Behind Green Eyes

Если хочешь узнать, каков внутренний мир человека, то даже не пытайся разглядеть его в толпе. На людях мы надеваем маску, чтобы спрятать свое настоящее «я».

Пятница, 05:23 pm К сожалению, я и пунктуальность - это два противоположных понятия. Я могу опоздать куда угодно.Для меня это нормально. Но когда опаздывает кто – то другой, я готов разнести все вокруг. Стайлс опаздывает на двадцать минут. Если он вообще не придет, то мне придется придушить его, ибо ради него я отменил тренировку и убрался в квартире. А это дорогого стоит, между прочим. Снова нервно поглядываю на часы. Кудрявый опаздывает уже на тридцать минут. За каждую минуту, что он заставляет меня ждать, мне хочется расчленить его. Потому что я устал ходить кругами по своей квартире и высматривать время. Звонок в дверь. Неужели, он соизволил прийти? Неторопливо поднимаю свою задницу и тащусь к Стайлсу. Я бы с радостью оставил его за ней, но он – это мой шанс получить хорошую оценку. — Привет, — холодно говорит он и ставит на пол свою сумку, — извини, что опоздал на пару минут. — Тридцать две минуты, — вздыхаю я, — Я думал, ты уже не придешь. После того, как Стайлс разделся, я мельком показал ему свою небольшую квартиру. — Вроде бы все, — заходя в комнату, говорю я, — я вчера думал над темой для доклада, но писать было лень, так что... Я никогда не чувствовал себя так неуверенно, как сейчас. Это случилось, потому что я знаю, что он умнее? Нет, он просто клоун. — Да я почти все сделал. — Стайлс достал из сумки свой белый Mac и положил себе на колени. — Расслабься. Тебе осталось вписать свое имя в титульный лист. — В смысле сделал? Сам? То есть, мое мнение не учитывается? — Так проще. — А, ну да. Со мной же возиться надо. — А ты не такой глупый. Ох, эта самодовольная улыбка раздражает меня. Он просто нагло троллит меня. Сука. Недолго думая, я решаю ударить его подушкой, которая волшебным образом оказалась рядом в тот самый момент, когда мое терпение просто лопнуло. Внезапный удар, куча перьев, и слившаяся улыбка этого кретина. Щелкаю пальцами перед его глазами, должна же быть хоть какая - то реакция? Но вместо того, чтобы нормально отреагировать, он просто скидывает меня на пол и отбирает подушку. — Судя по твоему темпераменту, ты боишься щекотки больше, чем подзатыльников. Я не успеваю ничего сказать. Этот идиот взбирается на меня и своим достаточно большим весом буквально вдавливает меня в пол. — Я прав? — он щекочет меня и ухмыляется от того, как громко я начинаю хихикать. — Прекрати, Стайлс! — А что мне за это будет? — Приглашение на вечеринку. — На какую? — Гарри давит на мои ребра, а я взвизгиваю. — На самую крутую. У меня дома... блять, отпусти! — Ты думаешь, меня это удивит? — Думаю, да. Ты вряд ли посещал что – то подобное. Стайлс смеется. — Ладно, сойдет. Я приду. После этих слов он, наконец – то, отпускает мои запястья, встает и протягивает мне руку. Я поднимаюсь с его помощью. По всей комнате разбросаны перья, но как-то плевать. Кудрявый подбирает брошенный MacBook и садится в привычное положение. Он жестом зовет меня к себе, и я послушно сажусь рядом. На его лице пропала улыбка. Как будто бы ничего и не было. Его пальцы плавно двигаются по тачпаду, а глаза бегают по экрану. Брови сердито нахмурены, и это делает его забавным. — Я думаю, тебе стоит прочитать мои наброски... — спокойно говорит Стайлс и открывает текстовый документ, — Вот, держи, - он передает мне MacBook, – Может, захочешь что – то исправить или добавить. С того момента мы принялись за работу. Я предлагал свои, как Гарри говорил, «глупые» идеи. Он сказал, что я мыслю слишком стандартно. Меня это немного задело, потому что это было то же самое, что и «ты стадо», только в более вежливой форме. За час общения с ним, я понял, что он совершенно не подчиняется общепринятым правилам. Но мне это даже нравилось, потому что его мысли были похожи на мои, на те, которые я никогда не озвучивал, боясь быть осужденным. Но этому человеку, кажется, совершенно плевать на то, как на его посмотрят и что о нем подумают. Мы просидели с ним так до двух ночи. Когда Гарри хотел уйти, ссылаясь на поздний час, я предложил ему остаться, и тот неохотно согласился.

***

Суббота, 3:04 a.m Чертова бессонница. Я не могу уснуть даже после двух таблеток снотворного. Как бы я не старался, не брать во внимание сегодняшний «инцидент» с Гарри, он все равно крутится у меня перед глазами. Снова и снова. Его руки на моей груди... Теплое дыхание.А ведь ничего такого и не произошло, но почему эти картинки до сих пор крутятся перед глазами? Меня пугает не его поступок, а то, как я отреагировал. Я мог просто взять и скинуть его, но я даже не подумал об этом. Я, словно таял, смотря ему в глаза. Это ненормально, когда человек, которого ты так мало знаешь, занимает у тебя в голове так много места. Это ненормально, что меня волнует это. Я не должен воспринимать это как что – то большее, чем это было на самом деле. А на самом деле, Гарри просто пошутил. Я пытаюсь думать только о том, что будет завтра. То, что было сегодня – уже просто пережиток прошлого. Прошло – забыли. Закрой глаза, Луи. — Я сейчас же приеду, — послышалось из соседней комнаты. Кажется, Гарри не мог сдерживать эмоции и поэтому говорил достаточно громко, чтобы я мог слышать. Я вскочил с кровати и замер на месте, пытаясь понять, что происходит. Стайлс говорит по телефону. В четвертом часу утра. Здесь что – то не так. Я передвигаюсь на носочках прямо к нему. Я должен услышать этот разговор, ибо мое любопытство не простит мне, если я не узнаю побольше о нем. — Черт возьми. Зейн, прости. Я не должен был тебя оставлять. Хочешь, я сейчас приеду? — Гарри говорит эти слова так подавленно, что кажется, он вот – вот готов расплакаться. Я стараюсь не издавать лишних звуков. Будет неловко, если он заметит, что я вижу его сейчас в таком состоянии. Но ведь я не должен просто стоять? Я могу помочь, я уверен. — Все будет хорошо, — он выдавливает слова, шмыгая носом. Кажется, я услышал достаточно. Включаю освещение в комнате. Гарри поворачивается ко мне. Меня кольнуло в сердце. Что, черт возьми, случилось? Его глаза мокрые... он плакал? — Я сейчас буду, дождись меня. – он завершает разговор. Зачем я дал ему знать о своем присутствии? Что теперь говорить? Ему сейчас как бы плохо и я должен его поддержать, но не могу, потому что знаю, что ему это не нужно. Нет, я просто тупой ублюдок, который не умеет успокаивать людей. Даже больше скажу: я теряю дар речи в таких ситуациях. Стайлс вытирает лицо об свою же футболку, затем надевает ее. — Прости, что разбудил, — он, словно все в порядке, просто проходит мимо остолбеневшего меня, — я должен уйти. Ну же, Луи. Не стой как придурок. Скажи хоть что-нибудь. — Гарри? Эм, ты уходишь? — тру свой затылок, как идиот. — Все порядке? — Все в порядке, — отмахивается он, но на глазах вноь просачиваются свежие капли, — Извини еще раз. Он так сильно торопится, что спотыкаются об собственные же ноги. — Скажи, чем я могу помочь? — Пока. Дверь захлопнулась у меня перед носом.