Из жизни зомби

      Домой я вернулась ближе к трем часам ночи. Еще со двора я заметила, что в нашей квартире горит свет - впрочем, ничего удивительного. Бабушка наверняка уже вся извелась, ведь я обещала вернуться с праздника к одиннадцати... А получилось, как всегда. Тихо пикнул домофон, пропуская меня в тускло освещенную парадную. Лифт сломался сегодня с утра и, судя по всему, его починкой так до сих пор никто и не озаботился. А зря, ибо подниматься на девятый этаж по темной лестнице - удовольствие ниже среднего.       Преодолев казавшиеся бесконечными лестничные пролеты, я тихо подошла к нашей серой металлической двери и достала ключ из кармана. Щелчок - и она открылась. Из квартиры пахло травами (видимо, бабушка заварила себе какой-нибудь из своих бесчисленных отваров), а из кухни падал свет. Впрочем, как только я заперла дверь, оттуда сразу же послышались быстрые, немного шаркающие, что характерно для людей преклонного возраста, шаги - бабушка узнала о моем приходе. Я быстро скинула ветровку и присела на корточки, делая вид, что развязываю шнурки. - Валерия! - Шаги затихли неподалеку. Резко щелкнул выключатель, озарив коридор электрическим светом. - Ну и где ты была все это время, позволь спросить?       Я нервно сглотнула, продолжая разглядывать грязные кроссовки. Бабушкин голос был абсолютно спокоен, а это означало, что сейчас она крайне раздражена. Чуть ли не в бешенстве. - Ну... Я... Просто спешила домой, вот и перешла дорогу в неположенном месте. А тут полицейские... - Мой голос был тихим, хоть я и старалась говорить как можно более уверенно. - Прости, ба. Я правда не хотела. Неподалеку тяжело вздохнули. - Ты не брала трубку, телефон выключила... - Он просто разрядился!.. - запротестовала было я, впрочем, тут же сообразив, что сейчас лучше просто помолчать. - Неважно! Я хотела было звонить матери, но у нее сейчас и без тебя много дел. - Я понимаю, ба. - Тихо отозвалась я, стягивая-таки с себя кроссовки и распрямляясь в полный рост. Быстро вспонив про рюкзак, я невольно вцепилась в него, стараясь закрыть им испачканную одежду. Впрочем, безуспешно. Бабушка вновь приняла грозный вид. - А чего чистая такая? Тобой там что, пол подметали?        Я помотала головой и боязливо отвела глаза, уставившись за спину родительницы, куда-то в конец коридора, где располагалась спасительная дверь, ведущая в мою комнату. Но в случае, если подобный допрос продолжится, попасть туда в скором времени мне не грозит. Поэтому, впервые за весь разговор всё-таки обратив свой взгляд на лицо женщины, я умоляюще произнесла: - Ба, я тебе все завтра расскажу, хорошо? Я очень хочу спать, мне в школу завтра.        Последний аргумент, кажется, подействовал. Моя бабушка относилась к тому типу людей, которые считают, что школа это святое, и пропускать ее нельзя ни в коем случае (поэтому, помниться, пару месяцев назад я пошла на уроки с температурой под тридцать девять). А потому, проворчав что-то насчет "раньше надо было об этом думать", она пропустила меня к заветной двери, впрочем, не сводя с меня пристального взгляда до того самого момента, пока я не закрылась изнутри.        Оказавшись у себя, я быстро стянула с себя все грязные вещи и, умывшись влажными салфетками, так удачно завалявшимися в кармане, упала на кровать. Идти в ванную не было ни сил, ни желания. В конце концов, в душ можно и с утра сходить... И вот, по привычке заведя будильник на семь утра, я выключила свет и уснула, едва моя голова коснулась мягкой подушки.

***

- Лер, да что с тобой сегодня такое? Ты вчера, вроде, рано ушла.        Высокий голос одноклассницы заставил меня поморщиться и приподнять голову с парты, на которой я так уютно устроилась. Шел уже третий урок, а я все никак не могла проснуться, хоть и встала в пол восьмого, когда бабушка, в сотый раз проклиная мой будильник с функцией "повтор через пять минут", пришла меня будить собственноручно. В школу же я чудом не опаздала, благо живу недалеко, а суровая родительница тонко намекнула, что пробежки по утрам еще никому не мешали. - Все нормально, Рит. - Отозвалась я голосом, доказывающим обратное. - Просто заснуть долго не могла...        Рита лишь покачала головой и протянула мне какой-то мелкий скомканный листочек. Я удивленно подняла брови, но все же приняла его, впрочем, не переставая жестко тупить. - Это записка, идиот. - Правильно растолковав мое поведение, соседка по парте тыкнула своим ухоженным пальцем в имя, написанное на этом клочке темной шариковой ручкой. - Тебе. Угадай, от кого.        Я пожала плечами - мне, в целом, все равно, кто этот человек, который в десятом классе все еще ребячится, перекидываясь записками. Впрочем, этот пофигизм овладел мной лишь до того времени, пока я не прочитала то, что было написано внутри. - Офигеть! - Присвистнула Ритка, видимо, напрочь забыв, что мы находимся на уроке. Впрочем, наша четвертая парта в дальнем от учителя конце класса это впролне позволяла. - Тебе все еще не интересно, от кого это написал?        Я быстро скомкала листочек и засунула в карман. "После школы жду тебя у входа в кофейню "Шоколадница". Надеюсь, что ты не откажешься." Это еще что за бред! Я недовольным взглядом оглядела класс - впрочем, он выглядел, как и всегда, никто не обращал на меня внимания. Друзей в школе у меня было немного, а о парне речи вообще не шло. Но тогда кто? Может, это розыгрыш? Я поделилась этой мыслью с Риткой, но у той от слишком бурных фантазий уже засияли глаза. - Спорим, это Глеб! Или Женя! Или, возможно, Кирилл! - Начала лихорадочно перебирать она, оглядывая наш класс. И вот чему она радуется! Я понимаю, если бы ее пригласили... Впрочем, следить за ее рассуждениями было довольно забавно, поэтому я, вновь положив голову на руки и распластавшись по своей части парты, продолжила ее слушать. Никто из тех, кого она перечисляла, мне не нравился, да и вообще, что за абсурд! - Рит, слушай. А ты не хочешь вместо меня сходить? Блондинка удивленно перевела на меня взгляд. - В смысле? Это же тебя пригласили, да и вообще... - Но у меня сегодня дела. - Перебила ее я, бросив взгляд на свою гитару, стоящую в конце класса. Не зря же я ее тащила! - Мне и так надо встретиться кое с кем... - И с кем же? - Подруга жадно уставилась на меня. - Рассказывай! - Да чего там рассказывать... Так, кузина из Благовещенска сегодня прилетает, надо ее встретить, с гостиницей помочь. А еще я ей на гитаре обещала поиграть. - Нехотя соврала я, наблюдая, как выражение ее лица сменяется с жутко заинтересованного на крайне разочарованное. - Ты же понимаешь, это важно.        Онa кивнула, принимая из моих рук бумажку. Так, с этим разобрались - уже легче...

***

- Прости, я немного задержалась.        Парень медленно поднял голову, пристальным взглядом вглядываясь в мое лицо. Стало неуютно, поэтому я, кажется, немного покраснев, отвела глаза. - Да ничего. - Равнодушно отозвался брюнет. Затер, заметив мое смущение, он легко похлопал по скамейке рядом с собой, приглашая сесть. Посмотрел на гитару, болтающуюся за моей спиной. - Зачем ты ее притащила? - Играть буду. - Деловито сообщила я, впрочем, не спеша сдвигаться с места. Потом обвела взглядом могильные кресты, зловеще возвыщающиеся вокруг, и неуверенно предложила. - Это, может, куда-нибудь в другое место пойдём? В парк, например... - Зачем? - Макс поднял брови, оглядевшись вокруг с какими-то странным выражением лица. - Мне и здесь хорошо: тихо, уютно. Если хочешь, иди одна.        Я протестующе замахала руками. - Нет-нет, просто... Петь на кладбище же запрещено, да и вообще... - А ты им "Ave Maria" сыграй. - Издевательским тоном посоветовал брюнет, закинув ногу на ногу. - Может, простят. Или что-нибудь потяжелее, чтобы тусу устроить могли. - Ты о ком? - Глупо отозвалась я, сглотнув ком в горле. Мертвецов я, как вы уже поняли, боялась очень-очень, хоть и пыталась из всех сил делать вид, что смелая. - О мертвецах, о ком же еще. - Весело отозвался парень, глядя на побледневшую меня. Видимо, моя фобия его порядком забавляла. - Они тут каждую ночь ходят, разве что вчера тебя испугались.        Я тяжело вздохнула и, наконец-то посадив свое бренное тело на скамейку, принялась копаться в сумке. Припасенные заранее бутерброды под огромной горой школьных учебников я едва откапала, да еще и в изрядно помятом виде. Впрочем, Макса это не сильно волновало - от послушно принял их, с довольным видом распечатывая и с аппетитом поедая. А я, пока мой новый знакомый придавался трапезе, еще раз огляделась вокруг - и все-таки сейчас кладбище выглядело не так уж и жутко, а даже в каком-то смысле умиротворяло. Затем я незаметно посмотрела на Макса, внезапно заметив, что со вчерашней ночи его одежда не изменилась. - Ты... Не был дома со вчера? - Стараясь сформулировать предложение как можно более корректно, поинтересовалась я. - Да нет. - Брюнет равнодушно пожал плечами, отправляя в рот последний кусок бутерброда и вытирая рот немного мятой салфеткой. - Зачем? - Ну, переодеться, помыться там. Поспать. - Чуть более настойчиво продолжила я, стараясь, впрочем, не слишком давить на собеседника. - Мне и тут хорошо. - Не меняя интонации, отозвался Макс. А потом почти шепотом добавил: - Да и не хочу я туда идти.        Тогда я все-таки повернулась и в упор посмотрела на парня, который в этот момент с неподдельным интересом разглядывал крест неподалёку. При свете дня он, конечно, не был похож на зомби, но и на особо приличного человека, коим он мне вчера в каком-то забвении показался, походил мало. Давно немытые, грязные волосы спадали на плечи, закрывая от взоров большую часть худощавого, с ярко выраженными скулами лица. Кожа его имела нездоровый сероватый оттенок, а в мешках под глазами уже давно можно было хранить картошку. Губы потрескались и немного кровоточили, а веки были красными и сухими. Да уж, как ни посмотри, а на успешного молодого человека он не походил ни с какого ракурса. - Почему ты как не хочешь домой? - Так же тихо поинтересовалась я, а потом, внезапно смутившись, добавила. - Если не секрет, конечно. Макс покосился на меня немного недовольно. - А если секрет? - А я все равно узнаю. - С несвойственным мне весельем в голосе сообщила я и выжидательно посмотрела на собеседника. Он вздохнул. - Ладно, скажу, а то ведь не отцепишься.        Я кивнула головой, как бы подтверждая его слова и намекая на то, что я внимательно слушаю. - Я просто не люблю свой дом. Там всегда слишком шумно и слишком много народу... - Начал Макс с какой-то явной безысходностью в голосе. - А они не любят меня. Они заставляют меня одеваться в свою одежду. Галстуки, пиджаки... Они там все такие. Все люди вокруг будто состоят только из этих этих галстуков и пиджаков. Они вечно говорят о каких-то скучных вещах, делая вид, что им интересно. Знаешь, а ведь я люблю мистику. Мне нравится все необычное, но когда я попробовал однажды, еще в детстве, завести об этом речь, они засмеялись и перевели разговор. Им это не интересно. А я так не хочу.        Я сидела будто в оцепенении. В какой-то момент я потеряла нить повествования и перестала понимать, что имеет в виду парень. Он говорил несвязно, бросая одну мысль и тут же цепляясь за другую. Возможно, именно так и ведут себя люди, у которых болит душа - если им позволить говорить, они будут делать это, пока не выскажут все до последнего слова. Так и здесь. Он все говорил и говорил, пока, как мне показалось, не выдохся. Поэтому, когда он внезапно замолчал, я еще некоторое время сидела, будто под гипнозом. Его слова, его немного охрипший голос продолжал звучать в голове, не давая мыслям собраться. - Эй, ты уснула? - Немного грустно спросил Макс, посмотрев на меня некоторое время и не сумев уловить в моей тушке признаков мозговой активности. - А? Что? Нет, прости. - Я, словно очнувшись, принялась смущенно теребить волосы. - Просто я немного не поняла... У вас большая семья?        Брюнет покачал головой. - Нет, у нас просто всегда много гостей. - Ясно... - Протянула я, на деле запутавшись еще больше. - Значит, это твое переодевание в зомби - что-то вроде протеста?        Макс кивнул и, легко усмехнувшись, принялся с нездоровым интересом разглядывать свои обноски, будто находя в этом какое-то непонятное другим удовольствие. - В сухом остатке - да. А вообще, я просто люблю зомби. И призраков. Меня всегда манила кладбищенская тематика - а ты разве не считаешь это прекрасным? Эти кости, которые когда-то принадлежали живому существу... О них не забыли, я постоянно с ними разговариваю.        Я неуверенно помотала головой из стороны в сторону, выражая свое несогласие. Мне, что уж тут скрывать, никогда не приходилось ловить кайф от вида разлагающейся плоти и желтеющих костей. Да и вообще, мне кажется, ни один нормальный человек с этим бы не согласился. Но мой новый знакомый, увы, не относился к числу нормальных. И сейчас Макс, уловив мою позицию, немного сник, но потом, дабы не убивать только-только наладившийся разговор, произнес: - Доставай уже свою гитару.