Ты должен мне деньги, Томлинсон

POV Луи Томлинсон

— Я ухожу! — прокричал я в квартиру, чтобы оповестить об этом Шарлотту. Ребенок, благо, не спал, поэтому я мог позволить себе это. В последние дни весь мой график соответствует графику сна Присциллы. Шарлотта тут же вышла в холл с ней на руках и уставилась на меня так, будто я пришелец какой-то, хотя ничего такого, по сути, я не сделал. — Куда ты? — настороженно спросила она, нахмурив брови. — У меня важная встреча, — отмахнулся, попутно открыв входную дверь. — Не жди к ужину. Буду поздно, — бросил напоследок и быстро выбежал, не желая слушать ее нытье о доверии, ну, и это типичное: «у мужа и жены не должны быть секреты». Должны! Еще как должны! Особенно если не хочешь слышать истерики жены по поводу встречи с бывшей. В ее любимом кафе я сидел и просто ждал, оглядываясь по сторонам и прикидывая, сколько фотографов уже набралось. Я видел как минимум трех: один скрылся за зданием напротив, второй сидел прямо напротив меня и делал вид, будто читает, но я достаточно давно в шоу-бизнесе и точно знаю, что эти «мошки» готовы на все ради хорошего фото. Даже скрыть камеру в книге. А третий сидел в машине позади меня и тихо наблюдал за тем, как я заказываю себе холодный кофе и жду Элеонор. Она появилась достаточно быстро и, не сказав не слова, присела напротив, сняв попутно солнечные темные очки. — Трое, — прошептала девушка. — Знаю, — усмехнулся я, чуть искривив губы в улыбке. — А ты все еще считаешь их, перед тем как сесть за стол? — Я же должна знать, какую позу принять, чтобы выглядеть хорошо с любого ракурса, — хихикнула она и жестом позвала официанта. — Кстати, привет. — Привет, — не очень уверенно произнес, невольно начав теребить пальцы на руках, чувствуя напряжение в теле. — Ванильный Латте и маффины с черной смородиной, — приветливо улыбнулась и сделала заказ. — Не боишься, что твоя жена узнает о твоей встрече со мной из-за этих троих? — Во-первых, я ничего не боюсь, — гордо выпрямился и широко улыбнулся. — А во-вторых, я запретил ей заходить в сеть. — Не хочешь, чтобы она знала о твоих похождениях? — Почти… беременным волноваться нельзя. Ну, я запретил еще тогда, — поправил. — А, точно, хейтеры, — догадалась девушка и уверенно закивала. — А вообще как дела? — Превосходно, — поджав неловко губы, ответил. — Семья, ребенок… мама вот только сегодня утром уехала. Ну, она приезжала к нам, чтобы повидать Присциллу. — Знаю-знаю, она звонила мне, — шокировала она. Чуть нахмурившись, я прислушался, когда услышал, что… мама ей звонила? Я еще долго не мог найти слов, чтобы выразить шок, но Элеонор всегда каким-то образом знала, что у меня на уме и что я хочу сказать. — Я рассталась с тобой, Луи, а не с твоими родственниками, — напомнила девушка и приняла заказ от официанта. — Благодарю, — нежно улыбнулась парню. — Она просто решила со мной повидаться. Ничего особенного. Говорила о тебе, о твоей жене, о твоей дочке. Сказала, что ты назвал ее в честь нее, чуть не расплакалась. — Да-да, — как-то особо без энтузиазма пробубнил, не придав значения ее рассказу — все еще в голове крутилось то, что они виделись, а я до сих пор не знал об этом. — А когда вы виделись? — Буквально вчера вечером. После вечеринки у Найла. — На котором Гарри его побил? — Ты уже в курсе, — сухо проговорила и отпила свой латте. — В любом случае, я с ней встретилась. Мы очень хорошо поговорили за чашечкой твоего любимого чая. — Мило. — Да. Ситуация быстро зашла в тупик, когда я понял, что нам совершенно не о чем поговорить. Она молча пила свой кофейный напиток, изредка посматривая на меня уголком глаза, и робко поедала маффины, все стесняясь чего-то. Да и мне не очень было удобно. Вновь появились неловкие чувства к камерам. Я все потирал вспотевшие от волнения руки о джинсы и оглядывался по сторонам, замечая объективы камер. — Э-эм, — протянул я. — Ты рассталась с Гарри? Зачем я это спросил? Я же не хотел! — Ну. Я не знаю, но мы больше вместе не живем, — неловко ответила она. — Пенелопа сказала, что вы расстались, — нахмурился в недоумении. — Это сучка все что угодно скажет, чтобы он был рядом. Она ненавидит меня только из-за того, что я была с ним в одной постели. Не самая приятная для меня тема. Как только она затронула ее, я быстро обернулся, чтобы не видеть ее глаз. Просто не хотел слышать такое. Я привык к тому, что Элеонор всегда была моей. Слышать о том, что она принадлежала другому — нет. Злость прошлась по венам, и я гневно зажал кулаки в руках, но продолжал улыбаться, чтобы не показаться враждебным. Иногда я просто не могу контролировать свои эмоции. Иногда я просто не хочу их сдерживать. Но сейчас я должен. — Ему будет очень плохо, если он снова позволит себе тронуть ее, — тон ее голоса затих. Она чуть наклонилась ко мне, чтобы сохранить конфиденциальность информации. Она переживала за него так, как переживала только за меня. Когда-то. — Луи, я здесь не для того, чтобы налаживать с тобой отношения, — словно ножом в спину ударила. — Я хочу, чтобы ты помог мне. Он не достоин тех страданий, которых принесет ему она. — Ты сказала, что я тот урод, в которого ты влюблена, — смотрел в одну точку, переваривая информацию. — Это была оговорка? Ты имела в виду: урод, в которого ты БЫЛА влюблена»? Она затихла, все не находя слов для ответа. Поправляла волосы. А она всегда поправляет волосы тогда, когда она не может сказать того, что хочет. Боится меня обидеть? Какая странность. Я бы на ее месте просто ненавидел себя и ни за что не пошел бы в людное место. Точнее, вообще не пошел бы на встречу. — Сейчас дело нас не касается, Луи, — просто ответила она, чуть коснувшись фалангов моих пальцев. Тут же одернула руку и поджала их под себя. Посмотрев на ту область руку, я увидел свое обручальное кольцо. Взгляд просто застыл на этой маленькой круглой вещице. А я вновь вернулся в Вегас, вспомнив то, как познакомился со своей нынешней женой. А я ведь до настоящей свадьбы даже вспомнить не мог, что она простая танцовщица «го-го» в местном отеле-казино. Подняв взгляд на Эль, я улыбнулся ей и сделал вид, что я просто ее друг, который будет совсем не против помочь ей в ее чудной затее остановить Гарри и Пенни от ошибки. Как будто этому вообще возможно помешать, ха. — Ты женат. У тебя ребенок, — прикрыла обреченно глаза, сдерживая порыв эмоций. — А я все равно не могу ненавидеть тебя. Почему? — голосок дрогнул. Я пожал плечами и ответил дежурной фразой, которой всегда отвечаю, когда Шарлотта говорит, что любит меня. — Может, потому что я суперпривлекательный? — Я тебе сейчас в нос дам, — просарказмила девушка, отсмеявшись своим словам. — Вообще не поменялся. — Идеальным меняться некуда, — отмахнулся я, отпив холодного кофе и подмигнув ей. Она звонко засмеялась, аж сердце дрогнуло, когда я услышал столь желанный смех этой шатенки. Шарлота тоже шатенка, но она почти никогда не смеется. Особенно в последнее время, когда не спит вместе со мной ночами и ухаживает за девочкой. — Теперь мы можем ехать на наше место? — спросила, все еще искренне улыбаясь после звонкого смеха. Я кивнул и встал с места. Помог ей встать и, взяв за руку, повел к машине, попутно набрав номер Престона: — Код «Мистер и Миссис Смит», громила, — быстро произнес, как только он взял трубку, и, не дождавшись его ответа — точнее тупых вопросов — сбросил вызов и залез в машину. Она всю дорогу смотрела в окно и удовлетворительно улыбалась, наслаждаясь музыкой из магнитолы, иногда подпевала. У нее никогда не получалась так хорошо, как хотелось бы, но я терпел и просто улыбался, надеясь, что мы скоро приедем. Где-то на перекрестке я остановил машину и вылез из нее, чтобы встретить удивленного Престона, который приволок мне новую машину. — Ах, ты сукин сын, — осуждающе произнес, но все же протянул мне ключи. — Здравствуй, Элеонор, — приобнял ее, сменив гнев на милость. — Привет, громила, — хихикнула. — Эй, — возмутился и указал Эль на машину, чтобы она поскорее садилась, пока папарацци не поняли, что я уже в другой тачке. — Если Шарлотта спросит, я все ей… Тут же бросил на него грозный взгляд, пока он не закончил свой тупой шантаж. Тот сразу вскинул руки и быстро направился к моей прежней машине. — Не хватало проснуться утром полностью перемазанным в зубной пасте. У меня чувствительная кожа, — бурчал большой папочка, пока открывал дверь. А я просто широко улыбался, покачивая головой. Почему все не может быть так просто, как сегодня? Это же ведь просто превосходный день. Мы быстро приехали в потоемный уголок, где мы встречались чаще всего раньше. Она села на холодную сырую землю и просто включила свой плеер. Начал петь Ширан со своим «Thinking out loud». Я присел рядом и просто замер, когда она легко взяла меня за руку. Все внутри забурлило, словно я вода в чайнике. Господи, какой отвратительный пример, но это единственное, что приходило мне в голову. Она чуть провела себя по оголенной руке и приобняла себя, чувствую прикосновения холодного ветра. Нервно сглотнув, я посмотрел на ее кожу и просто возжелал провести по ней рукой. — Я забыл куртку в машине, — быстро сориентировался и поднялся на ноги. — Сядь на место, Томлинсон, — приказала, а я нахмурился, до конца так и не поняв ее намерений. — Прости? — громко переспросил. — Сядь на место. — Ты не можешь мне приказывать. Вспомни, у кого из нас ч… — Прекрати! — резко прервала меня и встала на ноги так же, как и я. — Ты невыносим! — прорычала, глядя мне в глаза. — Скажи это еще раз, — прошипел я, сделав пару шагов к ней так, что я оказался в дюйме от нее. — Но так, чтобы я поверил, что тебе это не нравится, — самодовольно ухмыльнулся. Опустив взгляд, она уставилась на мои губы. Заметив это, я чуть облизнул их, попутно прикусив немного нижнюю. Я буквально чувствовал, как сильно бьется ее сердце от желания прикоснуться к ним. — Отвези меня домой, — быстро произнесла, отступив назад. Черт! Руки вновь сжались в кулаки, а я нервно прикрыл сильно глаза, мысленно считая до пяти… десяти. Глубоко дышал, чтобы справиться с налетевшим желанием. — Обожаю, когда ты так делаешь, — смеялась она, а я открыл глаза и, кротко улыбнувшись ее наивности, быстро подошел к ней, обхватил двумя руками ее маленькое лицо и поцеловал. Первые пять секунд она строила из себя недотрогу, пыталась вырваться, побивала меня по спине и пыталась убрать мои руки, но все же сдалась и, опустив руки, притянула меня ближе к себе за край футболки. Это позволило мне расслабиться и убрать руки с ее лица, опустить их к талии и обнять ее, крепко прижать к себе. Ее мягкие губы пахли ванильным латте, а сам поцелуй отдавал маффинами с черной смородиной. И мне это чертовски нравилось. — Все еще хочешь домой? — спросил тихо, соприкоснувшись с ней лбами, а она тяжело дышала и улыбалась. — Да, хочу, — отпрянув назад, ответила, сильно удивив меня. Приняв ее ответ, я повел ее обратно к машине и набрал Престона, чтобы он ехал обратно. Помог ей сесть за пассажирское, но сам долго не решался сесть за водительское. В голове я слышал то, как плачет моя малышка. Я чувствовал себя последним ничтожеством из-за того, что сделал с ней. С моей маленькой Присциллой. Облокотившись о капот, вытащил пачку сигарет и закурил, посматривая за то, как крутится это дурацкое колесо обозрения вон там далеко. Сделав последнюю затяжку, выбросил окурок и сел вперед. Мы ехали молча, затем, сменив машину, я повез ее прямо к ней домой, где у крыльца ее ждал ее дружок Макс. — Странный он, — впервые произнес я за последние полчаса. — Мы так и не поговорили насчет Гарри и Пенни. — Это их дела. Не наши, — сухо произнес до того, как она покинула мою машину.

POV Гарри Стайлс

Я как всегда сидел у ее двери и пытался извиниться за то, что делал. Маленький обидчивый ребенок, который вновь закрылся у себя в комнате! И все из-за чего? Из-за того, что я, видите ли, сделал ей подарок. Ну, да, согласен, подарок немного с подколом, но, блин, о таком мечтают все наши фаны! А она одна из них. Что именно я сделал? Я всего лишь развесил пару плакатов по ее комнате с нашими автографами, поставил на ее стерео наш последний альбом, зафолловил ее в твиттере, инстаграмме. Ну… подумаешь, купил пару чехлов для ее телефона с нашими изображениями. — Тебе не нравится? — сквозь стену громко просил, а она опять лишь сделала громче свое стерео. Только теперь я мог подпевать своим соло. — Вот почему я не говорила тебе, Гарри! — так же громко ответила Пенелопа, затем я услышал очень громкий шорох и встрепенулся, выпрямившись в спине и прижавшись к двери ухом, чтобы услышать лучше. — С тебя новый ноутбук! Ах да, еще я поменял фон на ее рабочем столе на фото последней фотосессии, которую, кстати, еще никто не видел. Это было одновременно и смешно, и страшно потому, что именно такую реакцию от нее я и ожидал. Словно месть сладким медом стекает по венам, но я боялся того, что она может меня ударить. Не то, чтобы она больно бьется, нет. Я почти уверен, что я даже не почувствую, ибо она очень хрупка. Да, я боюсь, что она сломает себе что-нибудь, потому что, смотреть выше, она очень хрупка. — Хорошо, — крикнул я в ответ, потому что музыка играла черес чур громко. Потом последовал еще один громкий удар чего-то о стену. Я крепко прикрыл глаза, затем снова прислушался к тому, что происходит в ее комнате, потому как музыка тут же перестала играть. — И новое стерео! — добавила Пенелопа, а я широко улыбнулся ее реакции. — Окей-окей, можешь даже свой айфон разъебать, только открой дверь, — попросил я, погладив дверцу в ее комнату. Услышал шорох тише прежнего, я быстро отскочил в сторону и ждал, когда она откроет — слышал шаги за дверью. Открыв, она стояла у порога в своей боевой позе, скрестив руки на груди и грозно уставившись на меня, выказав мне обиду за то, что я ее легонько постебал. — Айфон новый тоже с меня? — спрятав руки в карманы, я поджал губы, пытаясь скрыть факт улыбки, а точнее желание просто проорать в голос. — А ты полагал, что нет? И вообще с чего ты взял, что, раз я ваш фан, мне все это нужно? — развернувшись, она прошла к своей кровати, размахивая гневно руками. — Я просто слушаю вашу музыку, Гарри. Да, интересуюсь вами чуть больше, чем следовало бы, но это не значит, что можно надо мной издеваться! — кричала, сев на край кровати. Отодвинулась к подушкам и собрала под себя ноги, позволив и мне сесть рядом. — Теперь, когда я знаю, что ты мой брат, мне вообще неинтересны эти безделушки. — То есть… — уверенно произнес я, указав на свой плакат с автографом, — мне стоит это убрать? — Только коснись моей прелести, — прорычала. — Уберешь после того, как я это выложу в твиттер. В свой новый, благодаря кое-кому, аккаунт! Выпрямившись, я гордо улыбнулся и посмотрел на нее. Она с отвращение отвернулась в сторону, закатив глаза. — А чья ты герл? — спустя несколько минут молчания спросил я. — Неважно, — буркнула. Я подсел ближе к ней. — Да ладно тебе. Скажи. Между нами, девочками, ты больше фанатела от кого из нас? Выпрямившись в осанке, она приблизилась ближе к моему уху, сглотнула и томно произнесла: — Я всегда фанатела от… Найла, — отстранилась и посмотрела самодовольно в мои глаза, усмехнувшись моей реакции. Мы будто поменялись местами. Ну а я просто замер, не веря своим ушам. Тогда почему она с ним просто дружит? Ее кумир так близко. Ее кумир хочет, чтобы она была с ним, но она отказывается. Все из-за того, что я ее брат? Господи. Такое ее точно не должно останавливать. Подняв на нее недоумевающий взгляд, я заметил, что ее губы очень близки к моим, что она коварно улыбается тому, как я нервно сглатываю. — Обманули дурака на четыре кулака, — медленно и тихо произнесла, чуть приблизившись и легко коснувшись моих губ. — Приятно познакомиться, Я Пенелопа Роналд и я Гарри-герл, — прошептала мне в губы и, обвив мою шею, поцеловала. — Только посмей сделать такое снова, Гарри, — отстранившись, встала на ноги, но я особо не понял, что именно? — Что? — Весь этот цирк! — указала на обломки стерео, ноута и телефона. — Хорошо, — ответил и встал рядом с ней, осматривая весь нанесенный ею ущерб. Она взяла меня за руку, но не смотрела на меня — на обломки техники. А я не мог на этом сосредоточиться, потому что думал о том, что вновь, спустя полгода, коснулся ее губ, а она даже значения этому не предала. Из-за тупой диеты ее губ не назовешь пухлыми, но, несомненно, их хочется поцеловать вновь. Я просто влюблен в нее, и я ненавижу себя за это. Я хотел попросить ее дать мне еще один шанс, попросить сказать мне снова «да», но стоило мне только открыть рот, как она тут же ответила: — Нет. — Я даже не спросил. — Ты сейчас в супер-романтическом настроении, Гарри, ты потом пожалеешь и снова позвонишь отцу. Нет! — повторилась и отправила меня на кухню за мусорным ведром и веником. — Не позвоню, — уверял ее я. — Меня все в любом случае устраивает. Телефон, — потребовала, выдвинув ко мне расправленную ладонь. Я дал ей свой телефон и принялся убирать весь этот бардак, который она устроила. А она сидела и просто читала ленту. — Вот это лал! — выпалила и уставилась на телефон с широко раскрытыми глазами. — Ты не поверишь! — Что там, — отбросив все, подошел в ней и отобрал свой телефон, так же ахнув от шока. — Капец. А он быстро, — прокомментировал увиденное:

«Элеонор Кодлер и Луи Томлинсон были замечены сегодня в местном кафе. Как утверждают очевидцы, они попивали кофе и мирно общались, все время улыбаясь. Затем пара куда-то уехала. Интересно, что думает насчет этого жена вышеупомянутого Луи Томлинсона?»

— Нужно срочно в твиттер, — вырвала у меня из рук телефон девица, но я забрал его обратно и просто набрал телефон друга. — Хэй, Томмо, — жизнерадостно начал, но лишь позже вспомнил, что последняя наша встреча не увенчалась успехом. — Как дела? — Мне неинтересно, что ты там делаешь с Пенни. Просто постарайся не светиться на камеры, — пробурчал парень. — Себе такое посоветуй, — ответил. — Твои фото с Эль уже везде. — И что с того? — Ты женатый человек! — напомнил. — Это не значит, что у меня не может быть друзей-девушек. — Ну да, а Эль стала тебе другом сразу после того, как мы расстались! — Удачное стечение обстоятельств. Все, пока, — сбросил. И как это, блять, понимать? Всего день прошел с того, как я не в паре. Об этом даже мало кто знает. А этот папаша шляется с ней по кафешкам и говорит, что это ничего не значит! — Ну и..? — спросила Пенни, когда я убрал телефон от уха. — Нужно звонить Престону. Если Луи воспользовался кодом «Мистер и Миссис Смит» — беда.