Часть 63
14 июля 2015 г., 13:34
Султан пребывал в прекрасном расположении духа: назревал короткий и предполагаемо успешный поход, что османов с их лавой в крови не могло не радовать. Повелитель, вернувшись в покои после долгого дня, решил немного посидеть наедине со своими мыслями. Хотел было взять недочитанную книгу, как вдруг рука наткнулась на кипу писем без печати.
Удивлённо нахмурившись, султан неспешно развернул одно из них.
«Раньше я всегда радовалась жизни, даже в самые тяжёлые минуты, всегда находила источник радости и улыбок. Это помогало быть сильной. Уже давно таковым источником для меня являешься лишь ты, Сулейман, ты и наши дети. А всё потому, что наивная княжна, чью жизнь сломали одним жестоким решением и которая не надеялась обрести счастье в новой стране, вдруг полюбила. Искренне, всей душой, всем сердцем, полюбила того, кого должна бы ненавидеть. Это и стало моей самой большой глупостью, моей слабостью.
Когда девушка любит по-настоящему, она не может заставить себя повиноваться каким-то правилам, разрушающим её чувства и приносящим боль. Так и я не смогла загнать себя и свою любовь в жестокие рамки устоев гарема, предпочла уйти, чтобы жить со своей болью вдали от источника страданий. Так легче.
Ты, возможно, всё равно не поймёшь меня, мой повелитель. Скажешь, мол, почему я не могла предъявить всё это в лицо, нежели бежать? Я просто знаю, что это ничего не дало бы, как ни было бы горько мне от этой мысли.
Эта горечь съедала меня, тогда, когда убежала. Медленно, беспощадно, выворачивая наизнанку. Даже мир и спокойствие, обретённые там, не принесли покоя моей истерзанной душе. Дни сливались в бесконечную серость – я не видела ни жизни, ни красок вокруг себя. Шли недели, месяцы, но я словно перестала существовать, боясь, но желая, чтобы однажды мы всё же вновь встретились. В снах тщетно искала потерянный путь домой, хотя и не знала толком, где мой дом и есть ли он вообще. Теперь знаю. Мой дом там, где есть ты, тепло твоих крепких объятий, твои ласковые слова и взгляды, каждый из которых я берегу в сердце, словно сокровище, где есть МЫ и наша семья.
Теперь всё повторяется. И вроде бы я не так далеко, а дворец этот прекрасен и полон всего, чего только душа пожелает. Жаль только, что моя глупая душа рвётся лишь к тебе, до полного бессилия, до исступления, не замечая, что давно уже истерзана в кровь твоими изменами, твоею холодностью и постоянной болью.
Пусть тебе всё это кажется лишь высокопарными словами – скорее всего, ты никогда их не услышишь. Не знаю, зачем тогда ложу на бумагу свои чувства, но надеюсь, что это письмо никогда не попадёт тебе в руки, если ты всё так же холоден и безжалостен к той, кто тебя так искренне любит.
Не знает сердце страха высоты, И не боится, глупое, упасть оно в мгновенье. Когда любви полно жестокой красоты, Неподвластно оно разума веленьям. Можешь ты до хрипоты кричать, Пытаясь чувства уничтожить тщетно, Болью можешь вечно душу рвать, Но любить при этом беззаветно…»
. Было в этом письме что-то такое, что заставляло вздрогнуть. Сулейман и сам в последнее время не находил себе места, исподволь безумно скучая по своей Весенней Розе… «Пора бы уже всё это заканчивать» - Решил султан, велев страже позвать Сюмбюля Агу.
