Serial Killer 3: Last breath

[3] Я медленно открыла глаза и замычала. Мне показалось, что я была без сознания вечность. У меня немного затекли ноги и руки. Глаза ужасно резал белый цвет, который окружал меня. Белым было всё – стены, потолок, моя постель, двери, окно. Рядом с моей кроватью стоял какой-то аппарат и капельница. Мне захотелось закричать громче, чем тогда на поляне. Больница?! Только не это! Я же никогда не посещала больницу. Я даже не знала, что тут делать и как себя вести. Если я в больнице, значит где-то рядом полицейские, потому что одну они меня здесь точно не оставят. Я попыталась встать, и в этот момент в мою палату вошли два полицейских. Я не ожидала от себя такого, но мне очень хотелось, чтобы они были настоящими, а не теми, кто помогал Ребекке. Ребекка…она мертва? - Ты очнулась? Идти сможешь? – спросил один из них. - Куда идти? Я ещё не готова отправляться за решётку. Я ещё неважно себя чувствую, - запаниковала я. - Пока что ты идёшь только к врачу, - ответил тот. Я попыталась подняться с кровати, то почувствовала боль на коже ног, а ещё я была наручниками пристёгнута к кровати. Отлично! Как же я надеюсь, что этот визит в больницу – последний для меня. Но это было не так, ведь я связалась с этим Шерлоком Холмсом, и моя жизнь больше не была лёгкой и местами даже очень печальной. - Я могу привести себя в порядок? – спросила я. Мои волосы были запутанны и торчали во все стороны. Я даже без зеркала это видела. - У тебя 5 минут. - Может, отстегнёте меня от этой койки? Один из полицейских подошёл ко мне, и отстегнул наручники, но пристегнул мои руки спереди одними из них. Жизнь в наручниках – самая, что ни на есть страшная. Интересно, а что если я в туалет захочу? Я попыталась кое-как расчесать свои волосы этой страшной расчёской, которую мне предложили. Получилось у меня это неважно, поэтому пришлось кое-где распутывать волосы руками, и при этом я выдёргивала волосы, которые запутывались в наручниках. Это было очень сложно, и меня охватило отчаяние. Неужели мне даже нельзя спокойно привести свои волосы в порядок? Да ещё и эти полицейские смотрели на меня. Мне почему-то казалось, что они потешаются надо мной. Всё же мне удалось расчесать волосы, но кажется, что теперь, я их не восстановлю никогда. Они были похожи на солому, хотя волосы у меня всегда были гладкими и блестящими, потому что я не пользовалась красками и дорогими шампунями, никогда не сушила волосы феном. Это не из-за того, что я берегла их. Просто у меня не было желания заниматься всем этим. Когда я закончила с волосами, полицейские надели на меня ещё двое наручников, не снимая те, что были уже на мне. Одними наручниками полицейский со светлыми волосами приковал меня к своей руке, а другой полицейский другую – левую руку, к своей руке. - Никаких резких движений, - сказал мне тот, что блондин. - У меня страшные ожоги и побои. Я даже если захочу, не смогу сделать резких движений, - саркастически ответила я. В этот момент Шерлок уже пришёл в больницу и стоял в том коридоре, по которому меня должны были вести к врачу. Он переживал за меня, винил себя в том, что случилось, но мне было бы плевать, если бы кто-нибудь сказал мне об этом. Майкрофт тоже был там, а ещё полиция, и в этот раз настоящая. Один из Холмсов хотел убедиться, что со мной всё в порядке, а другой – что я снова не сбегу. Не сложно догадаться, кто из них о чем думал. [4] И вот меня вывели из палаты. Мне показалось, что время остановилось. Мы шли как-то медленно, и все останавливались, чтобы посмотреть на меня. Я чувствовала себя экспонатом в музее. И это было не очень захватывающе. Я увидела спокойное лицо Майкрофта, хотя я знала, что у него сейчас твориться в душе. Рядом с ним стоял Шерлок. Его лицо сильно изменилось после нашей последней встречи. Под глазами у него были синяки, волосы потрёпаны, кое-как завязан шарф. Мне показалось, или он действительно последний раз спал со мной? Ведь он выглядел так, будто ни разу не сомкнул глаз после этого. Я поняла, что не спал он из-за меня. Чтобы там ни было, а он всё же переживал. На моем лице появилась самодовольная улыбка, которая некоторых шокировала, а некоторых ввела в ступор, ведь все думали, что я буду чувствовать себя загнанной в угол, буду рыдать, просить о пощаде. Но этого не будет, ведь в тюрьму я не попаду. Я не дам им закрыть меня за решёткой. Мне было немного больно идти, ведь кожа ног всё ещё пекла от ожога и порезов, и чувствовалась тупая боль от дубинки. Но всё же я старалась не обращать внимания на боль, ведь я победила. Ребекка хотела отомстить мне, а оказалось, что она сама умерла. Единственное, что меня немного волновало – кто тот мужчина, что помог мне? Некоторые врачи даже останавливались, и пятились под стенку, как будто меня вели не полицейские, а мои помощники, и они целились во всех, кто подходил ко мне хоть на метр. Но лучше это было бы так. Я снова посмотрела на Шерлока. На его лице отразилось переживание, он был напряжён, и как будто готовился к прыжку. Наверное, я выглядела настолько плохо. Волосы то я причесала, но на лбу у меня было 3 пластыря, и один на подбородке.Одета я была в какую-то белую рубашку, которая была больше моего размера раз в 5, и она висела на мне. Доставала она до колен, а дальше были видны мои ожоги. Мне было немного страшно смотреть на них, потому что к такому я точно была не готова. Когда увечья на твоём теле, а не чьем-то ещё, ты сразу же становишься каким-то морально-уязвимым. Я прикусила губу, потому что наручники скользнули по тому месту, где была царапина от ножа. Мы наконец подошли к кабинету врача. Полицейские вошли со мной, но врач кивнул им, показывая, что всё нормально. - Я думаю, мы справимся и без вас. Всё будет хорошо, - сказал он. Его голос был довольно мил. Полицейские отстегнули наручники, которыми были прикованы ко мне, но оставили те наручники, которые сковывали мои руки спереди. После этого оба покинули кабинет. - Как себя чувствуешь? - спросил врач и взял какую-то тетрадь. На ней было написано моё имя. Скорее всего, моя медицинская карточка. Наверное, им пришлось завести новую, потому что у меня никогда её не было. - Отлично, - сказала я. - На сколько отлично? - спросил он с улыбкой, которая меня немного взбесила. Почему он не переживает за то, что говорит с серийным киллером? - Просто великолепно. Лучше не бывает, - ответила я с сарказмом. - Голова не болит, не кружится, не тошнит? Что чувствуется на ногах и руках? - деловито спрашивал он. Мне показалось, что я попала в какой-то сериал про докторов. - Всё хорошо, я же сказала. Сколько я находилась в отключке? - Когда тебя привезли, ты была в сознании, но ничего не понимала, ничего не слышала, ничего не видела. Глаза были открыты, а сама ты была где-то далеко. Мы оказали тебе медицинскую помощь, положили в палату, полицейские окружили практически всю больницу, к тебе приставили штук 10 их: в палате, возле палаты, возле окна с улицы. Они следили за тобой все 10 дней. - Я валялась здесь 10 дней?! - удивленно вскрикнула я. - Да. Нам приходилось колоть тебе обезболивающие и снотворное, чтобы тебе было не тяжело перебороть эту боль. Полицейские были против, но другого варианта не было. - Все знают, что случилось? - Только знают, что полицейских подкупили, и ты так и не доехала до участка. Все нервничали. думали, что ты сбежала, а затем позвонили и сказали, что ты где-то за Лондоном лежишь без сознания, и что тебя похитили и пытали. Полицейские разбирались с этим делом, выясняли кто эта Ребекка, и всё узнали. Они приписывают тебе и эти смерти, хотя и за те все ты получишь по полной. Они не засчитали это как самозащиту. Сама понимаешь, тебя не любят. - Меня ненавидят и хотят присудить на смертную казнь. Говори правильно. - Хорошо, я послушаю тебя. Подними рубашку, - сказал врач. Я только сейчас поняла, что на мне даже нижнего белья не было. Вот так сюрприз. Я сделала то, что он сказал, и он приложил к моей груди какую-то круглую фигню, которая выглядела как наушники, потому что они действительно были у него в ушах. Я видела такое по телевизору, но даже не знала как оно называется. - Сердцебиение учащенное. Я дам тебе успокоительные и обезболивающие. Попьешь недели две, а затем я посмотрю стоит ли продолжать курс этих таблеток. Садись, я давление тебе померю. Я села, и он застегнул на мне толстый браслет на липучке, который становился туже и вибрировал. Наконец он закончил, и врач снял его с меня. - Давление немного понижено, а сердцебиение учащенно. Думаю, скоро всё восстановится. - Можете указать мне услугу? - Какую? - удивленно спросил врач. - Дайте мне сбежать отсюда.