Пари на любовь

Крис сидел в клубе и напивался. Точнее, ему очень хотелось напиться, но его организм не с особенной охотой принимал в себя алкоголь, из-за чего настроение парня становилось еще более паршивым. — Скучаешь? — с улыбкой пропел парень с каштановыми волосами, подсевший к блондину. Крис кинул на него презрительный взгляд и вновь вернулся к попыткам напоить себя до бессознательного состояния. — Я Фин, — все также улыбаясь, сообщил парень. — Мне похуй, — флегматично бросил Крис. — Действительно, к чему нам эти формальности? — усмехнулся Фин. Он приметил Криса около часа назад. Все это время угрюмый, но вместе с тем бесконечно красивый блондин вливал в себя жгучий напиток. Невооруженным глазом было заметно, что он высокомерен и себялюбив, взгляд его был холоден и пронзителен, но в то же время блондин казался слишком безучастливым и равнодушным к окружающему, хотя, скорее всего, так оно и есть. Странно, что такой парень привлек Фина, ведь это совершенно не его типаж. В действительности ему нравились милые смазливые мальчики, а для дела ему требовались мужчины постарше, посолиднее и уже ужравшиеся в стельку, ну или планирующие это сделать. Блондин же не подходил ни на одну из этих ролей, поэтому Фин не мог до конца понять, зачем же он все-таки подсел к нему. — Может, все-таки назовешь свое имя? Иначе, нам весьма проблематично будет продолжать диалог. — Кристофер, — раздраженно отчеканил голубоглазый. — Никаких диалогов я с тобой продолжать не собираюсь. — Крис, значит, — мечтательно вздохнул Фин, подперев щеку рукой, не отрывая взгляда от Криса. Блондин повернул голову и кинул на наглого парня взгляд, на этот раз более внимательный, изучающий. Серые глаза лучились добром, на губах играла дружелюбная улыбка, весь вид парня располагал к себе, но Крис не из тех, кто ведется на внешний вид. Так казалось лишь с первого взгляда, слишком уж наигранным казалось невинное выражение его лица. — Не хочешь уединиться? — негромко поинтересовался парень, играя пальцами со шнуровкой от своей серой толстовки, удачно оттенявшей цвет его широко распахнутых красивых глаз. Фин вопросительно склонил голову и многозначительно улыбнулся. Крис прикрыл глаза, раздумывая, хочет ли этого. В любой другой день он бы без раздумий схватил мальчишку и зажал в первом попавшемся безлюдном месте, а может даже в людном. Тем более, парень был очень даже неплох собой, наверняка знает себе цену, да и к тому же весьма наглый, Крис любит таких усмирять. — Ну же, — блондин вздрогнул от неожиданного горячего шепота на самое ухо, — мне так одиноко. В груди Криса что-то перевернулось. Фин сказал это лишь с целью завлечь парня с собой, но Крис прекрасно услышал, как в его голосе сквозит тоской. Тоской по кому-то или чему-то, что он потерял или чего у него попросту нет. — Поехали, — кинул Крис и, резко сорвавшись с места, пока не передумал, направился к выходу из клуба. Фин победно улыбнулся и последовал за высоким блондином. Крис водил не особо осторожно, особенно сегодня, учитывая еще тот факт, что пусть немного, но он выпил в клубе. На приличной скорости он гнал по ночному городу, не обращая внимания на незатыкающегося парня, который без конца что-то выспрашивал, в большинстве случаев не получая ответы. Фину было немного страшно, осознавая, что его жизнь сейчас находится в руках этого белобрысого психа, что гонит на довольно высокой скорости с абсолютно безразличным видом, но парень скрывал это за излишне воодушевленной болтовней. — А куда мы едем? — вполне беззаботно спросил Фин. Крис нахмурился, осуждая парня за излишнюю доверчивость, и ответил, словно сказал что-то само собой разумеющееся: — Как куда? На окраину, там передам тебя своим сообщникам, они отвезут тебя в Турцию и сдадут в сексуальное рабство, — затем пробормотал, словно спрашивая у самого себя: — Интересно, сколько мне за тебя дадут? Внутри Фина все похолодело от ужаса. Сначала он подумал, что Крис просто шутит, но парень говорил это так серьезно и даже несколько хмуро, что у Фина не осталось сомнений по поводу его дальнейшей жизни. Перед глазами пронеслись устрашающие картинки. Вот ему завязывают глаза, связанного, кидают в багажник и везут в Турцию, прямиком в лапы турков-извращенцев с грязными руками и огромными тюрбанами на голове. — Мне тоже повяжут тюрбан? — с ужасом в голосе и застывшим взглядом спросил Фин. — Чего? — Крис одарил парня настороженным взглядом. Внезапно, осознав всю плачевность своего положения, Фин словно очнулся и завопил, что есть мочи: — Открой! Выпусти! Сволочь! Мразь! Мне десять лет! У меня пятеро детей останутся сиротками! Изверг! — продолжая выкрикивать какую-то непонятную чушь, Фин параллельно лупил Криса по плечу, из-за чего парень чуть не потерял управление, и если бы он вовремя не сориентировался, они бы впилились в первый же попавшийся столб. — Заткнись! — гаркнул Крис. Фин резко замолчал и уставился на блондина, который тем временем продолжил: — Ты совсем дебил? Мы чуть не врезались. — Да я лучше умру, чем попаду в сексуальное рабство! — выдал парень и откинулся в кресле, обиженно скрестив руки на груди. — Повторяю вопрос: ты совсем дебил? Я ведь пошутил. — Придурок. — Рот закрой, иначе на ходу отсюда вылетишь, — безразлично кинул Крис, хотя ситуация его весьма позабавила. — Каков грубиян, — наиграно возмутился Фин. — Тебе восемнадцать есть? — спустя какое-то время поинтересовался Крис, поскольку не мог определить на глаз возраст парня. — А что, несовершеннолетних в проституты не принимают? — сузив глаза, язвительно спросил Фин. — Да нет, молоденькие в таком бизнесе даже гораздо больше ценятся, — хмыкнул блондин. — В таком случае, мне шестьдесят четыре, — заявил парень и отвернулся к окошку, думая о том, что всего чуть больше года назад отпраздновал свое совершеннолетие, но не считает себя взрослым. Он задумчиво разглядывал проносящиеся мимо дома, мерцающие вывески, фонари, неясные силуэты редких прохожих… Фин любил ночь, было в ней что-то особенное, он жил ею. День был слишком суетлив и безразличен. Оказавшись дома, Крис первым делом направился к бару, планируя совершить то, чему не удалось случиться в клубе, а именно — напиться. Фин в это время неторопливым шагом прошел за Крисом, оглядываясь вокруг. Квартира была с хорошей отделкой, сразу видно — блондин не из бедных. Чувствуется рука хорошего дизайнера интерьера. Гостиная Фину понравилась, в ней преобладали черно-белые цвета. Кухню же, куда они пошли пить, наполняли более теплые, шоколадно-коричневые и белые цвета. Расположившись на мягком угловом диванчике, Фин чокнулся с Крисом и осушил свой бокал, затем стал наблюдать за блондином. Коричневая жидкость касалась его губ, оставляя за собой влажные капли. Что-то в этом парне казалось ему странным. Но Фин не успел додумать свою мысль, так как у него закружилась голова, и он явно почувствовал опьянение. Не надо было залпом выпивать весь бокал, но уже поздно об этом думать, мысли парня переключились на все еще влажные губы блондина. Крис повернул голову и чуть помутневшим взглядом посмотрел на Фина, который тяжело дышал и слишком медленно хлопал своими длинными черными ресницами. А может, это просто Крису так казалось. Фин чуть приблизился к блондину, пробежался пальцами от его щеки до шеи и, притянув к себе, прикоснулся к губам Криса в робком поцелуе, вспоминая о том, как давно у него не было секса. Довольно давно. Блондин, перехватив инициативу на себя, углубил поцелуй, превратив его из робкого в настойчивый. Он редко позволял себя целовать незнакомым парням, но Фин был каким-то другим и Крис, кусая губы шатена, не понимал почему. Спустя некоторое время парни переместились в комнату на кровать, где Крис совсем перестал себя сдерживать, буквально срывая одежду с Фина. Со стороны это, наверное, выглядело, словно неудержимая страсть, но на деле же внутри Криса полыхала ненависть. К себе, к Роберту, к Алену, к отцу, даже к этому непонятному Фину, а может, и ко всему окружающему миру. Блондин и сам не знал. Он лишь сильно стискивал бедра парня, резко толкаясь в него, целуя куда-то в скулу или оставляя засосы на нежной шее. Фин лежал под блондином, толкаясь ему навстречу, закинув ноги на его поясницу, а руки обвив вокруг шеи, одну запустив в его мягкие волосы, чувствуя и ясно понимая, что определенно и бесповоротно сходит с ума.