Жизнь только начинается....

Pov Alex. Мы уже который день не можем найти Глорию. Она будто растворилась в воде. Никто в доме не может сидеть спокойно, особенно Дезмонд. Айзека тоже нет. После выстрела в саду и лужи крови, мы настолько перепугались, что Дезмонд лично объехал некоторые больницы. По экспертизам анализа выяснилось: Кровь Айзека, Айзека Галбрейта. Я сильно волнуюсь за Лори. Мы с Джеем объехали, можно сказать весь Нью Йорк. Стив во всем винит себя. Я не мог на это смотреть. Я часто выхожу в сад, будто ожидая, что Лори будет там. В ушах наушники, сама смотрит на небо, а ее голубые волосы порхают в воздухе, а нос краснеет от холодного ветра. Но нет, я не могу об этом думать. Она мне сестра, сестра и все. Я люблю ее, но это не имеет значение. - Алекс? - Что? Мысли о Лори так затуманили мой разум, что я не заметил как рядом присел Джей. Он немножко прокашлялся и простонал от боли. Вчера, когда искали Лори, мы попали в аварию. Врезались в дерево, но я без единой царапинки, а вот на голову Джея упала большая ветка, от чего он чуть ли не потерял сознание. И там сейчас появилась очень большая шишка. - Что ты здесь делаешь? - спрашивает он. - Не видишь? В хоккей играю, тут как раз самое место. - Ты думаешь я не волнуюсь, мне хорошо от того, что Глорию похитили? - А что мне делать еще? - вполголоса прокричал я вставая с место. - Что? Скажи мне Джей. Объехать пол страны? Но как? - Я не говорю тебе, чтобы ты объехал пол страны. Просто хватит вести себя так, будто из за тебя Лори пропала или не могут найти, - он скорчил злую рожу. - Лично мне и одного Стива хватает. - Джей, мне дорога Лори, я не могу просто так лежать и отдыхать в комнате.... - Так не делай этого. Тебе разве кто то приказывает? - Джей встает со скамейки. - Знаешь, хотя виновен во всем - ТЫ. Я говорил, что нам надо уехать отсюда? Ты, я и Лори. Но нет, наш солист решил поддержать Стива, который женится на какой то шлюхе. - Значит я во всем виноват? - Да, ты. Ты всегда приносишь одни проблемы, то видите ли уехал в Канаду, то полюбил девушку лучшего друга. Где ты был, когда она любила тебя? А? Видите ли он считал ее сестрой. А теперь что? Ты так не считаешь? - Хватит Джей, - прокричал я отвернувшись. - Думаешь я не жалею о своём поступке?.... - Я ничего не хочу слышать, ты мне друг. Как и Стив. И Глория стала для меня смыслом жизни. И знаешь что? Он приблизился и повернул меня к себе. Я видел как его другая рука сжата в кулаки. - Когда мы найдем Глорию, не ты, не Стив, больше не сможете причинит ей боль. Она больше не будет ни с кем из вас. Зачем ей человек, который считал ее сестрой, но потом передумал, который обещал быть с ней, но вдруг не смог даже отменить свадьбу ради нее. Никто, поверь!...

***

Pov Глория... Прос­ну­лась я от ша­гов мед­сес­тры. Она по­мога­ла Ай­зе­ку встать с мес­та, и тем вре­менем оба шу­тили. - Сколь­ко вре­мени? - спро­сила я. - Око­ло де­вяти ут­ра, - от­ве­тила мед­сес­тра. Пос­ле че­го выш­ла из па­латы, ос­та­вив ме­ня и брю­нета од­них. - Ло­ри, а я вче­ра те­бе о чем то го­ворил? - спра­шива­ет Ай­зек. - А что? - Прос­то я вче­ра был под нар­ко­той, и.. - Под нар­ко­той? - Ага, они пе­репу­тали укол, - го­ворит брю­нет. - Так что я вче­ра мог ска­зать все что в го­лову взбре­ло. - Зна­чит ты ни­чего не пом­нишь? - А дол­жен? Я по­кача­ла го­ловой. Во рту ста­ло су­хо, а в па­лате нет во­ды. Я ос­та­вила Ай­зе­ка од­но­го, са­ма пош­ла в сто­рону бу­фета. Я взяла минералку и что то еще съедобное. Буфетчица не хотела брать деньги, ну потому что они мокрые. И я объяснила ей, что нас ограбили, и она дала мне все это бесплатно. Но из за жалости, не люблю когда меня жалеют. Иду по больничному коридору, в сторону регистратуры. Надо спросить на счет Айзека. - Извините, а у вас есть больной по имени Айзек. Адам. - Подождите минуточку, - мило улыбается медсестра. Надо сваливать. Я со всех ног бегу к палате. Когда я бегом забегаю в нее, Айзек флиртует с медсестрой. Хотя к чему тут удивляться, он был вчера под наркотой. - Не могли бы вы оставить нас? Медсестра не хотя кивнула и ушла, на последок подмигнув брюнету. Айзек победно улыбнулся. - Ревнуешь? - спросил он. - Здесь Адам, - произнесла я грубо. - И он ищет тебя, то есть нас. Он сейчас у входа. - Ты шутишь? - По твоему это смешно? Брюнет встал с места, я взяла его одежду из шкафа и свой дневник, и подала ему руку. - Он тебя видел? - спросил он. - Нет, я быстро убежала. Айзек простонав встал на ноги, ему больно, но он не подает виду. Мы выходим из палаты. - Куда? Ты что сдурела? - А что? Ты не можешь ходить. - Но я хочу жить, - говорит он. - Лифт не подойдет, даже если Адама там нет, все равно есть медсестры. Любопытные медсестры имей в виду. Я только фыркнула, хотя брюнет прав. Мы идем в сторону лестницы, как вдруг Адам идет в нашу сторону. - Черт, идем в пожарную лестницу, - приказывает Айзек. Я открыла дверь пожарной лестницы, он заскрипел. Но никто нас не увидел, особенно Адам. Когда мы начали спускаться, брюнет резко остановил меня. - Закрой дверь, - сказал он. - Ты хочешь, чтобы за нами последовали? Я послушалась его, поднялась на верх, и закрыла дверь. Опять заскрипела. Будто кто то режет кота. - Все, закрыла, - улыбаюсь я, потому что дверь тяжелая, и закрыт ее трудно. - Ты что мировой кубок выиграла? Идем, нам не до веселье или радости. Мы спускаемся по лестнице, хорошо что Айзека положили в палату на втором этаже. Я открываю дверь, на этот раз ее легко открыть. Веду Айзека за руку. И наконец холодный воздух, свежий и приятный запах. - Давай пойдем туда, - говорит он, указывая на какой то заброшенный магазин. Кажется он сгорел. - Ты уверен? - Да, у нас нет другого выхода. - Ладно. Я веду туда брюнета, он иногда тяжело вздыхает, но все терпит. Все таки странно, больница рядом с загоревшим магазином. Хотя магазин сгорел не давно. Потому что запах пепла все еще стоит. Брюнет садится на какой то камень, хотя нет, это не камень, я не знаю на что сел брюнет, и осматривает свою ногу. - Я могу ходить, - начинает он, - только не долго, с передышками. А так мы до Нью Йорка и за неделю не доедем. - Нью Йорк так далеко от нас? - Да. Помнишь ту медсестру, она обещала помочь. Если бы не Адам, то завтра утром или сегодня ночью, выехали бы в Нью Йорк. Я взглянула на окрестность, все таки тут опасно, даже если сюда никто не ходит. - Жаль, - вздыхает он. - Чего жаль? - Этого магазина. Посмотри, он огромный, походу это был супермаркет. - С чего это ты решил что это магазин? - спросила я, хотя сама так решила. - Тут продукты, полки, холодильник, и полу сгоревшая надпись: магазин. Еще доказательств? Я покачала головой. Я конечно не против передохнуть, но сидеть тут крайне опасно. Я подала знак, что нам пора идти. Айзек не хотя встал с места. После обвел мои плечи одной рукой, другой он взял вещи. - Мне надо переодеться, - говорит он. - Что прям щас? - Да, а то люди буду странно смотреть на человека в белом платье. Я улыбаюсь, реально смешно. Веду Айзека в невидное место. Помогаю ему переодеться. Когда он снимает халат, я вижу его оголенный торс. Да, он точно ни чем не отличается от брата. Люди странно на нас смотрят. Айзек еле двигается на одной ноге, каждый шаг дается ему труднее. У нас нет денег, ни друзей, только мы сами. Через несколько километров, мы доходим до трассы. Одной рукой брюнет останавливает машин, другой обвел мои плечи. Он тяжелый, ну конечно, он же парень. Мои плечи загудели, заболела голова. От запахов бензина я таю, но сегодня не мой день какой то. Меня чуть не вырвало на брюнета. Останавливается один автодом. Мы объясняем, что нас ограбили, мы семейная пара и так далее. Водитель поверил. Он помог Айзеку забраться внутрь автодома, после помог мне. Нас посадили за маленький стол. - Мои дети и жена еще спят, - начинает водитель. - Но она не будет против. Мы едем в Нью Йорк после путешествие. И мы рады новым друзьям. - Спасибо, - прохрипел брюнет. - Я вам застелю тут, - говорит водитель, показывая диван. - А там есть комната, вы можете спать там. Просто там одна кровать и.... - Пожалуй я буду спать здесь, а Айзек будет спать на кровати. Ему нужнее, - любезно сказала я, взяв за его руку. - Спасибо, мы вам заплатим. - Добро всегда вознаграждается богом, - говорит водитель. После ведет Айзека в комнату. Я остаюсь одна за столом.