Под знаком "Весёлого Роджера"

      Ранее утро. Только-только светает. Солнце лениво поднимается из-за своих безбрежных чертогов, освещая мягким розовато-оранжевым светом не только небо и водную гладь, но ещё и пристань. Портовый городишко Нексус островка Хувентуд, расположившегося посреди всем известного Карибского моря, с минуты на минуту готов засиять в рассветных лучах. Да, конечно, городок не Порт-Ройял, но всё же.       Крики чаек постепенно заглушаются морским прибоем и сливаются с начавшим просыпаться от беспробудной пьянки городком. Ну, не все, конечно, приходят в себя после ночной гулянки. Некоторые предпочитают пробуждению посапывание на улицах и в нескольких метрах от кабаков и таверн, насквозь пропавших табаком, выпивкой и потом, с разбитой бутылкой рома в руке. Но многие здесь, в основном, порядочные люди, хоть по ним и не скажешь, поэтому в это утро, как и в предыдущее, добросовестно встают на работу. Хотя не все поднялись в такую рань из-за треклятого заработка.       Внимание приковывает парнишка, хрупкий на вид и явно куда-то спешащий.       Паренёк быстро шагает, стараясь как можно незаметнее добраться до пункта назначения, виляя по узким переулкам, огибая тесные улочки и перешагивая через тела пьяниц, не без отвращения. Впрочем, выражение его лица нам не удастся увидеть, так как большая с широкими полями тёмная шляпа, больше походящая на пиратскую, надвинута как можно ниже на глаза, скрывая почти всё лицо от посторонних глаз. Простая парусиновая рубашка, немного, да что там немного, не по размеру, тёмные штаны, заправленные в высокие коричневые сапоги до колен, поверх рубашки — обыкновенная, ничем не примечательная жилетка, пояс… Этот юнец явно не хочет привлекать к себе излишнего внимания.       Вконец заплутав и запутавшись в огромном количестве поворотов, улочек и проёмов между домами, молодой человек подходит к первой попавшейся хозяйке таверны, стоявшей около своих владений и раскрывавшей старые скрипучие ставни. Запах перегара ещё не выветрился из неё, старое платье, затянутое до такой степени, что на всеобщее обозрение выставляется её далеко немаленькая грудь, — всё это не стало помехой для юноши, попытавшегося узнать кратчайшую дорогу к пристани. Та же на столь странный вопрос окинула мальца оценивающе-насмешливым взглядом с головы до ног и хрипло ответила, что осталось недолго — двести метров прямо и потом налево. Поблагодарив проводницу, парень, не теряя попусту драгоценного времени, направился прямо, следуя указаниям той уже достаточно немолодой женщины.       Поначалу парнишке казалось, что послушать брехню этой старой бабы было ошибкой. Но его мнение изменилось, как только перед ним предстала набережная. И вот она, пристань. Показалась из-за поворота, поблёскивая и отливая желтизной от столь яркого светила. Та самая, к которой он так долго и отчаянно шёл. Наконец-то.

***

      Молодой рыжеволосый моряк крепкого телосложения стоял на широкой палубе, оперевшись локтями о борт корабля. Прохладный утренний ветерок зарылся в его отросшие волосы, проникая между складками пожелтевшей свободной рубашки, рукава которой были небрежно закатаны по локоть. Вдохнув полной грудью свежий морской воздух, парень был готов закричать в голос, но сдержался — нельзя будить ребят. Им и так осталось чуть больше двух часов после трёх суток без сна.       Заметив поднимающееся из-за горизонта солнце, осветившее его приятным тёплым светом, причудливо отобразившись в прядях непослушной шевелюры, он только хмыкнул и вернулся к созерцанию просыпающегося города.       Он знал, какие ребята составляют добрую часть его населения, но всё равно собирался высадиться здесь. Пусть даже на пару часов. Но обязан был. От этого многое зависело. Здесь он мог найти нужных ему людей. И, конечно же, парни смогут здесь немного отдохнуть, например, побродить по местным заведениям, выпить рома, который уже почти на исходе, поякшаться с женщинами сомнительного поведения… Какая-никакая, а разрядка после столь неожиданных событий им была нужна. Да, пускай отдыхают. А он пока займётся отбором.       — Кэп, почти прибыли, — доложил высокий статный парень с тёмными взъерошенными волосами, слегка отливающими лиловым в предрассветных лучах и развивающимися от встречного ветра. Он стоял за штурвалом.       — Спасибо, Хисаги, — негромко ответил моряк, продолжая вглядываться в стремительно светлеющую даль. — Иди, прикорни, пока есть время. Я разбужу всех уже через пару часов, — добавил он, подходя к капитанскому мостику, и, легко перепрыгивая через ступеньки, поднялся наверх. — Иди, я сказал. Мне нужны живые бойцы, а не мёртвые герои, — усмехнулся он, но взгляд из-под вечно нахмуренных бровей был серьёзен. Или нет — всё-таки с щепоткой озорства. Парень с секунду посмотрел на своего капитана, вздохнул, а затем отошёл от штурвала:       — Ладно, только не доводите себя до полуобморочного состояния, как в прошлый раз. В крайнем случае, вас всегда прикроет Абарай, — бросил он напоследок и скрылся.       — Конечно-конечно, — пробормотал, ухмыляясь, молодой мужчина. — Буду я ещё его просить, чтобы он мне потом это полжизни вспоминал. Вот уж нет! — вновь усмехнулся он.       Положив руки на штурвал, рыжеволосый капитан блаженно прикрыл глаза. По всему телу пронеслась тёплая волна, начиная своё путешествие с кончиков пальцев и заканчивая его на конце каждого его волоска. Да, парень любил море. И это ещё мягко сказано.       Легко управляя кораблём, молодой капитан направил его к замаячившей на горизонте точке, рыжей, как он сам, на восходе солнца.       «Наконец-то. Осталось совсем чуть-чуть…»

***

      Дойдя до своей цели, паренёк принялся ждать. Чтобы не привлекать к себе внимания, он спрятался в тени близлежащего дома, усевшись на одной из бочек, что выгрузили с какого-то торговца.       «Если информатор не обманул, корабль должен прибыть ещё не скоро, но что-то мне не по себе... Лучше уж подожду, чем опоздаю... Член команды сообщил, что я в любом случае узнаю это судно. Судно. Ха, даже язык не поворачивается так называть этот корабль. Если бы тот мужик услышал, как я отзываюсь об их гордости, мне бы наверняка уже перерезали глотку, прежде, чем я успел бы чертыхнуться!» — пронеслось в голове прятавшегося, и он слегка усмехнулся. Да, с такими ребятами было опасно шутить. И болтать много с ними тоже себе дороже. Однако ж, он понял, если заслужишь их доверие и уважение, за свою жизнь можешь не беспокоиться.       Стало ещё светлее, почти как днём. И с каждой минутой солнце поднималось всё выше и светило всё ярче и ярче. Парнишке стало жарковато. Благо влага, отданная морем, помогала совсем не спечься. Он чуть приподнял край шляпы, давая возможность свежему ветерку добраться до лица. Всё ещё держа руку на полях шляпы, паренёк начал рассматривать свои небольшие бледные ладони. Да, скоро им придётся несладко…       От размышлений на эту тему его отвлёк оживлённый людской гул и шум воды. Оторвавшись от своего занятия, парень с надеждой посмотрел на пристань и…чуть не свалился с бочки: в нескольких метрах от берега пришвартовывался внушительный трёхмачтовый бриг с парусами тёмных оттенков. Тот самый бриг. Бриг мечты.       Два ряда пушек.       Две палубы.       С виду он был совсем как новый, но явные следы многочисленных боёв и сражений ярко выделялись на столь мрачной обшивке.       Нос был украшен вырезанной из дерева фигурой девушки, держащей в руках птицу.       Над стеклянными окнами кают-компании возвышались три больших фонаря с красноватым отливом.       И весь — пусть немного мрачный — внешний вид судна говорил о том, что оно невероятно ценится, а также о присутствии вкуса у его капитана. Мягко говоря, корабль производил неизгладимое впечатление.       Наконец придя в себя, юноша поймал глазами фигуры членов команды, спускающихся на берег. Не предпринимая поспешных действий, он пронаблюдал, как те с громкими возгласами уходят куда-то вглубь города. Облегчённо выдохнув, парень продолжил наблюдение. Вот начинает собираться толпа, направляющаяся прямо к пристани, на которую через несколько минут с корабля сходят четыре человека: трое мужчин и одна женщина. Нет, не так — трое парней и одна девушка. Юноша в шляпе опешил, старательно промаргиваясь. Недоверие тотчас стало вонзать в душу свои острые коготки. И основания для этого у него были! Он ведь представлял себе грозных пиратов, взрослых мужчин, а то уже и в возрасте, один из которых обязательно должен был иметь деревянную ногу, а кто-то другой — повязку на глазу и большого говорящего попугая на плече, но… На деле всё вышло в корне по-другому: вместо бывалых морских волков его взору представилась весьма яркая компания молодых людей, каждому из которой не дашь больше двадцати пяти. И все, главное, такой обыкновенной наружности… Ну, вполне обыкновенной. Если не считать красочные оттенки их волос, то эти ребята ну никак не могли выделиться из толпы людей и уж тем более нагонять страх на моряков от мала до велика.       Паренёк фыркнул невольно. Странные какие-то пираты.       Народу уже набралось на пристани прилично, поэтому мальчуган, натянув шляпу на глаза, направился туда же. Дойдя до места скопления людей, он увидел, как много различного сорта человек пришло сюда. Всё же отбор в команду одних из самых известных пиратов Карибского моря проходит не часто, точнее — первый раз. Такой случай выпадает лишь однажды, и нельзя его просто так упустить. Поэтому здесь и скопилось такое количество добровольцев, решивших попытать счастье. Некоторые, как наш юный друг успел услышать, приехали с другого конца океана, чтобы попробовать попасть в команду. Тут были даже девушки. Их можно было пересчитать по пальцам, но они всё же присутствовали. Кто-то замечал приземистого парня в шляпе, кому-то было всё равно. Иные, ухмыляясь, посматривали на мальца с надменной улыбочкой.       — Эй, мальчик, а ты случайно не заблудился? С таким росточком в пираты не берут, — с насмешкой спросил какой-то не очень приятный с виду человек, в треуголке, потрёпанной куртке и запахом перегара в придачу. — Может, до школы проводить? — послышался смех.       — А может, тебя до Дейви Джонса проводить? Там недалеко, но я помогу, — невозмутимо ответил он.       — Ах ты, мелкотня! — кинулся было пьяница на парня, но тут дуло пистолета оказалось у его лба, — Н-не н-над-доо… — пропищал в страхе обидчик, — Я п-пошутилл…       — В следующий раз за такие шуточки поплатишься дыркой в черепушке, — так же бесстрастно проговорил паренёк, не убирая пистолета, — Надеюсь, подобных шутников больше не наблюдается? — он теперь обращался ко многочисленной публике.       — Да кем ты себя вообразил, парень?! — возмутились было они, только были резко прерваны:       — А ну всем заткнуться! Выстроиться в ряд!       Недовольных как ветром сдуло. Все добровольцы тут же по команде выстроились в шеренги. Наш герой тоже протиснулся в один из рядов (ведь человек пришло много), поспешно убрав оружие и вновь натянув шляпу так, чтобы лицо оставалось закрытым, в то время как ему всё было прекрасно видно. Таким образом он и заметил подходящую делегацию из раннее названной четвёрки. Сказать по правде, парень был удивлён. Слишком странная была внешность у этих персонажей.       Крайний парень справа, высокий, худощавый, светловолосый, подстриженный под горшок, как-то странно ухмылялся, сложа руки на груди. Вкус у него, судя по виду, был весьма специфический. Он явно любил какие-то необычные вещи — яркая оранжевая рубашка, поверх которой вроде обыкновенная жилетка до бедра, подвязанная салатовым поясом. Руки лежали как раз на нём. В остальном, вроде, всё как обычно, не считая нескольких серёг в левом ухе. И шпага какая-то у него была странная: гарда представляла собой полое круглое отверстие, внутри которой была сама рукоять. Такой необычной шпаги парнишка отродясь не видел.       Крайней слева стояла высокая рыжеволосая красотка. Вот это девушка так девушка. Фигурка её была точёной, просто идеалом, а про грудь явно больше троечки вообще и говорить нечего. Одета эта мадонна была в белое платье чуть ниже колен, подпоясанное нежно-голубым поясом. Рукава в три четверти оканчивались голубыми манжетами. На передних прядях волос, обрамлявших красивое лицо, были прицеплены небольшие голубые заколки в форме цветков, с виду довольно простые, но в то же время было ощущение, что они безумно дорогие. Во всех смыслах. Тёплые карие глаза блестели добротой и некоторым весельем. Видимо, этой девушке было очень даже комфортно среди мужчин. И она совершенно не беспокоилась за свою жизнь.       Следующим был второй справа парень, который привлекал внимание не меньше всех остальных. Сложен был хорошо, одежда без каких-либо излишеств или неожиданностей: обычная широкая рубашка до бёдер, бриджи, заправленные в сапоги до колен, сверху тёмная куртка такой же длины, как рубашка. Выделялись лишь три детали: фиолетовая повязка-бандана на лбу, сложенная в полоску, большое количество татуировок, начинавшихся с бровей и видневшихся в вырезе рубашки на груди, и яркие алые волосы, забранные в достаточно высокий хвост на затылке и спускающиеся до плеч. Нахальная улыбочка и скрещенные на груди руки придавали этому парню ещё больше наглости, чем есть на самом деле. Он явно с издевательством смотрел чуть ли не трясущихся в страхе добровольцев в команду его капитана. Кстати о нём.       Сам командующий, как понял паренёк, находился по центру. Высокий, широкоплечий, хорошо сложенный, но не так, как тот красноволосый, что совершенно не портило внешнего вида молодого человека. Желтоватая рубашка колыхалась нав ветру, тёмно-синяя жилетка, поверх которой был ремень через плечо, подчёркивала его телосложение, а на боку красовалась шпага. Чёрная. Абсолютно чёрная. От ручки до конца лезвия. «Где он такую откопал, интересно?» — пронеслось в голове юноши, во все глаза рассматривающего обладателя этого оружия. Такая вещь явно редкость. Но не стоит забывать, что он — пират. В конце концов, украл.       Самой главной его отличительной чертой были апельсиново-рыжие волосы до плеч, торчащие во все стороны. За ними явно никто не ухаживал, поэтому на вид они казались колючими, как иголки. И было ещё одно — серьёзный взгляд шоколадных глаз из-под нахмуренных бровей. При этом губы были растянуты в нахальной улыбке, украшавшей тронутое щетиной лицо. По выражению проникающего тяжелого взора мальчуган понял две вещи.       Первое — капитан был «бывалым» в прямом смысле этого слова. В медовых глубинах, затягивающих, словно липкий водоворот, было много боли — слишком много для такого молодого парня.       И второе — дерзости и отчаянности в его взгляде было едва ли не больше, чем боли. Было очевидно, что этот парень действительно любил риск и приключения.       — Итак, вы все собрались здесь с одной целью, — начал рыжеволосый, держа руку на шпаге, а вторую — на ремне, оглядывая всех здесь присутствующих, — попасть в команду. Что ж, отлично. Я, как вы все, я надеюсь, знаете, Куросаки Ичиго — капитан этого корабля, — он указал большим пальцем на бриг позади него, — Начнём отбор на «Лунный Клык»! — усмехнувшись, сказал он и посмотрел на троицу рядом стоящих пиратов. Те кивнули в знак согласия.       Мальчуган в шляпе напрягся. Началось самое сложное. Он должен постараться. Попасть в команду — его главная цель.       «Ну, что ж, встречай, пиратство».