Следователь из 6-го района.

1. Вообще Хирума считал себя слишком взрослым, чтобы его так будили. Но так как у Масы он ночевал редко, то позволил себе эту роскошь: хотя бы пять минут побыть ребенком, которого балуют. Йоичи смутно помнил родителей - брат ему их полностью заменил. Поэтому он наслаждается тем, что его тихонько будят, что-то рассказывая, а потом растягивая щеки и щелкая по носу. Маса редко готовил мясо, чаще всего они ели его сырым, потому что брат считал, что так правильнее. - Корректней, - строго говорил ему Масамуне. – Мы берем то, что нужно. И не должны делать из еды культа. Люди не свиньи, которых мы выращиваем на убой. Да, между нами нет мира, но не стоит забывать, что хоть мы и разные, но просто люди. Хирума потянулся, слушая его нежную болтовню. И зачем он вырос? Ну, в его возрасте тоже были свои плюсы, но под опекой Масы казалось, что окружающий мир не такой уж и плохой. - Ну что, проснулся твой птенчик? – в дверях спальни показался Маруко. Йоичи тут же подскочил. - Брат, у тебя планы, да? - Ну, - ухмыльнулся Маса, - пойдем сводим Судзу-тян в Диснейленд. Помнишь, я тебя водил? Было дико страшно, так что Йоичи запомнил. Ему было примерно как Судзуне сейчас, но она-то была человеком, а они с Манабу – нет. И они дико боялись подставить Масу, случайно поведя себя как-то не так. - Хочешь с нами? – спросил Маруко. - Нет, спасибо, дядя, - улыбнулся Йоичи. – У меня сегодня дела. Маруко фыркнул. - Деловой ты наш. Хирума улыбнулся. Рейдзи был забавным парнем, Йоичи знал, при каких обстоятельствах они подружились с Масой, поэтому не мог относиться к нему плохо. А уж его дочь - Судзуна - была во всех смыслах очаровательной девчушкой. Маруко Рейдзи служил в полиции в звании капитана и частенько сливал Масе информацию о преступниках, которых все равно собирались казнить, либо отправить в долгосрочное заключение. Рейдзи казался типом скользким, вертким, ехидным и ироничным. Но они были знакомы уже четыре года, и тот ни разу не подставил Масу, хотя полицейские вроде как должны проходить раз в год обследования, в том числе на детекторе лжи. Хотя Йоичи в этом не мог быть уверен. - Ему можно верить, - с улыбкой сказал его брат, и Йоичи оставалось только кивнуть. - Привезти тебе что-нибудь из Диснейленда? – спросил Рейдзи. Йоичи фыркнул, а “дядя” широко улыбнулся: - Взрослый ты, да? Пойдем, поздороваешься с Судзу, и мы поедем. Судзуна обнаружилась в зале, Манабу уже рассказывал ей какую-то фантастическую историю, и девочка заливалась смехом. - Йо-нии! – увидела Судзуна Йоичи и порхнула к нему. - Привет! – Хирума легко поднял ее на руки, будто она весила меньше куклы, а ведь ей было уже десять лет. - Мы едем с Масой и папой в Диснейленд! Ты поедешь с нами? Мы подождем в машине, пока вы поедите. - Прости, милая, у нас другие дела сегодня. К тому же мы будем выделяться. Так что езжайте втроем. Маса уже стоял в дверях дома, что-то рассказывая Маруко. Йоичи видел, как брат поправил волосы Рейдзи, убирая их за ухо, и как тот улыбнулся. Слишком много было нежности в этом: что в действии, что в ответной улыбке. Йоичи слабо улыбнулся. Брат всегда жил для них, но теперь, кажется, у него есть свое собственное счастье. Как всегда, Маса не слишком переживал, что друг его сердца - человек. Их связывало слишком многое, больше, чем могут позволить себе люди. - Беги, Судзуна. Вам уже пора ехать, а то в пробку попадете. Он отпустил девочку, и наконец эти трое уехали. Мана бросил взгляд на Йоичи. - Рейдзи - очень опасный тип. - Ага. - Он - лучший капитан полиции из всех восточных районов. Этот тип очень умен. - Я знаю. - Ему предлагали стать следователем по гулям. - Я знаю. Он отказался. Манабу фыркнул. И они оба уселись за стол. - Ему за то, что он отказался уходить в Управление, не дали повышение по службе в полиции, - заметил Хирума, приступая к завтраку на весь месяц. На него тут же уставился какуган Манабу. Наблюдать, как гуль обедает, не слишком приятное зрелище для человека. Но на кухне людей сейчас не было. Если не считать еды. - Ты знаешь, что он написал в отказе? - Да, - Йоичи пожал плечами – невольно услышал. Они с Масой сочиняли письмо отказа вместе. - Мне просто любопытно. Я ни в чем не подозреваю дядю. - Что-то вроде того, что это слишком опасно для семейного человека. Дальше они ели молча, и, невольно, Хирума вспомнил один из вечеров с Сеной. Кобаякава решил вдруг принести в их жизнь романтики, но Йоичи был не в восторге от всех этих свечек и антуража. Все-таки никто из них девушкой не был, да и характер что у одного, что у другого был не сахар. Хотя Кобаякава умел быть милым до такого безобразия, что его хотелось тискать до бесконечности. Такой щеночек или котенок, Йоичи не определился. Во всяком случае, когда он выглядел так очаровательно, то Хирума был не в силах ему ни в чем отказать. В тот день настроение у Йоичи было пасмурным, потому что охота у Масы затягивалась, а телефон его был вне зоны доступа, как было всегда, когда он был “на деле”. Но Хирума силой воли запретил себе портить настроение счастливо порхающему возле него Сене. - Садись… - Йоичи чувствовал голод. Сейчас кофе с сахаром, который Сена все так же таскал из Антейка, не мог его утолить, только наоборот обострить. Вообще, по-хорошему, Хируме не стоило видеть Сену сегодня. Гулий голод - вещь очень опасная. А откусить руку любимому человеку как-то не хотелось. Хорошо, если рукой обойдется. Но Хирума был уверен, что справится. Очень постарается. В конце концов, Сена тоже старался ради него. Его старания проявлялись в мелочах, тех самых, на которые люди обычно внимания не обращают. Но Кобаякава был всегда таким. Следил именно за мелочами. Он был бы отличным другом. Но он был много большим. Хирума чувствовал, что не может ему не верить. Сене нельзя не верить, хотя сам Сена говорит, что он в себе не уверен, Йоичи чувствовал, что рыпаться им уже поздно. Они хотят быть друг с другом. Возможно, это будет очень сложно, но они будут, пока это будет хоть как-то возможно. Ради его улыбки Йоичи сегодня и пришел. - Я ненадолго, Сена, - тихонько сказал Хирума. - Надолго. На ночь. У меня на тебя большие планы. Йоичи вздохнул. - Давай без вздохов, - попросил Сена. – У всех парочек должен быть ужин при свечах. Давай ужинать. Я, конечно, не силен в готовке… Кобаякава поставил перед ним блюдо, накрытое крышкой. - Запекал без специй, но в крови. Глаза Хирумы были, как две тарелки. - Что? – прошептал он и тут же вдохнул запах человеческого мяса. - Я отщипнул кусочек… - Сена нахмурил брови. – Но не очень понял, вкусно или нет. Хирума чувствовал, что ему становится плохо. Он так хотел есть. И сейчас его рот наполнился слюной. Что за изощренная пытка? Он же не может есть при Сене. Йоичи поднял на него глаза. Кобаякава уставился на него. - Господи… Хирума понял, что у него какуган. - Ты красивый, - его поцеловали в губы, дотянувшись через стол, благо тот был маленьким. – Я же не зря старался? Ты съешь? Йоичи чувствовал, как бешено колотится его сердце. - А. Ну, я могу и покормить… - Хирума ошеломленно наблюдал, как Сена порезал мясо на кусочки, а потом заставил взять вилку с кусочком мяса в рот. - Ну что? – с беспокойством спросил Кобаякава, когда Йоичи проглотил. - Я… Хирума снова открыл рот, и Сена с усмешкой сунул ему второй кусочек. - Вкусно, Сена, - сообщил Йоичи. – Я могу и сам поесть… - Нет уж. Когда я еще тебя покормлю… Хирума съел еще кусок. - Как ты его добыл? - Страшная история. Но я справился, - улыбнулся Сена. - Чиби, я тебя когда-нибудь придушу. Я же просил не рисковать. - Ешь, капитан, ешь. Я чувствую твой голод, как свой. Поэтому кушай. Как можно было после такого уйти? Хирума и не ушел, всю долгую ночь заставляя Сену сдерживать свои стоны и царапать его спину, благо регенерацию никто не отменял. Жаль у Сены ее не было, а так Йоичи готов был продолжать до самого утра. - Ты подозрительно довольный, - усмехнулся Манабу. – О Сене думаешь, небось? - Отвали, - буркнул Хирума. Йоичи не мог не думать. Сена всегда кусает себе губы до крови, чтобы сдержать стоны, так что Йоичи часто получает поцелуи с кровью. Хирума и не жаловался бы, но привычка казалась ему хоть и милой, но дурной. Кобаякава всегда отдавался ему полностью, с интересом поддерживая любую идею. Но особенно Сена таял от нежности и ласки, превращаясь в невинного котенка. Сена ценил любой такой жест по отношению к нему, и Йоичи невольно дарил ему даже больше нежностей, чем собирался. Йоичи поднялся, загрузил тарелки в посудомойку. - У меня дела, так что я пойду. - У меня тоже, - поднялся Манабу. – Кстати… Нишики говорил, что если Сена узнает, кто мы… Хирума глянул на него. - Нет. Я не сделаю ничего Кими, хоть и обещал. Но Нишики сожру. Ты же ведь не против. - Когда я это был против сожрать Нишики? – хохотнул Манабу. – Нишио не идиот. Он уже понял, что Сена все знает. Однако, сидит на жопе ровно. - Пусть и продолжает, - глаза Йоичи резко сменились на какуган. - Не бесись ты так. Нишики хоть и тот еще ублюдок, но можно с натяжкой назвать его другом. - Ты прав. - Ты слишком влюбился, Йоичи, - заметил Манабу. – Опасно так сильно любить человека. В конце концов, они всего лишь еда. Хирума фыркнул. - Ага. То-то ты к Луис даже подойти боишься. Юкимитсу побледнел. - Ты любишь ее. И не хочешь потерять из-за глупой ошибки. Пора взрослеть, Мана. И идти на риски. Таков наш гнилой мир. Или ты думаешь, Маса относится к Рейдзи, как к еде? Манабу слабо улыбнулся. - Таких, как Рейдзи, один на миллион. Йоичи покачал головой. Не так уж и мало, если вдуматься. Вопрос только в том, кто и на что готов пойти ради такой странной дружбы. На что закрыть глаза, а на что так и не смочь. Маруко Рейдзи закрывал на очень многое. И у него была на то веская причина. 2. Хирума давным-давно привык к толпам народа, он не боялся, что случится что-то такое, что его какуган проявится. Что могло такого случиться в лунапарке, куда он направлялся? Гулю нужен самоконтроль, который довольно легко развить. Просто надо учиться. Йоичи дошел до парка, увидев своего парня на лавочке относительно рядом с билетной кассой и входом. Этот тип сидел ногами на лавке, попой на спинке и самозабвенно кушал мороженное. Похож он почему-то был на змейку, которая млела на солнышке, с удовольствием освежая свой язычок о холодную поверхность ледяного мороженого. Чем фруктовый лед нравился Сене больше сливочного пломбира, Хирума не брался вычислять. Во всяком случае, его от фруктового льда почти не тошнило. Особенно, если брать самый дешевый и искусственный. Йоичи еще какое-то время понаблюдал за ним, пытаясь не обращать внимания, как именно Сена расправляется с лакомством. Возможно скоро ему придется отбивать его от поклонников. Парочка парней уже странно на него поглядывала. Кобаякаве, впрочем, было хоть бы хны. Он и сам при желании мог кого угодно отбить. Слово “при желании” ключевое. Просто так Сена не стал бы драться, все-таки это не в его стиле. Хируме было сложно охарактеризовать Кобаякаву. С одной стороны, трудно поверить, что человек может быть настолько упрям и уверен в том, что делает. Конечно, он – звезда. Он – Айшилд 21. С другой стороны, сейчас перед ним был просто Сена. Никакое забрало не скрывало его лицо, не придавало излишней уверенности. И этот “просто Сена” не был героем. Он был трусливым и осторожным парнем, всегда им оставался. Хирума подумал и кивнул сам себе: змея. Самое точное определение. Сена умел ставить цель, которую надо достигать. Тогда его трусость и осторожность прятались, как змея в траве, готовясь к прыжку. Когда цель была поставлена, Сена никогда не задумывался, насколько большую “дичь” придется “сожрать”. И как бы то ни было, ему требовались любовь и забота, так что змейка сама толкалась под его руку, чтобы ее погладили, желтыми глазками выпрашивая нежность. Тут нормальный человек подумал бы о котенке, но Хирума решил, что такая милая змейка тоже вполне себе ничего. Йоичи выдохнул, сбрасывая напряжение: не тащить же Сену в какие-нибудь кусты в качестве наказания за поедание мороженого? К Сене как раз подошли те два парня и спросили очевидное. Кобаякава указал пальцем на приближающегося Йоичи. Видел меня, зараза! Хирума усмехнулся. А Сена одним куском сунул оставшийся лед в рот и с наслаждением захрустел, а потом вытащил покоцаную палочку и выкинул ее в урну одним легкомысленным движением, а потом резко поднялся на ноги. Парни, очевидно, немного не поняли, что под ноги этим двум лучше не соваться. - Кажется, ты не понял, мы тебя не спрашиваем… - один из них попытался схватить Сену за плечо, но тот крутанулся привычным спином, отклоняясь чуть назад, и довольно сильно и специально наступив другому на ногу. А первый тем временем жестко грохнулся на лавку, с силой ударяясь спиной и взвыв от боли в запястье. - А я понятно выразился? – сухо спросил Йоичи, сверкнув глазами. - Да… - пришлось кивнуть парням, а Сена расплылся в улыбке. - Я же предупреждал, - Кобаякава был как всегда очарователен и мил. - Пойдем в твой парк уже, Сена. - Ну пойдем, - Кобаякава был вполне себе доволен жизнью. Сена легко вводил людей в заблуждение. Не очень высокий, всего метр семьдесят, а раньше он был еще ниже, вытянувшись буквально за последние полгода до университета, и худощавый, Сена всегда выглядел как жертва. Агнец для любых издевательств. Но когда Хирума, например, увидел на игре, как тот впечатал Агона лицом в траву, хорошенько ободрав тому фасад, или как сбил Гомера, влетев в него на всей скорости, становилось понятно, что все не так уж и просто. Кобаякава, конечно, не мог сравниться с тем же Банбой, (как и с другим подобным лайнменом, хотя легко блокировал Какея или Акабу), однако, выдержал прилетевший от него удар на недавней тренировке. Йоичи едва не потерял контроль над собой. Сена улетел далеко, кувыркаясь в воздухе, а после еще и по траве. А потом почти тут же поднялся. Единственное, что он не улыбался тогда, а был очень серьезен. Оберман предложил извиниться, но Банба отказался, сказав, что теперь Сена выложится, как на игре. Идея была неплоха, хотя их команде пришлось непросто. К тому моменту все слишком устали, чтобы соответствовать игре Сены, а Хируме изображать усталость было довольно непросто. Кобаякава купил им два билета и, что-то посвистывая, отправился гулять. Йоичи молча следовал за ним, с легкой насмешкой наблюдая. Он-то прекрасно знал, что Сена не расслаблен. Он внимательно оглядывается и “принюхивается”. Конечно, только гуль может почувствовать, кто рядом с ним: другой гуль или человек. Но Кобаякава обладал прекрасной интуицией, которая вырастала не на пустом месте - ее рождали мелочи, которые замечал только он. Сена как-то обмолвился, что это влияние отца, так что Хируме было даже любопытно посмотреть на его родителей. Но Йоичи давно принял решение, что в дом Кобаякавы он ни ногой. Вероятность, что его папенька так же лоялен, как сын – равнялась нулю, как-никак Шуума был братом, - скорее всего сводным, - председателя CCG. - Ого! Ты только глянь! Хирума фыркнул. - Ты что, уток никогда не видел? - Но это же мило… - надул щеки Сена и пошел ближе к пруду, спускаясь по склону и выходя на каменный берег. Йоичи оставалось только вздохнуть и купить у тетеньки хлеба. Кобаякава же уселся на искусственный берег озера, едва ли не касаясь ногами воды. Сена о чем-то думал, улыбаясь, а потом с удивлением заметил, что ему протягивают хлеб. - Ты хочешь покормить уточек? - Балда, - Хирума отвесил ему легкий подзатыльник. – Я тебе купил. Что толку смотреть на уточек? - Эстетическое удовольствие, - усмехнулся Сена. – Ты меня сильно не толкай, я плавать не умею. - Это как? Кобаякава внезапно вспыхнул, а потом молча отщипнул кусочек и кинул уточкам, которые, как голуби, тут же решили собраться вокруг него. - Что, озабоченный тренер попался? – фыркнул Хирума. - Что-то вроде того. - А? – Йоичи во все глаза уставился на Сену. - Да нет, я шучу, - Кобаякава удивился реакции Йоичи. – Нет, конечно. Просто я всегда был странным, и мне всегда доставалось за это. А тонуть было как-то не прикольно, даже если это лягушатник, - Сена мягко улыбнулся, кажется, он об этом уже не переживал. – Но таким образом, я так и не научился плавать. - У нас в универе есть бассейн. Я могу тебя научить. Кобаякава фыркнул. - Если не будешь кидать меня в середину бассейна и смотреть, как я буду барахтаться, то я не против, - Сена почти тут же поднял руки, почувствовав в Йоичи вспышку ярости. – Успокойся. Это все было очень давно. Мы все были детьми. Кобаякава решил умолчать о том, что теперь у него была самая настоящая фобия на этом месте, Йоичи принимал его слова слишком близко к сердцу, хоть это и было приятно, но с Хирумы станется разыскать его старых знакомых, и кто знает, что он с ними сделает. Пусть лучше крошит хлебушек и кормит уточек. Сена краем глаза наблюдал за Хирумой. - Ладно, ты, наверное, прав. - Я всегда прав, - усмехнулся Сена, откинулся спиной на травяной склон. Солнце припекало довольно ощутимо. Йоичи прислушался. - Слышишь? Сена отрицательно покачал головой. - Здесь есть картинг. Пойдем покатаемся? – Йоичи поднялся на ноги, отряхивая брюки и протянул руку Сене, резко ставя его на ноги. - Ты мне так руку выдрать можешь, полегче, Йоичи, - ухмыльнулся Сена и, получив шлепок по попе, принялся подниматься вверх на основную дорожку. Хирума поднимался следом, успев стиснуть его талию и отпустить, жалея, что слишком выделяться все-таки не стоит. Были бы они оба людьми, можно было бы пережить чужие косые взгляды. А так, если нарваться на какого-то неадекватного следователя случайно, то случайно можно и умереть. - Ого! – они вдвоем подошли к ограждению. Глаза у Сены загорелись. – У них новые модели! Хирума фыркнул, отвернулся в сторону и увидел Манабу. Его “братишка” держал за руку Луис и неловко улыбался, рассказывая ей какую-то глупость. Клифф слушала с явным удовольствием, на ее губах блуждала счастливая улыбка. Манабу же не собирался? Вот Юки увидел Хируму, наверное почуял гуля и глянул, кто это. Но Луис в этот момент увидела Сену. - Ой, там Сена, я на секунду, ладно? – донеслось до Йоичи, и Манабу подошел к нему. Хирума приподнял одну бровь: - Скажу сразу, никаких свиданий вчетвером. - Фух, я только хотел предложить, - фыркнул Юки. - Ты справишься? – с легким беспокойством спросил Хирума. - Я постараюсь. Если что, у нас разные фамилии и… - Манабу осекся, поднял смущенный взгляд на Хируму. – Да-да, я понял, что говорю чушь, прости. Все будет хорошо, я уверен. Луис подвела к ним Сену, держа его за руку. - Сена мне все рассказал! Так вы двое все-таки встречаетесь? - Что значит все-таки? – Йоичи чувствовал, что у него начинают гореть уши. - Сена сказал, что “все-таки я его уломал”. Теперь вспыхнул Кобаякава. - Луис! Это было по секрету! - Всему свету, - фыркнула девушка. – Ладно. Не будем вам мешать, но, если получится, можно пообедать или поужинать или… перекусить вместе. Манабу и Йоичи мысленно скривились, а в реальности мило улыбнулись. Сена, кажется, прекрасно понял их мысли, потому что тихонько рассмеялся. Луис, впрочем, была далека от размышлений. Она схватила Манабу под руку и потащила прочь. Ей тоже не хотелось свидания вчетвером, что позволило Хируме вздохнуть с облечением. После картинга Сена уставился на огромные американские горки. - Хочу туда, - заявил он, указывая на них пальцем. - Без меня, - уверенно заявил Йоичи. – Я тебя внизу подожду. - Ну нет! Смысл без тебя там быть! – нахохлился Сена. - Капризничаем? – Хирума потянул его за щеку, и Сена в результате обнял его за талию, прижимаясь к груди. - Ну хорошо, - согласился Хирума, придумав коварный план. – Если ты заберешься на высокую горку для альпинизма, во-о-о-н на ту, и сообщишь оттуда всем, что любишь меня, я буду кататься с тобой на американских горках. Йоичи считал, что Сена скорее умрет от смущения, чем сделает это. Хирума не ожидал, что умирать придется ему. Йоичи побелел. Кобаякава мало того, что полез туда без страховки, так легко прыгнул на самый край стены, повернулся и сложив ладони рупором сообщил: - Йоичи! Я люблю тебя! – вид при этом Сена имел самый лучезарный и довольный, смущаться и тревожиться не собирался. Хирума молча лопнул жвачку, потому что на него явно косились. Не так уж много парней стоят в одиночестве на одном месте. К Кобаякаве уже поднимался администратор, чтобы пристегнуть страховку и отругать, но Сена не стал ждать, довольно оперативно спускаясь вниз. Хируме хотелось сделать фейспалм, но не стал, сдержался. - Ну что, теперь мы пойдем на горки? – громко поинтересовался Сена, так что несколько зрителей разочарованно протянуло: - А, это всего лишь на спор… Хирума не то чтобы не любил горки. Просто он страдал предубеждением, что собирают их криворукие идиоты. Но Сена выглядел таким довольным, что Йоичи вручил ему билет и подтолкнул в спину. - По росту-то пройдешь? – фыркнул Хирума. - Обижаешь! Мне осталось совсем немного, чтобы тебя догнать! - Ты больше не растешь, так что расслабься, - они обменялись колкостями, но были довольны таким обменом любезностями. Видимо, карма Йоичи все-таки сделала свое дело, потому что они зависли на самой высокой точке горки вниз головой. Вокруг поднималась паника. - Ну, что я говорил? – флегматично заметил Хирума. – Ты же не начнешь истерить? – спросил он Сену, который опустил руки вниз и туда смотрел. - Сена? Хирума замолк. Это Кобаякава притянул его к себе, втягивая в поцелуй. - Конечно, больше этим негде заняться, - буркнул Йоичи. - Помолчи… Это самое высокое место в парке. Выше колеса обозрения. - Молчу-молчу, ты продолжай… Целоваться вверх-тормашками почему-то оказалось очень приятно. - А туда не лезь… рукой… - выдохнул Хирума. – А то кого-то ждут ближайшие кусты. К счастью для общественного спокойствия аттракцион снова пришел в движение. Смотрители парка извинялись, ссаживали перепуганных посетителей, ну а кто-то вышел и пошел дальше. Парк был огромный, так что место было всему. Вообще, тут можно было два дня без перерыва находиться, но Сена считал, что это перебор. Потом они шли мимо бассейнов аквапарка. Это там, где люди сначала скатываются по водной горке вниз, а потом шлепаются в бассейн. Хирума был не прочь полезть наверх, но Сена выглядел уставшим, так что Йоичи хотел предложить пойти домой. - Эй! Хирума не сразу понял, что произошло. Только что Сена шел рядом, а вот кувырнулся в воду. Почти тут же Йоичи понял, что его столкнул туда толстяк, который подрался со своим дружком из-за сладкой ваты. - Сена! Там по идее неглубоко, но Хирума услышал отчаянное бултыхание. - Черт! – Йоичи снял с плеча сумку и тут же нырнул в бассейн. Хирума не часто чувствовал панику такого сорта. Как ни крути, его родственников не так-то легко убить, если на то пошло. А вот человек по определению хрупок. Надо сказать, что спасение утопающего всегда непросто, так что Хирума тоже получил рукой по голове, но дальше этого не пошло. Там действительно можно было стоять на ногах. Так что Йоичи прижал к себе тяжело дышащего мокрого Сену. Его била дрожь, и он не мог успокоиться. - Вытащи меня отсюда, вытащи, - повторял он как заведенный, вцепившись в его майку и не открывая глаз. – Пожалуйста, пожалуйста! Сена не не умел плавать. У него была фобия воды. Хирума крепко стиснул его. - Я всегда буду рядом, поэтому ничего не бойся. Это всего лишь вода, тебе ли не знать, что есть вещи куда опаснее… - серьезно сказал Йоичи. Карие глаза уставились на него. Хирума терпко поцеловал его губы, оставляя на них отметины от своих зубов. - И правда, - усмехнувшись, выдохнул Сена, все так же яростно цепляясь за Хируму. – Но ты все же меня не оставляй. - Обещаю. Хирума легко вытащил его из воды, придерживая одной рукой. Сейчас он не был в силах беспокоиться о том, кто и что мог подумать. Сена висел на нем как обезьянка, обхватив талию ногами, уложив подбородок на его плечо, и одной рукой держась за спину. Йоичи взял протянутые полотенца, но от помощи отказался, просто рыкнул: - Оставьте нас в покое! И уселся с Сеной на ближайшую лавочку, вытирая ему голову. Кобаякава молчал, позволяя заботиться о нем. - Кажется, мне придется научиться плавать, - выдавил он, улыбнувшись. - Это не будет просто. - Ничего в мире не бывает просто, - вдруг очень серьезно заявил Сена. – Хорошо, что никто не заметил. У тебя был какуган. Там… под водой. Хирума поджал губу. Да уж, хорошо, что никто не видел. - Я не хочу из-за своей слабости лишиться тебя. - Ты не в сенен-манге, чтобы желать стать сильнее. - И все же, я таким стану, - уверенно сказал Кобаякава. - Может… Мне стоит тебя кое с кем познакомить? – тихонько сказал Йоичи. – Я хотел сделать это немного позже. Да и в любом случае не сегодня, но… Хочешь увидеться с моим братом? - Правда? – Сена выдохнул и тут же улыбнулся. – Очень хочу. Хирума сжал его щечки. - Мне иногда кажется, ты забываешь, кто мы такие. - Если бы твой брат был другим, ты бы ни за что меня с ним не познакомил, - спокойно сказал Сена. – Я знаю, Йоичи, я все прекрасно знаю.