Happily Ever After

Они идут на протяжении долгого времени, и Драко начинает надоедать темная повязка на глазах. - Поттер, мы идем уже целую вечность, - тянет он капризно, но Гарри лишь смеется в ответ и продолжает вести его, нежно придерживая за талию. Судя по звуку шагов, они вышли на мостовую. Здесь гораздо больше людей, чем было до этого, и намного прохладнее. Десятки, сотни голосов сливаются в беспорядочный шум, и Драко напрягается. Непохоже на улицы магического Лондона – там не бывает такого столпотворения. А еще там нет противного пронизывающего ветра и сырости. - Только не говори, что ты привел меня в район к маг… Теплая ладонь прижимается к губам, а секундой позже замерзшее ухо опаляет жаркое дыхание: - Мы почти на месте. И Драко остается только следовать, вверяя свою сохранность – возможно, даже жизнь! – в руки этого безголового Поттера, героя всей магической Британии, а на деле просто беспечного, невыносимого, раздражающего своей правотой… Легкое движение над его макушкой, и повязка падает с глаз Драко, о чем тот почти жалеет: открывшиеся участки кожи моментально начинают отмерзать. Открыть глаза удается не сразу, но стоит зрению достаточно сфокусироваться… - La favoloso Italia, серьезно? – Драко даже не может больше злиться, настолько это все по-детски трогательно. - Ты говорил в прошлый раз, что всегда мечтал побывать в Италии, - Гарри опускает глаза и взъерошивает волосы на затылке, пытаясь скрыть смущение. – Сегодня у нас не так много времени, поэтому прогулку по настоящей Италии я решил отложить до выходных… Драко не может сдержать смех. Немного истеричный, но безмерно удивленный и почти восхищенный. Обхватывает лицо смущенного Героя ладонями в кожаных перчатках, слегка наклоняется и целует. Мягко, нежно и чувственно. Непохоже на все, что у них до этого было, ведь раньше они целовались яростно, почти зло, кусая чужие губы и зализывая ранки на своих… - Безголовый гриффиндорец, - шепчет Драко в самые губы Гарри, все еще держа его лицо в своих ладонях, и заглядывая в самую чистую глубь зеленых глаз. – Герой до мозга костей. Зрачки Гарри расширены настолько, что похожи на черные омуты. Возможно, потому что уже начинает темнеть. А взгляд расфокусированный и пьяный, и это точно не от темноты. - Показывай свою маленькую маггловскую Италию, - снисходительно разрешает Драко, чмокает Гарри в последний раз, берет его за руку и входит в ресторан первым. Вечер проносится с такой головокружительной скоростью, что Гарри не успевает опомниться. В одно мгновение он встречает Драко у Флориш и Блоттс в Косом переулке, в другое он ведет его по оживленной улице, улыбаясь его неуверенности и волнению, и вот они уже сидят за столиком, отделенным от остальных тонкими ширмами из светло-лиловой ткани. Но голова кружится не только от скорости, и даже не от половины бокала красного вина, которое так нравится Малфою, но абсолютно не нравится Гарри. Этот вечер совершенно не похож на другие. Может, у Драко хорошее настроение, может, он растроган его, Гарри, поведением, а может, он понял, что рядом с Гарри ему не нужно прикрываться щитами из бесконечных насмешек и замечаний. В любом случае, все, что Драко делает и говорит сегодня, кажется Гарри бесконечно очаровательным. То, как он смахивает ставшие длинными, растрепавшиеся от ветра серебристые пряди с лица, и они мягкими волнами ложатся ему на плечи. То, как он пробует пасту, слегка жмурится от удовольствия, а потом говорит, что магглы совершенно не умеют готовить. То, как его глаза радостно блестят, несмотря на все его попытки выглядеть недовольным. Конечно, его колкости никуда не делись, но они словно бы стали менее колючими, или же, что более вероятно, Гарри просто окончательно снесло крышу от этого трусливого, но безумно очаровательного, злого, но бесконечно восхитительного слизеринца. Покончено с ужином, покончено с горячим шоколадом, в ожидании официанта царит умиротворенная тишина. - Драко, - Гарри внимательно смотрит в спокойные серые глаза, на губах Драко играет мягкая улыбка. – Если тебе так нравится Италия, почему ты там не был? Драко слегка напрягается, Гарри кладет руку на его тонкие бледные пальцы с идеальными овальными ногтями, и он опять оттаивает. - Как ты себе это представляешь? – Драко говорит тихо, его интонации странно подходят теплой атмосфере этого вечера. – Дом полон Пожирателей, над головой дамокловым мечом висит необходимость выполнить задание Темного Лорда, а я отправлюсь в Италию, на солнышке греться? Он смеется, но Гарри может уловить в звуке его смеха горький осадок. - Или вот еще, захожу в большой зал и подхожу к Волан-де-Морту с вопросом, не желает ли он присоединиться ко мне в чудесной поездке к Средиземному морю? Хотя, зачем подходить, надо было спросить это, пока он наблюдал за тем, как со мной развлекались Долохов и Кэрроу… Драко все-таки передергивает, и Гарри передергивает тоже. Он знает, о чем говорит Драко, и это знание наполняет его такой нежностью, на которую он не думал, что когда-либо будет способен. Они обсуждали это однажды, когда Драко впервые остался ночевать на Гриммаулд-плэйс и не захотел дойти с Гарри до самого конца. Гарри пересаживается на диванчик напротив, рядом с Драко, притягивает притихшего блондина к себе за узкие плечи, сжимает все еще холодные пальцы крепче. - Прости, я никогда не думаю, когда говорю. Драко усмехается, и Гарри знает, что Драко ненавидит моменты, подобные этому. Ненавидит показывать свою слабость, ненавидит то, что война и соседство с Волан-де-Мортом почти сломали его. И Гарри неимоверно рад, что оказался рядом, когда Драко был готов сломаться, и помог ему стать прежним язвительным и самоуверенным собой. - Кроме того, я был в Италии, - начинает Драко снова. – Только мне было три или четыре, кажется. Семейная поездка к морю. Тогда моя семья еще была похожа на семью. После того как Темный Лорд исчез, отец опять был готов любить мою мать, а она была готова простить ему все неправильные решения, что он принял. Конечно, когда отец снова к нему примкнул, все стало гораздо сложнее… Но в Италии было здорово. Я плохо помню, но было солнечно и очень красиво. Правда, я один раз чуть не утонул... - Серьезно? – Гарри изумленно спрашивает, радуясь, что Драко отвлекся от болезненных воспоминаний. - Серьезно, - уверяет Малфой, снова переходя на веселые интонации. – Заходил в воду, и в одном месте внезапно стало очень глубоко. Захлебывался, пока отец не вытащил. Потом он долго надо мной смеялся, а мама меня успокаивала. Так и не научился плавать с тех пор, не поверишь. Драко сел к нему полубоком, так что Гарри смог наконец заглянуть ему в глаза. Никаких колючих серых льдинок, никаких болезненных призраков прошлого. Он выдохнул с облегчением и мягко поцеловал Драко в гладкую впалую щеку. Гарри оплатил счет, они с Драко оделись и вышли на мостовую, которая выглядела гораздо романтичнее, освещенная фонарями и разноцветными вывесками. - Да, это не свечи и факелы, - признал Драко, звуча даже немного восхищенно. Потом отвернулся к дальней витрине и тихо произнес: - Спасибо. Гарри не ответил, лишь подошел ближе. Обнимать Драко со спины было не очень удобно, особенно учитывая то, что Гарри был без перчаток, Драко был в пальто, а еще блондин немного выше его, но все это не имело значения. - Знаешь, а я ведь тоже не умею плавать. Драко издал непонятный, но полный недоверия звук. - Какое-то время я ходил в бассейн вместе с Дадли, но я был похож на тощего лягушонка, и надо мной смеялись. А я не любил, когда надо мной смеялись, - Гарри усмехнулся. – А к морю меня Дурсли не брали, оставляли у соседки или родственников. - Если бы не запрет на колдовство, твоим Дурслям бы мало не показалось, - Драко звучал обиженнее, чем когда говорил о собственном плохом прошлом, и это показалось Гарри очень трогательным. - Я не сомневаюсь, - улыбнулся он. Внезапно Драко замер. - А как же запрет для меня на трансгрессию за пределы магической Британии? – взволнованно спросил он. Гарри же очень обрадовался, что подумал об этом заранее. - Я уже поговорил с Шеклботом. Нас отпускают на выходные и даже немного дольше. Драко выдохнул и замолчал ненадолго. Потом начал снова: - Ты же в курсе, что я тебя люблю? Гарри мог только надеяться, что Драко сказал это не под влиянием эмоций, а потому что на самом деле чувствовал так. Потому что Гарри был уверен в своих чувствах. - И я люблю тебя тоже. Первое признание за почти год отношений. За год яростных ссор, не менее яростных драк и поцелуев. Год выматывающих душу разговоров о войне и выяснения отношений. Год истерик Малфоя, которые почти невозможно выносить, год срывов Гарри, вспышек стихийной магии, во время одной из которых Малфоя чуть не прибило отвалившейся полкой на Гриммаулд-плэйс. И все же, даже до этого неправдоподобного вечера, похожего на затишье перед бурей, Гарри купил кольцо в маггловском магазине. Белое золото и россыпь изумрудов. Осталось только поговорить с Люциусом. - Драко, ты не в курсе, твой отец завтра дома?