Ma tendre amie

Ночью мне снился опять тот же самый сон, который я часто видел после окончания войны. Я снова в Выручай-Комнате, снова Гойл вызывает Адский огонь. Но на этот раз конец у этого сна будет совсем другим, я уже это знаю. Вот мы с Крэббом забираемся на большую кучу сваленного посреди комнаты хлама. Вот «святая троица» подлетает на своих мётлах, Поттер протягивает мне руку, но из под ноги выворачивается какая-то коробка, и вот я уже лечу вниз, в глотку Адского огня. Вспышка... И вот я уже вижу над собой полог. Снова чувствую, как по лбу стекает капелька холодного и липкого пота. Ненавижу это ощущение... Медленно сжимаю и разжимаю руку. Воздух из лёгких выходит неравномерно, толчками. Так, надо успокоиться. Надеюсь, я не кричал во сне. Хотя даже если и кричал, я же в подземелье, никто и не услышит. Знать бы ещё, который сейчас час. Быстро переодевшись, я взял с прикроватной тумбочки палочку и вышел из спальни. Так пустынно в гостиной ещё никогда не было. Обычно здесь всегда было много народу, как и в иных гостиных факультетов, но сейчас... Тишина немного угнетала. Часы показывали без десяти шесть утра. Никогда не был жаворонком, но сейчас понял, что уснуть больше не смогу. Откуда-то справа абсолютно бесшумно появился призрак. Кровавый барон, как и всегда, вызывал у меня неподдельный благоговейный ужас. Как и раньше, его костюм весь был залит призрачной кровью, а сам он держался отстранённо и горделиво. Ну, а как ещё? Он, считай, в своих владениях. Я отшатнулся. - Вот уж не ожидал увидеть здесь живых в ближайшее время. Что, вернулся ещё раз посмотреть на разрушения? - хмыкнул призрак, подлетая поближе ко мне, от чего мне стало ещё более не по себе. - Нет, Барон, - дальше я решил уже не распространяться. Барон как-то снисходительно посмотрел на меня и пролетев к камину, растворился за каминной полкой. Ладно, пора начинать новый день. Как там говорится? «Благими намерениями вымощена дорога в Ад»? Ну, добро пожаловать в очередной день моего ночного кошмара, мы ведём прямую трансляцию из Геенны огненной... Около двери в большой зал я притормозил. Со стороны лестницы послышались голоса неразлучной троицы. Рефлекс у меня на них, что ли? Кулаки сами сжались. Шаги и голоса вдруг стихли. Я повернул голову в сторону лестницы. Все трое слегка озадаченно и со всё нарастающей нервозностью рассматривали меня. И чего им не спится в такую рань? Я резко развернулся и пошёл в другую часть холла, к двери на улицу. Было похоже на бегство немного, собственно, наверное, поэтому я услышал сзади фырканье Уизли и негромкие слова Поттера по поводу того, что я «наверняка, опять что-то задумал». Мракоборец хренов, почему он не оставит меня в покое? Я оказался на улице и вдохнул свежий горный воздух. В школе мне как будто сдавливало грудь, хотя это я явно преувеличиваю сейчас. Я присел на ступеньки, как вдруг дверь за моей спиной открылась. - Эй, Малфой, - услышал я голос Уизли, - Какого акромантула ты шаришься по школе в такую рань? - А сам-то? - буркнул я. - Между прочим мы дежурили, - подала голос Грейнджер, - А вот у тебя поводов подскакивать так рано не было. - Был повод, Грейнджер, только вот тебе о нём знать необязательно, - огрызнулся я. Да, всё-таки рефлекс. - Слушай сюда, - меня резко дёрнуло вверх, я даже слегка опешил. Уизли развернул меня к себе, держа за заднюю часть шеи, как какого-нибудь котёнка, - Только одно подозрение... Одно неверное движение в сторону... И ты покойник, слышишь меня? И меня не остановит уже ничто. Не магией, так я твою белобрысую башку об камень разобью, и скажу, что это был несчастный случай. - Рон! Я заметил, что Грейнджер оттаскивает своего рыжего хахаля (а вы думали я не заметил, как эти двое держатся за ручки?) от меня. - Прости, Гермиона, слегка понесло... - рыжий тут же отпустил меня и повернулся к своей подружке. Мдааа... Вот это я сейчас весело устроился. Теперь они ведь реально за каждым моим шагом следить будут. Да не вопрос, пусть следят. Я им ещё и развлечение подкину, в виде беготни за мной как за зайцем по лесу. Только бессмысленно это всё. Я вернулся в замок только через полчаса, после основательной прогулки к Запретному лесу и обратно, чтобы привести в порядок мысли. Предстояло ещё найти профессора МакГонагалл, поговорить с ней. Вот только где её найти? Не хотелось подходить к кому-то, но видимо придётся. Странно, но почему-то первым лицом, которое встретилось мне теперь, оказалась Лавгуд. Не то она мне специально попадалась, не то это у меня карма такая. Вот только она не особенно-то хотела со мной разговаривать. Она безразлично осмотрела меня с ног до головы и пошла дальше. А какого собственно обращения я ожидал? Вчера я обошёлся ней грубо. И если раньше меня это не стало бы волновать, то сейчас... Ну, трудно признать, но очень грустно лишиться помощи от кого-либо вообще. Полумна слишком добрая и светлая, чтобы ей можно было нагрубить и не чувствовать угрызений совести. Ладно, найду МакГонагалл и извинюсь перед ней, обязательно извинюсь. Кстати говоря, мне не пришлось спрашивать дорогу, поскольку МакГонагалл нашлась сама. - А, вот Вы где, Малфой, а я как раз Вас искала, - проговорила она и кивнула, чтобы я шёл за ней, что собственно я и сделал. Уже когда мы оказались в кабинете, я понял, что поступил слегка по-идиотски, думая, где могу найти профессора. Кабинет директора, разве не очевидно? На стенах висели портреты древних и просто старых директоров. В этот ранний час они дремали. - Профессор, я ведь тоже искал Вас, - сказал я, глядя на безмятежно дремлющего Дамблдора на портрете. - Надеюсь, Вы объясните мне, почему Вы вновь приехали в то место, которое, казалось бы, должны избегать? Не вы ли так рьяно жаждали покинуть школу ещё два года назад? Якобы, вам оно не надо? - Потому что мне, увы, больше некуда идти... - я гордо вскинул голову и рассказал МакГонагалл о ссоре с отцом и лишении статуса наследника. На несколько томительных минут в кабинете воцарилось молчание. Я заметил, что во время моего рассказа директора проснулись и теперь внимательно слушали, что происходит в кабинете. Профессор, поразмыслив, вопросительно посмотрела на портрет Дамблдора. Тот пожал плечами. - Не знаю, стоит ли осуждать юношу, Минерва, пока нет доказательств вины. - Альбус, он же... Пожиратель... - последнее слово было произнесено самым тихим шёпотом, но всё же я на него отреагировал. - Профессор, - подал голос я, - если Вы поставите под сомнения мои намерения, и на то будут объективные причины, я сам уеду, клянусь. Я не хочу тяготить ни Вас, ни всех остальных своим присутствием. Я знал, на что шёл, с той самой секунды, когда решился приехать. - Что ж... - замялась МакГонагалл, глядя на столешницу. - Если Вам и этого недостаточно, вот, - я достал палочку и положил её на стол перед МакГонагалл, - можете забрать мою палочку и отдать только тогда, когда сами посчитаете нужным. Но прошу Вас, позвольте мне остаться. - Ну, хорошо, - наконец, кивнула профессор, хотя к моей палочке даже не притронулась, - Тогда, пока что, Вы на испытательном сроке, посмотрим, как Вы себя покажете. - Спасибо, профессор, - я улыбнулся и вышел из кабинета, оставляя палочку, а вместе с ней и магию, с той стороны. На душе немного полегчало. Тишина кабинета директора заполняется тихими переговорами. - Вы поступили правильно, профессор, - ободряюще улыбнулся Снегг, чей портрет, по настоянию Избранного, Гарри Поттера, висел на стене рядом с портретом профессора Дамблдора. - Согласен с Северусом, в конце концов каждому стоит дать шанс, - проговорил Дамблдор. - Как и Вы все дали мне когда-то, - кивнул Снегг, глядя на МакГонагалл. Та в недоумении и лёгкой растерянности ходила из угла в угол кабинета, то и дело бросая взгляды на лежащую на столе палочку. - Если он что-то натворит... - Не думаю, - перебил её Снегг, - Судя по всему, на решение приехать не повлиял ни Люциус, ни Нарцисса. Я знаю семейство Малфоев достаточно, чтобы сказать, что отец всегда являлся для Драко неоспоримым авторитетом, и его запреты были для него настоящими табу. Мальчик стал куда сильнее духом, чем был раньше. Советую Вам присмотреться к нему, профессор.