Наследие

      — Пожалуйста, Райто!..       Светловолосая заплаканная девушка сидела на кровати, подогнув под себя ноги и прижимая к животу подушку, край которой насквозь был пропитан слезами.       — Хватит ныть, ты мне надоела! Зачем он тебе сдался?       Девушка хлюпнула носом и попыталась высушить мокрые щёки. То, что беременна, она узнала сегодня утром и, ясное дело, от Райто этого скрыть не смогла. Ему же не нужен ребёнок, ни сейчас, ни потом.       — Я-я не знаю, — тихо, заикаясь, сказала она. — Просто хочу, чтобы он жил. Пожалуйста. — Пугливо посмотрела на парня из-за закрывающей лицо чёлки и снова опустила глаза. Он смотрел на неё и о чём-то думал.       — А что я с этого получу? — Его голос был такой заинтересованный, размеренный, мягкий. Как у кота. Ему было совершенно наплевать на его будущего ребёнка, хотелось лишь поиграть со своей маленькой глупой мышкой. На что она пойдёт, чтобы сохранить его?       Юи взглянула в зелёные светящиеся глаза и, судорожно вздохнув, закусила губу. А действительно, зачем ей это? Она не может защитить свою жизнь, не может даже слова сказать наперекор вампирам и вдруг взялась защищать кого-то ещё. Уже битый час просит, вымаливает у Райто, чтобы он не убивал своё ещё не рожденное дитя. Но что-то всё же не даёт ей оставить эту затею. Для неё эта маленькая прихоть как последнее слово перед смертью.       — Я… ты можешь сделать со мной всё, что захочешь. — Райто насмешливо приподнял бровь. Он и так вертел ею, как хотел. — Я сделаю всё, что захочешь, — убито поправилась она.       — Вот это уже лучше. — По его лицу расползлась улыбка, но само оно осталось равнодушным. — Сама решай, мне всё равно.

***

      Юи теперь жила в комнате Райто. Она туда переселилась после того, как Аято пришёл к ней и пытался выпить крови. Девушка, и так всё время бывшая как на иголках из-за страха выкидыша, чуть ли не в истерику впала, и Райто согласился её защищать от братьев и впустить к себе в комнату. Правда, ей это аукнулось: теперь он позволял себе намного больше по отношению к ней.       Зато за время беременности Юи немного поумнела. Осознав всю свою безмозглость, она, воспользовавшись древним методом всех умных идиотов, пыталась казаться глупее, чем есть на самом деле. Когда в особняке Сакамаки появились две новые жертвенные невесты, Райто переключился на одну из них и на Юи внимания не обращал. Девушке это было на руку, потому что он почти не появлялся у себя, и она отсиживалась в одиночестве, даже не выходя из комнаты Райто.       Всем было на неё плевать, и о своём существовании в этом доме она напомнила ещё лишь раз, когда до родов оставалось всего месяца три. Все книги по этой теме, которые она могла найти, уже были прочитаны, до практики далеко, и тут появилась проблема — к врачу её никто вести не собирался, а Рейджи точно бы не стал принимать роды. Тогда Юи чуть ли не с пеной у рта спорила с Аято, чтобы девушку Джун, студенту с медфака, не трогали и не убивали. Остальные Сакамаки тоже были этому не рады, но просто не успевали вставить хоть слово в их спор. Аято так разорался, что ляпнул Райто: «усмири свою истеричку». Он не учёл, что старший брат тоже ненавидит его лютой ненавистью и поэтому сделает всё наоборот. Райто утащил обеих девушек в дальний коридор на втором этаже, где была его комната. Теперь Джун жила совсем рядом, через стенку.

***

      Девочка родилась четвёртого сентября. Это, на удивление, сплотило братьев: они все заныкались туда, где не было слышно хриплых криков роженицы. Юи бы умерла после этого, так она оказалась измотана, если бы к тому времени уже не была вампиром. Девочку сразу забрала Джун, потому что её мать мгновенно ушла в забвенье — восстанавливать силы.       Райто же даже не позаботился посмотреть на свою дочь, просто принял факт, что стал кому-то папой. В тот день он не хотел никого видеть, поэтому скрылся в одной из далёких комнат особняка, поедая своё любимое миндальное печенье и о чём-то размышляя. Зато его братья проявили нежданную заинтересованность: собравшись в главной гостиной, они пристально разглядывали нового члена своей семьи, тихо посапывающего на руках у Джун, после того как малышку покормили кровью. Девушка нервничала из-за того, что ей и этому маленькому комочку уделяется такое непривычное внимание, и постоянно порывалась уйти под различными предлогами: от яркого освещения девочка может проснуться; новорождённые быстро могут заболеть, и носить её по всему особняку опасно и тому подобное.       Рейджи всё же не выдержал её лепета и гневно одёрнул, заставив замолчать:       — Не говори чушь, она родилась вампиром! У неё отменное здоровье, сильный иммунитет, и она не подвержена опасности заболеть человеческими болезнями. Скажешь ещё раз что-нибудь подобное — и мне придётся тебя наказать!       Джун сжалась и перевела взгляд на девочку. Перед глазами у неё стояли сверкающие глаза второго Сакамаки, и ей не верилось, что вот этот крошечный милый ребёнок тоже вампир из высокородного клана, который в будущем, может быть, будет таким же холодным и беспощадным.       — Тебе хочется побыстрее от нас удрать? Понимаешь, что теперь ты нам нужна не больше любой другой девки, да, Айболитка? — протянул Аято, привлекая к себе внимание. Ему уже надоело, что все пялятся на маленькую вампиршу, совершенно забыв о нём. А ведь он Самый Лучший, Великолепный и Великий. Вот именно так, с большой буквы.       Джун отпрянула от вампира, со страхом глядя на него, мысленно морщась от этого глупого прозвища. Да, у неё была такая мысль: вот Юи родит, её ребёнок подрастёт, а бедную Джун как-нибудь изощрённо убьют. Ведь и так всё это время Аято злобно скалился и порывался назло старшему брату прибить её, когда девушка попадалась ему на глаза, тем самым заодно отомстив Юи. Но тут помощь неожиданно пришла, откуда не ждали.       — Аято, иногда у меня складывается впечатление, что у тебя совершенно нет мозгов, хотя они входят в стандартный набор жизненно важных органов большинства функционирующих существ в этом мире, — сказал Рейджи, одарив младшего брата пренебрежительным взглядом.       — Чего? — не понял Аято.       — Того. Если ты сейчас убьёшь эту девушку, то кто будет ухаживать за ребёнком? Ты? Не думаю, что Юи будет на это способна в ближайшее время. Да и в дальнейшем, скорее всего, тоже, — тихо добавил он.       — Пусть Райто с ней возится, его же дочь!       — Да? Тогда ты ему об этом и скажешь. А заодно просветишь о том, что сделал с человеком, который должен был помогать Юи. Он будет в таком восторге! И определённо поблагодарит тебя! — с сарказмом ухмыляясь, протянул Рейджи. Аято уже стал набирать воздух в лёгкие, чтобы разразиться гневной тирадой, но его прервали.       — Тч, бессмысленный спор! Пусть просто останется жить ещё чуть-чуть, — не выдержал Субару.       — Я тоже так думаю. Только не долго, правда Тедди?..       — Хватит, замолкните все… Вы слишком шумные, она может проснуться, — донеслось с дивана, на котором расположился Шу. Все удивленно уставились на него. Они явно не ожидали от главного ленивца семьи таких слов. — Если она проснётся — будет орать и плакать. Это значит, что будет ещё больше шума. Её, в отличие от вас, так просто заставить заткнуться нельзя будет, — терпеливо объяснил парень. И не было понятно: то ли он правда так считает, то ли просто оправдывает внезапное переживание за ребёнка.

***

      Недели через две после того, как умерла Юи, чуть меньше месяца находившаяся в полуобморочном состоянии, Райто забрёл в комнату Джун. То ли ему стало скучно, то ли интересно. Он открыл дверь и бесшумно прошёл внутрь. В комнате было пусто и темно, но даже обычный человек, не то что вампир, смог бы различить детскую кроватку. Маленькая девочка сидела спиной к двери и играла с лошадками, звёздочками и месяцами, подвешенными над ней. Хотя ей было всего полтора месяца от рождения, она, как все вампиры, взрослела быстрее обычных детей, чтобы преодолеть опасный возраст, когда не может постоять за себя.       — Да ты прямо вся в мамочку, — насмешливо сказал Райто, подойдя к девочке и поглаживая по светлым, слегка рыжеватым локонам, завивающимся в колечки. Малышка мотнула головой и сбросила его руку. Парень хмыкнул, обошёл кроватку и сел в стоящее рядом кресло. — А теперь посмотри на меня, мелочь.       Девочка с недовольством подняла на него глаза. Так они и смотрели целую минуту друг на друга, пока Райто, наконец, не сказал с удовлетворением:       — А глазки у тебя папины! Эй, смотри на меня! — Она снова отвернулась и дёрнула лошадку так, что чуть не оторвала её. — О, у тебя же ещё имени даже нет. Или эта идиотка Джун уже тебя как-то зовёт? — Он оглянулся на дверь в ванную, за которой шумела вода. — Ну, ничего, её мнение всё равно никому не нужно. — Райто снова вгляделся в дочь. — Назову тебя Хитоми за красивые глаза.