Suffer the Children

Драко Малфой любил ощущение рта на своем члене. Горячего, влажного и умелого языка, облизывающего напряженную головку и выпуклые вены, гладкость внутренней стороны методично всасывающих щек. Умелая рука скользнула ниже, поглаживая и осторожно сжимая яйца, он сполз чуть ниже и развел пошире ноги, чтобы дать опытным пальцам простор для маневра. Драко чувствовал тепло камина и сквозь сомкнутые веки видел мерцание его пламени. Тихо вздохнув, он провел длинными пальцами по густым мягким волосам человека, пристроившегося у него между ног. Короткая щетина кольнула подушечки пальцев, когда он погладил квадратный подбородок, чувствуя приближения сладкой истомы. По крайней мере, этот точно знает, что нужно делать. Нажав на затылок мужчины ладонью, он заставил его увеличить скорость движений, поскольку яйца уже распирало, а другой рукой потянулся за коньяком и сделал медленный глоток. Тепло прокатилось по горлу до живота. Драко поставил хрустальный бокал, не пролив ни капли, и облизал губы, сообразив, что хоть происходящее не вызывало особенного восторга, но и скучно ему не было. Большую часть времени его мучило именно это чувство – скука. Сквозь треск поленьев в камине Драко различил негромкий мягкий звук и открыл глаза. Блики огня играли на мягких каштановых волосах, на широких плечах и руках, придерживающих его колени. Малфой посмотрел в сторону и увидел, что его мобильник мигает красным огоньком входящего звонка, и слегка потянулся, чтобы его взять. Когда он взял его в руки, мужчина поднял на него карие глаза и изогнул бровь в немом вопросе. - Это не займет много времени, - сказал в ответ Драко, - продолжай. Что его партнер и сделал, а Малфой нажал на кнопку приема и раскрыл телефон. - Лучше бы это было чрезвычайно важно, - спокойно сказал он, наблюдая, как его член влажно поблескивает в свете пламени, когда мужчина между его бедер выпустил его изо рта, влажно прищелкивая языком по напряженной головке. Он улыбнулся партнеру. - Мне делают отличный минет, и я возмущен твоим вмешательством. Полные губы улыбнулись ему в ответ и плавно насадились на член до упора. - Когда это такое было? – лукаво спросил Блейз Забини, его слегка измененные телефоном, но самодовольные интонации голоса показывали, что он настоит на своем в любом случае. - Иногда бывает, - фыркнул Драко. Горло его визави мягко сомкнулось на члене, и он тихо вздохнул. - Прекрасно, - прошептал он человеку на коленях. - Так что же ты хочешь? Потому что этот минет действительно заслуживает всего моего внимания, и ты мне мешаешь. - Боже, Драко! – возмутился Блейз. – Если бы это было не так важно, я попросил бы тебя перезвонить. Но это важно. Драко поднял бокал с коньяком и сделал еще один глоток. - Слушаю. - У меня была сова, - сказал Блейз. – От твоего отца. Рука Драко слегка замерла, когда он ставил назад бокал. Он глубоко вздохнул и преувеличенно аккуратно поставил его на стол. - А это не могло подождать, Забини? – ехидно спросил Малфой. – Я не могу сначала кончить, а уж потом обсуждать моего папеньку? - Не могло, - ответил Блейз. – Это действительно очень важно. - Вот как, - медленно и спокойно произнес Малфой. – И что же старый ублюдок сделал на этот раз? - Он нашел тебе клиента. Драко позволил своим глазам закрыться, скептически приподняв уголки губ. - Я думал, что мы решили больше не связываться со знакомыми моего отца. Почувствовав, что клиент, чей член он обрабатывал, отвлекся, мужчина между бедрами Драко удвоил скорость и интенсивность движений. Малфой хмыкнул и погладил его мягкие волосы, которые все же были неправильного цвета вне зависимости от того, какой умелый рот к ним прилагался. - Я считаю, что мы должны сделать исключение, - осторожно сказал Блейз, и Драко тут же напрягся. - И почему, собственно? Возбуждение снова вернулось, и Драко приподнял бедра. Поняв намек, партнер обхватил губами головку и рукой начал быстро двигать по всему члену. - Клиента зовут Максвелл Ставендиш. Малфой распахнул глаза и быстро моргнул, но его мозг все равно отказывался верить в услышанное. - Минуту, Блейз, будь любезен, - вежливо попросил он и прижал телефон к груди. Вздрогнув и медленно выдохнув, Драко почувствовал, как оргазм прокатился по всему телу, приятно, но без особой остроты. Достаточно, чтобы почувствовать удовлетворение, но не больше. Мужчина выпустил его член изо рта с тихим причмокивание и посмотрел на Драко, вытирая пальцем уголок рта. Он был привлекателен, Малфой признал это, еще раз окинув его взглядом: истинный англосакс с прямыми мягкими каштановыми волосами и зеленоватыми глазами, широкими плечами и скульптурной грудью. Но лицо было не то. И теперь, получив желаемое, Драко не собирался с ним церемониться. - Прекрасно, - пренебрежительно сказал он. – Твой гонорар на каминной полке. Полагаю, ты можешь быть свободен. Легкая тень пробежала по красивому лицу, но молодой человек промолчал. Он просто кивнул и застегнул брюки перед тем, как встать и забрать деньги. Драко был этому рад - последнее, в чем он нуждался, так это в разговорах со шлюхой. Мужчина остановился в дверях, бросил на него последний тоскливый взгляд и вышел из комнаты. Драко слышал, как он прошел по длинному коридору, который вел к выходу из его квартиры, и как закрылась за хастлером дверь. Затем вытащил из рукава палочку и бросил Запирающее и Защитное заклинания, и поднес мобильный ко рту. - Ставендиш, - резко сказал он, бросая на себя Очищающее заклинание. – Максвелл Ставендиш. - Это то, что я тебе сказал, - раздраженно повторил Блейз. – И ты один из самых хладнокровных мерзавцев, с которыми я когда-либо сталкивался в жизни. Бога ради! Ты сидел там, кончил, оплатил шлюху и выставил его за дверь. Это неестественно! - Это называется многозадачность, - сухо парировал Драко, зажав телефон плечом и застегивая брюки. – Не моя вина, что твой мозг отключается, как только встает член. Моя способность концентрироваться сделала тебя очень богатым, так что перестань ныть. Не все корчатся и стонут, когда кончают. Когда-то такое с ним бывало, но сейчас Драко даже не мог вспомнить, когда последний раз оргазм хоть немного увеличивал его пульс. Он помнил первый раз, когда такое случилось, но не собирался об этом думать. Уже нет. Драко сжал губы, одернул кашемировый свитер до пояса шерстяных брюк и переложил телефон к другому уху. - Ты, наверно, даже не потеешь, - продолжал ворчать Блейз. – Тебе хоть понравилось? - Конечно, мне понравилось. И это все, что тебе надо знать о моей сексуальной жизни. Что было сказано в послании отца? Блейз вздохнул. - Только то, что господин Ставендиш сегодня подошел к нему в Министерстве и он будет обедать у него в поместье. И что в твоих интересах к ним присоединиться. Возникла пауза. - Ты когда-нибудь объяснишь мне, почему эти чертовы совы из Малфой-мэнора не могут просто лететь к тебе? - Нет. Драко встал с кресла и посмотрел на себя в зеркало. Его отражение, конечно, было безупречно, каждая белокурая прядь лежала на своем месте. Легкий румянец разлился по скулам, но он знал, что он быстро исчезнет, его лицо снова будет бледным и мраморно-спокойным. Да, он сможет встретиться с отцом. Драко подошел к шкафу, скрытому в стене, нажал на панель и отошел назад, когда она тихо открылась. - Ты знаешь достаточно, - продолжил Драко в мобильный. Во встроенном шкафу загорелся свет, осветив множество мантий на латунных вешалках. Он бесстрастно изучил их все и, хмыкнув, выбрал одну из черного бархата с серебряными застежками в виде змеек. Он сомневался, что отец оценит иронию. Малфой накинул на себя мантию, тщательно застегнув ее сверху до низу. - Надеюсь, что да, - ответил Блейз. - Ты будешь ждать моего отчета о встрече, или у тебя другие планы на вечер? Драко нажал на панель, и она снова скользнула на место. - Нет, я буду дома. И хочу знать детали. Блейз сделал паузу. - Ты знаешь, что старик богат как Мидас? - Да, - сухо ответил Драко. – И совершенно безумен. Забини фыркнул. - Это когда-нибудь имело для нас значение? Драко нахмурился. - К сожалению, нет. Увидимся. Он отключил телефон и опустил его в карман мантии. Затем взял горсть летучего порошка из алебастровой вазы на камине. Сделал паузу, концентрируясь и успокаиваясь, и бросил порошок в огонь, вспыхнувший ярко-зеленым светом. - Дом моего чертового папаши, - мрачно сказал он и шагнул в огонь. ~ ~ ~ В свое время он решил появляться в родном доме как можно реже. Выйдя из камина в помпезно украшенной, но выглядевшей стерильной гостиной своей матери, он вспомнил, почему. Это была красивая комната, оформленная в кремовых тонах с добавлением селадонового оттенка зеленого, обставленная отполированной до неестественного блеска вишневой мебелью в стиле королевы Анны, где каждая подушка была брошена на безошибочно выверенное место. Но от этой совершенной элегантности веяло холодом. Она была необитаемой. Музейное собрание роскошных вещей, исключавшее что-либо современное или удобное. Поместье словно было оторвано от мира. И как только Драко вырос и стал самостоятелен, он сбежал отсюда. Его собственная квартира была гораздо меньше и совершенно лишена чопорности мэнора, но ему это и нравилось. Ему понадобилось несколько лет после окончания войны, но он обставил ее так, как ему хотелось. Теперь он видел родителей только, когда сам этого хотел или его вызывали. От этой мысли у Драко рефлекторно сжались челюсти. - Здравствуй, дорогой! В первый момент он не заметил матери, сидевшей на помпезном и наверняка мучительно неудобном кресле в углу комнаты. Она прекрасно вписывалась в эту подчеркнуто женственную обстановку шелковыми лепестками одеяния, безупречно уложенной прической, обрамлявшей прекрасное неподвижное лицо. Драко остановился и заморгал, он был не подготовлен к этому зрелищу. Привыкнув, сглотнув ком в горле, он подошел к матери. Нарцисса всегда была красивой женщиной. Фамилия Малфой была известна холодным очарованием своих белокурых представителей, и то, что она когда-то была Блэк, значения не имело. С такой внешностью союз между ней и наследником Малфоев был предопределен. И никто не удивился, когда они произвели на свет прекрасного белокурого сына. Они казались идеалом чистокровной семьи – богатые, уважаемые, влиятельные. Но пришла война, и патриарх рода занял не ту сторону. Это была ошибка, последствия которой Люциус все еще пытался исправить. Только благодаря его непревзойденной изворотливости состояние семьи осталось нетронутым. Он щедро раздавал взятки, чтобы сохранить поместье и прочее имущество. Прямо сказать, Люциус купил им место в обществе. Поразительно, как много были готовы забыть люди, если заплатить им за это правильную цену. Драко и сам построил свой отнюдь не маленький бизнес на слепоте властей и не был достаточно лицемерен, чтобы порицать за подобное окружающих. Драко подошел к матери и склонился в поцелуе над рукой, которую она ему протянула. Та была холодной, и только синие венки под кожей пульсировали теплом. Когда женщина задержала ладонь Драко в своей, он посмотрел в глаза, так похожие на его собственные. - Ты выглядишь… Она подняла другую руку и невесомо погладила сына по щеке. Та тоже была ледяной, и Драко почувствовал, как по спине пробежал холодок. - Но ты, как всегда, великолепна, не так ли? - Я стараюсь, - ее улыбка превратилась в легкий намек на ухмылку, и Драко ответил тем же. - Ты выглядишь как никогда очаровательно. "Это правда, - подумал он, - если не замечать дрожащую улыбку и морщины вокруг глаз и рта". - Я ужасно постарела, - легкомысленно ответила Нарцисса. – Моя мать даже в восемьдесят выглядела потрясающе. Видимо, во мне сказались гены отца. Но, - она элегантно вздохнула, - каждый должен делать все, чтобы сохранить свое достоинство. Я всегда умела пользоваться косметикой. Драко кивнул и отпустил ее руку с облегчением. Ему показалось, что его ладонь заледенела. Было время, когда они с матерью были очень близки. Но потом Драко вырос, обрел независимость, и его разногласия с отцом переросли в открытое противостояние. Тогда же закончилась и их дружба. Драко знал, что отец его ненавидит. Та ночь, когда он взялся за трость, застав сына в постели с Тео Ноттом, была достаточным доказательством. Отказ Драко жениться и произвести наследника, несмотря на его ориентацию, был последней каплей, и мать окончательно встала на сторону мужа. После этого они почти не разговаривали. Драко ушел из дома сразу после двадцатилетия. Поначалу ему было трудно, он работал учеником аптекаря, и денег едва хватало на жизнь. Но потом Драко начал вместе с Блейзом свое дело и больше уже не зависел от щедрости отца. Он знал, что Люциуса это бесило, отец любил власть, и ему нравилось воображать, что небольшие подачки по-прежнему позволят ему заставлять Драко делать то, что ему нужно. Но сын просто отказывался подчиняться. Драко не услышал, когда отец вошел в комнату. - Нарцисса, кажется, я приказал, чтобы мне сразу сообщили о том, что Драко здесь. От холодного голоса волосы на затылке Драко встали дыбом. Он повернулся, тщательно контролируя выражение лица. - Я только что прибыл, отец, - спокойно ответил он, глядя на Люциуса свысока. Он знал, что старшего Малфоя раздражал тот факт, что он был выше, по крайней мере, на четыре дюйма. – Мама едва успела поздороваться. Холодные глаза отца разглядывали безупречную мантию сына. Абсолютное отсутствие в них тепла когда-то испугало бы Драко, но не теперь. Люциус Малфой каждой клеточкой своего тела являл лучший образец изящного, богатого отпрыска древнего рода. Его мускулистое стройное тело было затянуто в дорогой бархат, подобный тому, из которого была сшита мантия сына. Длинные белые волосы были зачесаны назад и на затылке собраны в аккуратный хвост. - Ты, конечно, опоздал, - резко сказал Люциус, - я послал сову почти два часа назад. - В случае, если ты не заметил, - сухо возразил Драко, - я больше не бегаю к тебе по первому приказанию. К тому же, - он небрежно пожал плечами, - я был занят. Было непростительно грубо оторваться от моей… спутника в такой момент. Он усмехнулся, с наслаждением наблюдая, как шею отца заливает багровое пятно. - Ты будешь приходить, когда я тебе приказываю, - прорычал Люциус, Драко напрягся. - Я буду приходить, когда это меня устраивает, - ответил он. – Я больше не завишу от твоей щедрости и не обязан здесь находиться. И хотел бы напомнить, что согласился встретиться с твоим «другом», только если мне это будет выгодно. Подавив гнев, Люциус усмехнулся. - Ты готов встретиться с Максвеллом Ставендишем, потому что немногим лучше шлюхи, которая ложится под выгодного клиента. А он очень богатый человек. Драко прищурился. - Поверь мне, отец, - равнодушно начал он, - если бы я был всего лишь шлюхой, всех денег мира было бы мало для того, чтобы привести меня сюда. И моя «выгода», как ты красноречиво выразился, - ровно продолжил он, в то время как глаза отца сузились, - никогда не заставит меня разговаривать с тобой. Я видел «Пророк». Я знаю, почему я здесь. Оба Малфоя гневно застыли, когда звуки хлопков аппарации прорезали повисшую в комнате напряженность. Они повернулись на звук и увидели в дверном проем старика, сидевшего в инвалидной коляске. Он был некрасив, даже уродлив. Его массивную голову покрывали жидкие седые волосы, которые жирными прядями падали на плечи. У старика были красные слезящиеся глаза, большой бесформенный нос и неестественно перекошенный на одну сторону рот. За ним стоял другой мужчина, высокий, крепкий, лицо напоминало застывшую маску, но форма головы и носа были точно такими же, как и у человека в кресле. Трудно было не заметить родства. - Так-так, молодой Малфой, - прохрипел старик, глядя на Драко. Мурашки снова побежали по его коже. – Показываете отцу характер, не так ли? Кажется, породистый жеребчик закусил удила, Люциус, - продолжил он, повернувшись к старшему Малфою. Драко скрестил руки на груди - его не запугать ни Ставендишу, ни ярости, волнами накатывающей на него со стороны отца. - Надеюсь, вы меня простите, если я скажу, что считаю разговоры о породе чушью, - с отвращением сказал Драко. – Мы все знаем, что это просто ваш способ напомнить о важности чистой крови, которой у вашего собственного сына совсем немного. Щеки стоявшего за инвалидным креслом человека гневно побагровели, и он сверкнул на Драко глазами. Этот человек тоже вызывал мурашки. - Мы также знаем, что единственная причина, по которой я здесь нахожусь, - продолжил он, - это нужда в услуге, которую я могу предоставить, так почему бы нам забыть про все это дерьмо и не поговорить о деле? - Драко, мы не будем обсуждать дела в присутствии твоей матери, - прошипел Люциус, а Драко закатил глаза. - Все правильно, - мягко сказала Нарцисса, поднимаясь на ноги. – Я пойду в свою комнату, чувствую себя немного усталой. Я была рада увидеть тебя, - сказала она, подходя к Драко. Нарцисса положила руку ему на плечо и заглянула в лицо, а сын наклонился, чтобы принять поцелуй в щеку. Драко глубоко вдохнул запах ее духов и позволил себе на мгновение затосковать по утраченной близости. Но когда он выпрямился, выражением лица было снова безразличным. Нарцисса подошла к Люциусу и поцеловала его в щеку с видом такого обожания, что Драко почувствовал себя преданным еще раз. - Прекрасная женщина - твоя жена, - проскрипел старик, глядя вслед Нарциссе, идущей по длинному коридору. – Все еще красива и стройна в ее-то годы. И так очаровательно послушна и преданна. Вы, конечно, преуспели с ее воспитанием. Драко пришлось сдержаться, иначе бы его губы задрожали. - Как теперь всем известно, ваша жена, по-видимому, не послушна и не преданна, - сухо сказал он. – Обсудим вопрос ее воспитания? Вам есть что сказать? - Драко! – зашипел Люциус, его лицо покраснело, но старик рассмеялся. Он оценивающе посмотрел на Драко. - Мне нравится ваша смелость, молодой Малфой. И если вы так хороши в своем деле, как утверждаете… - Так и есть, - ровно ответил Драко. Интерес на лице старика усилился. - Тогда нам есть что обсудить, - он глянул через плечо. – К огню, Милош, - бросил он, и сын молча повиновался. Ставендиш, не обращая внимания на Люциуса, указал на кресло, с которого только что встала Нарцисса, и Драко в него сел. - Люциус, - прохрипел старик, - почему бы тебе не приказать подать на стол, пока мы с твоим сыном разговариваем… Краем глаза Драко заметил, как сжались челюсти Люциуса перед тем, как тот вихрем черного бархата вылетел из комнаты. Он бы никогда не повернулся к Максвеллу Ставендишу спиной.