Следователь из 6-го района.

1. (тот же день, что в Хат 12ть) Сена не очень-то хотел попадать на базу этих “Дзокуги”. Но был ли у него выбор? Кобаякава признавал, что его не очень-то и нет. Если у гуля хороший нюх, то он в состоянии почуять и чужой страх. Но Кобаякава не собирался бояться. Далеко не каждый гуль сравнится с ним в скорости, так что всегда можно попытаться сбежать, если ему не перебьют ноги прежде. Местечко выглядело по-бандитски. В здравом уме законопослушные граждане даже поблизости не пройдут. Сена остановился перед зданием. - Приглашаю в гости, - фыркнул Хабашира Руи. Кобаякава прищурился, но задний ход не дал. Он хотел знать, кто этот человек Хируме. Насколько близкий друг, или, быть может, скрытый враг? Если враг, хватит ли того, чему научил его Масамуне? Всего неделя. Разве он далеко продвинулся? Если бы спросили старшего Хируму, то он бы с удивлением покачал головой. Он не ожидал, что кто-то может схватывать на лету. Дело, конечно, было в том, что далеко не у каждого человека настолько тренированные не столько мышцы, сколько сухожилия и связки. Сена исполняет такие развороты, что любой другой остался бы калекой. Потому что лучше десять раз сломать кость, чем порвать сухожилие. У него прекрасная растяжка. К тому же Сена упрям и упорен, он будет тренироваться на пределе и за пределом собственных сил. Если он видит цель – он ее не упустит. Масамуне редко встречал таких людей, почти никогда. Разве что среди следователей. Но большинство следователей мыслили достаточно узко, а этот парень никогда. В его возрасте следует страдать юношеским максимализмом, а Сене он был не свойственен от слова совсем. Правда, цели его, все же, отдавали максимализмом, но были вполне достижимы где-то на пределе и за пределом. Если бы Масамуне спросили нравится ли ему этот парень, старший Хирума бы кивнул не задумываясь. Конечно, неделя это немного, Маса собирался учить Сену дальше. Кобаякава же страдал заниженной самооценкой. Не всегда и не во всем, но пунктик имелся. Во всяком случае переоценивать себя он так и не научился. Поэтому сейчас он молча шел за Хабаширой по обшарпанному коридору, запоминая дорогу и замечая сколы на плитках, царапины и надписи на стенах. В результате они вышли в какое-то подобие спортзала. Помещение не было таким уж большим, но явно больше любой обычной аудитории. И в ней были не только они. Дзокуто. Сена огляделся, убеждаясь, что выход отрезан. - Я решил, что нам надо познакомиться поближе, - заявил Хабашира. – Очень уж интересно, кого это Йоичи пригрел на груди. - Да, спасибо мне за твое спасение, - фыркнул Сена. - Да плевал я! Раскроил бы башку этому слабаку и… - И получил бы облаву на весь район, кусок идиота, - усмехнулся Кобаякава. На скулах у Хабаширы заиграли желваки, но его плечо сжала девушка. Довольно красивая, с длинными русыми волосами, в длинной, ниже колен, юбке. - Тебе стоит следить за языком, мальчик, - холодно сказала девушка. – Несомненно, мы благодарны тебе, что ты удержал нашего босса от глупой драки… На этом она с силой сжала плечо Руи, что тот едва подавил стон. - И все же, ты – человек. Звучало как приговор. - Хирума впервые открывается кому-то и это было бы только его проблемой. Но он слишком о многом просит на этот раз, - продолжила леди. – Не трогать полицейских, например. Особенно с главного перекрестка. Твои ведь друзья, наверняка. Так что нам теперь, со всеми людьми снюхаться? Сена перевел дыхание. - Йоичи часто на себя много берет. Но то, о чем он просит непременно возникнет, если гуль и человек собрались дружить. Кто-то рассмеялся. - Дружить? Вот как это называется?.. - Заткнись! – рявкнул на соратника Хабашира. Сена не смутился. Собственно, его сейчас по сути приперли к стенке, хоть и не в прямом смысле, и в нем включился упрямый баран, очень опасный для себя и окружающих. - Да. В основе любых отношений лежит в первую очередь дружба. Остальное добавляется сверху. В основе дружбы лежит понимание. У меня есть друзья - люди. У Хирумы друзья - гули. И всем нам надо как-то жить дальше, не допустив роковой ошибки. - Слабый человек никогда не сможет быть рядом с Хирумой! – крикнул вдруг один из гулей и, видимо, решил проверить “слабого человека”. - Ашизука! Перестань! – не успела сказать Мегу. Девушка видела по карим глазам, что парень очень непрост. Во всяком случае, от всей его фигуры исходила, если не уверенность, то упрямство и затаенная сила. Она чувствовала, как в секунду напряглось и расслабилось его тело. Парнишка провел языком по губам, предвкушая. Он собирался что-то проверить! Окруженный гулями, он собирался что-то проверять! Тсумине Мегу не могла на это закрыть глаза. К тому же Хирума ни для кого и никогда не делал исключений (во всяком случае Мегу о них не знала), а тут решил. Да, она хотела проверить, чего стоит этот парень, но ей достаточно было его слов о дружбе. В конце концов, основной риск Хирума возьмет на себя. Но вышло иначе. На Кобаякаву снова нападал гуль. За неделю он, к этому, как выяснилось, привык. Тело действовало привычно, отправив в начале боя концентрацию в ноги, расслабило торс, ибо уклоняться придется в первую очередь, а атаковать потом и, если вообще получится. Выпады Масы было тяжело отразить, хотя он все-таки сдерживался. В конце концов, он использовал не все Косы, не самую жесткую их форму. И все же, он был много быстрей и опасней этого Ашизуки. Сена легко увернулся, отскакивая в сторону. Мышцы его не взвыли от такого отклонения, они даже его не заметили. Не сложнее того, что он делал на тренировках по амерфуту – отскок в сторону, разворот на пятке, наклон, отшагивание… Вопрос в другом. Обычным оружием гуля не убить, у него его и не было. - Если ты серьезен, то нападать надо кагуне, а не ножичком, - заявил Сена, вглядываясь в разъяренные глаза. Очередной выпад – Кобаякава отклоняется назад, легко делая мостик, а потом разворачиваясь на пятках, уходит в сторону, а потом поднимает торс вверх. Все еще недостаточно быстро. - Ты как-то несерьезно проверяешь меня, - фыркнул Сена, пытаясь раздразнить не слишком умного и вспыльчивого гуля. Как он выжил до сих пор? Небось, если бы не их клан, то его бы уже прибили голуби. - Ашизука! – потребовала Мегу, но Руи остановил ее: - Разве это не забавно? – Хабашире нравилось представление. Когда Хирума говорил, что его парень не слаб, он не мог поверить, а сейчас он видел это своими глазами. - Ты не понимаешь… - прошипела девушка. Он может убить Ашизуку… - Где же твое кагуне? – спросил Сена, и тут оно мелькнуло мимо его лица. Кобаякава успел моргнуть глазом, а потом сделал подсечку. Ашизука завалился на пол и пока соображал, Сена уже оседлал его, ухватившись за хвост-кагуне. Один единственный хвост. - Довольно печально с таким-то кагуне иметь такое самомнение, - довольно ехидно сказал Сена, но тут же почувствовал приближение ринкаку и дернулся в сторону, прежде чем до ушей донесся приказ: - Оставь его! Сене увернулся от кагуне Мегу, с трудом переводя дух, это было в разы опаснее. Но он все еще мог за ним уследить. Отскочив, в сторону, перекатившись и вновь подскочив на ноги, он понял, что дуэль закончилась, но не успел даже оглядеться. Получив удар в спину, он полетел, кувыркаясь в воздухе и остановился только от столкновения со стеной. - К-ха… - Сена почувствовал удар всем затылком и спиной. Почувствовал кровь на подбородке и увидел несколько капель на рубашке. Правда, зрение немного потеряло четкость, хотя Сена смог себя усадить. Во рту стоял неприятный вкус сырой крови, которую Кобаякава сплюнул, пытаясь сделать это мимо рубашки. Может, ему все еще домой удастся уйти? - Ты не понимаешь, что он чуть было тебя не убил?!.. – Кажется Мегу была в ярости. – Он специально заставил тебя выпустить кагуне, чтобы использовать его против тебя! У него не было другого оружия. Перед Сеной сел на корточки Хабашира, и Кобаякава инстинктивно метнулся в сторону. Погибать в его планы не входило – пора было удирать. Его мозг сейчас не мог делать выводов – Сена и не пытался. Почему друзья Хирумы затеяли с ним эту игру? Это он выяснит потом, если выживет. Так что главное, выжить. Мир был тошнотным, мир крутился, но Кобаякава отчаянно рвался вперед. - Тихо… - его поймали за ногу, и он снова грохнулся на пол, застонав от боли. Отчаяние кольнуло в душу, пробуждая звериное начало даже у любого травоядного, что говорить о хищнике? Печально, что он может сражаться на равных только с такими как Ашизука. Но миссию это не отменяло. Если я только выберусь отсюда… Я загоняю Масу до смерти… Сена снова приподнялся, пытаясь оценить ситуацию. Оказывается, над ним склонилась еще и Тсумине. Возможно, ее лицо было обеспокоенным. Осажденный со всех сторон Сена об этом уже не думал: кажется, он попытался ее укусить за руку. Потом в глазах на секунды стало темно, потому что его дернули за плечо, и голова не выдержала последствия удара. Но сознания он не потерял. Сильные руки сжали его, поднимая. - Успокойся, идиот! – потребовал Хабашира. – Хватит рыпаться! - Уложи его на кушетку, Руи. Господи… С кем Хирума связался. Если этот парень станет следователем, он всех нас изрубит в капусту… Мегу потерла руку. Там, конечно, уже не осталась и следа, но этот волчий взгляд врезался ей в душу. Парень получит умения, получит куинки и пиши пропало. Такие не отступают, пока не загонят добычу. - Ты лучше умоляй его не говорить Йоичи, что тут произошло. Иначе он нас изрубит первым… - Хы, - выдавила девушка. – Ничего. Он просит о малом, подружиться с полицаями с перекрестка. Даже не дружить, а просто не трогать. - Это не так уж и сложно, - смирился Хабашира. – Тогано - отличный парень. Думаю, его друзья тоже понятливые люди. Сена слабо улыбнулся. - Спасибо, Руи… - прошептал он. – Вот увидишь… Они не подведут… Сена решил немного прикорнуть. Кажется, его никто не собирался грызть. И то славно. Он не знал, что Хабашира и Мегу удивленно пялились на него. - Он простил нас? Так легко? Это было что-то, что не укладывалось в мозгу собравшихся гулей. Сена спал с довольной улыбкой и совершенно расслаблено. Как такое может быть? Правда, это согласовывалось с тем, что сказал Хирума: - Чума, а не парень! – теперь становилось понятней, что острозубый черт имел в виду. Насчет “грызть” Сена сильно ошибался. Кобаякава понял это, когда дошел до своей квартиры и увидел горящий там свет. Хирума был дома. Он его ждал и был зол. Он сразу понял, что Сена дрался – этого бы только слепой не понял. А, втянув воздух, Йоичи догадался с кем. - Чертовы ящерицы! Раздавлю! – рьяно пообещал Хирума. Сена прижался к нему, крепко обняв за талию. - Им страшно. - Перемены - это всегда страшно, - все еще зло заявил Йоичи, но его рука уже стиснула плечи Сены. – Сильно досталось? - Мечтаю о горячей ванне, но я ударился головой. Поэтому нельзя. Загони меня в душ… Уложи в кровать… Я не против горячего шоколада… - В прямом или в переносном смысле? – тут же осведомился Хирума. - С кем я живу… Сначала в переносном. А потом это станет прямым. Если ты понимаешь, о чем я. - Нет, блин, я сам спросил и сам не понял, - фыркнул Йоичи и потащил Сену в ванную за шкирку. Кобаякава совсем не был против и даже не сопротивлялся. Иногда было неплохо побыть куклой в сильных руках. Конечно, только в одних, очень определенных руках – другие ему были не нужны. - Болит? – Сене покачал головой. - Кажется мой затылок день ото дня становится крепче… Хотя не исключаю, что мозгов в голове от этого все меньше и меньше. - Не ерничай! Я серьезен! - Тащи меня в кровать лучше… Хируме пришлось подхватить его на руки. Прижав Сену к себе, он думал о том, что завтра хорошенько надает Хабашире тумаков и пинков. Йоичи думал, что Сена заснул, но тот и так прекрасно выспался – он наблюдал за эмоциями, отражавшимися на лице Хирумы. - Я тебе дороже, чем он? – осторожно сказал Сена. Кобаякава остерегался заставлять Хируму выбирать между ними и давними друзьями, в каком-то смысле здраво считая, что они только познакомились, и друзьям он доверяет больше. Но Хирума вспыхнул. Сена никогда не слышал от него признаний в любви, но словам Кобаякава уделял не так уж и много значения. Сену крепко стиснули, а потом уложили на кровать. - Ты, я гляжу, спать передумал? – навис над ним Хирума. Яркие зеленые глаза внимательно уставились на него. - Я и не собирался… Слушай, я не собирался вас ссорить или… - Ты мой парень, глупая креветка, - вдруг обрезал его Йоичи. Хирума замолк, сглотнул, а потом тяжело сказал: - Я люблю тебя, Сена. И если бы с тобой что-то случилось, я убил бы друга. Любого, кто заставил тебя страдать. Ему не нужны были слова, но почему-то от них выступили на глазах слезы. Они скользнули по щекам, сдавили горло. - Сена? – Йоичи, конечно, им был очень удивлен. Он знал, что сказал все правильно. Плакать-то зачем? - Ладно… - прошептал Хирума, втягивая Сену в осторожный поцелуй. Если его не оттолкнут, он знает как прекратить этот потоп. Кобаякава обнимает его за шею, а когда поцелуй разрывается за недостатком кислорода, он шепчет: - Я тоже тебя люблю… Так сильно, что готов умереть. Йоичи хмыкает, потом усмехается, касается носом его носа, легонько кусает губы. - Не надо постановок Шекспира. Лучше обоим жить. - Верно… Снимай с меня трусы. Будем жить. Оба довольно пошло улыбнулись. 2. (Действие после Хат13 – середина декабря) Такекура Ген – следователь старшего класса в свои неполные двадцать пять, терпеть не мог излишней суеты, которая непременно поднималась в управлении, когда менялся кадровый состав. Была бы его воля, он бы и дальше работал на стройке, но последнюю волю его старика следовало исполнить. Ген всегда был очень ответственным и чересчур серьезным типом. Шестой район был его родным районом. Здесь он учился, здесь теперь работал. Ему казалось, что все лица ему уже примелькались. С недавних пор он видел здесь довольно шустрого студентика – пирсингованного блондина. Казалось, тот все время что-то замышлял. Во всякому случае с местной бандой на мотоциклах – общался активно. Полицейским до этой банды дела как-то не было, ему и подавно. Следователи должны охотиться за гулями, а не за хулиганами, изображающих их себя монстров. Чтобы там на другие следователи не думали. А вот блондин его заинтересовал. Такекура знал, на своем опыте, что среди гулей есть очень изощренные особи, которые могут долго следить за своей жертвой, втираться в доверие и потом с особым наслаждением пожирать. Ген бы, может, не обратил внимания на происходящее, если бы блондин не находился рядом с Сеной. Мальчишку Такекура знал отлично. Тоже весьма шустрый паренек, звезда на уровне страны, но совершенно простой тип в общении. Если с ним говорить нормально, конечно. Уходит в глухую оборону тут же, если ему пытаются навязать свое мнение или заставить что-то делать. Ген не любил навязывать свое мнение, но молча наблюдать и делать выводы он умел. Он знал на своем районе многих гулей, но пока те вели тихий и скромный образ жизни, он не бросался на них с куинке. Это были его принципы, из-за которых он отчасти и был переведен в боле-менее спокойный 6-той район – не уживался он с психами типа Мадо. Умом он, конечно, все мог понять. Его жена погибла, сражаясь с гулем. На войне такое случается, Мадо же хотел сделать из нее геноцид. Он не считал гулей людьми. Такекура считал иначе. Его за это терпеть не могли, но он плевал на чужое мнение с высокой колокольни. Его могли бы уволить, но избавляться от старшего следователя не спешили. К слову, может, этот блондин и не гуль. Но он общается с Хабаширой, а тот уже давно был у Гена в мысленном черном списке. Поэтому общение блондина с Сеной стоило прекратить, пока мальчишку не сожрали. Отвлек Такекуру от этих двоих следователь Шимогути Нобу. Ген терпеть не мог шумных и крикливых людей, которые всюду на показ выставляли свое я. Такекура предпочитал тех, кто молча и хорошо делает свое дело. Этого Нобу перевели в 6-той район из-за оплошности, и Такекура за банками пива (пить тот умел много и без последствий), выяснил, что Шимогути посчитал Кобаякаву – гулем. Ген тогда фыркнул и расхохотался – большей глупости он не слышал. Но проведя маленькое расследование, Такекура выяснил, что блондин, который его тревожил – капитан команды Сены. Это Гена заставило выдохнуть и расслабиться. Не будет же собственный капитан жрать свою звезду? К тому же, Такекуру посетила мысль, что Хирума Йоичи – человек. Гулю совершенно бессмысленно увлекаться спортом. Он по определению сильнее, значит, придется скрывать и подавлять свою силу. Тогда в чем смысл от такой игры? Ген вздохнул. Если он человек, значит надо намекнуть, чтобы блондинчик больше не общался с Хабаширой. Ген собирался надоумить Сену – пересечься с мальчишкой не составит большого труда. И все бы было хорошо, но Шимогути раздражал Гена неимоверно. И вот в один день, все закончилось. День от этого не стал прекрасным. Шимогути отстранили от работы, потому что он снова напал на Сену. Логика этого действия осталась для Такекуры за кадром, но сам Нобу обмолвился, что он только “защищал этого Сену от гуля. Это точно был гуль. Небось его уже сожрали. Ну и поделом ему!” Такекуру такая новость заставила поискать мальчишку по району. Он его и нашел. Парень сидел на перилах возле дверей базы Дзокуто и болтал о чем-то с Хабаширой. На рубашке его были капли крови, но в общении не было ни капли вражды. Поэтому Ген поспешил скрыться, пока его не почуяли. Вместе с отстранением Шимогути грели перемены, и они очень не нравились Гену. Присланный вместо Нобу человек всем был хорош. Такой же следователь, как и он, молчаливый и равнодушный. Минусом было то, что Ген не знал этого Шиена Мусанокодзи, а значит, споить и вызнать всю подноготную, было невозможно. Какие принципы у этого человека? Как он живет? Может, он приставленный к 6-тому району шпик? Может, он здесь, чтобы не дать Гену работать так, как он привык? Ген закрывал глаза на многое, тем самым, как он считал, поддерживая мир на районе. Здесь водились черти, крупные черти. Но пока была еда, черти мирно плавали в болоте. Такекура догадывался, кто кормит главных чертей. Во всяком случае в том, что Маруко Рейдзи находит трупам преступников лучшее применение чем земля, он был уверен почти наверняка. Маруко, кстати, очень устраивал Такекуру своей работой. Рейдзи много показушничал, но непосредственно работу делал тихим сапом, сразу четко, быстро и правильно. Ген иногда подкидывал ему интересные наводки и пищу для размышлений. Ум у этого парня работал отменно. Единственный минус, то, что чуть меньше месяца назад Маруко перешел границу. Это был не его район, но Ген был уверен – чутье его не подводит. Он знал, кто вел то дело о Небраском Кузнеце. Ген знал, что тому сократили наказание. Но он никогда бы не подумал, что такое возможно. Рейдзи не просто кормил гулей. Он попросил убить для него. И они убили. Гену не было известно, со сколькими гулями дружит Рейдзи. Может, с одним, может с тремя. Но факт оставался фактом. Видели четырех гулей. Трое что-то не поделили с четвертым. И двое из этих трех были Близнецы Сакуган. Такекуру передергивало, когда он думал о Близнецах. Это были жестокие гули. Особенно жестоко они убивали тех, кто охотился на их территории. Скорее всего у них была полукакуджа или полная. Скорее всего, двойное кагуне. Но никто не рассказывал о том, как они сражаются в полную силу, либо уже не мог рассказать. Это была опасная дружба. Ген мог понять, когда помогают тем, кто не может сам охотиться, слабым и беззащитным гулям, но кормить SS-класс? И кто в таком случае был третьим? По словам очевидца, этот третий защищал отряд полицейских от четвертого гуля, и близнецы его унесли оттуда на ручках. Может, Сакуганы его уже сожрали? Стоило сходить к Рейдзи и прояснить ситуацию. Вполне возможно, что его миссию выполнял тот один гуль – недаром же он людей защищал – баш на баш. Если он в опасности, Марко может сунуться в логово Близнецов и им без вариантов знатно закусят. Такекура бы молча встал и пошел, но Шиен внимательно следил за ним из-под своей ковбойской шляпы, а совсем недавно вообще весьма вольготно порыскал по офису Рейдзи. Во всяком случае, Тецума приходил извиняться за Маруко. Это заставило сделать вывод, что с Шиеном следует держать ухо востро, раз он даже Рейдзи вывел из себя. - Такекура-сан… - с ленцой подал голос Мусанокодзи. Ген кивнул ему, мол, продолжай. - Скоро Рождество… Что в вашем районе делают следователи на Рождество? - В Санта Клаусов не наряжаемся, - фыркнул Ген. - Главное, чтобы в Клоунов не наряжались, - шутка была мрачной, но оба следователя ее оценили, одарив друг друга понимающей улыбкой. Они немного помолчали. - Последнее время в 6-той повадился Хакурю, - Шиен кинул на стол фотографии мощного гуля в маске то ли крокодила, то ли динозавра, то ли ящера. – Я замечаю его следы повсюду. Ген тяжело вздохнул. Именно этого типа видели четвертым в той истории с Кузнецом. - Тяжелый тип. Даже не про старший класс речь. - SS – несомненно, - пожал плечами Шиен. - Полная какуджа… - задумчиво сказал Ген. – Если этот тип поселится в нашем районе, то у местных гулей будут большие проблемы. Мусанокодзи поправил шляпу, спуская ее на глаза. - С тех пор, как Касатка ушел из этого района, здесь почти нет сильных гулей. Сплошь слабаки, которые питаются трупами и промышляют каннибализмом. - Разве это плохо? – хмыкнул Ген, ему нравился этот разговор. Может, из него удастся лучше понять Шиена? - Наличие у гуля лидера не так уж и плохо, - задумчиво сказал Мусанокодзи. – Мне нравится в этом плане двадцатый район. Гена передернуло, но он продолжил слушать: - Гули бояться там трапезничать. Близнецы охотятся в основном на гулей и всяких отбросов. Они появились там еще подростками и быстро навели свои порядки. Поверь, о тех, кто стал их жертвами остальной мир грустить не будет. - Они жестоки. Они убивают ради развлечения, если есть такая возможность. - Несмотря на это, двадцатый один из самых безопасных районов для граждан. Ты знаешь почему? - Знаю, - признал Ген. – Они ни разу не напали на обычных… ни в чем не виноватых людей. - Ты знаешь историю с Мамори-сан? - Которую убил Дэнтиста*? Ген немного помрачнел. Следователи не смогли его найти. Зато через день после убийства женщины, череп гуля был заботливо установлен перед входом в Управление третьего района. Он был окружен венком, из его пустых глазниц торчали безымянные пальцы, пустая челюсть без зубов сжимала оба окровавленных глаза. Ген готов был поклясться, что он видел в них застывший навсегда ужас. Зубы этого гуля были рассыпаны рядом. Так что установить личность не составило труда. - Произведение искусства, - сказал Шиен. – Красиво отомстили и показали следователям, что они делают нашу работу куда качественнее. Ты не находишь, что гули лучше убивают гулей, чем мы? - Ты псих? – не выдержал Такекура. – Какая в умышленном садизме может быть красота? С Курео переобщался? Шиен отмахнулся. - Ты так и не понял? Ген откинулся на спинку стула. Холодный голос Шиена заставил его притормозить внутренние процессы отторжения к этому человеку. - Гули мстили за человека. Это была месть. Жестокая, беспощадная. Если ты посмотришь, больше они показательных выступлений не устраивали. Они уничтожают, а не убивают. Да, они получают от этого удовольствие, но большей частью сжирают подчистую, как гулям и положено. А это? Это была показательная акция. Такекура молчал. Это было правдой. - Почему? А я тебе скажу почему. - Ты видел? - Я видел. - И не погнался за ними? Не передал в управление? Шиен хмыкнул. - Кто я такой, чтобы мешать справедливому акту возмездия? - Что ты видел? – перебил его Ген. - Как девочка плакала над трупом матери. Шиен замолк, бросил косой взгляд на Такекуру, увидел его хмурые брови и продолжил: - Увидел, как два подростка глотали вместе с ней слезы. Она их не видела. Они сидели на заборе между домами. Да, потом они вели себя как одержимые. Но… Ген кивнул. - Шиен… - Просто Кид. - Хорошо… Кид. Шестой район особенный. И управляю им я. Управляю так, как могу. Шиен кивнул, уж об этом-то он знал. Такекура уложил руки на стол, сложив их вместе. - Если ты играешь на Главное Управление, я хотел бы это знать. Открой мне карты, пожалуйста. Обещаю, что на наши отношения это никак не повлияет. Мусанокодзи испустил долгий вздох. - Меня прислал сюда Аримо Кишо. И я покажу себя со своей лучшей стороны. Мусанокодзи поднялся и вышел. Но Такекура не спешил напрягаться – в зеркале, когда Шиен выходил, отразились его взгляд и улыбка. - Кажется, Кишо придется бороться с главным пороком Кида… - пробормотал Такекура, шмоная стол Шиена. Лень. Шиен терпеть не мог суеты. В этом они с Такекурой были немного похожи. Наконец Ген нашел то, что искал: докладную на Маруко Рейдзи. Такекура подавил дрожь в пальцах и вчитался. - Черт возьми, Шиен… Тебе бы чинушей работать… - на губах Гена появилась улыбка. Кажется, Мусанокодзи обо всем догадался, только вот в изворотливой докладной о догадках было ни слова. Такекура поспешил убрать ее в стол, потому что услышал каблуки Шиена. - Пойдем хотя бы кофе выпьем? – предложил Мусанокодзи. - Ну, пойдем… Такекуре не надо было, чтобы Шиен вел ту же игру, что и он. Не мешал бы и ладно. Кажется, Мусанокодзи именно это и собирался делать. Сидеть в своем кресле и лениво ждать, когда хоть что-нибудь произойдет. Но ему надо было отдать должное – на редкость внимательный тип. - Что будем делать с Хакурю? - Сейчас неформальный глава 6-того Камадзи, - пожал плечами Шиен. – Пока его не убили – беспокоиться не о чем. Ген молча кивнул. Он знал этого гуля. У него было отменное чувство юмора. Но кто он без маски? Такекура не брался предполагать. Третий в истории с Кузнецом использовал косы. Мог ли это быть Камадзи? Тогда? Негласный глава района водит дружбу с Маруко? Такекура затянулся сигареткой, предложенной Шиеном. Камадзи никогда не нужна была власть. Он не хотел возглавлять никаких группировок. Он этого и не делал. Он просто подавал пример, и его почему-то слушались. Ген понимал почему. Он разговаривал с ним пару раз. Каждый раз у него было ощущение, что он говорит со Смертью, которая решила поюморить. Но так или иначе, его голос внушал доверие, заставлял слушать, и даже потом, когда магия голоса исчезала, оставалось ощущение, что сказанные вещи были правильными. - Ты думаешь, Хакурю придет за Камадзи? - Уже пришел. - Кид… Откуда ты знаешь? – Такекура был неприятно поражен. - Хм. Я умею делать выводы, - поправил Кид шляпу. – И я знаю Хакурю. Он будет добиваться стычки с Камадзи. Он жаждет выяснить, кто сильнее. - Если его не сожрали Близнецы… - Конечно, нет, - уверенно отмахнулся Кид. - Откуда ты знаешь? – Такекура нахмурился. А потом, будто щелчок, у него сложилось дважды два. Правда, теперь, он, кажется, знал, кто такой Камадзи в жизни не скрытой белой маской смерти. Шиен, судя по всему, это тоже знал, но молча курил сигарету. - Почему ты… - Я же говорил. Мне нравятся лидеры. Именно они делают район по-своему, но спокойным. Никому не нужны голуби на каждой улице. Грамотный лидер это понимает. Шиен усмехнулся. - Оставь, Ген. - Мусаши… Кид улыбнулся ему краем губ. - Оставь. Я в герои не записывался. Если мне прикажут убивать, я убью. Но, если мне подскажут другой выход, я им и пойду. - Ты просто не любишь напрягаться. - Верно. Они молча курили, прислонившись спиной к старой кирпичной стене Управления. В этом тихом уголке, в тупике безымянной улицы никого больше не было. Даже неба, если глянуть вверх, было не увидеть. И все же оно было. Одинаковое для всех.