Понятие чести

— Мы тебя отпускаем. Примерно такими словами ей пожелали «доброе утро». Тсуна, с трудом проснувшись и теперь натягивая одеяло до подбородка, нервно рассмеялась в ответ. Нет, так дела не делаются. Господи, ну, вот почему всё самое странное решило происходить с ней именно сейчас? Почему не в подростковом возрасте, когда душа требовала бунта и приключений? — Это, безусловно, замечательно, но… куда? — осторожно поинтересовалась Савада, старательно принимая полулежащее положение, чтобы не потревожить лигра, который занял большую часть пространства. Не сказать, что за прошедшую ночь они сблизились и стали больше доверять друг другу. Нет, сами посудите, как можно вообще довериться такой махине, которая за один укус может тебя пополам перегрызть? Но к некому согласию они всё же пришли, здесь нужно подчеркнуть. — В город, — веско заметил Суперби таким тоном, будто это само собой разумеющееся, да и вообще, задавать подобные вопросы — это преступление против логической цепочки. — Вау, — вяло откликнулась Тсу, в красках вспомнив, в каком состоянии находилась её квартира и всё то, что было в ней. — Вы столь великодушны, а позвонить не найдётся? На неё посмотрели так, будто она на глазах всех станцевала дикий танец на свежей могилке. Ха, ну и сравнения. Впрочем, ждать особо не пришлось. С заминкой в неё полетел пакет, а после и старенький телефон, который до этого хранился во внутреннем кармане пиджака. Скуало окинул её самым презрительным взглядом, на который, наверное, был способен, поморщился, а после захотел сплюнуть себе под ноги, но передумал. Походу, вспомнил, в чьей спальне находился. Савада, к слову, вспомнила об этом тоже, передёрнуло их, на удивление, синхронно. — За тобой зайдут через час, не успеешь собраться к этому времени — выведут в том, в чём будешь, вро-о-ой! — и покинул комнату, будто ничего и вовсе не было. — И вам доброе утро, — кисло отозвалась Савада, подтянув к себе пакет, что ж, она выберется отсюда живой и с информацией, так что огорчаться сейчас — грех. Для начала было решено созвониться с Гокудерой. Раз ей выпал такой удивительный шанс, который можно было проворонить в любой момент, нужно было им срочно воспользоваться. Правда, Хаято был совершенно другого мнения. Для начала отчитав её, как маленькую, а после поворчав порядком минуту, он всё же с неохотой согласился. Во-от, за это она этого парня и любила. Далее Савада осторожно сползла с постели с пакетом одежды под внимательный взгляд лигра. Н-да, к такой-то тушке хочешь или не хочешь, а привыкнуть крайне сложно. Поэтому описать облегчение, которое она получила, оказавшись запертой в ванной комнате, не передать словами. Следом всё шло своим чередом. Спешно приняв душ и заодно вспомнив любимую песенку детства, Тсуна натянула на себя какие-то вещи, которые при внимательном осмотре даже оказались женскими. Правда, висели они на ней всё равно, как на вешалке. К тому же, ей явно не хотелось знать, с кого и при каких обстоятельствах они были сняты. Так, по истечению часа, Тсунаёши была готова и благоухала как майская роза, вот выберись она с территории Вонголы, так вообще сможет со спокойной совестью засесть за написание какой-нибудь книги под дебильным названием «Шквал счастья и как им злоупотреблять». Пресловутые документы были спрятаны под одежду и прижаты к животу. Как и было сказано Скуало, за ней зашли. Неизвестный хмурый парень окинул её нечитаемым взглядом, прежде чем махнуть рукой, приказав следовать за собой. Конечно же, первым желанием у неё было — броситься за ним бегом, мало ли передумают и не захотят её отпускать. Однако она смогла подавить в себе желание глупого побега, и величественно последовала за своим проводником. Хотя, сам факт того, что лигр поплёлся за ними, не внушал доверия. Вдруг он её рассекретит? Каким-нибудь образом даст понять остальным, что она стащила кое-что из их особняка и теперь пытается это ещё и вывести. Как показала практика, это животное намного умнее, чем кажется на первый взгляд. Но ничего сверхъестественного не случилось. В полном молчании они вышли из особняка, ей галантно открыли дверь, подождали, пока она сядет, после столь же галантно закрыв. Попрощаться с ней никто не вышел, кроме лигра, который послушно уселся рядом со ступеньками. Чувствуя себя мега тупо, Тсунаёши всё же кривовато улыбнулась и помахала ему рукой на прощание. Бестер по-королевски прикрыл глаза, как бы говоря, мол, езжай уже отсюда. Н-да, даже животное относится к ней пренебрежительно. Наконец, автомобиль тронулся, действительно увозя её прочь от особняка. Краем глаза ей показалось, что на втором этаже дёрнулась занавеска, но она решила списать это всё на нервы. Ехали в полнейшей тишине. Неизвестный парнишка смотрел сугубо на дорогу, изредка кидая взгляды в зеркало заднего вида, встречаясь с ней глазами. Савада при каждом таком «столкновении» расплывалась в милейшей улыбке, хотя сердце в груди стремилось выйти вон и больше не вернуться. Достигнув пределов города, она озвучила нужное ей место для остановки. Судя по кислому лицу, мафиози не слишком уж и хотел её слушать, но вякнуть что-то против не посмел. Что-то так неоднозначно свербело под лопаткой, не может всё так хорошо и просто заканчиваться. Ну, вот не может, хоть убейте. Однако её высаживают у нужной остановки и, не попрощавшись, сразу же уезжают в прекрасный закат. Саваде только и остаётся, что ошарашено стоять на месте, прижимая к груди нужную папку, которая приятно грела сердце. Примерно в такой вот эйфории её и застал Гокудера, подъехав на служебной машине. — Ты где шлялась? — зашипел на неё друг, когда она толком ещё и сесть не успела. — Новости трубят о том, что у вас в доме произошёл взрыв из-за утечки газа, говорят, мол, жертв нет, но о тебе вообще ни слова. Это что ещё за херня? — Ты не поверишь, — пролепетала Тсуна в ответ, потому что сама ещё не верила. — А ты попробуй сделать так, чтобы я поверил, — злобно процедил Хаято. — Давай не сейчас, а? — слабо запротестовала она в ответ. — Вечером поговорим, я отойду от шока, ты перестанешь быть таким злым, нет? На неё красноречиво взглянули, настолько, что захотелось вскинуть руки и попросить сильно не бить. Но Тсунаёши-то прекрасно знала, что бить её никто не собирался, поэтому лишь спокойно пожала плечами, как бы одним своим видом говоря, мол, ты ведь знаешь, что я права, и с этим ничего поделать нельзя. Шумно прошипев сквозь зубы ругательства, Гокудера послушно вырулил обратно на дорогу, направляясь в сторону своего дома. — Запасные ключи в бардачке, куда идти — знаешь. — Спасибо, — с готовностью отрапортовала Савада, послушно шаря в указанном месте, вынимая связку. — Просто так не отделаешься, — пригрозил он, поморщившись, — тебе просто везёт, что я на дежурстве. Автомобиль мягко затормозил, и, не удержавшись, она всё же послала возмущённому парню воздушный поцелуйчик, прежде чем легко выпорхнуть наружу. Быстро поднявшись на нужный этаж, Савада спешно отворила дверь, заходя в знакомую квартиру. И как только она оказалась в знакомом месте, уверенная в своей безопасности, уверенности как ни бывало. Колени подогнулись, и Тсунаёши, откинувшись на дверь, медленно сползла на пол, с трудом давя в себе истерические смешки. В голове никак не укладывалось всё произошедшее. Дурдом какой-то. На то, чтобы успокоиться, у неё ушло минут двадцать. Только спустя этот длительный промежуток времени, Савада уговорила себя вновь подняться и дойти до кухни. Там, выгрузив бумаги на стол, она налила себе стакан воды и медленно-медленно цедила её, задумчиво смотря в окно. Ей хана. Она стащила какие-то документы из мафиозного особняка, где каждый хочет перегрызть глотку своему «другу». Документы, которые каким-то боком должны были подставить Занзаса. То есть мало того, что она влезла в самое сердце Вонголы, так она ещё и влезла в самый заговор самого сердца Вонголы. Попадалово. И честно, ей правда хотелось разобраться с этим делом как можно быстрее. Желательно, чтобы гениальная мысль пришла в её голову, ну, прямо сейчас. Чисто на автомате Тсуна побрела в зал, где безвольной тряпочкой легла на диван, прикрыв глаза. Ей казалось, что лёжа информация будет продумываться лучше, но вместо этого она сама не заметила, как уснула. Разбудила её лишь дверь, ударившаяся о стену. Гокудера ругался так громко, что его мог не слышать только мертвец. Не сдержавшись, Савада зевнула, лениво поднимаясь на ноги, выглядывая наружу. — Ты дверь за собой закрывать не пробовала? — недовольно поинтересовался Хаято, стоило лишь ей попасться на его глаза. — Я, конечно, понимаю, вера в добро и все дела, но обычная предосторожность то должна быть. — Прости-прости. — Прости-прости, — передразнил он её, но уже беззлобно. — На, — в неё полетел какой-то пакет, который она чуть не уронила на пол, с трудом поймав. — Больше не роняй, тебе повезло, что никто не подобрал. И довольный собой Гокудера отправился на кухню, разминая плечи. Тсуну же пробил холодный пот, она была уверена, что ничего не роняла. С неким трепетом она всё же заглянула в пакет, ошарашенно вытаскивая оттуда паспорт. Точно такой же, какой был у неё. И не только паспорт, тут были все документы, что сгорели в огне, и даже банковская карта с пинкодом. Да что за хрень?! Последним она вытащила маленький листочек, такой обычно использовали для стикера. Дрожащими пальцами она перевернула его, вчитываясь в две скудные строчки, написанные твёрдой рукой. Добро за добро, женщина. З.С. — А что тут за документы? — крикнули ей, заставив дёрнуться. — А-а, это так, ничего особенного, — спешно произнесла Савада, кидая листок к остальным документам, спешно заходя на кухню, чтобы вовремя убрать бумаги из поля зрения заинтересованного парня. — Ну-ну, ты мне рассказывать будешь или нет? — Эм, да, буду, — она неловко улыбнулась, опустившись на свободный стул. Савада действительно начала рассказывать, медленно, вдумчиво, но не то, что было нужно. По большей части всё просто свелось к тому, что она помогла мужчине, тот помог ей, а потом, оп, и мафия. Вот так, да, дерзко, резко и неожиданно. Ни о каком странном пламени, ни об умном лигре, ни, тем более, о заговоре она ничего не сказала. Судя по скептическому выражению лица Гокудеры, который за это время успел приготовить холостятский ужин и разложить его на две тарелки, он не верил. Да, она бы и сама себе не поверила, но почему-то слепая уверенность в том, что Хаято всё знать не нужно, была сильнее. — И что это был за мужик? — уточнил друг, ковыряясь вилкой в макаронах. — Не знаю, — легкомысленно пожала плечами Тсунаёши, — я не спросила имя, а он и не говорил. — А он твоё знает? — упрямо продолжил гнуть своё Гокудера, пришлось грустно вздохнуть. — Супер, вроде умная девка, а так сильно тупишь. Столкнуться на прямую с мафией, н-да, и ничего не помнишь? Местность вокруг особняка, дорога от него до города? — Нет, — даже головой покачала для достоверности, — прости. — Хреново, ты, по сути, один из немногих свидетелей, кто побывала так близко к мафии и осталась жива, — Хаято пожевал нижнюю губу, недовольно поморщившись. — А если бы полиция накрыла хотя бы мелкую семейку, это уже бы встряхнуло этих ублюдков. Савада согласно покивала, хотя сама думала о том, что если бы её друг знал, у кого она действительно «гостила» всё это время, то он бы не горел таким уж ярким желанием их накрыть. Хотя, нет, горел бы, но ещё и маниакально. Не надо этого, Вонгола опасная семейка, к такой лучше не лезть. Взгляд невольно опустился на документы, которые она умудрилась выкрасть. Работа как-то сама собой отошла на второй план, но если у неё есть эти документы. — И что ты будешь делать? — словно прочитав её мысли, поинтересовался Хаято. — Да так, есть одна мысль, — задумчиво протянула Тсуна, невольно усмехнувшись. Вонгола Вонголой, но и она не против немного подгадить напоследок этим мафиози, не будь она журналисткой.