Следователь из 6-го района.

1. Кадзуки и Агон поджидали гулей. В Кокурии томилось не так-то уж и много гулей, четвертый уровень вообще пустовал. Было решено заранее, что SS на себя возьмут Маса и Близнецы. По задумке Савады к ним присоединятся Шинохара и Кента, но давние друзья Сены искренне сомневались, что их трем гулям нужна помощь следователей. Как бы те под ногами не стали путаться и мешаться. Хотя, Шинохара, несомненно, хорош. Кента, как-никак, тоже старший класс. Но, когда Близнецы Сакуган сражаются в полную силу, помогать им может только тот, кто способен поймать их волну. Кадзуки усмехнулся. На его памяти, кроме Сены таких типов не было. Даже Ворон предпочитал не лезть в самую гущу, а просто прикрывать их. Впрочем, на то оно и укаку. Насчет остальных расклад тоже был ясен. Шелия будет охранять Яна, а Сена и Хирума наверняка уже столкнулись с Это и Татарой. Кадзуки прекрасно понимал, насколько это серьезные противники. Но помочь в этом поединке он мог мало. Зато, у них обоих была другая задача. Не пустить к Главам всякую шушеру. Шушеру S-класса. Им Савада тоже выделил поддержку. Довольно высокого мнения о себе девушку со светлыми волосами. О, нет, конечно, Кадзуки знал, что это Мадо Акира. Только на что она способна Дзюмондзи особо не ведал, и проверять не собирался. Не его это дело переживать за безразличного ему человека. Но Сена отдал приказ. Раз так, он за ней приглядит. Агон уже довольно ощерился, предвкушая. Кадзуки тоже чувствовал чужие ауры. Приближаются. - Справишься, колченогий? – фыркнул Конго, прекрасно зная ответ. Кадзуки только усмехнулся. - Смотри не промахнись со своей “божественной реакцией”, - привычно процедил он. Агон уже давно на нее не полагался. Когда мастер-класс тебе проведет Маса, то начинаешь затылком чувствовать опасность. Парни фыркнули, переглянувшись, наверняка подумали об одном и том же. Хорошо, что не Сена. - Вам бы быть посерьезнее, - строго заметила Мадо, замерев в своей любимой позе, впрочем, куинке она тоже держала наготове. - А? - А-а? – парни были в своем репертуаре. Агон чуть повернулся к ней, но следователь его сейчас совершенно не заботила. Сена отдал приказ – зачистить Кокурию. Убить всех, кроме тех, кто не будет сражаться. Конго с трудом представлял себе гулей, которые “захотят поговорить”. Да и слабаков, которые смиренно будут ждать смерти, в Кокурии просто не было. Агон размял плечи. С другой стороны, все здесь уже знали, кто такой Каманура. Так что не исключено, что гули, которые хотят переметнуться на его сторону, все-таки появятся. В таком случае, Агону тоже хотелось бы проверить, достойны ли они подобного. На вкус Кадзуки, Конго снова загонялся. Все было много проще. Тот, кто не захочет слушаться Сену - умрет. Как говорит Кобаякава: “Мы не настолько сильны, чтобы быть милосердными”. Правда, по мнению Дзюмондзи, Сена-то как раз пытался быть, если уж не милосердным, то справедливым. Причем отчаянно пытался, и очень жалел, когда справедливость, совесть и милосердие расходились в три разных стороны. Кадзуки не хотелось быть на его месте. Он не мог даже представить, что выбирать. А Каманура ведь выбирал. Кадзуки перехватил по удобнее свой куинке, который был больше похож на монтировку с шипами и глянул в полутьму коридора. Он не вглядывался. Зрение решает многое, но далеко не все. Как говорит Хидемото, во тьме нет зрения. Но можно видеть. И тот, кто сможет видеть во тьме, уже никогда не посмотрит на мир одними лишь глазами. - Ха! – усмехнулся Дзюмондзи своим мыслям. Мадо Акира чувствовала себя не в своей тарелки с теми, кто был, как ей казалось, существенно ниже ее по интеллекту. Но Кента пошел вместе с Шинохарой этажом ниже. Конечно, SS-класс потребовал бы больше внимания… Мощный удар сотряс пол и стены, так что Акира невольно глянула на потолок, с которого посыпалась штукатурка. Один большой кусок грохнулся ей прямо под ноги. - Вот оно, - облизнул губы Агон, сжимая рукой свой куинке. Оружие было небольшим на вид: хват всего на одну руку, от этого места отходили по дуге два причудливых лезвия, напоминающих металлические крылья.* Однако, несмотря на кажущуюся простоту и одновременно с этим вычурность, этот куинке относился к куинке нового типа. - Король вступил в бой, - подтвердил, широко улыбнувшись, Кадзуки. - Сейчас и наш придет черед. Акира нахмурилась. Она, Шинохара и Кента пришли уже после того, как экскурсия по Кокурии была проведена. И девушка своими глазами увидела Камануру. Того самого, который, скорее всего, убил ее отца. Мадо была достаточно умна и верила своей интуиции, чтобы догадаться, что Кролик не причем. Не тот уровень, не то кагуне. Но дело списали именно на него, не собираясь вдаваться в дальнейшее расследование. Кролика было предписано найти и уничтожить, но времени на эти поиски не осталось – Аогири слишком быстро набрали в силе. И вот, Акира встретилась с Ним. Но Каманура, который сидел на периллах в холле, как на жердочке, поставив локти на колени, а подбородок на запястья сплетенных вместе рук, не обратил на нее ни малейшего внимания. Он был погружен в свои мысли, и гуля рядом с ним было достаточно, чтобы Мадо не решилась на расспросы… Но потом он поднял глаза. Нет, Каманура смотрел все так же мимо. На нее, но сквозь, будто ее там и не было. Он ее не видел. Желтые глаза с янтарными прожилками, пульсировали, выдавая крайнюю степень возбуждения. И Акира, которая привыкла верить своей интуиции, засомневалась. Каманура ли убил ее отца? Потому что существо перед ней было значительно сильнее. Шинохара тогда подхватил ее под локоть и повел дальше. - Они ждут Одноглазого Короля и Татару, - прокомментировал Юкинори. - И? - Людям в эту стычку лезть нельзя. - Но я и не собиралась. - И правильно. Акира смотрела на мощные спины парней перед ней. Кого они называют Королем? Камануру? Тогда, там наверху идет битва за власть над всеми гулями? Они выясняют, кто будет править гулями? Хотя, если они обессилят друг друга, легко будет убить обоих. - Не спи, блондинка, - предупредил Агон, и Акира еле успела отпрыгнуть в сторону. Их уже атаковали гули, которые вырвались из своих клеток. Слишком много на троих следователей, двое из которых даже не старшего класса. Кадзуки отбил от нее кагуне врага, прижав его своей палкой, похожей на монтировку с шипами. Неужели он собирался биться таким старьем? - Ха-а! – усмехнулся Агон. – Что скажешь, Дзю? Мадо увидела, как Кадзуки улыбнулся. - Не вижу никого достойного нашего Короля. - Еще бы. Сплошной мусор. Кадзуки подкинул монтировку вверх, поймал, перехватывая поудобнее, оттолкнувшись черной ногой, бросился в самую гущу. Акира сглотнула. Кажется, его нога и была куинке? Причем куинке нового типа? Во всяком случае ростки кагуне, которыми Кадзуки легко управлял, исходили из черной стали. Они защищали своего хозяина, они атаковали вместе с ним. Мадо побледнела. Неотличимый от гуля, этот следователь явно заслуживал старший класс, а вполне может, что и превосходил его. - Мне оставь хоть немного! – усмехнулся Агон, но лезть вперед не спешил. Коридор не был слишком широким, а попадать в туже резню, в которую попали гули S-класса как-то не хотелось. Кадзуки же наслаждался той свободой, что дала ему его искусственная нога, ставшая не только родной частью, но и сильным оружием, с легкой руки их хирургов. Таками так злорадно улыбался после операции, что Дзюмондзи уже тогда начал предвкушать. Однако, жесткие тренировки наличие оружия не отменяло. Любое куинке требует тренировок, необходимо повышать навык управления оружием, а уж куинке нового типа и подавно. Оно слишком сильно откликается на чувства, мысли и жажду хозяина. Оно будто живое. И Кадзуки считал, что он вполне ладит с новым оружием. Во всяком случае каждый шаг, больше похожий на танец, строил вокруг него вихрь защиты и атаки, отправляя врагов на таинственный “тот свет”. Сила не пьянила Кадзуки, он знавал куда более сильных противников, которых не мог победить просто так, до сих пор не мог. Его пьянила свобода, легкость своих движений. Он чувствовал, что живет, и живет не просто так. Какой бы идеальной или даже глупой, не была их мечта, Кадзуки собирался идти за Сеной до самого конца, каким бы тот ни был. Акира развернулась в другую сторону. Гули не будь дураками – окружили их под шумок. Мадо умела оценивать свои силы, и сейчас она была явно несерьезным противником для гулей, но Агон оттолкнул ее в сторону. - Уйди, женщина. Мадо хотела возмутиться, но тот оказывается спас ее от еще одного удара, который она даже не заметила. Агон широко улыбнулся. - Ну что ж, мусор, пора привить вам манеры! Конго, который любил кулачный бой больше всего, был очень доволен своим куинке. Он бил кулаком по лицу противника, а лезвия, испуская кагуне доканчивали противника. В отличие от Кадзуки, Конго упивался своей силой, ловкостью и мощью. На его лице застыло кровожадное выражение. Он занимался своим любимым делом – драка. Хорошая такая драка, когда можно разбивать противнику черепа. И сейчас никаких проблем с полицией. Потому что он сам даже круче, чем полиция. Все эти высокие мотивы были ему дофени. Но харизма Сены увлекала за собой. Тот тип, что прятался за желтыми с янтарным глазами, вот кто вынуждал Агона стремиться быть сильнее и сильнее. Тот, кто когда-то всего лишь преградил ему путь, будучи для него просто мусором, сейчас был его главным мотиватором в жизни. Конго фыркнул, разбивая очередную голову и с наслаждением глядя, как кровь течет по его руке. Он видел все чужие движения, чужие атаки. Он их чувствовал, как учил Маса. И для этого глаза не были нужны. Кобаякава Сена стал той силой, с которой Конго пришлось считаться. Более того, он хотел считаться. Акира, отбиваясь от гулей, на которых не обращал внимания Конго, не могла не чувствовать жажду этого человека. Должно быть, его никогда не волновало, что же такое быть следователем. Сжав зубы, Мадо тоже пыталась показать класс. Она знала, что сражается неплохо, но… Эти двое были на другом уровне. Они были людьми. Но шли за Каманурой. Они величали его Королем… Когда чье-то кагуне ударило ей по ногам, и Мадо упала, то следователь подумала, что здесь и придет ее конец. Гуль навис над ней, собираясь убить. Ее облила его кровь, которая брызнула из десятков дыр. Гуль хрипло вздохнул и подался назад, падая через перила вниз, куда-то на самый нижний уровень. Мадо подняли на руки. - Живы? – вежливо спросил Кадзуки. - Да что ей будет! – фыркнул Агон. Акира глянула на Кадзуки. - Не волнуйтесь, скоро все закончится, Мадо-сан, - пообещал ей спокойный, как удав, блондин. - Почему вы с ним? – спросила Акира, недоумевая, но желая понять. - Только Король способен примирить гулей и людей. - Почему? – как ребенок настойчиво спросила девушка. - Почему? – удивился Кадзуки. – Почему же… Может, потому что он не умеет отступать? - Это уж точно. Доморощенная креветка никогда не умела отступать, - фыркнул Конго. - Креветка… - Мадо вцепилась рукой в рубашку Кадзуки, потому что тот резко развернулся, отражая новые атаки и сам делая выпады. Так, Акира оказалась в самой гуще чужой битвы. - Вы давние друзья? Кадзуки не ответил. Пять лет это ведь не очень много? Но ему казалось, что он знает Сену всю жизнь. Впрочем, Кадзуки, подумав, ответил еще раз на ее первое “почему”. Слушая его ответ, Мадо тихонько выдохнула, прижимаясь к груди Кадзуки. Если, как человек, он смог понять гуля, если, как гуль, он готов понимать людей, то кто, кроме него способен научить нас жить в мире? Кто, способен повести обе расы за собой? Не замечая боя вокруг себя, в полной уверенности, что Кадзуки справится, Мадо думала о том, что сказал Дзюмондзи, вспоминала все, что узнала о Камануре. И все, что казалось ей непонятным, потихоньку становилось на свои места. Даже смерть ее отца. Мадо усмехнулась про себя. Слова Сены на похоронах… Акира выдохнула. Кажется, теперь она знала, кто скрывается под маской. Но в такой вывод разума было еще сложнее поверить, потому что интуиция громко вопила о том, что перед ней в вестибюле первого этажа был самый настоящий гуль SSS-класса. 2. - Пять минут, полет нормальный, - насмешливо говорит Джеймс, приставив руку к глазам и глядя вперед, будто капитан дальнего плавания. - Предлагаю отпустить их вперед, - сообщил подошедший Маса. Шинохара хотел сказать что-то против, но старший Хирума махнул парням рукой, идите уже, мол. - Но разве не лучше держаться всем вместе? – Кента озвучил общий вопрос следователей. - Нет, это не только не лучше, - ответил Камадзи, поправляя воротник рубашки, что-то ему в нем не нравилось, - это еще и глупо. А для людей – опасно для жизни. Шинохара насупил брови. Он прекрасно знал, что Братья Сакуган очень опасные противники, но… Против них же будут гули SS-класса, и далеко не один. - Тех парней, что знаете вы, как следователи, уже нет, - равнодушно пояснил Масамуне. – Как нет того Камадзи, которого убил Кишо. Шинохара вздрогнул, глянув на Камадзи перед ним. Без сомнения это был тот самый… И он был жив. Так что? Просто иносказание? Тогда что имеет в виду этот во всех смыслах поразительный человек? - Камадзи-сан… - Кента был очень удивлен этому обращению, но вида не показал. – Почему вы не вернули себе управление районом, когда вернулись? Масамуне пожал плечами. Золотые глаза тепло глянули на Шинохару. - Мои амбиции заканчивались на том, чтобы мои “детишки” жили счастливо и хорошо питались, - Масамуне фыркнул. – То, что хочет Каманура… Я могу быть только его опорой, но никак не Королем. - Королем… - прошептал Шинохара. – Он ваш Король? Не Недзума? - Нет… - следователи почувствовали, что Камадзи улыбается под маской. – Недзума - отличный Серый Кардинал. Камадзи снова уставился в ту сторону, куда ушли близнецы. Если Йоичи – Теневой Советник, то Близнецы – Стража. Лучше, чем Драконы стражи не найти. Но Масамуне промолчал. Гули Аогири вскрыли и этот уровень, даруя гулям SS-класса свободу. Их здесь не так уж и много, иначе Сена попросил бы Шелию присоединиться. Основные “проблемы” возьмут на себя Близнецы. Масамуне уже знал, кто достанется ему. Хирума и Сена все продумали заранее. Кто пойдет с ними, в каком количестве, на какие уровни. Список заключенных был у них давным-давно. Мамори умела выуживать информацию. Задумку ребят Маса понимал и собирался поддержать. Старший Хирума никогда особо не сомневался, ни в своих силах, ни в красноречии. Братья шли вместе, держась за руки и насвистывая веселую мелодию, которую они потом наверняка запишут. Они остановились, когда перед ними оказались гули Аогири. Те тоже замерли, собираясь отступить. Позади них уже были открытые клетки, другие гули открывали те, что были позади Близнецов. - Предатели! – сказал какой-то бойкий гуль из Аоигири. - Теперь что, вообще на сторону людей встали? – поинтересовался еще один не в меру бойкий. Близнецы ласково улыбались. Только улыбка эта была последней и смертельной. Никакое бахвальство, никакой выпендрёж не помогут при такой разнице в силе. И это они еще не обращались в какуджу. Гули, которые вылезли из камер, наблюдали прекрасную картину, как их спасители растекаются кровавой кашей по полу. Все внутренние органы смешались, обратившись в вязкую жижу, а близнецы все так же мило улыбаясь, стоя в этом море крови. - Разговор очень простой, - сказал Джеймс. – Если есть гули, которые готовы пойти с Каманурой – вернитесь в камеру. Те, кто хочет быть с Аогири – сражайтесь. Обещаем, будет весело. - Только недолго, - фыркнул Оливер. Бывший священник вышел вперед. - И надо думать, Черная Кобра будет тоже на стороне вашего Камануры? - Само собой, - удивился Джеймс. - Змеи дружат со змеями, - нравоучительно добавил Оливер. Донато Порпора предпочел атаковать, это и было его приговором. Боясь мести Черной Кобры, он решил сражаться. Хотя, конечно же, он знал, что в любом случае обречен на смерть. Каманура не даст ему ни шанса. Улыбки близнецов одномоментно стали шире и куда кровожадней. - Кажется, кушать нам все-таки подано? – осведомился Оливер, когда Джеймс взмахнул своим хвостом, впечатывая Порпору в стену. Гуля разодрало на двое. - К сожалению, интересным соперником ему не стать… - добавил Оливер. Порпора не Норо, чтобы регенерировать из такого состояния. - Мог бы и подольше поиграть, - пожурил брата Оливер. - Насчет игры, противников хоть залейся, - ответил Джеймс, облизываясь. Оливер взмахнул кагуне, поймав одного гуля в сети. Тот злорадно улыбнулся, думая, что сейчас выберется… Но не вышло. Сеть Оливера сжалась, выжав гуля до нуля. С верхнего уровня упало несколько тел. - Кажется, наши следователи тоже развлекаются? – переглянулись близнецы, делая шаг навстречу противникам. SS-класс не те гули, которых можно так просто запугать, верно, но близнецы умели пугать, даже если при этом мило улыбались. Масамуне знал, что он столкнется с ним, и он столкнулся. Косатка. Очень серьезный и опытный гуль. Тот самый, который раньше был главой Шестого района. Уверенный в себе и своем боевом искусстве. Именно Масатака сформировал мнение Масы относительно людей. Научил уважать их. Очень странная позиция для гуля, но Камиширо ее обосновывал. Например, своим карате. То, что придумали люди очень подошло гулю, сделав его еще сильнее. Масамуне на себе ощутил эти безумные удары. Кокурия совсем не ослабила Косатку. Насколько же силен он будет, когда отдохнет? И все же, Масамуне хотел поговорить с ним не меньше, чем Косатка с ним. - Они не убили тебя. - Каманура спас меня, - они сшиблись, оба сжимая зубы. Такие удары давались обоим тяжело. - Ты стал другим. И сильнее. - А тебя даже Кокурия не сломает, - фыркнул Маса, отпуская заслуженный комплимент. Ни он, ни Косатка сейчас не сражались на пределе своих сил, но на полную они все-таки сражались. - Почему ты с Каманурой? – удар ногой Камиширо мог отправить кого угодно к праотцам, но Косатке пришлось промахнуться, иначе бы он лишился конечности. – Потому что он спас тебя? - Несомненно, и это, - Масамуне снова атаковал Камиширо. – А еще, потому что меня вытащил оттуда Человек. Косатка скрипнул зубами, отпрыгивая в сторону. - Что? – коротко спросил он. – Каманура – человек? - На тот момент, да. Масамуне закрылся от удара, чувствуя внимательный взгляд Косатки на себе. - Не врешь, - понял тот. Косатка вообще очень хорошо распознавал чужую ложь. - Не вру, - согласился Масамуне. - А сейчас? Он не человек, что ли? Камиширо умолк, уходя от тяжелых когтей. Это было непросто. И дальше будет еще сложнее. Масамуне входил в раж, а когда это происходило, то противником он становился очень неприятным. У него исчезали слепые зоны, а реакция возрастала в разы, как и скорость. - Он считает себя человеком. Но он - Одноглазый гуль, - ответил Маса, оказавшись вплотную к Камиширо, и тот принял его атаку в штыки, удерживая ее. - Его цель примерить две наших расы. И у него есть не одна идея, как это сделать. А целый комплекс. Косатка, сделав очередной выкрик, отпрыгнул и снова атаковал, но Масамуне ловко увернулся. - В тебе нет сомнений, Камадзи? Я их не чувствую. - Их нет. Я пойду за ним. - Какой его главный принцип? – тяжело спросил Камиширо. - Что мы все равны. Они кружили друг вокруг друга, а потом Косатка замер. - Я хочу узнать больше. Ты позволишь? - Конечно, - тут же ответил Масамуне, убирая свое кагуне, и протягивая Камиширо руку. - Но сначала я тебе кое-что покажу. Идем со мной. 3. Татара цыкнул. Под маской не видно и не слышно, но этот тип перед ним раздражал его. Впрочем, раздражал не только Недзума. Обычный человек, который наблюдал за схваткой и охранявший его Шелия – не меньше. Только все его внимание отнимал официальный глава Шестого. Ожидалось, что его бикаку никакое укаку не помеха. Татара знал свои силы, свою скорость. И то, что этот тип уходил от его ударов, означало, что Недзума сражался с кем-то еще сильнее. С кем-то, точно так же, как и он, бикаку типа. Несомненно, Татара не мог знать всех гулей Шестого, но всех сильных он знал. И не мог припомнить, кроме Джеймса, кого-то подходящего. Однако, Татара отдавал себе отчет, что он сражается совсем не так, как Близнец Сакугана, а Недзума, однако же, легко и непринужденно парирует удары. Это сильно бесило. Особенно усмешка этого человека! Подумать только, над ним ржет какой-то человечишка! Ярость обычно не туманила разом Татары, да и сейчас не стала, но сделав отчаянный рывок, он все-таки прорвался к этому парню. На него уставились обычные серо-голубые глаза. Еще он увидел татуировку Черной Кобры на шее, а следующий момент отпрыгнул в сторону, потому что его атаковал Шелия. Тоже, кстати, бикаку… Но насколько Татара знал, Шелия, после стычки в Шестом, довольно быстро вернулся на Родину… Но нет, его бикаку ориентируется даже не столько на скорость, сколько все-таки на силу. - А ты молодец, - фыркнул молчавший до этого Недзума. – Находишь себе свободное время. Татара усмехнулся ему в ответ. - Что, ревнуешь? Недзума не ответил. Он снова атаковал, и Татаре пришлось атаковать в ответ, потому что уйти в глухую оборону с таким укаку себе дороже. Татара только краем глаза мог следить за Это, и то, что он мог видеть, ему уже не нравилось. Был ли сейчас перед ним Каманура? Его глаза были желтыми без какугана, однако, его кагуне отбивало чудовищные атаки ветвей Это с той легкостью, с которой человек отбивается от надоедливого насекомого. Потому что скорость кос Камануры была много выше. Она рубила ветви Такацуки, заставляя отступать. Но сам Каманура казался едва ли не равнодушным. Татара начал сомневаться, кто перед Это сейчас. - Куфия, - услышал он ответ Недзумы. – В ту ночь, в Шестом, в нашем клане, вы сами породили Куфию. Недзума дьявольски хохотнул, заставляя следующей атакой почти забыть Татару об Это. Не сейчас! Это отпрыгнула в очередной раз, прикусив губу. Кажется, Каманура вынуждал ее на какуджу. Во всяком случае, без нее победить было бы непросто. Такацуки не понимала, в чем дело. Одним из ударов она сбила маску, и сейчас перед ней был ожидаемый человек – Кобаякава Сена. Он смеялся. Его смех был тихим, каплю шипящим, глаза нереально желтыми. Он улыбался, стирая кровь с лица – хотя рана уже затянулась – человеком он был только внешне. Кобаякава раскинул руки в сторону, ладонями вверх в весьма патетичном жесте. - Ну же! Разве это не сражение Королей? Так покажи мне свою силу! – в голосе скорее было недоумение, чем ехидство. Но, при этом казалось, что само сражение Сену не так уж и сильно волнует? Такацуки не могла разобраться в чужих, таких странных чувствах. Ей казалось, что она знает этого паренька – Кобаякаву. Он никогда бы не стал играть такую роль. Ради чего? Взгляд Это метнулся к человеку, что стоял возле стены и, кажется, снимал происходящее на камеру. Из-за него? Играет на публику? Просто немыслимо! Но дотянуться до другой стены и уничтожить ту парочку, Это не могла. Хотя бы потому, что желтые глаза следили за ней неотрывно. Ей казалось, что они были повсюду, а не только там, где стоял Сена. Они смотрели на нее отовсюду, будто проснувшись во тьме. Это зарычала, собираясь несмотря ни на что – раздавить этого Камануру. - Это! Спокойней! – выкрикнул Татара, но ему было немного не до того. Он волновался за нее, но отвлекаться ему было сложно. Это понимала, насколько Недзума хитрый и ловкий противник. И всего одна ошибка будет стоить руки или ноги. Он предчувствует удары. Будто видит наперед. На самом деле, он просто просчитывает. Хотя это еще неприятней, когда тебя читают, если не как открытую книгу, то почти так. И с каждым ответным шагом, читать ее все проще. Татаре тоже не позавидовать. Это снова бросилась в атаку. Ее кагуне прошло в миллиметрах от щеки Сены, а тот даже глазом не моргнул, наступая на нее вдоль линии атаки. За его спиной кагуне Это уже своротило опорные колонны, но Сену это не волновало. Такацуки тут же ударила его бок, собираясь сбить с ног. Целых три ветви, должно же хватить! Сена действительно отступил, подпрыгивая под потолок. Его ноги оттолкнулись с такой силой, что на полу остались следы, а косы привычно уносили в сторону. Ловок! Но Это не отставала, атакуя, ее непомерная сила уничтожала все, чего касалась, но Сена все равно уходил от атаки. Будто многоножка, его косы, исполнявшие роль ног, легко несли его прочь. А потом он снова оказался перед ней. Его взгляд не поменялся. Он все так же смотрел на нее не моргая. Татара цыкнул. Этот Недзума не давал ему даже дыхание перевести. На разговоры этого типа так и не потянуло. Может, потому что он как раз знал, что все разговоры бессмысленны. Может, потому что перед поединком, Каманура равнодушно сказал: - Стереть. Недзума усмехнулся, бросив: - Как скажешь, Король, - качнулся из стороны в сторону и рванул вперед, заставляя Татару забыть обо всем. Здесь и сейчас, впервые за долгое время, его жизнь действительно стояла на кону. Никаких переговоров – поединок до смерти. Конечная остановка для одного из них. - Ты… В чем твоя проблема?! – выкрикнула Это. Она не могла достать Сену. Те “кама”, которые раньше она отбивала в стороны, сейчас слишком легко кромсали ее кагуне. Так что кроме какуджи у нее не оставалось вариантов. Но как за полгода он обрел такую силу? - Если ты хочешь власти, она у тебя будет! Что тебе надо? Зачем тебе люди? Аогири поставит их на колени! Они будут нашим скотом! Лучшая еда к твоим услугам… Это осеклась, глаза Сены ядовито-желтые, стали еще ярче, будто его ненависть не находила иного выхода. Еще один удар Это уронил огромный кусок арматуры с потолка, но Сена отмахнулся от него, как от мошки. - Я сотру Аогири, - выдохнул он без грамма тщеславия. Такацуки чувствовала, что он полностью уверен в своей силе. - Убью каждого. Чтобы гули с такими идеями никогда даже не думали рта открыть, головы поднять. Выдохнутая ненависть обратилась в кривую улыбку. Каманура глубоко вздохнул, продолжая улыбаться. - Обращайся, - предложил он уверенно. - Ты сам напросился, - цыкнула Это. Ее огромная какуджа заняла треть зала, но тем не менее, гуля это не смущало. Одним ударом она расширила себе пространство, легко ломая крышу, с разворота руша стены. Это был настоящий хаос из летящих во все стороны обломков. Метель, которая могла похоронить их всех. Но Это и не ожидала, что Сена получит реальный урон – она умела оценивать противников. Такацуки видела, как Шелия убрал свое кагуне, которое защищало его и человека. Мужчина был безумно доволен, можно сказать счастлив, едва ли не подпрыгивая на месте. Недзума и Татара тоже не пострадали. Хотя сеть, которая защищала главу Шестого не была чем-то обычным. Но об этом придется думать Татаре. - Ты попал, - сообщила она. – Я сожру тебя за один присест. Это не напала тут же, потому что с удивлением увидела, как Сена убрал свои косы. - Сдается? – с недоумением подумала она. Но Такацуки видела его глаза. Тьма поглотила правый глаз, но красный какуган не появился. Глаз все так же был ядовито-желтым, с оранжевыми прожилками, правда, лишился зрачка. Ее сердце, казалось, сходит с ума. Она чувствовала опасность. Перед ней был хищник, от которого надо бежать. Немедленно! Просто бежать не было смысла. Они должны выяснить, кто сильнее здесь и сейчас. И все же, Это чувствовала давно забытый страх. Перед ней был монстр. Монстр, который улыбался. - Я не хочу власти, как таковой. Просто, мне нужно сделать это, чтобы те, кто ее жаждут, никогда ее не получили. - Что ты несе… Это умолкла, глядя как Сена выпростал свой бикаку. Откуда у этого парня хвосты? Она чувствовала, что кагуне это очень сильно. Поэтому тут же рванулась в атаку, не ожидая продолжения разговора. Сена оказался очень близко к ней. Его глаза смотрели на нее, с каплей сочувствия, с толикой отвращения. Но на самом деле, исключая это, они были безжалостны и равнодушны. Так смотрит змея перед тем, как убить. В ней нет голода, жажды, ничего нет. Она просто прокусывает горло тому, кто пересекает ее границы, а потом заглатывает, чтобы переварить. Это отскочила, пытаясь как можно быстрее регенерировать. Пока она смотрела в его глаза, бикаку Камануры отхапали значительный кусок ее тела и, кажется, пережевывали. - Ше-ше-ше, - усмехнулся Сена. Его хвосты, штук шесть не меньше, заканчивались плотоядными зубастыми монструозными головами, напоминавшими змей. Такацуки немного отступила. Теперь перед ней, вне сомнения, гуль SSS-класса. И тот страх, что поселился в ее сердце, никуда не делся. Она понимала, что этот равнодушный тип в поединке с ней даже к пределам силы не подошел. - Кем ты считаешь себя, Это? – спросил Сена. – Монстром? Побойся, ками, - фыркнул он, а змеи зашипели. – Ты просто дрянной человек, не более того. Настоящий монстр не поставит таких глупых целей. Ты мелочна, эгоистична и ищешь мягкую для себя шкурку. - Заткнись! – Это прикусила губу. – Разве ты не хочешь поменять мир под себя! Чтобы тебе было удобней жить! – она почти кричала. Равнодушные глаза уставились на Такацуки. Ее била дрожь. Перед ней был настоящий монстр. Может, если бы она не была настолько уверена в своей силе, а продолжила тренировки… Может, тогда она бы… Это пришлось отклоняться от еще одной чудовищной атаки. Вся ее скорость теперь была ничем в сравнении с тем, как двигался этот парень. И тогда очень быстрый, сейчас он казался зеленой молнией. Атаки его змей были точно такие же: мгновенные, внезапные. Да, Это понимала, что она все так же сильна, что каждый ее удар, если бы попал в цель, принес смертельный урон. Но что толку, если она не может по нему попасть? - Мне удобно будет, где угодно, - ответили ей. – Я приспособлюсь. Но есть те, у кого на это недостаточно сил. - Зачем тебе эти слабаки! – выкрикнула Это, ощущая, что ее поглощает паника. Такого с ней не было уже очень давно. Никто не мог сравниться с ней в силе, никто не превосходил. - Слабость не порок, - равнодушно ответили ей. А потом Сена ощерился, его змеи метнулись к ней, отжирая куски тела и вынуждая Это падать на пол. Девушка видела, как кровь покидает ее тело, растекаясь под ней лужей. - У меня есть те, кого я люблю. Ради них я исполню любую роль. Лишь бы они смогли дальше жить в мире. Сена присел перед ней на корточки. - Даже буду монстром. Буду королем. - Будто ты не хочешь… Ничего для себя… - с трудом сказала Это. Сена мило улыбнулся. - Ты права. Я не праведник. Себе я тоже подарю кусочек счастья. Это глянула в сторону Татары. Тот пытался ей помочь, но только лишь обрек себя на смерть. Такацуки увидела, как ее последний сторонник упал на пол, и Летучие Псы принялись пировать на его теле, как саранча. На нее же смотрела Куфия. - Это… - Сена коснулся рукой ее подбородка. – Твои книги были действительно прекрасны. Тебе стоило заниматься ими, а не руководить Аогири. - Да что ты… - Это стиснула зубы. Тысячи кос рвали ее на куски, зубы змей тащили в стороны, - понимаешь… Кама… нура… - Прощай, - услышала она мягкий голос Сены. Человеческий голос. - Мне жаль, что ты выбрала этот путь. Мне очень жаль. В глазах темнело. Это знала, что это значит – смерть. Она умерла. Ее страданиям пришел конец. Еще восемь секунд, она пребывала в сознании, а потом, выдохнув, исчезла из этого мира. Ее амбициям не суждено было сбыться. Хирума поднял Сену за шкирку - не было смысла сидеть перед Это на корточках. - Как ты? – спросил он, чуть встряхивая. Сена только кивнул, потом глянул в сторону. Ян показывал ему большой палец. У русских это означает похвалу*. А Масамуне и Косатка, оказывается, тоже наблюдали за боем. Значит, Камадзи убедил-таки Камиширо подумать? Сена повернулся к ним. - Если вы захотите уйти, я не буду против, - ему пришлось чуть напрячь голос, потому что те стояли в дальнем конце разрушенного зала. - Силой никого не держим, - фыркнул, подтверждая Хирума и обнимая Сену за плечо. - Я видел достаточно, - сложил руки на груди Камиширо. – Теперь хочу обстоятельно поговорить. - Я не против, - мягко улыбнулся Сена. - Можем даже предложить выпить, - нагло улыбнулся Хирума, потянув Сену за руку. – Идем. Надо собрать наших людей и уйти. Наша миссия на сегодня выполнена. Мозговой штурм завтра. Сена расслабленно кивнул, но хоть Йоичи его и тянул за руку, обернулся на Это. - Оставь сожаления. Ты сам знаешь, у нас не было выбора. - Я не жалею. Мне просто грустно. Смерть - это всегда грустно. - Когда тебе станет от этого весело, тогда я начну беспокоиться, - улыбнулся Хирума. – В отличие от нас, ты все так же человек, несмотря на всю свою силу. И я приложу все усилия, чтобы ты им и остался. Потому что только тогда, у нас есть шанс научить гулей и людей жить вместе. Сена тепло улыбнулся. - Да. Без твоих сил я вряд ли на что-то годен. Хирума, цыкнув, поднял Сену на руки, придерживая под попу, как ребенка и прижал к себе. Кобаякава же обнял его за шею. - Спасибо, Йоичи, - шепнул Сена ему на ухо, а Хирума поцеловал его в щеку. - Всегда пожалуйста, - хотя не был уверен в том, кто и кого должен благодарить.