Извини, я влюбился

— Это еще кто? — возмущается Чимин. — Это наш фотограф, — воскликнул Тэхен. Чонгук рассказал мне, кто это был. — Зачем фотограф? Зачем мне он нужен? — злится Чимин. — Мы и так хорошо без него справляемся. И вообще, я спрашивал: кто это? — Эта новенькая. Ее зовут Мин. Ты с ней сегодня столкнулся и попросил меня, чтобы она освоилась в школе, — скрестил руки Чонгук. — А-а-а… Это ты? Привет. Я Чимин, — улыбнулся он мне. — Не надейся на то, что я буду с тобой хорошо обращаться. — И не надеялась. Придурок какой-то, — прошептала я чтобы никто не слышал. — Надо представить тебя всем. Это Намджун хен, — он показал на блондина. — Это Джин хен, — он показал на высокого широкоплечего парня. — Это Юнги хен, — он показал на парня, у которого волосы были с оттенком красного или рыжего. Я так и не поняла цвета. — Это Хосок хен, — он показал на парня с черными волосами. — Это Чимин хен. Наш главарь, хоть и младше Джин хена. А Тэхена ты уже знаешь. — Я Мин из Тэгу. Старый друг детства Чонгука. — О. Я тоже родился там, — воскликнул Тэхен. — Хорошо, хорошо. Только я не понимаю, что она здесь делает? — сказал злой Чимин сев на диван. — Она ведь теперь в нашей команде, как я понял, — сказал Джин. Джин оппа усадил меня между ним и Чимином. — Хен, но я не давал согласия. — По-моему она милая. Почему бы не оставить ее? — посмотрел он мне в глаза. Я улыбнулась. — В школе полно таких милых девушек. — Но она, же не ходит за вами как сталкер и не балдеет от вас, — подметил Намджун. Я только поднесла палец к губам и кивнула в знак согласия. Я стояла в их кругу в своем капюшоне на голове. Но если честно, сама не понимаю, что я здесь делаю? — Знаешь, по-моему, тебе надо снять капюшон. Это как-то не уважительно, — Чимин стянул с меня капюшон. — Так будет лучше. — Может я, и правда, пойду домой? Я уже со всеми знакома. Я не буду мешать вам. Я и, правда, пойду. — Не вижу смысла находиться здесь с ним. Интереса к ним тоже нет. Чонгук просто взял меня за руку тогда и повел сюда, чтобы знакомиться. — Мне тоже пора домой. Встреча с родителями Гаюн у нас в новом доме, — сказал Чимин. — Скоро пробки. Не хочу застрять в них. — Мы как-нибудь без тебя обойдемся. Можешь идти, — я подождала пока Чимин пройдет вперед. — Чего стоим? Иди вперед.       Я быстро открыла дверь и побежала вниз. Выйдя на улицу, я увидела, как он садится в черное ауди. А не рановато он водит машину? — Я пойду, провожу тебя до дома. Не против? — говорит Чонгук. — Нет. Я буду даже рада. Только мне на троллейбус. — А без него никак? Я не люблю на троллейбусах ездить. А сам на машине езжу. — Тогда пойдем пешком. — Пошли. Пока мы шли, Чонгук рассказал мне немного про его друзей, чем они занимается и как развлекаются. Сидя в троллейбусе, Чонгук сразу показывал свое недовольство, когда его толкали. Думаю, он бы и ударил кого-нибудь хорошенько. Добравшись до дома, я увидела, что около дома Сон стоит одна и та же машина что и у Чимина. Это машина Чимина? Он наш сосед? Что? Когда это? Только вчера же тут жил дедушка Сон. Вдруг он выходит и заходит в дом. Невозможно… — Ну, я поеду. Пока. — Пока, — я зашла в дом и прошла на кухню оставив вещи на диване. — Эй, слышал, что дедушка Сон уехал к себе в деревню. Ему прописали свежий воздух, — говорил Юнсан, когда я сидела поджав ноги под себя на стуле. Сам он мял тесто на столе. — Правда? — К нам соседи новые хотят прийти познакомиться. Богатенькие. У них там сын есть. Но он уже помолвлен. Так что не засматривайся на него. — Даже и не собиралась… — фыркаю я. — Да ладно? — удивился брат. — Я серьезно. Знаю, что это за сын, — собираю в кучку муку и начинаю рисовать. — Ты уже знакома с ним? — Мы друг друга ненавидим, не переживай. Все хорошо. В котором часу они хотели прийти? — Часов в семь. — Можно я уйду куда-нибудь? Ну, пожалуйста, — протягиваю я. Совсем не хочу вдеть его. Не хочу чтобы он знал, что мы живем рядом. Чего они вообще забыли в районе «среднечка»? — Куда? Я не отпущу тебя никуда. Будешь сидеть дома. — Я и, правда, не хочу с ним встречаться. — Тогда посиди у себя в комнате. Скажу, что тебя нет дома. Ушла гулять. — Я тебя люблю, — обняла я его и пошла в свою комнату. — Только потом будешь целую неделю убираться по дому. — Не вопрос… — отмахнулась я. Я зашла за своими чистыми вещами и пошла в ванную. Сейчас около пяти. Посижу в ванне. Потом пойду делать уроки. Надо еще дополнительно позаниматься математикой.       Сняв с себя одежду, я легла в ванную с пенной. Поплескавшись немного пеной, я просто легла в ванну с закрытыми глазами под воду. Почему-то сейчас, я подумала о Чимине. Не знаю, но чем-то он меня зацепил. Наверное, это из-за того, что он был холоден ко мне. Поэтому, он меня и заинтересовал. Не нравится мне это. И сам он… Ну, парень красивый, но вот с ним я бы не встречалась. Не знаю, меня к нему не тянуло, в животе не ныло, ноги не сводило. Слив воду, я ополоснулась и пошла к себе в комнату. Надев на себя наушники, я начала решать примеры по математике. Все же пришлось догонять их по программе. На улице стало как-то жарко. Я решила, что все-таки открою окно, сниму с себя штаны и останусь в белом нижнем белье и майке. Не ожидавшая от себя такого, я неожиданно уснула, когда решала сложный пример. Но проснулась от яркого света в глаза. Я резко открыла глаза и спустила наушники трансформеры. Подогнула ноги к груди. — Извините, я кажется дверью… — он уже хочет закрыть дверь, но, останавливается и всматривается. — Мин? — Пак Чимин? — я удивилась. — Что ты здесь делаешь? — Это вот мне интереснее узнать, что ты здесь делаешь, в такое позднее время? Да и еще у парня в доме полуголая? — Вижу, как в глазах загораются огоньки. — Вообще-то, этот парень мой брат и я живу здесь. И мне кажется, что тебе лучше уйти отсюда, — возмущаюсь я и встаю, скрестив руки на груди. Вот дура, ты же в трусах! — А твой брат сказал, что тебя нет дома. А ты здесь. Надо сказать ему, что ты на самом деле дома. — Не надо! Он знает. Просто, я не хотела встречаться с тобой, — встаю за стул. — Откуда знаешь, что я бы пришел сюда? — удивляется он. — Видела тебя около дома. В том доме, что ты живешь, жил дедушка Сон. Но он уехал из-за плохого здоровья в деревню. А теперь заканчивай с вопросами и иди уже отсюда! — Ну, уж нет. Тут такая красотка в нижнем белье. — Не подходи ко мне! — я начала двигаться в сторону балкона. — Почему это? Я не обязан слушаться тебя. — Пожалуйста, не подходи ко мне, — молю я. — А то что? — Остановись, — я схватила свое одеяло и укуталась в нем по голову. — Ну что ты все портишь? Без одеяла ты была красивее, когда стояла в майке, а без майки еще лучше будет. Я могу помочь. — Не надо мне никакой от тебя помощи, — мы уже вышли на балкон. — Мин! Ну надо так. Мы же не маленькие дети. — Но я-то не хочу, чтобы это произошло и произошло с тобой. — Мин, я даже не думал об этом… Но, раз ты настаиваешь, — Чимин кусает нижнюю губу. — Нет, не надо. Мне страшно! Да и с чего такой интерес? Иди к своей Гаюн! — Ох, ты уже ревнуешь, а мы еще и не встречаемся, — смеется он. — Ты помолвлен с ней, а лезешь ко мне. Это неправильно. — Я не буду заходить так далеко. Тебе понравится. Просто расслабься. Не вынуждая меня применять крайние меры. — Сколько у тебя уже было девушек? — Зачем тебе это надо знать? — Чимин останавливается. — Отвечай. — Ну, пять… А что? — Сколько? Извини меня, но, если бы ты мне нравился, я бы с тобой не встречалась. Пять девушек для меня много — на будущее. И я знаю, что это ты делаешь для развлечения. Наиграешься, потом бросишь. Лучше уходи из моей комнаты, пока я тебя не ударила чем… — я прижалась к перилам балкона. — Ну, все, мышка в мышеловки. Котик хочет поиграть. Теперь тебе некуда идти. Ты просто… — А кто сказал, что я не умею драться? — Что? — Я со всей силы ударила его в живот. Он согнулся пополам. Пока он гнулся, я вывела его из комнаты и закрыла дверь. — Тебе завтра конец! Я от тебя не отстану. Слышишь? — Иди уже, — прошипела я. — Извращенец.

***

На следующий день я пошла уже в своей школьной форме. Юбка выше колен, белая рубашка и обычные балетки. Чем старше ты, тем короче юбка. Как ужасно, с радостью бы сейчас ходила в юбке в пол. — Мин. — О, Чонгук. Привет! — помахала я ему. Он подбежал ко мне. Мы вместе пошли в класс. — Как спалось? — Ужасно. Почти всю ночь делала уроки. — Нельзя так морить себя уроками. Если не успеваешь, то не делай дополнительные задания. Нужно высыпаться, — говорит он и открывает мне входную дверь. — Хорошо. В следующий раз я высплюсь. — А как сам? Как спалось? — Тоже не очень выспался. Не мог уснуть. — Почему? — мы зашли в раздевалку переодеться. — Просто бессонница мучила. Впервые такое. — Ты тоже в следующий раз выспись. — Обязательно.       Мы уже поднимались к спортзалу, как меня кто-то перехватил и повел за собой. Позже, я смогла определить, что это был Чимин. Он зашел в мужскую раздевалку, закрыл дверь и прижал меня к стене. — Я говорил, что сегодня ты ответишь за свои действия. Не бойся, я не кусаюсь. Пока что… Он завел мои руки за голову и начал целовать мою шею. Одной рукой держал мои руки, другой расстегивал пуговицы на рубашке. Когда уже открылся вид на мою ключицу, он заново завел руки по плечи и начал нежно целовать мою ключицу. Иногда целуя, иногда покусывая. Своим тазом он прижимал меня к двери. Я начинала уже чувствовать, как у него появлялось напряжение в ногах. Его рука начинала пробираться мне под юбку, поглаживая мои бедра, другая, лезла мне под рубашку. Он приблизился ко мне, и хотел было поцеловать, но отвернулся. — Прекрати. — Теперь я буду каждый день прижимать тебя и целовать. Понятно? — он поправил на мне юбку и рубашку. — Зачем? — Потому что, ты теперь моя. И больше ты никому не подойдешь. Будешь только для меня такой послушной. Это ясно? — он застегнул на мне пуговицы, которые недавно расстегивал. — А что если я не хочу этого делать? — Ну, ты же не хочешь, чтобы я лишил тебя невинности? Конечно же, нет. Это будет человек, которого ты полюбишь. И чтоб ты знала. Ты помечена, — он провел пальцем по шее и немного потер ее. Мне стало немного неприятно. — Скоро поймешь, что это.       Будто я не знаю, что ты поставил мне засос на шее. Теперь он будет всем виден. Даже если застегну рубашку до конца, все равно будет видно половина пятна от засоса. — Прекращай вести себя будто все тебе дозволено! Я не твоя собственность, ты не имеешь право со мной так общаться! — крикнула ему я, когда он уже вышел из раздевалки. Он развернулся и пошел ко мне. — Не тебе решать, что мне делать, — он схватил меня за горло и придавил к стене. Мне стало страшно, потому что воздуха не хватало. Я зажмурила глаза. — Прекращай разговаривать с Чонгуком. Он не такой уж и невинный. — Он отпустил меня и пошел в спортзал, а я вышла из их раздевалки и сползла по стенке. Как тяжело дышать. Неужели, я уже нашла себе врага? И чего это он пристал ко мне? Почему именно ко мне? Сам же сказал, что много таких милых девушек в школе. Боже. За что мне это? Я должна поговорить насчет этого с братом. Так он сможет поговорить с ним, и он больше не будет домогаться… Или все же мне разобраться самой? Я уже не маленькая. — Хвон Мин, что здесь делаешь? — ко мне подошел вспотевший Чонгук. — Я… А ты что? — Я тебя искал. Не то, чтобы я искал тебя. Учитель тебя искал, — я встала с его помощью и пошла в спортзал. — Поняла. А что он хочет? — Чтобы ты расписалась за технику безопасности. — Хорошо. Я прошла в зал и увидела учителя. Подошла к нему. Он представился и сказал, что он учитель Со. Взял журнал и дал его мне. Я расписалась, и мы все вместе пошли на улицу. Не нравится мне то, как Чимин отзывается о Чонгуке. Этот собственник. Не хочет, чтобы я с им общалась, потому что играется со мной. Не понимаю, ну у него же невеста есть. Пускай ее зажимает! — Чонгук. — М? — Я, наверное, не должна это кому-то рассказывать, но… — Что? Что случилось? — Ко мне Чимин домогается. — Так. Тише. Не здесь, — мы побежали к трибунам и сели в дали от всех. — Так, продолжай. Расскажи, как все было. — Мы с тобой подходили к залу, как вдруг кто-то потянул меня к себе и завел в мужскую раздевалку. Я поняла, что это Чимин. Он закрыл дверь и прижал меня к стене. Сказал, что сегодня я получу от него и начал домогаться. Он приблизился ко мне, и хотел было поцеловать, но отвернулся. Я сказала, чтобы он прекратил. Он сказал мне, что теперь будет каждый день прижимать меня. Я спросила его, зачем он это делает, а он сказал, что я теперь его. Буду только для него такой послушной. — Подожди. Получается, он к тебе каждый раз будет прижимать тебя к стенке при каждой возможности? — удивился Чонгук. — Получается, что так. Я его потом спросила: «что, если не хочу этого делать?», а он мне отвечает с улыбкой: «Ну, ты же не хочешь, чтобы я лишил тебя невинности? Конечно же, нет. Это будет человек, которого ты полюбишь. И чтоб ты знала. Ты помечена». Я крикнула, чтобы он прекратил так вести себя, когда он уже вышел из раздевалки. Он развернулся и пошел ко мне. Он накричал на меня и схватив за горло и придавил к стене. Мне стало страшно, потому что воздуха не хватало. Я зажмурила глаза. Сказал, прекращать разговаривать с тобой: ты не такой уж и невинный. Он отпустил меня и пошел в спортзал, а я вышла из их раздевалки и сползла по стенке. Мне стало страшно. — Хэй. Все же сейчас в порядке… — он обнял меня. — Что мне делать? — Я не хотела плакать, просто, мне не нужно такое внимание ко мне. — Знаешь, он никогда раньше девушек не целовал. — В смысле? — Чонгук схватил меня за плечи. — Он считает, что поцелуй должен состояться с той девушкой, которая будет ему очень дорога, он будет ее любить всем сердцем, и он сможет даже ради нее сброситься с крыши, если понадобится, сказав, что он живучая тварь. — Думаешь, я ему понравилась? — Это не важно. Давай сегодня прогуляемся немного. Нам надо отдохнуть от учебы. — О. Хорошая идея. Я с радостью пойду прогуляться с тобой, — улыбнулась я. — Отлично. Тогда я зайду за тобой. Я уже знаю, где ты живешь. Только я буду на машине. — Ну, хорошо. Только ты должен будешь зайти в дом и познакомиться с моим братом. Он должен знать, что ты хороший. Возможно. — Не «возможно», а хороший. — Вот это ты и скажешь ему. — Ладно, а теперь пошли.       Не хотелось сейчас думать о Чимине, о прогулке с Чонгуком, о самом Чонгуке, какой же он на самом деле. Но черт, не могла остановиться и эти мысли отвлекали от игры. Девчонки не были агрессивны в мою сторону. Скорее, они были приветливыми или просто делали такой вид. Но во время того как мы играли в волейбол, я упала и содрала коленку. Жгло, но терпимо. Вижу как Чимин бежит ко мне отвлекаясь от игры в баскетбол. Вот же, чего пристал-то? — Учитель, можно я проведу ее до медсестры? Она упала и содрала колено. Она новенькая и еще не знает куда ей идти, — сказал Чимин. — Ну, хорошо. Отведи ее и возвращайся, — сказал учитель и пошел дальше судить игру, в которую я играла недавно. — Пошли, — грубо берет меня за руку и тащит к медсестре. «Помогите!» — мысленно кричу я. — Что? Что теперь? — мы подошли к медсестре, но там было как на зло закрыто. Он опять прижал меня к стене и оперся об стену. — Я сказал тебе не разговаривать с ним. Он настоящий извращенец. Как это не понятно?