Тёмная душенька

"Женщины живут воспоминаниями. Мужчины тем, что они забыли."       Её лицо перепачкано, волосы в плотной косе растрепались, а губы дрожали. Мира принесли с войны на пачканных носилках и просто оставили у порога избушки. Женщина опасливо посмотрела на солдат и быстро отвела взгляд, пока кто-нибудь не заметил ее. Она не желала опозориться, как Розлин, ей не нужна эта случайная, унизительная связь, в доме, где они были так счастливы.       Бей закричал, проснувшись от шума, и женщина с труднопроговариемым именем быстро заволокла мужа в дом, чтобы как можно быстрее оказаться рядом с сыном.       Через неделю Мира похоронили, а она осталась одна, гордо отваживая холостых мужчин и посвящая всю себя ребенку. Бейлфаер рос способным и любознательным, с каждым днем заставляя мать всё больше гордиться своим сыном.       Война не пощадила и их, вознамерившись отобрать у бедной прядильщицы единственную ценность. Ночью они бежали, не зная куда, но, зная, что если останутся, то будут разделены навсегда.       Проклятущий странник ловко обвел ее вокруг пальца, рассказывая о невиданной силе, о власти и защите, что, конечно же, увлекло крестьянку. В ту ночь она забрала его проклятье себе.       Кривляться получалось как-то неосознанно, особенно спустя двести лет, проведенных в этом вечном театре жизни, не в силах сменить маску. Она была весьма рада получить власть и бессмертие, и то ощущение, возникающее, когда люди понимали, кто перед ними и пугались до чёртиков. Она буквально пила их страхи, мешая с красным вином.       Наблюдая смену поколений, смерть и рождение, женщина всё больше оглядывалась назад, в прошлое, и грустила. Она помнила всё: каждый их разговор, каждый день, каждое его слово, отчего внутри непроглядная тьма разрасталась в стороны сильнее, жадно сжирая свет.       А потом незримый колокольчик в голове оповестил Тёмную о новой сделке, и она, не заглядывая в будущее, отправилась в путь.

***

      Скрываться от Красавца было весьма сложно и непривычно, ведь, если верить образу, она обязана была нагонять страх на всё движимое и недвижимое. Ещё это его имя – Беноит – слишком напоминало о сыне. Бей и Бен, легко спутать, слишком легко.       Но противный мальчишка, а для трёхсотлетней женщины сорокалетний мужчина и впрямь "мальчишка", нашел её в лаборатории, сидящую на окне в своих кожаных обтягивающих штанах, болтающую ногами и размышляющую о чем-то отвлеченном.       - Эм, мадам? Я приготовил обед, как вы велели, – его робкий, дрожащий голос вызвал кривую улыбку на ее губах. Тёмная обернулась. – Желаете пообедать здесь или в столовой?       - Желаю, чтобы ты убрался отсюда подальше и побыстрее!       - Увы, я не могу это исполнить, – и, увидев вопросительное выражение лица хозяйки, Бен пояснил. – Наша сделка, леди.       - Ах, да! Сделка... – она спрыгнула с подоконника и прошествовала к слуге, вышагивая, пронзая его глазами. – Ступай вниз, накрывай на стол. Приготовь ещё одну пару приборов.       - У вас гости, миледи?       - Нет, дорогуша, ты пообедаешь со мной.       Ей было нестерпимо скучно и даже сделки больше не привлекали ее искушенную натуру. Мыслями о сыне жить было возможно, но тогда бы пришлось заколотить все двери и окна в комнате и горевать дни напролёт.       Поэтому своей отдушиной она выбрала Беноита. Ужасное имя. Слишком старое и слишком волшебное, поэтому Тёмная называла его просто «дорогуша».       - Почему бы не снять эти шторы? Солнечный свет совсем не проступает, так и ослепнуть недолго, – ворчливо пробормотал Красавец, устанавливая тяжелую деревянную лестницу у окна.       - Ну, хочешь – снимай. Это твоя работа, – колдунья с любопытством взглянула на мужчину из-под ресниц и тут же поймала его взгляд. – Чего ещё?       - Может, хотите поучаствовать?       - Я? Ещё я шторы не снимала...       - Вы намного миниатюрнее меня, да и лестницу вряд ли удержите, – спокойно отозвался король Анволии, от чего вдруг Тёмная почувствовала себя глупой, наивной барышней. – Так как?       - Ох, ну ладно, – буркнув, женщина спрыгнула со стола, за секунду взлетев вверх по лестнице, и взялась за шторы. – Никак.       - Попробуйте ещё разок.       - Никак, – подергав тяжелую красную ткань, заключила хозяйка Замка. – Что теперь?       - Они что гвоздями приколочены? – поинтересовался мужчина, смотря на нее снизу вверх. – Дёрните сильнее, дорогуша.       - Я!.. – и она дёрнула со всей силы, теряя равновесие и ожидая смех и гору издевательств. Ей не впервой выслушивать такое от мужчин.       - Вы не ушиблись? – вместо этого Бен поймал ее, не дав упасть, и сейчас крепко прижимал к своей груди, ни на секунду не отводя взгляд. – И сдались мне эти шторы, да?..       - Да... – колдунья заворожено смотрела на его губы, но мгновенно опомнилась, соскочив на ноги. – Эм, спасибо.       - Не за что.