Только бы вместе...

Нигяр со вздохом направилась к гарему, как вдруг навстречу выплыл Сюмбюль. - О Аллах, кто пожаловал! – Пропел Ага, - Нигяр Хату-ун… - И тебе добрый день, Сюмбюль Ага, - слегка улыбнулась девушка. - Где же ты пропадала всё это время, бездельница? – Хихикнул Ага, - тут такие слухи ходят… мол, сбежали вы. - Сплетни, клевещут на нас, - отмахнулась Нигяр. - Да-а? – Сюмбюль вмиг посерьёзнел, - Не потому ли паша Хазретлири скоро дворец по камешкам разнесёт? Ступай, он ждёт тебя. Нигяр нервно сглотнула. «О нет. Аллах, только не это. Теперь точно убьёт и не заметит» - Вопил внутренний голос. Но Нигяр отвернулась, и, не говоря ни слова, направилась по золотому пути к покоям паши.

… POV Нигяр

Рука дрожала, когда я занесла её перед дверью. Если паша и раньше часто был довольно не сдержан, то чего можно ожидать от него теперь? Ох, лучше об этом не думать. - Войдите, - с той стороны раздался спокойный холодный голос. Вдохнув побольше, нехотя открыла двери. В его покоях как всегда было тепло и уютно. Он стоял ко мне вполуоборот, сложив за спиною руки. Взгляд в никуда был ледяным и пустым. - Паша, - я пыталась скрыть дрожь в голосе. - Проходи, Нигяр хатун, - Он был слишком спокоен, и это пугало больше любых криков и проклятий. Я сделала осторожный шаг вперёд. - Ближе, - неумолимо добавил он. Я ещё чуть приблизилась. - Ещё ближе, - Нет, он издевается. На лбу выступили бисеринки холодного пота. Он заставил меня приблизиться почти вплотную, а затем неаккуратно, почти грубо поднял за подбородок. Признаться, сейчас я боялась смотреть ему в глаза, когда они у него такие – бесчувственные, холодные, словно овеянные могильной пустотой. - Ну что, как тебе поездка? – Жёстко усмехнулся он, - Небось, славно жилось в бегах, верно? - Гораздо лучше, чем здесь, - признала я, пряча задавленность взгляда. - Вы похитили детей повелителя, - тоном судьи, оглашающим смертный приговор, продолжал он, - И я не сомневаюсь, что этот план был составлен именно тобой. Гюльбахар Султан наивна и где-то даже немного глупа, ей бы не пришёл в голову настолько до мелочей продуманный план. - Я не отрицаю этого, - Мне всё равно конец, хоть Гюльбахар помогу, что ли? – Мне просто хотелось, чтобы и она была свободной. Я её долго уговаривала, и она согласилась. - Поздравляю, - мне показалось, или в его взгляде мелькнула даже доля уважения, - План блестящий. Если бы не та рабыня, Александра, мы бы вас не нашли. Вопрос в другом: ты осознаёшь, что погубила не только свою жизнь этим поступком? - Вас не должно волновать то, каюсь я, или нет, - мой голос неожиданно стал жёстким, - Всё равно уже ничего не изменишь. Просто скажите, что нас ждёт. С секунду он молчал, как-то даже немного изумлённо глядя на меня. А затем приблизился ещё, так, что его горячее дыхание обожгло кожу. - Я бы мог казнить тебя, - хрипло прошептал он, - Но не стану этого делать, хотя султан поручил твою судьбу мне. Мгновение он не отдалялся, почти исподлобья глядя мне в глаза. И, как бы странно это не звучало, я радовалась, что его глаза хоть на мгновение перестали быть пустыми, холод уступил место неведомому огню, от которого у меня исподволь перехватывало дыхание, как и от самой его близости. Лишь краем уха уловила его слова: - Я выдам тебя замуж за подходящего человека, скорее всего, за сына твоего бывшего хозяина. Ты уедешь и никогда больше не вернёшься. Он медленно, словно нехотя, отстранился, развеивая это странное наваждение. И только тогда до меня дошёл смысл его слов, набатом прозвучавших в голове. - Что?! – О нет, нет, только не это! – И вот это вы называете снисхождением?! Да мне смерть лучше! - Я знаю, - усмехнулся он, - именно поэтому это, на мой взгляд, идеальное наказание. Я до крови прокусила губу. - О, ну конечно! – Не удержавшись, язвительно фыркнула я, - Действительно, чего ещё ожидать от тирана! Он резко обернулся. - Замолчи! – Ну всё, кажется, я его довела, - Молчи, если не хочешь, чтобы тебе перед замужеством разукрасили спину кнутом или отходили палками по пяткам! - А я не боюсь! – В голове будто что-то щёлкнуло, и весь страх куда-то испарился, - Можешь хоть сейчас казнить меня, паша. Это не изменит правды, лишь ещё больше запятнает твои руки. - Вон! – Отвернувшись, сквозь зубы прошипел он. Я на секунду застыла, почти довольная эффектом своих слов. Если ему удастся-таки сломать мою жизнь, то я не откажу себе в удовольствии немного потрепать его нервы. - ВОН, я сказал!!! – Комната едва не тряслась, а ко мне, наконец, вернулось чувство самосохранения. - Слушаюсь, паша Хазретлири, - я выдавила из себя презрительную усмешку, и, слегка склонив голову, убежала из этих треклятых покоев от греха (грека?) подальше.