Жизнь только начинается....

Я лежу уже непонятно сколько, слезы катятся по щекам. Я хочу кричать, но не могу. Я бессильна. Я потеряла МАМУ, я теперь СИРОТКА. Не могу ничего себе сказать, чтобы утешить себя. Мне ужасно хочется пойти за ней. Мой сон, вот что означал мой сон. Почему? Почему именно со мной? Беккс, мама, а после кто? Стив? Алекс? Джей? Я даже боюсь потерять Айзека. Этот Оун, ненавижу его. Яблока от яблони не далеко падает? Я прикончу его после Дезмонда. Я страдаю, мне плохо. Нету слов описать моих чувств сейчас. Я теперь по настоящему страдаю. Айзек обещал отвезти меня на ее похороны. Сегодня вечером выедем. Я должна попрощаться с мамой. А ребята пытаются все время утешать меня. Особенно Стив. И Алекс. Хотя Джей тоже. А Айзек, он ходит молча, так что я поеду с ним. Каждые десять секунд я кашляю. Слезы и кашель мешают дышать. Мне кажется что я увижу маму и Беккс. Очень скоро. Ночь, холодно. Утром парни сделали покупки. Не хотели беспокоит меня. Купили только теплые вещи. Я оделась потеплее, чтобы еще больше не заболеть. Мы едем по трассе. Не знаю сколько мы уже едем. Оба молчим, узнают ли меня, но мне плевать. Плевать на всех, на людей, на Нью Йорк, на колледж, на парней, на жизнь. Я не могу остановить слезы. Я потеряла частичку души. Я ненавидела ее, но все таки я люблю. Ты понимаешь как дорог тебе человек, когда теряешь его. Пусть я буду бессердечной, чем чувствовать такое. Пусть! - Айзек, мне нужно подышать свежим воздухом. - Ладно, сейчас остановлю. Брюнет остановил машину, я бегом вышла из нее. От каждого дыхания мне становится все больнее. Я задыхаюсь. Ловлю воздух ртом. Но это не помогает. - Лори, давай я тебе помогу, - предлагает Айзек, мне сейчас нужна помощь любого человека. Он держит меня, меня подташнивает. Вдруг меня вырывает. Внутри все жжет. Горло болит, выходят все то, что я ела на завтрак. Брюнет держит за мои волосы. А дальше выходит только вода. Вроде все успокоилось, но меня тошнит. Уже выходит то нечего. Мой желудок пуст, голова кружится. Я плачу, вдруг я плачу. Падаю на землю, но подальше от рвоты. Я реву, дневной крик теперь вырывается на ружу. - Мама, МАМА, МАМА, -кричу я во весь голос. - Мама, почему ты так? Почему ты думаешь только о себе? Я же люблю тебя! Я плачу, мне больно. Каково это терять маму? Вам не понять. И лучше бы не знать. - Я хочу чтобы ты забрала меня, хочу с тобой! - Глория успокойся, не надо так, Лори. - Тебе не понять меня Айзек, ты не понимаешь как мне больно. - Я.. - Молчи, я... Я хочу к ней, хочу ее объятий, но больше не услышу даже голоска. Больше не увижу ее улыбку. Больше не почувствую ее теплоту. Я больше некогда не увижу ее. Я рыдаю, рыдаю во весь голос. Голос порван, но я не обращаю на это внимание. Я кричу от боли, одна моя душа, которая создана от нее, хочет к ней. Моя жизнь, мое детство связано с ней. Моя мамочка, моя любимая мамочка. Я люблю ее, люблю. Я убежала, я во всем виновата. Я высказала ей все. Мне грустно, больно, хуже не бывает. Я разорвусь на части. - Глория, пожалуйста послушай меня, я люблю тебя, я не могу видеть тебя такой. - Я не могу, понимаешь не могу. Я не хочу жить, я хочу в ее объятия. Я хочу к ней, она мне дорога. Я успокаиваюсь, обнимаю брюнета и тихо плачу. Я опять сорвала голос, но я только хочу одного. Вернуть мою маму, дорогого мне человека. Я хочу к ней.

***

Мы приехали в Брэвард. Город моего детства. Я пережила почти половину трудностей здесь. Я не хочу быть здесь, но я чувствую как душа тянется к этому городу. Похороны завтра, я не могу поверить что мамы больше нет. Не хочу в это верить. Я не сомкнула глаза, тяжело дышать от этой болезни, но я держусь. Завтра я увижу тех людей, о которых я пыталась забыть. Тех, которых я ненавидела. Тех, которых при виде меня тошнило. И Чеда, Тезер. Если бы Адам не предал бы меня, я увидела бы и его. Мы арендовали квартиру, в отеле могут узнать. Айзек положил меня на кровать, я не спала. Но Айзек давно уснул на диване. Передо мной. Каждые полтора часа просыпается и присматривает за мной. Когда он очередной раз проснулся, я позвала его к себе на кровать. Он ничего не ответил, а просто сидел на диване. - Айзек, тебе там не удобно, иди сюда. - Нет, все в порядке. - Мне нужна поддержка, я хочу чтобы кто то хоть попытался успокоить меня. Айзек встает с дивана и садится у моих ног. - Лори я, я соболезную твоей утрате. Я понимаю тебя Лори. - Как ты меня можешь понять? - Мою маму и отца убили на моих глазах, Глория. Изнасиловали и убили. Брюнет смотрит в пустоту. Я поднимаюсь с кровати тяжело кашляя. - Убили люди Дезмонда, не знаю почему. Я вижу как ему тяжело говорить. - Мне было тогда пять лет, представляешь? Пять лет! Он закрывает лицо руками. - Они поставили им ультиматум, если не будут кричать, я останусь жив. А если..... Ему тяжело говорить, я хотела остановить его, но... - Их пытали, пытали и убили на моих глазах. Маму изнасиловали во все щели. И знаешь, все это время они не подали даже звука. Крик ослабляет боль, но они... Ему больно, как и мне сейчас. Я обнимаю его, обнимаю его и целую в голову. - И знаешь что сказали мне люди Дезмонда после всего этого? - Он посмотрел на меня, - Это будет кошмаром на всю жизнь, а это хуже смерти. Я навещу тебя в психбольнице. Я смотрю на него, он закрывает глаза. Я вижу слезы. Впервые я вижу слезы Айзека. Вот значит почему он хочет отомстить Дезмонду. За семью. - Айзек, прости меня, - шепчу я обнимая его. - Прости за все, пожалуйста прости. - Не надо Глория, ты не в чем не виновата, не надо извинятся.... - Нет, прости за все, что я тебе сказала до сегодняшнего дня. Прости. Он обнимает меня. Я его. Мы оба понимаем друг друга. Вот почему он молчал, он знает что такое потеря близкого человека. - Я стал грубым после этого Глория, - сказал он шепча мне в ухо. - Жизнь научила меня злости, я стал одним из убийц, одним из амбалов Дезмонда. Я по этому хочу отомстить этому поддонку, а не за какую то девушку. Я чувствую мокрые капли на своей шее, пусть он поплачет, я тоже не могу сдержать слезы. Айзек будто передает свою боль мне через объятие. Мне больнее в два раза, за себя и.... за Айзека.