Я буду счастлив без тебя.

Будильник звонко пищал и оповещал своего хозяина, что пора бы поднять свою ленивую задницу и отключить противный сигнал. Но Бэкхён не желал сегодня подниматься так рано. — Боже, и почему я его вчера не выключил? — бурчал себе под нос парень, пытаясь открыть глаза. Через пару минут ему удалось явить свой взор миру и направить его в окно. Солнышко уже встало и пыталось достать своими руками до Бэка. Тот потер свой нос и чихнул. Он медленно спустил свои ноги на пол, тем самым скинув одеяло лежащее в ногах, на светло-серый паркет. Тяжело вздохнув, юноша решил поднять его, но не рассчитал свои силы и упал прямо на него. Не смотря на всю мягкость и воздушность одеяла, оно не смягчило падения. — Что б тебя! — крикнул Бэкхён, окончательно проснувшись. Посидев немного на полу, он решил, что пора бы уже вставать, а то папа скоро на завтрак позовет, а если Бэк не явится сразу же, то получит по своей и так больной попке. Уже под теплыми струями воды, парень смог улыбнуться. Сегодня должен быть отличный день. После приведения себя любимого в порядок, Бэкхён спустился вниз. Не придав значение тишине, ни о чем не догадывающийся парень переступил порог кухни и…  — С днём рождения!!! — закричали три голоса. Бэк стоял, не шевелясь, и только через пару секунд счастливо улыбнулся и бросился обнимать своих родных.  — Сыночек, ты такой большой у меня, — Хань поцеловал его в щеку и передал в руки отцу. Сехун обнимает сильно и как повелось с детства, целует в лоб.  — Ты быстро вырос. Замечательная омега.  — Отец! — щеки краснеют, а тем временем Бэкхёна передают в руки брата.  — Чунмён! — кричит именинник, и обнимает старшего.  — Хэй, братишка! Боже, да ты скоро будешь выше меня!  — Ну, до тебя мне ещё далеко, — смеётся омега, — ты, где пропадал? Со своей работой совсем забыл обо мне! — наигранно дуется парень.  — Эй, не дуйся, — альфа потрепал волосы брата, — я никогда о тебе не забуду. Ты у меня один такой!  — Ладно, пора завтракать, — прерывает их Хань. В течение следующих двух часов в доме слышатся смех и нескончаемые разговоры. Бэкхён благодарит родителей и брата за такой сюрприз. Чунмён интересуется его учебой и личной жизнью, но омега смущается и делает вид, что второй вопрос пропустил мимо ушей и рассказывает про учёбу. Альфа смеётся, но больше не спрашивает. Родители переглядываются и улыбаются друг другу. У них выросли прекрасные дети.  — Как бы мне не хотелось уходить, но пора, — Сехун встает из-за стола и, попрощавшись с детьми, идёт в коридор. За ним идёт и Хань.  — Ты сегодня пораньше? — спрашивает мужа омега и легко целует в губы.  — Я постараюсь, родной, — альфа углубляет поцелуй и прижимает Ханя к себе.  — Отец, ты опоздаешь! — слышится из кухни крик Чунмёна и смех Бэкхёна.  — Что за дети! — притворно злится Се и, чмокнув напоследок мужа, и крикнув ещё раз поздравление сыну, выбегает из дома. После, когда уборка после завтрака была закончена, Хань и Чунмён уехали на работу, оставляя парня одного в квартире. Недолго думая Бэкхён бежит в свою комнату, находит телефон и набирает номер друга.  — Да, — слышаться сонный голос и копошение рядом.  — Мин, я, конечно, все понимаю, но какого хрена? Ты помнишь, какой сегодня день? — немного повысив голос, спрашивает омега.  — Потерпи часок, окей? — услышав в трубке гудки, Бэкхён топнул ногой.  — Вот и друг! Козёл! Посмотрев на часы, омега решил всё же подождать, предвкушая отличный день. Ровно через час Ким Минсок собственной персоной стоял на пороге дома друга. Ему открыли почти сразу и затащили в дом.  — Эй, Бэкки, с вареньем тебя! — кричит он на ухо Бэкхёну и лезет обниматься и целоваться.  — Не для тебя моя роза цвела! — кричит О и бежит в гостиную.  — Ты всё равно от меня не уйдешь! Они целый час прыгают, бегают и смеются. Минсок каждые две минуты кричит поздравления и пытается потянуть друга за уши. Когда оба выдыхаются и ложатся на бэкхёновскую кровать в позе звезд, Мин всё же дергает Бэка за уши и только смеётся, когда его начинают спихивать с кровати.  — Ты вообще подарок мне принес, а? — грозно спрашивает именинник.  — Твой подарок задерживается, но мы сегодня идём гулять, а потом в клуб.  — Нет! Ты же знаешь, что я ненавижу такие места! И почему именно туда?  — Пойдешь!  — Нет!  — Да!  — Не… Их перепалка продолжалась бы ещё долго, если бы у Бэка не зазвонил телефон.  — Бабушка!  — Твою за ногу! И пока омега разговаривал с бабушкой, а потом ещё с кучей родственников, которые поздравляли и желали ему не только счастья, но и альфу, Минсок успел перевернуть весь шкаф друга и найти ему наряд на вечер и на прогулку. Пока парень вздыхал, слыша очередное: «Бэкхён, пора бы и семью заводить», его друг хихикал и потихоньку таскал продукты из холодильника.  — Ты не завтракал? — спрашивает О и смеётся, когда друг выныривает из недр холодильника с пончиком в руках.  — Да. Потому что кое-кто позвонил и не дал мне поесть нормально!  — Вообще-то, если не помнишь, когда я звонил — ты спал! Харе жрать, пошли гулять.  — Сначала переоденься. И пока Бэкхён переодевался, Минсок успел слопать ещё пару пончиков.

***

Прогулка по парку была просто замечательная. Омеги обошли его вдоль и поперек, наелись сладкой ваты и попкорна, покатались на всех аттракционах, были в комнате страха и смеха и во многих других, а напоследок постреляли во всех тирах. Прогулка закончилась в кафе, в котором парни просидели час, а может и два. Они разошлись ближе к десяти, договорившись встретиться в одиннадцать возле клуба «Морской бриз». Бэк в назначенное время приехал на такси, на место встречи, и стал ждать своего друга возле входа в клуб. Мин не заставил себя ждать слишком долго и опоздал всего лишь на десять минут.  — А что ты так рано? — удивился О. — Ваше Величество, решило прийти пораньше? — язвил он.  — Не надо было рано приходить.  — Ладно. Ну что пошли?  — Вперёд! Лучший клуб Сеула встретил их громкой музыкой, сигаретным дымом, запахом алкоголя и пьяными людьми. Для начала омеги идут к барной стойке и заказывают пару коктейлей, а потом… Несколько часов подряд они танцуют, пьют и веселятся.  — Мин-н-н, я больше не могу. Пойду, присяду! — кричит Бэкхён и уходит с танцпола. Он находит свободный столик с диваном почти у самого входа в клуб и направляется туда. Когда он пристраивается на диване и вытягивает ноги, которые болят и ноют, к нему подходит официантка, которая честно говоря, больше похожа на девушку легкого поведения. Бэк кривит губы в ухмылке.  — Что-нибудь закажешь, милый? — притворно сладким голосом интересуется девица.  — Мне воды, пожалуйста, если можно.  — Подожди минутку, сладкий, — и она уходит в сторону барной стойки. Бэкхён про себя называет её шлюхой и морщится от её обращения.  — А ты думал, в рай попал, Бэкхён? — тихо спрашивает сам у себя и смеётся. Это уж точно не рай. Через пару минут девица приносит ему воды. Улыбается и подмигивает. Бэка передергивает. Слава Богу, приставать не стала, думает он и пьёт воду из стакана большими глотками. Минсок присоединяет к нему позже. Он падает на диван, обмахивая себя руками.  — Я завтра точно не встану! Ноги отваливаются, — жалуется он другу, — а ты как?  — В порядке, но ноги тоже болят. Они просто разговаривают, попивая воду, и уже собираются идти домой, когда в клуб заходит тот, кого видеть сегодня не хотелось.  — Смотри кто здесь, — почти кричит Мин и поворачивает голову друга в сторону входа.  — Только не это! — Бэкхён сглатывает и хватает друга за руку. — Мы должны уйти. Быстро!  — Почему?  — Я видеть его не хочу! Пошли.  — Ну, он же не с нами, так? — Мин дожидается кивка, а потом продолжает. — Тогда какого хрена? Что он тебе сделал? Почему так ненавистен?  — Ты и сам знаешь!  — Прекрати. Хватит это вспоминать!  — Ты не понимаешь! — кричит Бэкхён и убегает, оставляя ошарашенного Минсока одного.

***

Они знакомы с детства. О Бэкхён и Ву Чанёль. Они не были друзьями и не стремились ими стать. Просто однажды их родители решили сыграть свадьбу. Свадьбу своих детей. Тогда был обычный весенний день. Бэкхёну уже исполнилось 14, а Чанёлю было 17. Этот день ни чем не отличался от других. Была солнечная суббота. Молодой омега решил прогуляться со своим другом. Он почти вышел за порог дома, когда его остановили. Родители долго рассказывали о соглашении с семьёй Ву. Говорили, что их брак будет фиктивным, но Бэкхён не хотел такой участи.  — Как вы можете? И вы родители после этого? Как вы могли продать меня? После омега сбежал из дома и жил у Минсока. Через месяц Бэк узнал, что свадьбы не будет, что родители решили не ломать жизнь своим детям. Они, родители Бэкхёна, долго извинялись перед ним и пытались загладить свою вину, но омега их простил уже давно, и никогда не припоминал им этого случая. Но если бы он знал, что ждёт его впереди… Когда, ещё в детстве, О знакомился с Чанёлем, то долго не хотел верить своему обонянию. Судьба — это сволочь, вот честно. Бэкхён со временем понял — они истинные, а ещё понял, что влюбился, по самые уши. Со временем желание быть с альфой усиливалось и не давало спокойно жить. Но, кажется Ву, был другого мнения… Ему, не нужен был омега, совсем не нужен. Альфа всегда, когда они виделись, задевал омегу. Не только морально, но и физически. Нет, не подумайте, он его не избивал и не насиловал. Просто он мог «нечаянно» подставить ему подножку или дать подзатыльник. Но год назад все прекратилось. Чанёль перестал обращать на Бэкхёна внимание, и они больше не встречались.

***

Удача решила покинуть Бэкхёна. Он бежал со всех ног к выходу, не замечал никого и ничего, а зря. Когда до двери оставалось совсем чуть-чуть, он врезался во что-то, а вернее в кого-то.  — О, ты ли это? Какими судьбами здесь? Бэк заскрипел зубами. Твою налево! Что за невезуха? Даже не видя лица, он мог понять, кто стоит перед ним. Этот голос и этот запах навсегда останутся в его памяти.  — Эй, ты меня слышишь? Омега поднял голову и посмотрел на альфу.  — Ты оглох что ли? Чанёль в ожидании смотрел на парня и ждал хоть какого-нибудь ответа. Секунды бегут, но оба парня не двигаются с места. Бэк отводит взгляд от альфы, но тот неожиданно хватает его за подбородок и не дает отвернуться. Заглядывает в глаза омеги и не может отвести взгляд.  — Эмм… Мне пора! — приходит в себя Бэкхён, вырывается и убегает, оставляя альфу наедине со своими мыслями и чувствами.

***

Всю ночь Бэкхён не спал. Истерика не лучший друг. Она не давала дышать, сковывая горло, из которого доносились только всхлипы. Глаза болели и покраснели от слез, а руки и ноги дрожали и не поддавались своему хозяину. Ему больно и обидно. Ему страшно и ужасно одиноко. Он всегда боялся встретить его, и вот судьба сама столкнула их лбами и посмеялась. Ей весело, а омегу трясёт. Тогда, ровно год назад, на его день рождение, родители сообщили, что Чанёль уезжает. Вот только куда и зачем не сказали. И почему-то стало вдруг пусто и холодно. Плохо. Плохо так, как будто забрали частичку души, а остальное растоптали, не жалея сил. И сейчас, когда его личный мучитель вернулся, Бэкхён не знал, что делать. Смеяться или плакать. Он не отвечал на звонки и сообщения от Минсока, и с утра не вышел завтракать, ссылаясь на головную боль. Папа ему поверил и не стал приставать с расспросами. Позже, когда парень услышал, как закрылась входная дверь, он встал и заставил себя пойти и привести себя в порядок. Дрожащими пальцами Бэкхён открыл дверь в ванную комнату и шагнул вперед, почему-то только сейчас почувствовав, что ему холодно. Омега вздрогнул и подошел к зеркалу. Посмотрев на своё отражение, парень поморщился.  — Прекрасно… Минут пятнадцать Бэк стоял под холодными струями воды. Немного придя в себя, он выключил воду и пошёл обратно в свою комнату, что бы потом вытащить из шкафа спортивные штаны, балахон и теплые носки. Когда одежда приятно согрела тело, юноша облегчённо выдохнул и поплелся на кухню. Душевная боль — это конечно важно, а кушать всё же хочется. Сидя за столом и завтракая, Бэкхён уже по привычке, уткнулся носом в своё плечо, вздохнул и грустно улыбнулся.  — Больше она не пахнет тобой… Вслух произнести гораздо больнее, чем казалось. Да, толстовка Чана. Да, она у Бэка. Но оказалась у него совершенно случайно.

***

Тогда семья Ву ночевала у них дома пару дней, так как у них самих дома был полный потоп. Прорвало трубу. Обычная проблема обычных людей. Бэкхён только после их ухода заметил, что толстовка альфы осталась в корзине для грязного белья. Она ужасно пахла Чанёлем. После стирки запах альфы остался и достаточно сильный, чему О был до безумия рад. Да, это глупо. Да, по-детски. Но по-другому он не мог.

***

Звонок в дверь выдернул парня из мыслей, и он пошёл открывать. На пороге стоял злой Минсок. Он без разрешения прошёл в дом, а затем и на кухню. Сел за стол и начал сверлить взглядом друга, который зашёл вслед за ним.  — Объяснять будешь? Почему трубку не брал, дурень? Ты понимаешь, что мне пришлось звонить твоему папе и спрашивать, где тебя черти носят? Бэкхён молчал. Ему было стыдно. Он смотрел в пол и теребил рукава толстовки.  — Бэкки, солнышко, я же твой самый лучший друг. Я могила. Я пойму тебя и не буду осуждать. Расскажи мне, что случилось? — ласково сказал Мин. Омега поднял на него глаза, полные слёз и всхлипнул. Ким не ожидал такого и очень испугался. Он подошёл к другу и обнял его, а тот начал свой рассказ… Минсок слушал и не мог поверить своим ушам. Сколько же он не знал? Когда Бэкхён закончил, они сидели на полу. Голова О была на коленях друга, а тот в свою очередь успокаивающе гладил его по руке.  — Как ты с этим справился? И почему я не знал? Почему не говорил мне?  — Не знаю. Не хотел, что бы знали. Даже родители не в курсе и его думаю тоже.  — М-да, не весело.  — Зато мне стало легче. Ты лучший друг!  — Конечно. Только не забывай этого, ладно?  — Никогда!  — Клянись. На мизинчиках.  — Клянусь! Весь день Минсок не оставлял друга. Он заставлял Бэкхёна улыбаться, рассказывая разные смешные истории. И Бэк был ему благодарен за это и за заботу, потому что только он мог так возиться с ним. Они провели весь день за играми и разговорами обо всем на свете. И когда Киму нужно было уходить, О не отпустил его, попросив остаться на ночь. И Мин остался.