась на спинку своего сидения. «Дамы и господа, наш самолет сейчас совершит посадку. Просим вас занять ваши места, привести спинки в вертикальное положение и пристегнуться. За окном небольшой дождь, температура пятьдесят градусов по фаренгейту. Благодарим вас за то, что воспользовались услугами нашей компании. Спасибо за внимание.» - Не знаю, - я защелкнула ремень безопасности, - просто решила, что иногда нужно поступать безрассудно. Так, как хочу. Шерри самодовольно улыбнулась. - О, да, детка. Я так долго ждала того момента, когда ты, наконец, проявишь инициативу. Ура! Я рассмеялась. - Нет, это не то, о чём ты подумала. Имею ввиду, что мне просто захотелось его увидеть. - И самой проверить, что за пассия вьется вокруг него, - закончила она за меня. - Мои побуждения не так уж и эгоистичны, - вскинулась я, - я уверена, он сам будет рад меня увидеть. Или нет? Маленькое существо по имени Сомнение царапало меня изнутри, оставляя длинные глубокие борозды. У меня нет повода сомневаться в Томе! Или есть? - Мисс, - к нам подошла стюардесса, обращаясь к Шерри с приторной неестественной улыбкой, - попрошу Вас привести спинку Вашего кресла в вертикальное положение. От её улыбки исходил яд. Шерри это тоже не понравилось. - Конечно, - она широко улыбнулась, не отводя от неё своего пристального взгляда. Ого, страшный взгляд Шерри. Она могла так выпучить свои глаза и смотреть так пристально, что сразу становится неловко и неприятно. Улыбка стюардессы в мгновение соскользнула с лица, и та ретировалась. Я ухмыльнулась. - Зачем ты это сделала? - Она меня взбесила, - мы вместе рассмеялись. Я поняла, как мне этого не хватало. Мы будто так давно не общались, что даже забыли, как это бывает. - Шерри, - начала я, но умолкла. - Что? Я помедлила. - Шерри, я хочу спросить. Я понимаю, это странно, но… Она непонимающе уставилась на меня. Я занервничала – я не всегда могла подобрать нужные слова. - Шерри, - сколько можно повторять её имя? Она знает, что она Шерри! Я мысленно отругала себя и попыталась продолжить. – Послушай, я знаю, как это бывает… - Ты о чём? ГОСПОДИ, НЕ ПЕРЕБИВАЙ МЕНЯ! Я едва не свихнулась. - Я имею ввиду меня и Тома. Если… - Боже, какое страшное слово «если», - если мы будем вместе, как ты будешь на это смотреть? На её лице отразилось понимание, она отвела взгляд. - Ну, - она нервно рассмеялась, - успокойся. Наши с ним отношения изначально были определены на провал. У нас не было чувств друг к другу. Лишь отчаяние, боль и пара бутылок пива. - Я спрашиваю, потому что понимаю каково это. Это странно. Она одернула меня. - Успокойся, – она уверенно улыбнулась. – Я привыкну. Я привыкну… У меня возникло дежавю, где я так же убеждаю Шерри в этом. У меня так и не получилось привыкнуть. - Нет! Шерри, я знаю, это сложно и трудно, но… - Но в отличие от нас с Томом, у вас есть чувства. Скрытые и истинные. Не важно, что буду чувствовать. Я рада за вас, и не думай больше об этом, хорошо? Я улыбнулась. Как я раньше могла сомневаться в том, лучшая ли она подруга? Да, странная. Да, эгоистичная. Да, безрассудная. Но лучшая. Самая лучшая. Самолет совершил мягкую посадку. Мы не брали много багажа, только парочка небольших саквояжей, которые мы взяли с собой в салон. А поэтому нам не пришлось стоять в очереди за багажом. Мы сразу же отправились в прокат автомобилей. Шерри как раз заканчивала заполнять документы. - А ты уверена, что справишься с этим? – спросила я. – Ты раньше пробовала левостороннее движение? - Ээ, нет, - созналась она, не обращая внимания на моё перепуганное лицо, - но уверена, это просто. - Может, лучше возьмем такси? – неуверенно предложила я. Шерри возмущенно зашипела. - Вот ещё. Зачем нужны права, если нельзя ездить по городу? А тут такой шанс! - Шанс выехать на магистраль и умереть, - проворчала я. - Ты во мне сомневаешься? - Я сомневаюсь лишь в твоей способности вождения. Ты раньше как-то не часто практиковалась. Точнее, ты просто получила права и засунула их в сумочку. - Ох, заткнись! Она получила ключи, и мы отправились на стоянку. - А вот и наша красавица! Синий драндулет пискнул, отзываясь на призыв Шерри. Мы сели в него и осторожно выехали. Должна признать, Шерри на "ура" справилась с выездом, что, наверно, самое сложное, помимо парковки. Мы ехали долго. Машина тарахтела, а выхлопная труба взрывалась хлопушкой. Машина подпрыгивала на каждой кочке. Вскоре у меня разболелась голова. - Ты уверена, что мы доедем? - Да, говорю же. Посмотри по карте, сколько ещё ехать. - Судя по карте, его дом ещё через… несколько миль. Довольно далековато, кстати. Нам сейчас налево и прямо до большого шоссе. Там направо. - Хорошо, - она хотела повернуть направо, но тут же оглушительно прогудела мимо проезжающая машина. - О, Господи, что случилось? – Шерри тихо выругалась. - Здесь нельзя поворачивать, наш поворот дальше. Ненавижу Лондон, - процедила подруга сквозь зубы. Несколько машин, что стояли позади, гудели, требуя проезда. Шерри наспех нажала на газ, и мы поехали дальше. Я решила позвонить Тому, на всякий случай. Мало ли… Гудок. Гудок. Гудок. Казалось, он раздумывал, брать ему трубку или в ответ игнорировать меня. Но он взял. Его голос был беспокойным, настороженным и удивлённым. - Эва? - Привет, Том, - я сглотнула. - Привет, - молчание, - ты… ты что-то хотела? Чего я хотела? Дай подумать. Ах, да, я тут приехала в Лондон, чтобы своими глазами увидеть ту шалаву, с которой ты сосёшься на всех обложках желтой прессы. - Я… - нельзя так сразу говорить ему, что я в Лондоне, - я хотела извиниться за то, что не брала трубку. Молчание. Том тяжело вздохнул. Он не злился на меня. Он попросту не умел на меня злиться. Может, немного расстроился, но не злился. - Я беспокоился. Шерри толком ничего не объяснила, что случилось. Она лишь наорала на меня, облила матом. Я так понимаю, вы помирились? - Да, ха-ха, - я попыталась разрядить обстановку смехом, но он получился какой-то нервный, будто я кашляла. Я поспешно заткнулась. Тома вдруг прорвало. - Эва, я ничего не понимаю. Сначала мы общаемся, и всё так хорошо. А потом ты начала меня игнорировать. Я беспокоился, не понимал, что случилось и в чём моя вина. Я не знаю, может, я сделал что-то не то? – он прервал свою тираду так же внезапно, как и начал. Сделал что-то не то? Хм, да. Твой язык просто вдруг оказался в глотке какой-то стервы. Я выдохнула, пытаясь успокоиться. - Я хотела это обсудить с тобой с глазу на глаз. - Да, но прости, я в Лондоне. Я думал, ты не против, что я согласился на съемки. - Да, я знаю. Поэтому я сама приехала в Лондон! – выпалила я. - Что? – он был искренне изумлен. – Ты приехала сюда, чтобы поговорить со мной? - Да, - я улыбалась, как дура, сама не знаю почему, а Шерри ехидно подсушивала разговор. – Я решила приехать. Я уволилась с работы. - Правда? Это… это замечательная новость! – воскликнул он. Все вокруг были рады изменениям во мне. - Да, я тоже рада. Но я не об этом. Давай встретимся и всё обсудим. Мы сейчас с Шерри едем к тебе. Не знаю, доедем ли, это левостороннее движение… Я не успела договорить. В ушах вдруг застыл жуткий шум, лязг тормозов и скрежет металла. Но перед всем этим я услышала, сама не знаю как, тихий голос Шерри. Она повернулась ко мне с ужасом в глазах и выдохнула «Эва», и в тот момент с моей стороны на нас наехала другая машина, более крупная. Сама не знаю, как успела это заметить. Всё происходило так быстро и так медленно. Секунды тянулись, словно вовсе остановились. Но вот голос Шерри: «Эва!». Истерический, испуганный. Казалось, это не остановится никогда. Но вот машина, которая наехала на нас, остановилась. Я секунду пыталась удержаться, но обмякла и выронила телефон. Моя голова упала на спинку кресла. Я чувствовала всё и в то же время ничего. Боли не было, лишь кошмарное ощущение неудобства. Неудобство оттого, что согнутый и искореженный металл упирался мне в ноги, а рука была неестественно выгнута и ныла. Но боли не было, и сознание было ещё при мне. Но я была не в состоянии сдвинуться с места. Но голос Шерри умолял меня вернуться из состояния оцепенения. На минуту, но лишь на минуту я увидела и услышала всё. Испуганный голос и крики прохожих, клики Шерри, которая тормошила моё плечо. Я чувствовала теплую жидкость, текшую по плечам и ногам. Я слышала даже голос Тома из трубки, которая упала куда-то вниз. Но, когда эта минута прошла, я продолжала чувствовать лишь неудобство. Не боль. И слава Богу, что её не было. Я могла спокойно уснуть. Единственное, что я хотела – это спать. И я провалилась во тьму.